Тяжёлые

      Обито тяжело вздохнул и поморщился.       Дейдара продолжал что-то возмущенно бормотать, периодически жестко выругиваясь себе под нос. Похоже, парень был уже готов взорваться на месте, переполненный своим праведным возмущением.       У клуба скульпторов отобрали кабинет.       Сказали нерентабельно. Слишком мало членов.       Обито быстро взглянул на пышущего гневом Дейдару и усмехнулся. Можно сказать, ноль.       — Чего лыбишься, идиот!       Глупо было бы полагать, что он не заметит веселого взгляда, но не то чтобы Обито и пытался хоть как-то его скрыть. Дейдара… он был бывшим Обито. Что-то вроде демо-версии развлечений на первом курсе. Первым настоящим, развязным поцелуем, первым пьяным сексом, первым осознанием отхождения от четких рамок гетеросексуальности. Первым тем самым бывшим.       Они остались приятелями. И хоть тогда, полгода назад, Дейдара и разворотил в приступе истерики половину комнаты Обито — они каким-то чудесным образом всё же притерлись обратно. Стали кем-то вроде… хороших друзей. Всё было сложно.       Но всё закончилось.       И сейчас, в начале второго года обучения наконец, казалось, максимально сгладилось и устаканилось. Обито даже пообещал поговорить со своим дядей Мадарой, который работал в администрации университета, насчет того, чтобы несчастному клубу глиномесов — как крайне нравилось ему называть увлечение Дейдары — вернули их убогую каморку.       Но сначала Обито нужно было посетить встречу с ментором его группы. Но, честно говоря, он просто хотел увидеть Рин. Подруга уезжала с родителями в путешествие практически на все летние каникулы, а приехать должна была только сегодня. Он соскучился.       Ему сложно было представить жизнь без неё. Она была его другом. Настоящим, самым лучшим. Нет… не то чтобы единственным, но… Да чёрт! Он был влюблен в неё. Очень долго. Очень-очень долго.       Так долго, что в итоге оказавшееся не взаимным чувство сконцентрировалось настолько, что заходившееся сердце, наконец, просто остыло. Он не перестал её любить, нет, но любил уже не так. По-другому. Словно она…       Обито громко выругался, когда в него на полном ходу врезался какой-то зеленоватого цвета пацан с огромными синяками под глазами — похоже, первокурсник, раньше он его в крыле своего факультета не видел.       — Прошу прощения!       Парень опасливо взглянул на зло скривившегося Обито, легонько поклонился и тут же рванул за угол. Он выглядел очень уж нездорóво.       — Тц, напугал шкета, — Дейдара проводил деланно сочувствующим взглядом первокурсника, и, повернувшись обратно к Обито, вдруг неожиданно вздрогнул и перекрестился. — Ух, блять, ещё бы он в штаны не наложил. Ну у тебя и ебало!       Обито закатил глаза и продолжил путь к кабинету, в котором была назначена встреча группы. Шутки Дейдары не надоедали только разве что самому Дейдаре.       — Пошёл ты.       Сзади раздался громкий смех.       Да. У Обито были свои недостатки во внешности. Но он с годами смирился, начал считать это скорее некоторой изюминкой — во всяком случае, психолог, работавший с ним в детстве, не зря ел свой хлеб.       Неровные, тонкие полосы шрамов практически полностью перекрывали правую половину его лица. И если зимой их практически не было заметно, то после пребывания на солнце, когда вся кожа кроме рубцов покрывалась бронзовым оттенком, их становилось более чем видно. Его родители погибли в той аварии почти десять лет назад. Шрамы были меньшей из его проблем, на самом деле.       — Обито! Привет!       Неожиданно раздавшийся чуть ли не над самым ухом звонкий девчачий голосок заставил его подпрыгнуть на месте.       Рин умела подкрадываться.       — Привет! — Обито широко улыбнулся, наклоняясь, чтобы заключить подругу, что едва ли доставала ему до плеча, в объятия. — Давно не виделись, я…       — Слушай, Обито, попозже поговорим, хорошо, да? — глаза Рин ярко сверкнули, и она, тут же вывернувшись из чужих рук, заторопилась в сторону выхода. — Мне кое-что нужно сделать. Займешь нам место в первом ряду? На троих… — она рассеянно взглянула в сторону Дейдары и добавила: — на четверых.       И Обито, пораженный странным поведением подруги, уже открыл было рот, чтобы спросить, что, собственно говоря, происходит, но Рин в то же мгновение скрылась, и он успел лишь проводить её удивленным взглядом.       На четверых?..

***

      — Добрый день! Позвольте представиться, меня зовут Минато Намиказе, и я буду ментором вашей группы на этом году обучения!       Светловолосый мужчина — хоть он и не показался Обито слишком уж взрослым, чтобы его так называть — мило улыбнулся и широким размашистым почерком написал на доске своё имя.       Обито лишь тупо моргнул и в очередной раз бросил взгляд на Рин, а потом на пустое место по левую сторону от неё. Подруга, похоже, была взбудоражена в крайней степени — периодически шумно вздыхала, прикладывала руки к груди и то и дело взволнованно прикусывала нижнюю губу. На все же попытки Обито узнать в чём, собственно говоря, причина её такого бурного беспокойства — девушка лишь отмахивалась и, мечтательно улыбнувшись, повторяла, что «Вот-вот. Подожди. Сейчас всё узнаешь!».       И какое-то внутренне чувство активно подсказывало Обито, что сюрприз ему этот ой как не понравится.       Он вообще, если быть честным, не любил сюрпризы.       — Да хватит уже вертеться, задницу сотрёшь, — недовольно шепнул Дейдара на очередную попытку Обито незаметно обернуться и обвести взглядом зал для собраний, чтобы вычленить среди присутствующих возможную причину такого странного поведения подруги.       — Не нравится — вали, — так же шёпотом огрызнулся ему в ответ Учиха. Дейдары вообще не должно было быть на этой встрече — это даже не его факультет. Просто, видимо, ему очень уж сильно хотелось проконтролировать, действительно ли дойдет Обито до своего дяди, чтобы-таки выпросить обратно кабинет для его клуба.       Дейдара открыл было рот, чтобы продолжить пререкание, но его шипение тут же было заглушено громким голосом ментора:       — Сегодня мы обсудим ваше расписание на этот семестр, список отчетных работ, которые вы должны сдать до конца года и ещё кое-какие важные моменты. Но для начала, — Минато-сенсей неожиданно вышел из-за кафедры и прошёл к двери, кого-то приглашая, — я хочу представить вам…       Рин подскочила на месте и, вновь сложив ладони на груди, радостно закивала, явно с трудом удерживаясь от того, чтобы не вскочить со своего стула.       — Вашего нового одногруппника!       — …да вы, блять, издеваетесь.       Слова сорвались с губ Обито как-то сами собой. И сами собой оказались достаточно громкими. Тёмный взгляд бесцветно-серых глаз на мгновение впился в него.       Минато слегка нахмурился, но, видимо решив не акцентировать на реакции Обито внимания, тут же вновь широко улыбнулся, практически насильно, за руку протаскивая новенького поближе к середине зала.       — Давай, представься товарищам!       Зубы Обито скрипнули.       Костяшки пальцев тоже.       Дейдара под ухом удивленно хмыкнул.       Это казалось каким-то идиотским сном, но ему никогда не снились такие крайне бредовые и крайне реалистичные кошмары. Торчащие белесые патлы, утомлённый взгляд, чёрная тканевая маска на пол-лица и руки в карманах — пусть засранец и сильно вытянулся с последней их встречи — всё же не узнать его было трудно.       — Здравствуйте, — буркнул парень и, быстро пробежавшись по всем взглядом, тихо, едва слышимо договорил: — меня зовут Хатаке Какаши. Буду рад учиться с вами.       Рин, всё же не сдержав эмоций, тихо пискнула и тут же активно замахала рукой, приглашая Какаши сесть на свободное место рядом. Парень же, словно только этого и ждавший, или же будто только заметивший оставленное для него место, быстро ускользнул от хотевшего было спросить что-то ещё Минато и плюхнулся на стул.       У Обито забурлило.       Засвербело.       Подкатило к самому горлу.       Рин что-то тихо-тихо, радостно защебетала и обняла Какаши за шею.       — Эй, это ещё что за чучело, — горячий шепот прямо на ухо заставил Обито вздрогнуть, но злость лишь подстегнулась кратким испугом. Недовольство поднялось сильнее, и он нахмурился, по-детски морща нос. — Ты его знаешь?       — Потом.       — Хах, похоже знаешь, — Дейдара усмехнулся и в то же мгновение с явным отпечатком любопытства на лице выглянул из-за плеча Обито, чтобы повнимательнее рассмотреть новичка.       Через несколько, показавшихся Обито целой вечностью секунд Рин таки отлипла от Какаши, но сразу же с широкой улыбкой на лице отклонилась немного назад и, схватив обоих парней за руки, воссияла ещё радостней, чем до этого.       — Ох, мальчики! Наконец-то мы все вместе в университете!       Взгляд Обито наткнулся на нечитаемый взгляд напротив. Этот грёбанный…       Он быстро кивнул и тут же отвернулся, поспешно выдергивая руку из хватки подруги, продолжающей что-то крайне воодушевлённо шептать.       Этот чёртов…       Дейдара перевел взгляд на друга, а потом снова на новичка. Его брови удивленно приподнялись.       Он хотел было присвистнуть, но вовремя сдержался. Похоже, не просто знакомы.

***

      Собрание окончилось даже более внезапно, чем началось… Хотя, возможно, проблема была в том, что все мысли Обито, словно старая мягкая игрушка, были забиты какой-то ватой.       Хатаке Какаши.       Хатаке.       Блять.       Какаши.       Обито рванул на выход быстрее, чем Рин успела к нему обернуться, но вслед всё равно тут же раздалось звонкое:       — Обито! Постой! Ты куда!       Учиха стиснул зубы, но всё же остановился, унылым взглядом провожая всех одногруппников, что ровным потоком просачивались в распахнутые двери — буквально несколько секунд, и в зале осталось всего пятеро. Но и ментор вскоре, видимо очень торопясь, вручил Рин, как старосте группы, ключи от зала и, наказав обязательно сдать их потом на пост охраны, был таков.       Обито недовольно сложил руки на груди и тихонько пару раз притопнул ногой, но, в конце концов, не выдержал:       — Ты что-то хотела, Рин? Мне нужно идти.       Ему было неприятно хоть на мгновение, но отказываться от общения с подругой, но возмущение поднялось в нём слишком сильно. Возможно, так было и лучше. Такого злющего, словно сто чертей, Мадара его точно послушает. Дейдара в долгу — прекрасное событие.       — Что? Куда?       — К Мадаре, — Обито тяжело выдохнул под взволнованным взглядом Рин, слишком сложно было бы не заметить его грубые нотки в общении, — я обещал Дею поговорить насчёт кабинета для его идиотского клуба глиномесов.       — Эй, ты, сучёныш!..       Дейдара попытался было встрять в разговор, но Обито лишь отмахнулся от него, тут же бросая быстрый взгляд на Какаши — тот, наконец, поднялся со своего места и, пройдя пару шагов, с тихим вздохом привалился к косяку двери. Сложил руки с замок на груди, хмуро уставился куда-то в сторону — явно ждал Рин. Явно слушал.       — Да… — Рин растерянно опустила взгляд на ноги, заправляя за ухо выбившуюся прядь. — А я надеялась, ты поможешь Какаши с заселением в общежитие…       Обито не подавился воздухом только потому, что ожидал от подруги чего-то подобного. Вообще, он думал, она предложит что-то вроде «воссоединения старых друзей», в её понимании — сходить в кафе там или ещё что-то. Но заселение… Отмазаться от такого было ещё проще.       — А чо такое, сам не справится? — не сдержавшись, Обито фыркнул и в ту же секунду почувствовал на себе тяжёлый взгляд, поднял глаза, чтобы ответить усмешкой, но Какаши стоял, всё так же отвернувшись. — Руки-ноги целы вроде.       — Ну вы же теперь соседи, я думала… — Рин состроила щенячьи глазки и, словно невзначай, просяще надула губы.       Но Обито слишком давно знал все эти приемчики. И они действовали. Обычно. Даже нет — практически всегда действовали. Но не в этой ситуации. Ну уж нет. Как-никак, Какаши теперь сосед всему общежитию, в том числе и самой Рин — справятся, найдут кого-нибудь ещё, в конце концов, попросят о помощи соседа Какаши по комнате… Точно!       — Рин, прости, я правда не могу, я уже пообещал Дею, — Обито растянул губы в максимально виноватой и максимально искусственной улыбке. Ему ни черта не было стыдно. — Попросите помочь его соседа по комнате. К кому его подселили, к Генме? Давай я напишу ему, скажу, чтобы вышел помочь?       — Обито… — Рин как-то странно нахмурилась, и желудок Обито сделал кульбит. Лучше бы он так быстро понимал математику, чем свои, откровенно говоря, проёбы. Нет. Этого не могло случиться. — Обито, Какаши теперь твой сосед по комнате, разве тебя не предупредили? Ты же должен был освободить ему место…       — Это шутка такая была, да? — на мгновение осекся, но сразу понял. Не шутка. Далеко не шутка. Совсем-совсем не шутка. — Блять, серьёзно что ли? Соседи?! С ним?!       Обито поднял злой взгляд, и в то же мгновение до кислого привкуса на языке захотелось сплюнуть. Какаши смотрел на него раздраженно, морщась как от чего-то крайне неприятного… В принципе ровно так же, как и смотрел на него все те годы, что они были знакомы. Один. В. Один. Всё так же блядски высокомерно и недовольно. Просто бесит.       Да, действительно, комнаты в общежитии предполагались на двоих — с двумя столами, с двумя небольшими шкафами, двухъярусной кроватью и душевой, совмещенной с туалетом. Но весь первый курс Обито жил один. Совсем один. Его соседа не выгоняли за курение травки на территории кампуса, как соседа Генмы, и не исключали за неуспеваемость, как двух его одногруппников, что жили через комнату от него — у него вообще не было соседа. Потому что у него был Мадара. Дядя, работающий в администрации. Дядя, которому был должен управляющий общежитиями. Дядя, которому Обито выел весь мозг маленькой ложечкой своим нытьем о нежелании жить вместе с кем-то. Он бы мог жить с Рин, если бы не маломальские правила приличия. И одно время целыми сутками у него зависал Дейдара. Но Хатаке…       — Да, а что такого… — Рин удивленно отступила и бросила быстрый взгляд на Какаши, потом снова на Обито. В её глазах отражалось искреннее непонимание до странного злой реакции друга. — У тебя же было свободно… Мы же друзья, я думала, ты будешь рад, что Какаши будет жить с тобой…       Глаза Рин как-то подозрительно сверкнули зарождающейся удрученностью. Где-то на фоне раздалось звонкое хрюканье Дейдары, неумело замаскированное под кашель. Обито изо всех сил сжал руки в кулаки.       — Я р-рад, — прорычал он сквозь зубы, смерив взглядом глубоко опечаленную сложившейся ситуацией девушку. Ладно, только ради неё. А потом спихнёт чертового Хатаке куда подальше, сживет из комнаты или со свету храпом и разбросанными грязными трусами. — Просто не ожидал, меня не предупредили. Я ничего не убирал. Там бардак.       — Ну и ладно! — Рин неожиданно хлопнула в ладоши и широко улыбнулась. Манипуляторша. — Если тебе правда так нужно идти, то давай ключи, я сама провожу Какаши и помогу ему с вещами. А потом, когда вернешься, посидим вместе!       Руки Обито дрожали. Но ключи всё же звякнули в ладони Рин.

***

      Звуки торопливых шагов звонко отскакивали от стен коридора. Дейдаре на один шаг друга приходилось делать два, но Обито, если откровенно, это мало волновало. Все его мысли были лишь об одном — о том, как бы поскорее разобраться с проблемами Дейдары и на всех парах понестись решать собственные.       Когда он отказался помогать Какаши с заселением в общежитие, он уж никак не думал, что в итоге придётся просто отдать ключи от своей комнаты. Да, там будет Рин, но… Хатаке в своё личное пространство он пускать отказывался от слова совсем. И плевать с высокой колокольни, что они теперь соседи.       Он ещё поговорит об этом с дядей.       — Ну так что… — Дейдара, не выдержав-таки, всё же подал голос: — Он твой бывший? — Обито на мгновение сбился с шага, в полном непонимании глядя на блондина, шагающего рядом. — А помнится, ты рассказывал, что до меня только за Рин бегал, напиздел выходит?       Учиха скривил рот. Вновь взглянул на Дейдару, как на психически больного.       — Заткнись, а? Конечно, он не мой бывший, что за бред.       Он отвернулся и зашагал ещё быстрее.       У него там трусы в ванной сушились. И Обито хватило одной только картинки в голове о том, как кривится и закатывает глаза Какаши, чтобы снова взбеситься. А ещё над столом фотографии висели — где он с Рин, с Деем, с какими-то другими приятелями. Стикеры с разными напоминаниями, типа «Спросить у Майто Гая, телефон его поставщика травки». Чёртов Хатаке наверняка везде сунет свой нос, чтобы потом обязательно припомнить.       — Ну и? — Дейдара недовольно вздохнул, но всё же ускорил шаг вслед за Обито. — Мне всё из тебя тянуть? Чо за парень-то?       Учиха сдержал в себе желание послать слишком уж любопытного друга куда подальше. Ответил через губу:       — Бывший одноклассник. Я, Рин и… — Обито неосознанно нахмурился и поджал губы, — Какаши учились в школе в одном классе.       — Ну вот, а говорил, что не бывший, — Дейдара язвительно улыбнулся, но тут же удивленно уставился на друга. Тот зло фыркнул и дернул головой, выругавшись себе под нос. Продолжил быстрее, чем Дейдара попытался уточнить, в чём вообще причина такой… неприязни.       — Этот чёртов Бакакаши всю школу мне под залупу лез. Всё время рядом с Рин тёрся, а на меня зыркалками своими глядел, словно я мусор какой-то. Постоянно идиотом меня выставлял, чёртов гений. Его когда экстерном раньше нас на год выпустили — я напиться от радости хотел.       Дейдара рассмеялся, вспугивая каких-то шедших им навстречу девчонок.       — Идиотом выставлял? Да ну на это много сил не надо, ты обычно и сам прекрасно справляешься.       Он вновь расхохотался в голос, юрко уворачиваясь от удара Обито куда-то в район печени.       — Но если честно, на гения он не выглядит… Скорее, я бы сказал, что он торчок какой-то или из хосписа сбежал. Взгляд у него такой… Неприятный, знаешь. Ещё маска эта.       — Сомневаюсь, я его, конечно, не видел два счастливых года, но в школе он меня в старших классах как-то раз за сигаретами после уроков спалил, пошёл Мадаре донёс. Ору было… Ещё и Рин потом распиздел, урод…       Обито зачесал всклокоченные быстрой ходьбой волосы назад. Двери университета громко скрипнули, выпуская их во двор — администрация находилась в другом блоке. Тут же под недовольный взгляд какого-то преподавателя смачно сплюнул на землю.       — Так что сильно сомневаюсь, что он вообще в курсе, что такое «торчок» — он на вечеринки-то не ходил, всё за учебниками своими сидел. А насчёт маски… Он в ней со школы ходит, уже не помню, как он без неё и выглядит-то, если честно.       — О как, — Дейдара присвистнул, — а может у него того… Ну с лицом что-то? Типа губ нет? Или кончика носа? Что у вас за школа калеченных уродов такая получается… Хотя Рин же вместе с вами училась, а она определенно красотка…       Парень задумчиво почесал затылок и с громким смехом в очередной раз отскочил в сторону при оказавшейся неудачной попытке Обито всё же вмазать ему по ребрам.       — Да нормальное у него лицо, обычное, раньше-то я его видел. Он после средней школы начал носить. Не знаю, может ему зубы выставили за то, что пиздел много… Хотя, о таком бы я точно узнал…       Обито задумался. Он попытался вспомнить то, как выглядел Хатаке без маски, но, сколько не мучил дырявую память — всё безуспешно. Он просто помнил, что вроде и не было в этом блёклом лице ничего примечательного — даже глаза его были в тон ко всему Какаши. Весь он был такой. Монохромный. И когда после очередных летних каникул он пришёл в тёмной тканевой маске, Обито даже и не отразил, что что-то сильно изменилось в его мутном образе. С другой стороны, возможно, Учиха просто не помнил…       Конфеты!       Он же купил конфеты, какие-то новые, с какой-то вроде… цитрусовой? начинкой — хотел угостить Рин, но забыл пакет на кровати.       Нет, он не то чтобы думал, что Какаши украдет его конфеты, но…       Надо было поговорить с Мадарой. И поскорее.