На расстоянии вытянутой руки

В данный момент работа находится в процессе реконструкции. Автор изменил стиль написания и многое кажется очень глупым, по этой причине работа будет переписываться с самой первой главы начиная с 03.05.14. В конце каждой главы будут стоять пометки, исправлена ли глава и проверена ли бетой. Выглядеть будет подобным образом: (исправлено/бетой проверена). Когда все главы будут проверены, все уберу) Лениво открываю глаза и осматриваю светлую, уютную комнату с миленькими портретными рамочками на стенах. Светлые шторки на окне, через которые прорываются первые лучи солнца. В воздухе витает аромат вчерашнего недопитого чая с бергамотом. Разлучив щеку со столом, выгибаюсь в спине и глубоко вдыхаю. - Ну вот, снова уснула за работой. А песня стоит на месте. Встаю с кресла и разминаюсь. Кости неприятно ломит. Подхожу к окну и распахиваю его, наслаждаясь приятным ветерком. Высунувшись из окна, осматриваю крыши карамельных домиков, которые переливаются под лучами утреннего солнца. После, принимаю душ и укутываюсь в приятное для кожи махровое полотенце. В голове мелодия, которую я не успела дописать. Подхожу к зеркалу и рассматриваю пряди темных волос, спутавшиеся так, словно их обмакнули в смазку и натерли пару лыж до блеска. Распутав непослушные локоны, возвращаюсь за стол, одевая наушники. В ушах звучит любимый голос. Я проваливаюсь в пустоту, отдаваясь навалившимся ощущениям. Этот голос проникает в саму душу. Он видит насквозь, исследует. Он ведет за собой в пучины безумия, плавно перетекающие в отчаяние, ненависть, нежность, любовь и ласку. Ощущения охватывают разум всего за несколько минут воспроизводимой песни. По телу проходит волна возбуждения. В голове появляется туман, и я вижу только его образ. Он великолепен. Гордая фигура. Идеально сложенное тело. Нахмуренные брови. Легкая улыбка в уголках губ. Погружаюсь в свои мысли и проваливаюсь в дремоту. Что-то прикасается к моему плечу, и я не сразу понимаю, во сне это или наяву. Открывая глаза, вижу перед собой фигуру. Высокий парень, темные волосы, синие, как глубины океана глаза, на вид лет двадцать пять. - Гору, давно пришел? - Дверь не заперта, снова. Почему ты такая не внимательная? Зуб тебе даю, рано или поздно твою квартиру обчистят. - Да поняла-поняла, постараюсь быть внимательнее. - Неловко улыбаюсь и убираю волосы с лица. - Гакт? Поиск вдохновения? - Да, не оставляю попытки написать шедевр. - Всему свое время, в любом случае тебе придется показать мне весь свой талант. – Парень ведет плечами, а на лице появляется выразительная ухмылка. - Вот увидишь. Я обязательно прославлюсь, а мой голос будет звучать в каждом приемнике. Ты будешь слышать мои песни, куда бы ни пошел. И вообще не стой столбом, передай одежду. - Угрожать решила? Для начала дебютируй, а после, обойди меня. – Он наиграно смеется и, подойдя к шкафу, вынимает светлое платье и протягивает мне в руки. - Спасибо. Чего приехал-то? - Навестить. Кто-то же должен следить за тобой, если ты сама не в состоянии. У тебя холодильник пустой, есть хочешь? Идем, угощу. - Отлично! Подождешь внизу? Дождавшись, пока Гору выйдет из комнаты, быстро одеваюсь и на ходу, влетая в туфли, закрываю дверь. Гору стоит на проезжей части и затягивает сигарету, выдыхая светлые клубы дыма. Заметив меня, он тушит окурок и выбрасывает в мусорное ведро. - Заканчивал бы ты уже курить, голос же посадишь. - Да знаю, привычка, не отвязаться. - Если из-за этого ты потеряешь свой прекрасный голос, я тебя никогда не прощу. Гору смеется и коротко кивает. Мы выдвигаемся в сторону любимого кафе, проходя по узким улочкам. - Ты надолго? - А ты? - Пока не напишу шедевр или не дебютирую. – Я смеюсь, поскольку с трудом верю в возможное. – А вообще мне здесь нравится. Очень спокойное место. - Да, здесь очень приятное место. Тихо и спокойно, то что надо для творчества. – Гору осматривается и продолжает. – У Гакта тур скоро будет. Ты же идешь? - Да, чтобы не случилось. Хочу его увидеть. - Что насчет подарка? Что-то особенное? - Да, но я еще не определилась. - Тогда обязательно постарайся. – Гору выдерживает паузу и останавливается. – Мы на месте? - Да, это оно. Я такая голодная. – Нахмурив брови, кладу руку на живот. Как только я делаю свой выбор, в виде кружки горячего молока и омлета, то занимаю место за дальним столиком. Кругом очень тихо и в ожидании Гору, я укладываю голову на руки, прикрываю глаза и про себя напеваю «Kimi ga matteiru kara». - Спишь? Я открываю глаза, и утыкаюсь взглядом в ногу Гору. На столе уже стоит две тарелки с омлетом и пара кружек. - Нет, ушла в себя. - Как песня? – Гору садится напротив и откидывается на спинку. - Все плохо. Не укладываюсь в сроки. - Что за сроки постоянные? У тебя менеджера даже нет, что бы за сроками следить. – Гору закатывает глаза и принимается за еду. - Я хочу подать заявку на шоу. Там конкурсная основа. - Что получает победитель? - Их, насколько понимаю, будет несколько. Победители появятся на шоу, гостями которого будут громкие личности из шоу бизнеса. Возможно, я бы смогла произвести впечатление на какого-нибудь продюсера, и он бы раскрутил меня. - Ты веришь в это? - А почему бы и не попробовать? Я не хочу отсиживаться, выжидая у моря погоды. Гору ничего не отвечает, лишь, когда его тарелка пустеет, он откидывается на спинку и закуривает сигарету. - Ты же слышала, что в этом году, за самый интересный подарок для Гакта полагается награда? - Награда? - Да, личная встреча с Повелителем и его командой. Провести совместный вечер в его компании. - Что? – Я широко раскрываю глаза, а по телу проходит дрожь. – Значит, если я выиграю этот конкурс, то смогу познакомится с Гактом? Смогу заговорить с ним? Откуда ты вообще об этом узнал? Ведь официально об этом еще нигде не писали. Ты уверен? - Ну, так я же Горуки. Горуки все знает. У меня такие связи в этой сфере, ты себе даже представить не можешь. – Гору выпячивает грудь, выдыхая дым, и прикрывает один глаз, ожидая от меня реакции. - Ну, вот теперь я просто обязана придумать что-то особенное! Проклятье! И почему все так не вовремя! – Я запускаю руки в волосы и прячу глаза. - По крайней мере, не скучно. Мы встаем из-за стола и выходим из кафе. - Мне нужно уезжать, дела в офисе. Идем домой, после поеду. - Не беспокойся, я сама в состоянии дойти. По дороге зайду в магазин. Спасибо, что заехал и за завтрак спасибо. Была рада тебя видеть. Маме привет. - Хорошо. Будь осторожнее. – Гору делает шаг вперед, и влажные губы прикасаются ко лбу. Он отходит на шаг и, улыбнувшись, направляется к дороге, вниз по склону. - Гору, спасибо. Купив продукты в соседнем магазине, я спешу домой. В голове появляется мелодия, которая с каждым шагом слышится все более отчетливо. Стоит переступить порог, я бросаю пакеты в прихожей и спешу записать ноты. Проведя несколько часов за нотными листами, мысли окончательно путаются. Я откладываю листы в сторону, оставив работу на потом, и занимаю место на мягкой кровати, отдаваясь во власть сна. Я стою посереди промышленной зоны. Кругом полная неразбериха, люди и грузовой транспорт сливаются в один сплошной поток. Я смотрю по сторонам и улавливаю знакомую фигуру среди всей суматохи. Всматриваюсь в широкую спину. Отец! Я бегу, расстояние между нами сокращается. Папа! Он оборачивается. Недельная щетина, отросшие волосы, которые едва касаются ушей. Я подбегаю к нему и утыкаюсь носом в широкую грудь. Тугой ком подступает к горлу, а на глазах появляется туманная дымка. Мое сердце пропускает удары. Раз. Еще раз. Слишком больно. - Папочка, я так скучала! – Он молчит. – Почему ты так редко меня навещаешь? - Прости. – Он замирает. - Пожалуйста, приходи чаще. – Дыхание сбивается, я слезы мешают рассмотреть лицо. Он смотрит прямо перед собой, игнорируя взглядом мое присутствие. - Хорошо. – В его голосе чувствуется холод, но я ощущаю живое тепло. Я чувствую его настоящие эмоции, которые сидят очень глубоко. - Я люблю тебя, я тебя очень сильно люблю, папочка, ты слышишь? Уже невозможно держать себя в руках. Меня трясет. Он хватает меня за руку, и мы бежим. - Тебе пора, ты опаздываешь – Он подталкивает меня и я, захватив воздуха, отпускаю его руку. Я открываю глаза и тяжело выдыхаю. На улице уже стемнело. Со лба стекает холодная капля пота. Кулаки с силой сжимают одеяло. Я перевожу взгляд на потолок и поворачиваюсь на спину. Отец умер, когда мне было шестнадцать лет. Гору было девятнадцать. Инсульт, за свою жизнь он перенес пять таких, когда нормальный человек переносит только три. Он умер на тридцать шестом году своей жизни. Его последнее день рождение мы отмечали в больнице. Со дня смерти отца прошло три года. Мне его не хватает. Я не могу принять факт, что больше его никогда не увижу. Мне не хватает его шуток, его заботы, его причитаний. Но, я знаю, что где бы он ни был, он всегда со мной. Я не чувствую это, я просто знаю. Он меня никогда не оставит. Он всегда будет рядом, будет оберегать меня. Я это знаю. Я люблю тебя отец. Очень сильно люблю. Сердце бешено бьется, слезы наворачиваются на глаза. Я тянусь к телефону и набираю номер Гору. - Да, что случилось? Знаешь сколько времени? Чего не спишь? - Гору, - я хлюпаю носом и слышу, как Гору зовет меня. – ты можешь приехать? - Скоро буду! Звонок обрывается и меня охватывает самая настоящая истерика. Я не контролирую свои чувства, а в голове проносятся воспоминания из прошлого. Я понимаю, что больше никогда не смогу обнять отца. Не смогу услышать, как он смеется над очередным моим промахом. Не смогу увидеть, как он хмурится, когда я выпиваю последний пакет молока. Я понимаю, что не увижу и не услышу его. Никогда! Руки дрожат, и я утыкаюсь лицом в подушку, что бы заглушить срывающиеся с губ крики. Каждый раз, когда мне снится отец, это заканчивается истерикой. Одеяло подлетает, и чья-то рука обхватывает запястье, усаживая. Гору. Он падает передо мной на колени и прижимает к себе. - Гору. Папа. Его нет, больше нет! Ты понимаешь это?! – Гору молчит, он обнимает меня за шею и гладит свободной рукой по голове. – Гору я не верю, он же рядом, да? Ты же тоже это знаешь, да?! - Да, он всегда с нами, он нас не оставит, он не такой. Я чувствую, как плечи Гору вздрагивают, ему тоже больно. Какая же я эгоистка. Я не подумала о его чувствах. Зачем я ему позвонила? - Гору… - Я отстраняюсь и смотрю на брата. Он берет меня за руки и лбом утыкается в мои ладони. Я соскальзываю с кровати и опускаюсь на колени, перед ним. Прижимаю его к себе, чувствуя на плече теплые капельки. Стоя на коленях в объятиях друг друга, я понимаю, что в этом мире у меня есть только Гору. Только брат всегда рядом, чтобы не случилось. Я глубоко вдыхаю и начинаю петь. Мамина колыбельная. Та самая, которую она пела нам в детстве, когда они с папой были вместе. В ней простые слова, незамысловатая мелодия, но это все придает спокойствия. Весь мир наполняется красками. На душе становится легко. Я снова дышу полной грудью. Гору приходит в себя через некоторое время и, прижимая меня к себе, произносит слова песни. Мы стоим на коленях в полной темноте, в объятьях друг друга, поем мамину, колыбельную знакомую нам еще с детства. В этом мире есть только мы друг у друга и это будет неизменно.