Истинный!

-Я не стану этого делать! И ты не сможешь меня заставить! - продолжал настаивать я на своём, глядя в грозное лицо своего отца. Он рассержено, расхаживал по своему огромному, роскошно обставленному кабинету. Держа руки в карманах своего безупречного и до абсурда дорогого костюма, продолжая твердить одно и то же своим угрожающе леденящим тоном: -У тебя нет выбора! Не вижу смысла продолжать этот дурацкий спор! - он, тяжело вздохнул, усаживаясь в своё кресло с надменным лицом, давая понять, что, я могу идти прочь с его кабинета. -Дурацкий спор? Ты понимаешь, что распоряжаешься моей жизнью? - настаивал я, стоя перед его столом. Не намереваясь уходить, и доказывая ему, что я не намерен сдаваться. Поднимая свой взгляд на меня, приходя в ярость, он начал кричать: -Ты будешь мне перечить?! Я всё сказал!! Убирайся с моих глаз!! - поднимаясь резко со своего кресла и ударяя кулаком по столу, намереваясь тем самым запугать меня и срубить все мои попытки на корню. -Отец прошу, я смалу выполнял все твои указания, даже дружил только с теми, кого выбирал ты! Я никогда ни в чем не перечил тебе, я всегда занимался тем, что соответствовало твоим требованиям! Могу я хотя бы в этом иметь свободу выбора? «Пожалуйста, отец!» — умоляющим тоном глядя в его глаза произнёс я. Должно же хоть что-то повлиять на него. Но ему плевать, он продолжил дальше с яростью, шумно и тяжело дыша смотреть на меня, казалось, я ещё больше разозлил его. -О какой свободе выбора ты говоришь?! Ты всего лишь Омега!! У тебя нет права выбора!! Ты вступишь в брак!! Тебе придётся принять этот факт!! - прокричал гневно он. - Ну, прости, что я всего лишь... Омега! – с укором тихо произнёс я. Мне впервые было больно слышать это, словно я виноват в этом. Комок, подступивший к моему горлу, не давал нормально говорить, я стоял неподвижно, стискивая зубы от переполнявшей меня горечи и обиды внутри. Слёзы грозились выбраться наружу и политься ручьём. Я не мог позволить себе разрыдаться перед ним, поэтому покорно молчал, пока он ругался себе под нос. Да и что я мог добавить, ко всем моим просьбам он всегда относился с полным равнодушием, следовало ожидать подобного исхода. Продолжая в который раз приходить и пытаться оспорить его решение, я лишь снова показывал ему, что я слабак, не способный преодолевать трудности и переубеждать в слишком важных решениях. Судя по всему, я не смогу сейчас донести до него то, насколько сильно против его планов на мою жизнь. Я пытался успокоиться и взять себя в руки. А вот он становился всё злее, сощуривая свой взгляд на мне. Он, в миг, обогнув, свой рабочий стол, начав тяжёлыми шагами направляться ко мне с яростью сжимая кулаки, заставляя меня в попытке защиты сделать шаги назад, пока я не упёрся в стену позади себя. -Слушай сюда, я не намерен смотреть на то, как ты распускаешь здесь свои нюни! Твой жалобный скулёж я не собираюсь слушать! У меня важная встреча через 10 минут, поэтому покинь мой кабинет немедленно! Я ещё раз напомню тебе, что решения принимаю здесь я и точка! Всё ты свободен! И знай, ты очень сильно пожалеешь, если продолжишь и дальше со мной спорить!! - твёрдым приказным голосом произносил он. Отчётливо подчёркивая каждое слово и выдыхая мне в лицо. Его обычно пронзительные серые глаза потемнели и становились похожими на тёмный мокрый асфальт при ливне, предупреждая о его злости. Он доходчиво пояснил мне ещё в детстве, что он способен на всё лишь бы добиться повиновения. Поэтому я прекрасно знаю, что произойдёт, если не уйду отсюда. Ведь очевидно что, этот разговор - бесполезная затея. Мне нужно найти другой способ, пока не стало поздно, у меня остался всего лишь месяц, прежде чем я покину родной дом, который никогда таким не был. И я попаду в полное владение тому, кого даже не знаю. Это в 21 веке? Для кого-то это покажется бредом. Но это моя реальность. Моя жизнь, в которой всё решает власть, сила и, конечно же, деньги. И мой отец-альфа обладатель всего этого. Он тот, кто способен на всё, ради достижения своих целей. Я, тихо всхлипывая, направлялся по длинному роскошному коридору. Двухэтажный особняк, оформленный в викторианском стиле, в котором всё прям, кричит о наличии статуса, власти и до абсурда огромного состояния. Но я.… не живу здесь. Мы все живём раздельно, и, пожалуй, самая уникальная семья в мире. Вот только реалия такова - мы просто не нужны друг другу. Покидая чужой дом, в котором я никогда не жил, а всего лишь в редкие разы получал указания, наставления и укоры, в этом большом дорого обставленном кабинете, огромного пустого особняка. Из своих раздумий и огорчений меня вывел голос того, кто понимал меня уже многие годы. -Ваш отец, всё так же непреклонен? - задал вопрос, вглядываясь в моё удручённое лицо, мужчина-бета. Будучи пятидесятилетним личным водителем, с добрыми серыми глазами, мягким спокойным голосом и простодушным характером, покладистостью и, некой мудростью, приобретённой с годами, службы у моей семьи. Пускай для моего отца и папы он всего лишь верный шофёр, приставленный ко мне с детства, но для меня он тот, кто всегда охотно выслушивал мои жалобы, и главное понимал меня. Не смотря на свою замкнутость и недоверие к людям, я с годами проникся к нему тёплыми дружескими чувствами. Вздохнув, я ответил ему, подтверждая, и направился к открытой двери дорогой чёрной машины. Он с долей сочувствия взглянул на меня, прежде чем закрыть дверь, с тонированными темными стёклами, скрывающие меня от всего. Ловко обойдя машину, невзирая на свой возраст, он был хорошо подтянут и сложён, только лёгкая седина на некогда тёмной короткой стрижке, выдавала его. Усаживаясь на водительское место и ожидая моих указаний. -Домой, Тед! - опустошённо произнёс я. Уже спустя пару секунд машина ринулась с места, стремительно увозя меня подальше отсюда и того, кто причинял мне много душевной боли своим холодным и властным отношением. Я рос без родителей. Это самый печальный факт в моей жизни. Фактически моей семьёй с момента рождения были няни: садовники, добрая и задорная экономка Мария, повара прислуга, частные репетиторы. Так как я в детстве был слишком мелким и худым, потому казался слишком хрупким для всех. За мной по пятам всегда следовала целая группа телохранителей, отпугивая всех желающих даже просто поздороваться со мной. Отсюда вытекает и отсутствие друзей, наличие постоянных осуждений - твоей семьи, количества денег, укоры, доносящиеся в мою спину, они отбивают окончательно желание в общении. Являвшись мелким и беспомощным, я ходил в школу, но редко, учёба для меня была всегда лёгкой, невзирая на полную загруженность. С 5 лет изучая несколько языков, уроки фехтования, плаванья. Столько всего по наставлению моего отца, должен знать и уметь его единственный сын. В детстве у меня был стержень, но с годами от него практически ничего не осталось. Было время, когда я протестовал, упирался, спорил, устраивал истерики за что, впоследствии был жестоко наказан тем, кто должен был наоборот защищать меня. С взрослением пришло и понимание что это пустая трата сил, нервов и череда болезненных огорчений, в попытке привлечь внимание или хотя бы понимание и заботу к себе. Я переменился, стал беспрекословно выполнять все требования, указы и наставления, словно идеальный механизм. Как только всходило солнце, я приступал к изучению наук, языков, и практических занятий со специально нанятыми преподавателями. Потом уроки кулинарии, которые мне даже очень нравились, верховая езда, художественное искусство, гольф, так я и отключался, когда за окном уже была непроглядная тьма. Это моё детство, в котором не было счастливых семейных ужинов, развлечений, а главное любящих и заботливых родителей. За мной шёл постоянный надзор. Отец мог с лёгкостью отдавать распоряжения, месяцами не появляясь и находясь чаще всего в других странах. Все мои вечера и ужины, проходили в компании Марии, которая уже много лет заботилась обо мне. Она часто с искренней улыбкой на лице рассказывала о своём подрастающем внуке и то, как скучает по своему сыну, который был постоянно в разъездах, его работа футбольного ассистента сильно изматывала, но безумно нравилась и приносила счастье. Я же получал много весёлых и хватающих за душу историй, которые побуждали меня фантазировать, забывая о плохом и том, что ранило меня на протяжении всей моей жизни. Я вырос, настал момент выбора колледжа и дальнейшей профессии. И тут меня ожидал ещё один болезненный укор. «Омеге не важна профессия! Твоя основная цель — это выгодный для всех нас брак и довольный, обеспеченный муж! Можешь учиться на кого угодно!» Не до конца понимая тогда смысл отцовских слов, я обрадовался, что имею хоть в чем-то право выбора. Я с детства безумно желал стать грамотным и дарящим людям надежду врачом. Поступив с лёгкостью в престижный колледж на медицинский факультет. Вот только колледж я не выбирал сам. Я хотел учиться в штатах, но произошло то, что стало самым переломным в моей жизни... В итоге отец выбрал самый сырой, холодный остров, и привёз меня сюда. Конечно ему плевать, он ведь способен контролировать меня везде. Большинство персонала, на чьих глазах я рос, переехали со мной по собственной инициативе. Я смирился, хоть это и было тяжело, оставлять то место, которое до сих пор греет мою душу, не взирая на болезненные моменты и воспоминания, но всё же я вскоре смог с головой погрузится в обучение, ведь это единственное что способно было меня радовать и побуждать двигаться к своей мечте невзирая ни на что. Уже стемнело когда машина остановилась, вырывая меня из воспоминаний, возле двухэтажного коттеджа с панорамными окнами и деревянным покрытием, Он располагался на склоне горы, вдали от цивилизации, возвышаясь над окутывающим его со всех сторон густым туманным лесом, который простирался на десятки миль. Это удивительное, живописное место служило моим убежищем и клеткой одновременно. Находясь, всё время среди природы, чистого воздуха, и безграничных просторов. С потрясающим видом из окон, от которого захватывало дух, в глуши, с постоянными проливными дождями, проживая на «Последнем Рубеже» (прим. основное название Аляски.). Но я всё так же был под надзором своего отца, ему докладывали о каждом моём шаге. Правда, он сам за время моего проживания здесь навещал меня всего лишь раз... -Мистер Вуд, ваш отец приказал оповестить вас о приезде мистера Ричарда в эти выходные! - произнёс слишком деловым и уважительным тоном мой водитель, открывая мне дверь. Ну, отлично, только этого мне не хватало. -Спасибо что предупредил Тед! И прошу, хватит уже так обращаться ко мне! Я вырос на твоих глазах, мне неловко! - слегка застенчиво говорил я, в попытке в очередной раз убедить его в бессмысленности формальности, между нами. Он с детства всегда был рядом и во многом мне помогал, как и сейчас. -Прошу прощения! Я не могу обращаться к вам иначе! Ваш отец… простите ещё раз, мне нужно вернуться к своим обязанностям! – запнулся но, не растерявшись, подытожил он. Вот значит, в чём дело. Он, поклонившись и обогнув машину ловко заведя мотор, тронулся с места и уносясь по асфальту. Я направился к дому, где на входе меня, поприветствовала охрана, слегка поклонившись. Два высоких, одинаково и коротко постриженных, мускулистых парня-беты, около 30 лет. В детстве я даже не мог различить их, они словно двойники, одни часто сменяются другими. Они открыли мне дверь в большой, светлый холл. Весь коттедж как с обложки дорогого и роскошного журнала. Всё выполнено в стиле современном *Шале. (Прим. интерьер направлен на использование природных материалов.) Дерево и камень, как снаружи, так и внутри. Мягкая мебель в светлых, бежевых тонах и низкие потолки из деревянных досок. Наполненная светом кухня, соединённая с большой гостиной и огромным камином посредине, выложенным из декоративного камня. Пройдя на кухню попутно снимая пиджак и волоча его за собой, по гладкому деревянному полу. Возле плиты, как всегда, крутилась Мария, она еле слышно напевала какую-то весёлую мелодию себе под нос, стоя ко мне спиной. Всё помещение было наполнено различными ароматами свежеприготовленной еды. Вскоре она прекратила своё пение. Я, усевшись за кухонный стол напротив неё, продолжал дальше погружаться в своё уныние. -Как всё прошло, ты голоден, дорогой? - задала она вопрос добрым и мягким голосом, не оборачиваясь. Я молчал, мне нечего было сказать ей, жаловаться на то каков мой отец или что он в очередной раз не захотел даже нормально выслушать меня? Она и так это знала. Мне уже не хотелось ничего. Не получив ответа, она тут же обернулась с застывшей улыбкой на лице. По-видимому, вид у меня и правда, был не очень. -В чём дело? «Опять отец?» — спросила она, повернувшись и тяжело вздыхая, теперь она выглядела опечаленной глядя на меня. Такое приятное и уютное общение с ней всегда подбадривало меня, даря чувство, что хоть кому-то в этой жизни я не безразличен. Но не сейчас, теперь, когда на моём горизонте виднелось очень тяжёлое и непреодолимое препятствие. -Я не могу переубедить его уже в который раз! - тяжело вздыхая, еле слышно произнёс я себе под нос. Мария, ставя кружку ароматного чая передо мной, уселась напротив. -Всегда есть выход, может тебе стоит подождать? Пусть отец твой успокоится? Дай ему время, может все разрешится! Он обязательно прислушается к тебе! - говорила успокаивающе она. Я же сидя с поникшим лицом, смотря на чашку, просто молчал, мой отец никогда не был на моей стороне. -Ты уже знаешь, что твой папа приезжает на выходных? - спросила она воодушевлённо. -Да! Но что толку, папе вообще плевать на меня! Вероятно, у него снова какие-то грандиозные планы, раз решил приехать, к тому же он больше всего приезжает к отцу за помощью со своего Милана! - сухо ответил я с очередной порцией огорчения в голосе, отпивая с чашки. -Может тебе стоит поговорить с ним? Вдруг ты заручишься его поддержкой? Мистер Ричард же любит и волнуется за тебя! «Может он поможет тебе убедить отца?» — искренне с надеждой говорила она. -Папа? Он с самого моего детства вообще никак не заинтересован в моей жизни! Я для него словно не существую! Куда там? Он знаменитый дизайнер одежды, ему вечно некогда, всю мою жизнь он живёт в своём Милане! Хотя ты и сама это знаешь! Его не интересует ничего кроме красоты и денег! Не удивлюсь, если он даже не знает, что его сына женят! Ему просто плевать на меня! - произносил я, досадно и тяжело вздыхая, тихо всхлипывая и роняя тяжёлые слёзы накрывавшие меня. -Может отец прав, я просто чувствительная плакса? Я слабак, поэтому у меня нет выбора? Я всего лишь Омега как сказал он мне сегодня! - уже не сдерживаясь в плаче, добавил я. -Ну что же ты такое говоришь? Не наговаривай на себя! Ты умный, красивый и талантливый, ты добрый и сильный духом! Прекрати винить себя во всём! Просто поверь мне, нужно время, представь на секунду, а вдруг ты встретишь своего истинного и тогда всё решится само собой, ведь твой отец не сможет пойти против этого! Успокойся всё наладится! - слушая её заботливый голос и то, как она, поднявшись, обойдя стол тихо подойдя и слегка обняв меня за плечи, пытаясь убедить меня не падать духом, говоря с искренностью, уважением и восхищением, во взгляде расхваливая меня. Но истинный для меня... Я даже никогда всерьёз не рассматривал наличие такового. Часто слушая разные истории с неподдельным восторгом от других. Особенно от однокурсников в колледже, которым посчастливилось найти свою пару. Я всегда недоумевал, как могут совершенно разные или не знакомые до этого друг другу люди, вот так просто сразу полюбить? Скорей всего я просто не понимаю, что такое любовь. Мой отец с папой не истинные, но, не смотря на ошибочные предположения и осуждения со стороны других, они никак не огорчены, что не встретили своих пар. По поводу себя и моей сущности, мне теперь уже было плевать родись я альфой или омегой. Проживая под полным надзором, выполняя указания и совершенно не владея своей жизнью, есть ли разница, будь я альфой? Не думаю. Вначале помню, когда мне только исполнилось 14, и я осознал, что Омега, я был напуган. Никогда не забуду, как пытался связаться с папой и обсудить всё то, что тогда меня очень интересовало. Он не приехал тогда.… А потом течка. Я понятия не имел что делать, отсиживаясь в комнате и невыносимо страдая. И вот спустя полгода, он, наконец, объявившись с отстранённым лицом, говорил о том, что я это и сам мог узнать от своего окружения. У меня не было друзей и ужасно неловко было говорить об этом. Я узнавал всё сам, из книг. Но вот так благодаря очередному уроку жизни от папы я и остался одиноким и недоверчивым, который сторонился всех. Слушая о истинных, только с разговоров. -Боже, вот это милота! - раздался позади меня красивый бархатистый голос небрежно испорченный сарказмом, которым несло за версту. Вмиг я, вздрогнул и обернулся. Мария тут же отошла от меня, пытаясь скрыть удивление, опустив свой взгляд в пол, уважительно поклонившись в знак приветствия. -Мистер Ричард! Прошу простите за это! - быстро проговорила она, пытаясь унять дрожь в голосе, складывая руки вдоль тела в покорную позу. Я же, сделав тяжёлый вдох и поднявшись со стула, стараясь незаметно стереть слёзы и натянуть привычное в нашей семье выражение на своё лицо, поднимаясь и уверенно направляясь в его сторону. -Папа! - не скрывая удивления, произнёс я. Он стоял, грациозно сложа руки, смотря на меня своим бирюзовым цветом глаз в точности как у меня. Он очень красив, изящен и высокомерен, а ещё до жути холоден со всеми. Казалось что в нём нет подлинных чувств и эмоций, только колкий язык. Он настоящий ледышка. Обладатель высокого роста, худощавого телосложения. Его волосы белые словно снег рассыпались шёлком по плечам, длинные тонкие пальцы, и светлая как фарфор кожа. Среди омег его возраста он выделялся особенно. Его аристократичность во внешности и манерах, грациозность в движении, заставляла всех вокруг него захлёбываться от восторга и зависти. Его красота, словно у куклы. Будто самая известная модель с обложки популярного журнала, впрочем, он таковым и являлся, помимо создания дорогих нарядов для высшего общества. Я не видел никогда его эмоций, он хорош в умении смотреть на всё сквозь пальцы. Он талантлив в ношении маски полного безразличия и способности, уничтожать словами. Кажется, ничто в этом мире не способно его затронуть. -Ты не ожидал, увидеть меня или не знал о моём приезде? - спросил он с лёгким наигранным удивлением в голосе. -Я узнал о твоём приезде только сегодня! Почему ты так рано? Выходные... - начал, я интересоваться, отчуждённо скорей из вежливости, но меня тут же перебили. -Обстоятельства так сложились! Придётся здесь подольше побыть! — произнёс он, с видимым недовольством. Восхитительно! Зачем тогда ты здесь? Снова, деньги и идеи, скучно в Милане? Я стоял и задавал вопросы самому себе, в которых не было смысла. Эти люди не способны измениться. -Хорошо, если останешься здесь, располагайся, мне пора к себе, учёба! - кратко и обрывисто проговорил я, пытаясь скрыть свои эмоции и чувства, натягивая маску отстранённости и безразличия, я направился в сторону своего кабинета. Но он не дал, сделать мне и пару шагов резко ухватив меня за локоть, заставляя обернуться к нему. Я впервые был поражён тем, как он переменился, смотря на меня, с серьёзным лицом, не скрывая тревожность во взгляде. Он разве на такое способен? Он был напряжён, тяжело вздохнув, словно что-то обдумывая. Тут же резко наклонившись ко мне, он еле слышно произнёс: -Я знаю обо всём! Ты точно уверен, что хочешь идти против этого брака? - выдохнув и внимательно вглядываясь в мои глаза, пытаясь убедиться в чём-то для себя. На миг я растерялся, но удивился ещё больше, понимая, о чём он. -Да! - так же тихо, но уже неуверенно ответил я. Он стал ещё более сосредоточенным на мне и более напряжённым, чем прежде, что заставило меня усомниться, правильно ли было ему отвечать правдой? Нужно было солгать? И почему он вдруг стал так серьёзен? Что теперь? Он ведь застал меня врасплох. -Я помогу тебе! - уверенно и тихо проговорил он, после чего тут же отпуская мою руку вальяжно направился в гостевую комнату. Я же стоял в немом поражении, словно прирос к полу. Я никак не мог осознать его слова. Выходит, ему не плевать на мою судьбу? После долгих секунд, в полном недоумении я всё же направился в свой кабинет. Учебники и освоение материала сейчас давались мне с большим трудом. Но задания нужно было выполнить. В голове творился полный хаос из догадок и тревожных мыслей, закладывающих теперь в меня сильное сомненье, может, нет на самом деле ничего в этом? Постепенно мои мысли переходили в другое русло. Мои родители ведь тоже вступили в брак по настоянию их родителей. Живут отдельно уже много лет, да по факту с самого начала, и никаких проблем не возникает. Может зря, я надумываю себе? Что если этот брак будет важен только по документам, а фактически я смогу и дальше продолжать жить здесь один? Я впервые задумался об этот под таким углом. Ночью мне снова снились кошмары, не отпускающие меня уже несколько лет. Ничего не помогает, каждый раз я просыпаюсь от криков среди ночи, никакие снотворные не смогут заставить меня всё забыть. В который раз, включая свет на прикроватной тумбе, в своей огромной тёмной спальне, весь в поту, с немыслимо гулко стучащим сердцем, звонко отдававшимся у меня в ушах, потирал своей рукой, видимые только для меня шрамы. Следы от ран, покрытые теперь чернилами. Мои татуировки в стиле геометрии, на руках, спине и ногах. Все эти: чёрные розы, лес, шипы, кресты, ветви и волк, они скрывали всё. А их я всегда скрывал под одеждой... От автора. В роскошно обставленном в тёмных тонах кабинете, за большим массивным из дорогого дерева письменным столом, сидел ухоженный с виду 45 лет альфа, задумчиво глядя перед собой. В комнате стояла напряжённая атмосфера, подавляющая сила и власть, исходившая от этого альфы, была способна моментально уничтожить любого, кто способен встать на его пути. Он представлял собой воистину чистое зло и всемогущее превосходство над другими. Но не один он с такой силой и чернотой в сердце ненавидящий весь мир, сидел в этой комнате. В кресле напротив вальяжно расположившись, сидел молодой альфа, внимательно рассматривая каждую деталь на фотографии в своей руке. С неё, на него смотрел ярко-бирюзовыми глазами, с густыми ресницами, аккуратным носиком и слегка пухлыми губками, безумно красивый молодой омега, со стильно уложенными, и коротко подстриженными у висков волосами, цвета шоколада. Его светлая кожа и слегка женственные черты лица, подчёркивающие его красоту, будоражили молодого альфу, путая его мысли. Он вздыхал и хмурил брови, не отводя своего взгляда от фото. -До благотворительного вечера осталось две недели, ты уверен, что справишься? - раздался властный грубый голос, взрослого альфы. Он продолжал сверлить молодого альфу, холодными серыми глазами. -Да, это будет намного легче, чем я предполагал! - прозвучал в ответ чарующий, соблазнительный с хрипотцой баритон. Его обладатель, делая очередную затяжку наполовину выкуренной сигареты, продолжал пристально рассматривать, изображённого парня на фотографии. Его лицо озаряла улыбка больше похожая на хищный оскал, не предвещающий ничего хорошего... -Запомни, ты должен уничтожить их! Я хочу, чтобы они страдали! А если ты провалишь это, тебе конец! - прогремел на всю комнату яростный и властный, грубый бас взрослого альфы. Вскоре он, поднявшись, поспешно покинул кабинет, оставляя альфу в своих размышлениях наедине. -Ты будешь рад этому, Олин Вуд? Игра уже началась! - задал вопрос альфа в пустоту, попутно сжигая фотографию, бросая её в камин позади себя и хищной походкой, покидая кабинет...