прости

- Поздравляю, нравишься, - бросила невзначай Настя, буквально залетая в комнату, в которой сидела только Костья. - Чего? – непонимающе переспрашивает та и приподнимается на кровати. - К ЛОРу запишись. Говорю, Лике нравишься. Ты вроде интересовалась? Или это так, чтобы мы с Бэллой попиздели? Ну радуйся, у вас всё получилось. Настя выглядит не просто злой, а разъярённой: она мечется из угла в угол, пытаясь найти себе место, а потом нечаянно наступает на осколок разбитой ей кружки и, ругаясь, с размаху отшвыривает его ногой в сторону. Костья, конечно, не из робкого десятка, но даже она понимает, что с такой Настей шутки плохи. - Да ты присядь, Настюх, - осторожно начинает она и двигается, освобождая место для подруги, хотя, признаться честно, она бы предпочла сейчас держать дистанцию. - Спасибо, постою, - рявкает старшая, и Костья видит, как раздуваются её ноздри. Ну ничего хорошего. Поразмыслив с минуту, Купер возобновляет попытку наладить контакт: - Что-то случилось? Зря ты это, чувак. Зря. - Ты издеваешься или да? – шипит на неё Настя, останавливаясь около её кровати. - Ну… - Вы с Ликой придумали эту хуйню? Можешь не отвечать, - вскидывает старшая руку, останавливая уже открывшую рот Костью. – Просто какого, мать вашу, хера? А? Какого, я спрашиваю, хера вы суёте свои, блять, носы туда, куда вас не просили, не просят и, поверь, никогда не спросят?! Ну, поговорили мы с ней, если это вообще можно нормальным разговором назвать, и дальше что? Всё только хуже стало! Рада? После продолжительной паузы, Костья, всё же решившись оправдаться, говорит: - Настюх, мы типа хотели, как лучше… - КАК ЛУЧШЕ??? Я в шоке, блять. Вы как биба и боба два долбаёба, клянусь, - кричит Настя, нервно откидывая волосы назад. - Да харе орать на меня, блять, - срывается Костья так неожиданно, что Настя, опешив, даже будто успокаивается. – Нам типа не срать на вас. И уже реально убиться хочется, как вы заебали, страдалицы ёбаные. Думаешь, типа, нам охуеть как нравится смотреть, как вы друг без друга мучаетесь? Знаешь, как это называется? Вот и я не знаю. Настя опускает голову и задумчиво чертит ногой непонятные узоры по полу, видимо, не в силах ничем возразить на такую тираду. - Настюх, - зовёт её Костья, и Петровой приходится поднять на неё взгляд побитой собаки. – У меня только два вопроса: ПОЧЕМУ, А ГЛАВНОЕ – СХУЯЛИ? ЗАЧЕМ, А ГЛАВНОЕ – НАХУЯ? Конец. Можешь дальше тут разъёбывать всё. Она в раздражении проводит по волосам и выжидающе смотрит на Настю, и та, наконец признавая своё поражение, садится рядом с подругой. - Я идиотка, - говорит она, качая головой в подтверждение своих слов. - И мы это осознали. Ура. Осталось только вернуть Бэллку, - смеётся Костья и одобряюще хлопает Настю по спине. - Нет! Как? Что? – возмущается старшая. Ну ничему тебя жизнь не учит, Петрова… - Ты можешь хотя бы один день без этого «нет!» прожить? Внатуре, хватит уже упираться, как овца, Насть. Тебе надо с ней помириться. - Я не знаю, как это, блять, сделать. Она не захочет! - Захочет. Отвечаю. Но будет делать вид, что нихуя не хочет. - Сукаааа, - стонет Настя и бьёт себя по лицу. – Она меня ненавидит. - Знаю, бро. - Она меня пошлёт. - Знаю, бро. - Но я заслужила, да? - Безусловно. - Слушай, - вдруг говорит Настя, поднимаясь, - я хочу быть с ней. Правда. Но я как думала, что ей без меня будет лучше, так и думаю. - То, что ты так думаешь, не значит, что это правда. - Ты когда поумнеть успела? - Если бы вы, полудурочные, не тратили время на ваши разборки бессмысленные, вы бы много чё заметили, - угрюмо говорит Костья, наблюдая за Настей, снова накатывающей круги по комнате. – И ты можешь остановиться, у меня уже голова от тебя кружится. - Что надо было ещё заметить? Как вы с Ликой того этого? – ухмыляется Настя и подмигивает. - Чего того этого?! – вспыхивает Купер. - Ну не придуривайся тут. Что у вас там? – спрашивает Петрова с горящими от любопытства глазами и снова присаживается на кровать, готовая доёбываться до подруги. - Да ничего у нас там, блять. Хули ты стрелки переводишь? - А хули ты краснеешь, если ничего у вас там? Костья молчит, потупив взгляд и явно собираясь что-то сказать. Откашлявшись, она спрашивает с наигранным равнодушием: - Что там Бэлла-то сказала? Просто интересно. - О чём? – издевается Настя. - Иди нахуй, Петрова. - Ладно-ладно, только не бей. Ну, она сказала, что ты Лике с начала проекта нравишься, охуеть, да? - Ага, - отстранённо говорит Купер, но от Насти не скрылась тень улыбки, коснувшаяся лица Костьи, которая тут же меняет тему: Так вот, ты меня можешь не слушать, но я считаю, что вам с Бэллкой нельзя быть порознь. Вам это, блять, противопоказано. Мы все порядком заебались наблюдать за вашей войной. А знаешь, кто больше всех заебался? - Ну кто? – нетерпеливо спрашивает Петрова. - Вы сами, конченные, блять. Просто иди и верни её, а не будь ссыклом. - Просто пойду спать. - В одиннадцать?! Ты? - У меня моральное истощение, - важно поясняет старшая и, раскладывая кровать, добавляет: И Кость, давай больше не будем поднимать эту тему, я тебя прошу. Окей? - Это между прочем не окей, это, Петрова, очко! – кричит Купер, защищаясь от подушки, летящей в неё с другого конца комнаты от Насти. – Да успокойся, блять. Реально иди проспись. Игнорируя попытки подруги продемонстрировать всё своё остроумие, Настя оставляет её без ответа и закрывает глаза, желая отгородиться от всего мира, провалившись в долгий сон. Впервые после того, как Бэлла переехала к ней, в комнате царит такая тишина, а Настя впервые чувствует себя такой измотанной, что готова уснуть раньше двух часов ночи, да ещё и в полном одиночестве. Она крепко обнимает свою игрушку и начинает считать единорогов… Но мечтам об отдыхе не суждено было сбыться, потому что ещё пять минут – и она слышит какой-то грохот около своей кровати. 10 минутами ранее. Бэлла заебалась. Заебалась ловить на себе обеспокоенные взгляды Лики, терпеть тупые шутки Ксюши про проституток, пытаться следить за игрой и параллельно отгонять от себя мысли о Насте. Впрочем, это занятие уже вошло у неё в привычку. - Лужанская, я буквально слышу, как ты думаешь, -устало говорит мелкая, физически чувствуя напряжение, исходящее от сидящей рядом подруги. - Да ни о чём я не думаю. Просто волнуюсь, Бэлл. Имею право. - Не стоит. - Расскажешь? – робко спрашивает Лика. - Не понимаю, о чём ты. - О…Насте. - Так, я пошла, - быстро говорит Бэлла и резко поднимается с пола. - Куда? - За чаем, - невозмутимо отвечает Кузнецова, отряхивая штаны. - Ну да, - ухмыляется Лика. – Настюха тоже, наверное, чай делает. - Чё ты лыбишься? – злится Бэлла и краснеет. Честно говоря, пока Лика не напомнила, мелкая и не подумала, что Настя где-то там наверху одна и что они могут пересечься. Ну вот что ты наделала, Лужанская. Сама ведь напросилась, так что теперь и твоя очередь смущаться: - Вы бы лучше с Костьей друг другом занялись, сводницы недоделанные. Трек: Robert David Ashbridge – Reflections Бэлла выходит из комнаты, закрывая уши, чтобы не слышать неправдоподобных ругательств, адресованных ей возмущённой Ликой, и направляется в сторону кухни. Это место давно стало для неё особенным, потому что ассоциируется с Настей и с тем, как они часто что-то готовили вместе, прерываясь на поцелуи и дурачества. Ну ладно, как Настя готовила, а Бэлла отвлекала. Хотя однажды мелкую попытались чему-то научить… Она улыбается своим тёплым воспоминаниям, поглаживая столешницу, на которую её сажали сильные руки Насти. Конечно, ни за каким чаем она не шла, просто хотелось скрыться от Лики – иногда интерес к этой всей ситуации со стороны подруги пиздец как утомляет. Но раз уж она здесь… Пока кипит чайник, она тянется к шкафу за любимой кружкой. «Да блять», ругается про себя мелкая и хлопает со злости дверцей, вспоминая, что оставила чашку в комнате. Даже не думая о Насте, она выходит из кухни и сетует на себя и свою лень, из-за которой сама же постоянно и страдает. Вот не ленилась бы сразу относить посуду… Зайдя в комнату, она тут же бросается к своей тумбочке и хватает злополучную кружку. Но повернув голову влево, она по привычке бросает взгляд на настину кровать. Правда, Бэлла не была готова увидеть старшую, спящую, как обычно, в обнимку со своим единорогом. Она выглядит такой…родной. Бэлла не знает, сможет ли она когда-нибудь смотреть на такую Настю без трепета в душе, без улыбки и затопляющей сердце нежности. Ответ приходит в голову мгновенно, когда Настя смешно морщит нос и крепче обнимает игрушку. «Никогда». Её тянет к Насте. И она не может этому сопротивляться. Моля богов, чтобы старшая не проснулась, Бэлла на цыпочках подходит к её кровати. Всё шло хорошо, пока она не почувствовала под ногой что-то острое, пока она не споткнулась об осколок и пока она не выронила чашку из рук. И пока Настя не открыла глаза, уставившись на готовую провалиться сквозь землю Бэллу, которая застыла в одной позе, подняв одну ногу. Но Кузнецова не была бы собой, если бы не начала выёбываться и ухудшать ситуацию, как только можно: - Что это, блять?! Ты можешь разбивать кружки где-нибудь в другом месте, истеричка?! А Если бы я порезалась?! Она размахивает руками, задыхаясь от злости и неловкости, а Настя просто лежит, не шевелясь, смотрит на неё немигающим взглядом и наблюдает за палитрой эмоций, со скоростью света сменяющимися на лице мелкой. Та всё тараторит, позорясь с каждым словом всё больше и больше, а потом, выдохшись, замолкает и смотрит на Настю в ответ. Минуту они просто не отрывают друг от друга взгляда, а когда Бэлла успокаивается, она замечает, как на лице Насти расцветает улыбка. А потом старшая смеётся, как в последний раз, и Бэлла сама не может удержаться от смеха. Настя откидывается на спину, трясясь и закрывая лицо руками, а мелкая хватается за живот, пытаясь унять истерику. - Блять, Бэлл, ты самый неуклюжий человек, которого я встречала, клянусь. Просто проёб, а не девочка, - вырывается из Насти сквозь смех. Она не может вспомнить, когда в последний раз чувствовала себя так хорошо – рядом с Бэллой, согнувшейся пополам и вытирающей слёзы с уголков смеющихся глаз, все печали и вся боль чудом исчезают. На несколько минут мир для них будто остановился, и они позволили себе забыть обо всём. Как давно они вот так смеялись? Бэлла украдкой наблюдает за Настей, пока та не видит: её тёмные волосы разметались по подушке, лицо покраснело, и с него не спадает широкая улыбка, обнажающая зубы. Бэлла не просто смотрит, она любуется, потому что Настя выглядит такой живой, такой искренней, такой настоящей, такой «её». Она запрокидывает голову, вытягивая красивую шею. Одеяло немного сползло, и Бэлла видит выпирающие ключицы и очертания груди. Она пытается запомнить каждую деталь этого момента. Каждую деталь Насти. Она всего лишь хочет сохранить это в памяти, как единственный хороший день после их расставания. Мысль об этом вдруг меняет всё настроение, и Бэлла тут же затихает. Она смотрит на Настю с грустной улыбкой и тянется к упавшей кружке. - Не порежься, - только и говорит она, перед тем, как уйти.

***

Сегодня воскресенье, а значит что? Правильно, можно нихуя не делать, а Настя, знаете ли, только рада побыть в тени. Идеально было бы, конечно, абстрагироваться от всех так, чтобы лишний раз не пересекаться с Кузнецовой… Но когда жизнь была справедлива по отношению к Петровой? Приехали тиктокеры, а значит, взаимодействие с социумом неизбежно. Ну да ладно, на помощь придёт её природная харизма, и никто и не догадается, что у неё на самом деле творится в душе. А в душе творится полнейший хаос и вакханалия: Настя запуталась и безумно устала. Всё чаще она стала ловить себя на мысли, что если бы не проект, то алкоголь и порошок давно бы снова стали бы её лучшими друзьями. С каждым днём она всё больше осознаёт, что жизнь без Бэллы кажется ей невыносимой. А что будет после съёмок, когда их пути навсегда разойдутся? Настя с силой сжимает голову, тщетно пытаясь прогнать навязчивые мысли. Она сидит в одной из гостиных, одна, и благодарит Бога за это одиночество – чаще всего недоступную роскошь в условиях реалити шоу. - Привет, ты чего тут одна? Сейчас будет два, - раздаётся где-то рядом, и Настя, подпрыгивая, замечает высокого симпатичного парня с чашкой в руках. «Эти блядские чашки повсюду», - проносится у неё в голове, но она лишь говорит: - Ты охуел так пугать? Ну спасибо, что я тебе не въебала, что ещё тут можно сказать. - А ты всегда такая дружелюбная? – отвечают ей с улыбкой. - А ты всегда такой радостный? Амфетамин пронёс? Парень подсаживается к ней на диван и протягивает чашку с горячим шоколадом. - Вижу, тебе грустно. Мне тоже. Но тебе нужнее, пей. - Эээ, - тянет Настя, с подозрением забирая кружку и недоверчиво рассматривая содержимое. – Спасибо. - Ахаха, да не бойся, не отрава. Ну так чего ты тут, а не со всеми? Не любишь дебилов-тиктокеров? Да я тоже, если честно. - Да нет, просто… - Настя мнётся, постукивая ногтем по кружке и собираясь с мыслями, - поссорилась с одним дорогим мне человеком. - Ого, и сильно? И вообще-то Настя не из тех, кто готов открыть душу совершенно незнакомому человеку, но этот парень выглядит таким приветливым и как-то сразу внушает доверие, так что, набрав в лёгкие побольше воздуха, Петрова решает исповедаться. - Сильно. И, думаю, навсегда. Такие вот дела, - говорит она, цокая и грустно улыбаясь. - Ну и хуйня, - вдруг смеётся парень, мотая головой и тут же поправляя причёску. - Чего? – в ахуе спрашивает Настя, с удивлением наблюдая за собеседником. - А вдруг через минуту на нас метеорит упадёт, и мы все сдохнем? А вдруг нас сейчас инопланетяне похитят? А вдруг конец света? А? Ну чего молчишь? - Просто думаю, как ты ещё и ЛСД смог сюда пронести. Где связь вообще? - А связь как раз-таки прямая. Реальная правда в том, что ты понятия не имеешь, что случится хотя бы в следующую минуту. Так каким образом ты решила, что можешь брать на себя ответственность за это «навсегда»? Как ты можешь быть на сто процентов уверенной, что не помиришься со своим дорогим человеком? Не всё зависит от тебя, малышка. - Ты точно тиктоки снимаешь, а не в шараге философию преподаёшь? Настя задумалась. Она и не подозревала, что на ситуацию с Бэллой можно посмотреть под кардинально другим углом. Упрямство – её главная проблема, её тормоз. Её и бэллин. Именно она усложняет то, что можно было бы решить вместе со своей любимой девочкой, держа в своей руке её ладошку. - Как же всё нахуй сложно. Просто невыносимо, - простонала Настя. - Никто и не говорил, что будет легко. Но ты ведь можешь с этим справиться, разве нет? Эй? – парень приобнимает Петрову, по-дружески покачивая в своих руках в знак поддержки. – Не знаю, что именно у тебя случилось. Но вижу, что ты страдаешь без этого человека. И знаешь что? Посмотри на меня. Настя поднимает свой затуманенный от слёз взгляд, желая найти в глазах напротив мудрый совет. - Если у тебя есть хоть крохотный шанс всё исправить, то сделай это. Знаешь, я вот не могу быть рядом с человеком, которого люблю. Ни физически, ни морально. Никак. В такие моменты сомневаешься в истине «нет ничего невозможного». Всё-таки есть. Но что-то мне подсказывает, к твоей ситуации это не относится. Он улыбается, но Настя находит в глазах напротив лишь тоску. - Так вот знаешь, что реально глупо? Иметь шанс быть рядом с человеком и не воспользоваться им. Если бы у меня он был… Я бы наплевал на все препятствия и преграды. Поэтому просто постарайся не просрать всё, ладно? - Если честно, я думала тиктокеры исключительно весёлые и инфантильные существа. А у тебя очень глубокие мысли… И знаешь, ты первый человек, который пошатнул мою абсолютную уверенность в собственной правоте. Спасибо тебе за это. Правда. - Да не за что. А насчёт стереотипов о тиктоке: помни, что каждый, кого мы встречаем на своём пути, ведёт внутреннюю борьбу, о которой мы ни черта не знаем. И самый весёлый человек в компании может оказаться самым несчастным человеком на свете. Но мы ведь не такие, верно? Так что давай веселиться, пока вечно пьяные и вечно молодые! - Прости, но тиктоки я с тобой снимать не буду. - Чёрт… Нахрена я тут тогда распинался? Этот парень такой жизнерадостный и светлый, что Настя никогда бы не поверила, что такой человек переживает личную трагедию. Наверное, думает она, в этом и есть внутренняя сила. Рядом с ним почему-то больше не хочется грустить, поэтому Петрова смеётся над каждой его шуткой и улыбается каждой его улыбке. - Ну чего, давай обнимемся? Настя позволяет ему прижать к себе и по-приятельски похлопать по плечу. Иногда ей правда не хватает простого человеческого контакта. - У тебя всё будет хорошо, - говорит он, а потом добавляет шёпотом: если не будешь всех пиздить. Настя смеётся, стукая его кулаком по спине. - О, привет, - вдруг говорит парень, отстраняясь от неё, и старшая, поворачивая голову, видит Бэллу. - Ну, привет. Она…злится? Настя не может понять, что именно читается в её взгляде. Она вопросительно смотрит на неё, вскидывая брови, но Бэлла отвечает ей тем же. Опять они играют в этот симбиоз гляделок и молчанки. - Ну чего, девочки, может, к остальным пойдём? – осторожно подаёт голос парень, почувствовав напряжение между участницами. Настя встаёт и, не отрывая изучающего взгляда от Бэллы, проходит мимо неё и ей кажется, что если бы можно было убить глазами, она была бы уже мертва. Хер поймёшь эту Кузнецову. Пока все снимали тиктоки, Настя не раз замечала, что Бэлла смотрит на неё с нескрываемым гневом. Нет, конечно, их отношения и так максимально напряжённые и непонятные, но сейчас она ведёт себя так, будто злится на Настю за что-то конкретное. Но что старшая успела натворить, даже не заметив этого? Хер поймёшь эту Кузнецову.

***

Трек: Олег Мусор – Невыносимо Всё стало ясно после обеда, когда «рабочий день» звёзд интернета закончился и все разбрелись по школе леди кто куда. Большинство девочек с удовольствием общались с ребятами: новым людям в этом закрытом замке рады в любое время. Рады все, кроме Петровой. Так что она просто отправилась в свою комнату. А в её комнате… Ну конечно. Бэлла, облокотившись об косяк настиной, на минуточку, кровати, воркует с одним из парней, смеётся над очередным идиотским подкатом и краснеет. «Какого хера?!», думает Настя и выжидающе смотрит на игнорирующую её Бэллу. «Так, это уже ни в какие ворота». Она уверенно подходит к счастливой парочке и встаёт между ними, обращаясь к парню: - Давай, скройся, ты мне не нравишься. Настя берёт его под локоть и уводит в сторону, пока тот с испугом в глазах не уходит добровольно. - Ты охуела в конец? – возмущённо говорит Бэлла, указывая на дверь, за которой испарился её собеседник, когда старшая поворачивается к ней. - А? – довольно спрашивает та. - Хуй на. Ты чё творишь? – шипит на неё мелкая. - Это моя кровать, если ты забыла. Имею право не лицезреть около неё никаких брачных игр. - Извини, что не дошли до гостиной. Думали, там снова занято, - язвит Кузнецова с натянутой улыбкой. Бэлла почти дышит Насте в лицо огнём праведного гнева, и, кажется, старшая начинает понимать, что не так в её взгляде: точно так же она смотрела на неё, когда Петрова танцевала с Кареном. О Боже. - И можно тебя попросить на будущее? Не лезь, когда я общаюсь с людьми. - С какими людьми, Кузнецова?! Ты про этого дрыща? – смеётся Настя и откидывает назад волосы, которые задевают лицо Бэллы. Мелкая с раздражением отмахивается и, морщась, говорит: - Какая, нахуй, разница, с какими? Нахуя ты это сделала? - А нахуя ты на моих глазах трёшься об парней, которые к тебе подкатывают? – серьёзно и строго спрашивает Настя, и Бэлла очень хорошо знает этот властный голос. - Ты чё, опять пирожков своих обожралась, Петрова? А нахуя ты тогда обнимаешься с парнями, которые к тебе подкатывают, м? - А ты, видимо, всё-таки доела то просроченное печенье. Сбежала с голодного Поволжья и никак прийти в себя не можешь, да? Дни идут, а ничего не меняется, - цыкает Настя и мотает головой. - Опять тему переводишь, стрелочница? Окей. Просто давай ты не будешь указывать мне, об кого тереться, пока сама этим же и занимаешься. И дай пройти, ебанутая. Разъярённая Бэлла пытается пройти мимо Насти, но та загораживает ей путь, поставив руки на верхний этаж кровати по обеим сторонам от мелкой. - Так. Стой-стой-стой, Кузнецова, не так быстро. Ты это чего, ревнуешь что ли? – с улыбкой спрашивает Петрова, вопросительно подняв брови и наслаждаясь реакцией Бэллы. - Ты чё, совсем ебанулась? Мне вообще похуй, что ты там делаешь и с кем. Отъебись, - пытается оправдаться та, но учащённое дыхание и расширенные зрачки выдают её с потрохами. - Твоё «мне вообще похуй» больше не звучит убедительно, - шепчет Настя, припоминая аналогичную фразу, сказанною Бэллой вчера на балконе, и наклоняя голову. - Петрова, тебя не должно ебать, об кого я трусь, понятно? Ты на это больше не имеешь права. Если ты не забыла, то ты меня бросила. Так что я вроде как свободна, не? И в отличие от тебя, меня парни вообще не интересуют, поэтому лично твоя ревность вообще не обоснована. Потому что это ты, блять, обнимаешься с какими-то пидорасами, а не я, которой нравятся только девочки, - Бэлла почти плюётся Насте в лицо словами и пыхтит от злости и недовольства, накрывшие её с головой. - Лично моя ревность? То есть ты признаёшь, что твоя тоже имеет место быть? – с вызовом спрашивает Настя. - С тобой вообще невозможно разговаривать, - вздыхает мелкая, стараясь не смотреть на старшую. - Я не имею права, да, но скажи мне, нахрена, ты специально заставляешь меня ревновать, а? - Сколько ещё раз мне нужно сказать, что я и не собиралась, блять? Дохуя на себя берёшь. - Тогда посмотри мне в глаза и поклянись, что не пыталась сейчас вызвать во мне ревность, - просит Настя и наклоняется ближе к лицу Бэллы, почти ощущая на своей коже её тёплое тяжёлое дыхание. Невыносимо сопротивляться своим желаниям, поэтому Бэлла медленно поднимает на неё свои невозможные глаза и молчит. - Поклянись, что не ревновала меня, - ещё тише говорит Настя и подвигает руки ближе к мелкой, почти дотрагиваясь до её плеч. Невыносимо отрицать своё влечение, поэтому Бэлла переводит свой взгляд на настины губы и всё ещё молчит. От этой близости у неё сводит внизу живота, и почти подкашиваются ноги. Давно забытое чувство вновь овладевает всем её существом. - Поклянись, что тебе на меня похуй. Поклянись, что ненавидишь меня, - шепчет Настя и, протягивая руку, невесомо касается волос Бэллы и замечает, как по её шее ползут мурашки, а та от неожиданного и долгожданного удовольствия прикрывает глаза и вновь смотрит на Настю – в её глазах отражается вся любовь, которую она не может утаить, как бы ни старалась. - И поклянись, что не видишь, как я хочу тебя вернуть. Бэлла будто в бреду слышит эту фразу и, сдавшись, дотрагивается до рукава Насти. - Не могу, - говорит она одними губами и притягивает старшую к себе. Невыносимо отрицать свою любовь.