Игра в жизнь

Не удивляйтесь концу главы. Это не совсем он. А если быть точной, то совсем не он.

Люблю запутывать людей, Анника <3

____________________________________________________ — Кол, а ты уверен, что это то самое место? — С подозрением спрашивает Кэролайн, с недоверием смотря на меленькую дверку, которая, по его словам, должна была привести их в «рай для вампиров». — Ты боишься, моя маленькая девочка? — В ответ усмехается шатен, потрепав ее по голове. — Как ты меня назвал? — Девушка тоже улыбается, толкая Кола в бок и портя его прическу. Майклсон, чтобы не оставаться в долгу, подхватывает ее под колени и закидывает себе на плечо, приговаривая: «Ну и кто ты после этого, если не маленькая девочка?» — Отпусти меня сейчас же! — Кричит Кэролайн, колотя кулаками по спине парня и брыкаясь с целью вырваться из рук Майклсона. — Ты сама виновата, — только отвечает Кол, закатывая глаза. — Я раз в 100 старше тебя, поэтому для меня все, кто младше Ивана Грозного — маленькие девочки. Понятно? — Он подбрасывает ее в воздух, после чего невозмутимо ловит в десяти сантиметрах от земли. — Я сказал: «Понятно?» — Повторяет он, всматриваясь в испуганные глаза вампирши. — Да понятно, понятно! — Ворчит она, вырываясь из его рук и отряхивая платье. — Интересно, а Ребекку ты также подкидываешь на правах сестры? Майклсон лишь смеется, высоко подняв голову к небу, после чего еще раз смотрит на блондинку и, удостоверившись, что она готова, открывает дверь. *** В «раю» оказывается не так уж и по-райски. Хотя, возможно, это потому, что для вампиров рай — это ад. Накурено, пропитано алкоголем, душно и жарко — именно такое помещение и престает перед девушкой. Она смотрит на Кола, но тому, как ей кажется, место нравится. По крайней мере, его наглую улыбку довольного кота она понимает именно так. — Смотри, — шепчет шатен ей на ухо, показывая пальцем куда-то в сторону. Форбс оборачивается и просто замирает на месте. То, на что ей указывает Кол, оказывается парочкой молодых людей. И все бы было нормально, если бы не тот факт, что парень с жадностью впивается в ее горло, тогда как она буквально наслаждается этим, закрыв глаза. Только сейчас Кэролайн, еще раз осматривая помещение, замечает, что здесь все буквально пропитано кровью, а вместо обычных автоматов с шоколадками — шкафы с пинтами. — Кол, это то, о чем я думаю? — Уточняет девушка, с подозрением смотря на дальний диван в самом углу. — Если ты думаешь о том, что на столике человеческие сердца, то ты права, — Майклсон, как всегда, усмехается. Девушка смотрит на него недоуменно, часто моргая. Иногда ей кажется, что существует два Кола Майклсона: один был с ней в трудные моменты ее жизни и примчался по первому же ее зову, этот Кол — ее брат, брат ее мужа; второй же — безжалостный убийца без доли сострадания и чувств. Еще раз посмотрев на парня, она отворачивается и от него, и от сердец, и от моря крови. Девушка даже не замечает, как к ней сзади подходит человек: — Ну, привет, Кэролайн-Элизабет, — довольно улыбается мужчина Блондинка в ужасе оборачивается, хотя и так знает, кто стоит у нее за спиной. Так и есть: Джаспер. Форбс смотрит по сторонам, глазами ища Майклсона, но тот, именно в этот момент, куда-то исчез! Наконец-то она его замечает на другом конце зала с красивой брюнеткой в ярко-зеленом платье. Майклсон-Майклсон, ты всегда был такой, таким и останешься. — Не кричи и никто не пострадает, — после минутной паузы говорит вампир, отвлекая девушку от ругательств в сторону Колу. — Просто иди за мной, блондиночка. *** Вампир ведет девушку по сырому грязному переулку, часто оборачиваясь, будто бы считает, что та может убежать. Не скрою, у Кэролайн возникала такая мысль, но она была тут же засунута, куда подальше при представлении того, как это ужасное существо может убивать людей. Да, годы идут, а Кэролайн Форбс не меняется. Что 10 лет назад, что сейчас, все знают, что смерть людей — это ее Ахиллесова пята. Сколько же бед принесло ее умение чувствовать! — Долго еще? — Осведомляется она, замечая, как с балконов начинают свешиваться люди. Хотя, скорее всего, вампиры. — Не волнуйся, милочка, мы уже пришли. Джастин остановливается так резко, что вампирша с непривычки врезается в него. Проворчав что-то вроде: «Под ноги научись смотреть!», парень «передает» ее другому человеку, после чего куда-то исчезает. Второй «надзиратель» кажется добрее первого. По крайней мере, внешне: у него светлые волосы, голубые глаза, острый нос… И вообще, он выглядит достаточно симпатичным. — Могу я узнать, где я? — После долгого молчания все же решается что-то сказать Форбс. Блондин осматриватеся со всех сторон, улыбается и пожимает плечами: — Если ты действительно та, за кого себя выдаешь, ты должна знать это место. — Но я же ни за кого себя не выдаю! — Пытается хитрить блондинка, — меня зовут Элизабет, я совсем недавно стала вампиром и совсем ничего не понимаю… — Алекс думает, что ты — Кэролайн Форбс, — вампир усмехается, видимо, заметив в этом что-то смешное. — Честно говоря, все остальные тоже. — А что Вы будите делать, если вдруг окажется, что Вы не правы? — Мы всегда правы, — блондин подмигивает девушке и смотрит куда-то вдаль. Девушка устало поводит плечами, тяжело вздыхает и с грустью смотрит на ночной город. Где-то там, вдали ночи, ее дом. Она никогда не говорила Ему, и никогда не скажет, как же она скучает. Прохладный ветерок обдувает спину блондинки, а в следующую секунду теплые руки обнимают ее за плечи. Кэролайн с улыбкой поворачивает голову, подставляя ее для поцелуя. Мужчина не заставляя ее ждать, тут же отвечает на призыв. — Никлаус, — вдруг тихо шепчет вампирша, крепче прижимая его руки. — А у тебя когда-нибудь было ощущение того, что у тебя есть все, но в то же время нет ничего? — Солнышко, а почему ты вдруг меня спрашиваешь об этом? –Майклсон садится рядом с ней, прижимая ее к себе. — Что-то случилось? — Ничего, просто… — Кэролайн вздыхает, кладя свою голову на плечо мужчины. — Просто я подумала, что неплохо было бы иметь нормальную жизнь? — В смысле? — Блондин широко раскрывает глаза, разворачивая лицо девушки так, чтобы видеть ее эмоции. — Я имею в виду дом, нормальную работу, соседей… — она мечтательно закатывает глаза и хорошенько думает над последним словом, — … дети. — Милая, — Древний грустно улыбается. — У нас все это будет, — он говорит это настолько счастливым голосом, что блондинка ему не верит и горько усмехается. — Как, Никлаус? — Она целует его руку, которая до этого лежала на ее плече. — Ты — дьявол во плоти, я это точно знаю, не спорь; я — дитя ночи. Как? — Слезы отчужденно текут по щекам Форбс. — Вот просто скажи: как? Девушка встает, отходит от окна и начинает ходить взад-вперед по комнате. — Как ты себе это представляешь? Ладно, дом, соседи, дети! .. Но как это будет? Представь, каково будет нашим детям! Майклсон виновато опускает голову, как будто он только что совершил самый большой грех на Земле, тяжело втягивает воздух, после чего отвечает распсиховавшейся блондинке: — Мы все сможем! — Он подходит к ней и крепко прижимает к себе. Так, чтобы она не могла жестикулировать руками и кричать. — Все будет хорошо, — он целует ее лицо, заглядывает в глаза. — Ты мне веришь? — Девушка неуверенно кивает. — Вот и славно, — продолжает он, укладывая ее на кровать и укрывая одеялом. — А теперь спи, моя дорогая. Тебе нужно выспаться. — Не уходи, — девушка сквозь сон хватает его руку. Ее глаза уже закрыты. Майклсон был прав, она действительно здорово устала. — Я не уйду, моя хорошая, — он гладит ее по голове. — Я всегда буду рядом. — Вот и она! — Резкий голос Джастина вырывает девушку из воспоминаний. Позади него идет человек, но она не видит его, пока тот не выходит на свет: — Майкл? — Сквозь пелену дыма изумляется девушка, после чего проваливается в глубокий обморок.