Господин и Горничная

"Страсть лишена объективности, она лишена правды. Поэтому помните: если мозг охвачен возбуждением, вы в опасности..."

©Анхель де Куатье "Исповедь Люцифера"

***

      Его горячие губы, казалось, были везде. Они обжигали шею, ключицы, грудь. Жадные поцелуи и укусы.. Он словно хотел разорвать чужие губы. Словно был так голоден до страсти и похоти, что совершенно не мог себя сдерживать. — Так тебе нравится власть? — Прохрипел Айзава сбитым от стонов голосом. — Помолчи! — Крупная накаченная рука Тошинори сжала чужую шею. Губы накрыли рот черноволосого, увлекая в жаркий поцелуй с языком. Одежда давно была сброшена, мужчины лежали на кровати ненасытно наслаждаясь телами друг друга. Стоны отражались от стен, заполняя комнату. Всё вокруг уже было пропитано запахом тестостерона, пота и возбуждения. Они прижимали друг друга ближе, хватали и царапали. Отстранившись, Яги резко перевернул партнёра на живот. Обернув чёрные волосы вокруг ладони, он потянул на себя, заставляя Шоту выгнуть спину и на самое ухо прошептал : — Не дёргайся. Дважды повторять было и не нужно. Оба понимали к чему всё идёт. Оба сгорали от нетерпения и желания. Взяв в прикроватной тумбочки лубрикант, Тоши нанёс прохладную субстанцию на пальцы и аккуратно ввёл один в мужчину. Лёгкое вздрагивание и едва слышный стон, послужили ответом на это действие. Блондин мягко вводил и выводил палец, разрабатывая стенки ануса. Медленно ввёл ещё один. Бледные пальцы владельца замка схватили и сжали простыни. Рваные вдохи и что-то нечленораздельное слетало с губ Айзавы. Когда, по мнению блондина, проход был достаточно разработан, он пристроил возле него уже окаменевший член. Главное сдержать себя... Не торопиться... Мы оба должны получить удовольствие... Чёрт, но как же сексуально это всё выглядит... Хочется просто резко засадить его на всю длину.. Мфх.. Медленно, словно возбуждение вовсе не сводило его с ума, Яги ввёл головку члена в партнёра. Медленнее... Немного подождал, дав черноволосому привыкнуть. Миллиметр за миллиметром, нежно и осторожно он проникал глубже. Издав что-то похожее на рык, Шота прохрипел: — Да войди ты уже! Я не хрустальный, не разобьюсь. — И мужчина поддался всем телом навстречу, насаживаясь на член больше. Ха! Ограничения были сброшены. Вся первобытная дикость и необузданность выпущена. Крупные ладони легли на светлые бедра, пальцы вцепились в кожу. Больше не заботясь о нежности, Тошинори трахал партнёра, да так, что шлепки заглушали их стоны. Ещё.. И ещё... Грубее... Жёстче. Он ускорялся. Сжимал и хватал кожу Айзавы. Наверняка останутся синяки. Ещё... Шлепки..ещё.. Стоны.. Ещё.. Запах спермы.. Ещё... Может быть оставить несколько засосов боссу на память?...

***

      Холодный пот прошиб тело Яги. Он так резко подскочил, высвобождаясь от сна, что чуть не свалился с кровати. Взгляд на часы. Пять утра. Сбросив плед, которым он решил укрыться вечером, Тошинори подошёл к окну и раздвинул шторы. Никакой прекрасный рассвет не встречал его сегодня, лишь серо-белые облака, затянувшие всё небо. Огромный каменный стояк дополнял картину этого отвратительного утра. Помассировав пальцами виски, новый работник этого замка отправился в душ. Ледяная вода смоет воспоминания об этом странном сне... Уймет утреннее возбуждение.. И успокоит. Я выйду и утро станет лучше. Сегодня всё пройдёт хорошо. Яги повторял это как мантру, много много раз, и, в конце концов, смог унять своё тело.       Но правда ли он хотел забыть столь будоражащий сон?