Тяжёлые

      Музыка была слишком громкой, а все вокруг слишком пьяными. Обито пришёл ни раньше, ни позже — как раз ко времени, когда должна была начаться вечеринка, но видимо, всё же опоздал. В доме, принадлежавшем братству, уже вовсю пахло алкоголем, а клубы дыма — Обито был уверен на сто процентов, что это далеко не пара десятков выкуренных косяков — витали в воздухе, превращая светомузыку во что-то особенно очаровательное.       Рин отказалась идти. Учиха сначала было подумал, что подруга всё ещё обижается, но та поспешила его успокоить — ей нужно было съездить на выходных к родителям. Намечался какой-то семейный праздник, вроде дня рождения пятиюродной бабушки… В любом случае, это прозвучало, как самая глупая в мире отмазка, но Обито всё равно поверил — Рин никогда ему не врала. И он отказывался даже допускать мысль, что девушка в принципе может ему в чём-то соврать. Тем более, в такой ерунде, как вечеринка у старшекурсников.       Конечно, без Нохара было не то… Но с другой стороны, Обито ощущал, что без постоянного чувства ответственности за девушку и без постоянного желания держать себя в рамках, чтобы не совсем уж упасть в её глазах — он сможет надраться и забыться так, что Хатаке не будет волновать его ближайшие недели две. А может, он, наконец, в пьяном угаре, по возвращению домой и выскажет ему всё, что копилось в нём ещё с младших классов. Было бы круто. Просто великолепно, если при этом он ещё и надает ему по почкам. Не сильно. Только чтобы понял намёк о необходимости его переезда.       — Эй, привет, неудачник, — Дейдара, словно Афродита, вышедшая из пены, появился из какого-то из бесконечных облаков дыма и сразу же пихнул в руки Обито пластмассовый стаканчик — там, очевидно, было не пиво. Сам блондин, в свою очередь, был уже явно немного навеселе: улыбался чуть развязнее обычного, скользил влажным взглядом по людям, проходящим мимо.       — Ну привет, — Учиха смерил друга взглядом. На его шее, слишком уж уродливо для остальной изящности образа, красовались два бордовых засоса. — Смотрю, веселье в самом разгаре?       Обито насмешливо кивнул на синяки, осторожно глотнул предложенный напиток и тут же легонько поморщился. Это… что?       — Да не то чтобы, — Дейдара невозмутимо пожал плечами. — Тот парень оказался каким-то придурком. Знаешь, я не фанат всяких игрушек.       Обито с трудом постарался припомнить, о ком именно ведет речь друг — в голову пришёл только тот четверокурсник, который, собственно, и пригласил их сюда.       — Я больше люблю… Ну знаешь… — Дейдара неловко взмахнул своим стаканом и улыбнулся ещё шире. Ещё шальнее. И быстрее, чем Обито успел что-либо сообразить, с силой сжал своими тонкими, острыми пальцами пах Учихи, — мужские члены.       Обито шумно выдохнул и дёрнулся. По телу прокатилось не самое уместное чувство, и он, хмурясь, грубо оттолкнул от себя руку блондина.       — Дей, какого!.. — он перехватил вновь потянувшуюся к его штанам ладонь и попытался хотя бы грозным тоном свести это подобие шутки на нет: — Мы же уже обсуждали это — между нами всё кончено. Совсем.       — Ой, да ладно тебе, — Дейдара недовольно скуксился и закатил глаза, тут же залпом допивая всё то, что оставалось в его стакане. — Раньше тебе нравилось, когда я тебя так трогал.       Обито сделал глубокий глоток. Алкоголь обжёг горло, и парень запоздало оглянулся в поисках стола с закусками. Они всё ещё стояли практически у самого входа, и, если быть честным, вокруг и близко не наблюдалось ничего более или менее похожего на еду. Все столы были заставлены разномастными, бликующими в свете странного подобия диско-шара бутылками с алкоголем.       — Ты меня услышал, Дейдара. Я не собираюсь с тобой спать, только потому, что у тебя сорвался очередной пьяный перепихон, — Учиха предпочел пропустить мимо ушей брошенное в его сторону проклятие и продолжил, пока блондин, явно униженный и оскорбленный чужим отказом — если уж на то пошло очередным отказом — не сбежал куда подальше топить своё непомерное горе в алкоголе: — Где тут закуска и травка?       — Без понятия, сам ищи, придурок, — парень горделиво мотнул головой и попытался было уже улизнуть, как тут же был пойман — Обито закинул ему руку на плечо, прижимая к себе поближе и стараясь сдержать подкативший к горлу смех от тихого, возмущенного пыхтения друга.       — Не бухти, а то как Мадара. Сейчас найдём тебе ещё кого-нибудь. Тоже с мужским членом, — Учиха обвел взглядом утонувшее в дымке помещение и решил-таки всё же сперва подойти к столам. — Но сначала закуска и травка.       Дейдара в очередной раз закатил глаза, но скидывать чужую руку с плеча не стал, лишь переступил с ноги на ногу, устраиваясь поудобнее под тяжестью чужого тела.       — Закуски тут нет, я уже искал. А травка у Гая, — он махнул куда-то вглубь дома. — Говорят, тут ещё есть один паренек с чем-то поинтереснее, так что, может…       — Нет.       Обито оборвал резко. Да, он временами позволял себе расслабиться за косячком, но всё, что было «поинтереснее» всегда обходил десятой дорогой — он не был идиотом. Точнее… Да, может и был немножечко, но точно не настолько, чтобы накидываться всякими веселыми таблеточками вроде ЛСД или амфетамина. Он этого не понимал. И не принимал. А Гая больше всего уважал именно за то, что хоть парню часто и предлагали начать барыжить всякой химической дрянью — он лишь презрительно морщился, лепеча что-то в своем духе про силу юности, которую даёт его уникальный сбор трав. Уникальным этот сбор, конечно, был ровно в пределах сорта марихуаны, из которого производился, но крепости принципов Майто это не умаляло.       — Тц, ну ты и зануда, — блондин тем не менее, казалось, не расстроился ни на секунду. Подмигнул какому-то проходящему мимо пареньку — явно из первокурсников, судя по зардевшимся щекам и потерянному взгляду — и потащил Обито к столам с выпивкой. В его стакане было пусто.

***

      Обито далеко не сразу в полной мере осознал правила игры. Вроде как нужно было пить, но вот когда именно — он понял лишь ко второму кругу. Суть была таковой, что каждый из играющих по очереди называл какой-то факт о себе. Умею кататься на велосипеде. Люблю собак. В шестнадцать лет трахался с матерью лучшего друга. Раньше пел в церковном хоре. Неважно. И каждый, кто не мог отнести к себе данный факт — пил. Конечно, игра предполагала за собой участие навылет. Тот, кто не мог больше пить — вылетал. Тот, кто не мог ровно сидеть — вылетал. Тот, кто убегал блевать в туалет — тоже вылетал. Но в связи с постоянным притоком новых участников, а также фактически бесконечным запасом алкоголя, игра, видимо начавшаяся ещё около часа назад — когда пришла большая часть людей, — всё ещё продолжалась.       И где-то на кругу седьмом или, быть может, десятом (Учиха, откровенно говоря, сбился со счета уже на пятом), когда голову сильно повело и стало особенно весело пытаться вспомнить было ли с ним что-то в духе трех месяцев жизни на улице в квартале проституток — его уха коснулись чьи-то губы. Он запоздало повернул голову, натыкаясь взглядом на Дейдару, который сидел рядом. Блондин хмурился, некрасиво морщил нос, смотрел с некоторой укоризной, словно парень перед ним как минимум в чём-то сильно проштрафился.       — Зачем ты его позвал?       Прозвучало достаточно четко и трезво для отнюдь не трезвого человека. Но Обито всё равно не понял. Вопросительно изогнул брови. Выпил шот, когда кто-то сказал «Я никогда не курил травку» и вновь повернулся к другу. Тот выглядел отчего-то очень злым.       — Кого?       В пальцах откуда-то появился косяк. Обито сделал затяжку и передал дальше. Стало ещё лучше, чем прежде. Тело было таким легким, словно облачко. Просто непередаваемые ощущения.       — Его, блять, кого ещё.       Дейдара кивнул куда-то в угол комнаты. Обито выпил ещё шот — на этот раз просто не расслышал чужую фразу. Повернул голову в сторону, куда указал блондин. Взгляд зацепился за зеленую олимпийку.       — Гая? Думаю, его и без меня сотня местных укурков первее позвали, — Обито сглотнул, снова перехватил у кого-то косяк и затянулся. Блаженно выпустил струю дыма в потолок. Он уже и забыл из-за чего так сильно беспокоился последние несколько дней.       — Да причем здесь Гай! — Дейдара возмущенно вырвал из пальцев Учихи травку, но только для того, чтобы самому тут же сделать затяжку. Опять зло сверкнуть глазами куда-то в сторону. — Зачем ты позвал Какаши? Мы же договорились, что ты придешь сюда расслабиться. Я думал, мы…       — Кого?       Обито дернулся всем телом. Поднёс шот к губам, но осекся. Он вновь взглянул в угол, куда указал блондин. И взгляд вновь наткнулся на зеленую олимпийку.       Копна светлых, практически белых волос. Серые, подернутые легким опьянением глаза. Длинные пальцы, сжимающие пластиковый стаканчик.       Гай разговаривал с Какаши.       С гребаным Какаши!       Кто-то дернул Обито за рукав — был его ход, но парень уже не соображал. Под боком пьяно пыхтел Дейдара — продолжал что-то гневно увещевать. Кажется, Учиху выгнали из игры за пропуск хода, но он этого не заметил.       На секунду их взгляды пересеклись, Какаши приспустил маску и глотнул из стакана. Всё в его окутанной дымкой фигуре кричало: я здесь и был здесь всё это время. Гай продолжал что-то активно щебетать, ровно до того момента, пока не заметил, что поток воодушевленных речей уже пару мгновений как лишился главного слушателя. Майто проследил за направлением чужого взгляда и тут же подкинулся с новыми силами. Так громко, что даже Учиха сквозь общий гомон расслышал:       — Это Обито! Я его знаю! Вас познакомить?       Какаши усмехнулся и, опустив взгляд в пол, покачал головой. И что-то в этом отказе от знакомства — пусть в нём и не было нужды — привело Обито в чувства.       — Какого чёрта он здесь забыл?       Обито повернулся к Дейдаре — тот опрокидывал в себя очередной шот, хотя, вроде бы его тоже выгнали из игры, но может Учиха и ошибся. Не без труда поднялся со своего места, поднял вслед за собой слабо сопротивляющегося блондина и отошел в сторону от пьющих, чувствуя, как алкоголь со сменой положения тела в пространстве резко ударил в голову.       — Это я тебя хотел… — блондин мгновенно потерял нить разговора. Его взгляд соскользнул в сторону, и он пьяно усмехнулся проходящему мимо парню       — Может его Рин позвала, какого вообще чёрта он тут делает?!       Обито больше не чувствовал себя облачком.       Он зло сверлил Какаши взглядом, ожидая лишь того, как он вновь поднимет на него свой насмешливый взгляд — Учиха хотел не сдержаться, выплеснуть злость. Хотел, чтобы для этого был повод — чёткую причину он придумает потом.       Но Хатаке лишь продолжал блуждать взглядом по собственным кроссовкам, рассеянно кивая на какую-то воодушевленную речь Гая. Подумалось, что он наверняка его даже не слушает. Наверняка, пропускает всё мимо ушей — всё это время пропускал. Всё это время наблюдал за игрой, вместо разговора следил за Обито — хотел подловить его на чём-то особо несуразном вроде секса с матерью лучшего друга?       — Рин? А она разве пришла?       Дейдара как-то мгновенно расслабился, повис на друге всем весом и потянулся за стаканчиком, оставленным кем-то на соседнем столике. Набрал полный рот, но тут же с возмущенным видом выплюнул жидкость обратно.       — Вода? Серьезно, блять?       — Дей, — Учиха позвал его, и когда никакого отклика не последовало, легонько встряхнул, — Дей, чего он забыл тут, я…       — Да еб… твою семью коленом, — блондин взбрыкнулся и вполне устойчиво отскочил на шаг в сторону, взглянул зло и выплюнул: — Мне-то откуда знать? Отсосать тебе пришёл. Ты совсем на нём помешался, только и слышу: Какаши там, Какаши здесь…       — Ты чего?.. — Обито удивленно взглянул на друга, но тут же вновь покосился на Хатаке — заметил, как тот быстро повернул голову.       — Ничего, — Дейдара неприязненно скривился, надул губы, но так же быстро, как мгновение назад вспыхнул — успокоился. Злость сменилась недовольством, а после и участливым беспокойством, он сложил руки на груди, неожиданно болезненно морщась. — Обито, он постоянно пялится. Мне не нравится всё это!       — Что не нравится?.. — брови Обито удивленно приподнялись, а в пышущей жаром алкоголя груди что-то ёкнуло. Он потянулся было, чтобы пальцами коснуться чужого локтя, но блондин увернулся от прикосновения. — Ты думаешь, мне что ли нравится, как он…       — Мне не нравится, что ты ведешь себя как тряпка, — он с вызовом взглянул на нахмурившегося парня, и даже через алкогольную дымку, застилавшую глаза, Обито уловил неприкрытую злобу во взгляде напротив. — Ты же сам сказал, что всю школу он издевался над тобой, из-за того, что тебе парни нравятся, а теперь просто ходишь и терпишь? Или чего ты ждешь, я не понимаю. Хочешь, чтобы опять вместо тебя я пошёл и сказал ему отвалить, не жирно ли для бывшего?       Обито открыл было рот, чтобы сказать что-то против, протестные мысли то и дело вспыхивали в его сознании, но в итоге, он так и нашёлся, что возразить — отчего-то сильно-сильно разозлился, мгновенно поддался нахлынувшему гневу. Оскалился на насмешливый взгляд блондина и, развернувшись на пятках, быстро направился к углу, где всё ещё стояли Гай и Какаши. В голове пульсировало, и руки были словно ватными, но уверенность, подстёгнутая вспыхнувшей злостью, покалывала во всём теле. Он и правда чувствовал себя до чёртиков пьяным, и чувство готовности наконец высказать Какаши всё, что так давно хотелось, опьяняла даже больше, чем непомерное количество выпитого алкоголя.       — Эй, Хатаке! — Обито осекся, когда почувствовал, как кто-то насмешливо шепнул ему на ухо. «Не здесь». Ну конечно, не здесь. — Пойдём поговорим.       Несколько пар удивленных глаз уставились на него, и какое-то эфемерное тепло от этого внимания прокатилось по всему телу. Гай насупил свои огромные брови и перевел взгляд с Обито на Какаши, словно пытаясь разглядеть невидимую искру очевидного напряжения, проскользнувшую между парнями.       — Так вы уже знакомы? А я думал…       Майто начал было что-то говорить, но на удивление поняв атмосферу — чего ранее за ним не наблюдалось практически никогда, — быстро заткнулся. Снова перевел взгляд с одного на другого. Напрягся.       — Мы соседи по комнате, — Какаши безучастно посмотрел на Обито, передернул плечами и, отставив стаканчик на столик, сложил руки на груди, словно последнее, чего ему хотелось в этой жизни — это стоять здесь, рядом с Учихой. — Чего тебе?       Опять эта пренебрежительная интонация, опять этот почти брезгливый взгляд в сторону.       Обито рыкнул и подался вперед: грубо схватил парня за локоть и дернул на себя, усмехнувшись при виде удивленного выражения лица, прошипел:       — Я уже сказал: поговорить.       Вокруг раздались шепотки, и Гай, очевидно удивленным поведением знакомого, попытался было вмешаться, но тут же был остановлен Дейдарой, появившемся откуда-то сзади.       — Ну пошли поговорим…       Эмоции Какаши всегда было сложно распознать: чёртова маска и эти вечно уставшие от всего вокруг глаза делали выражение его лица неизменно постным, но сейчас — то ли из-за внезапности ситуации, то ли из-за выпитого алкоголя — замешательство парня было заметно как никогда прежде.       Усилив хватку на чужом плече, он вновь с силой дернул Хатаке, заставляя его следовать за собой — в сторону жилых комнат, подальше от любопытных взглядов и навостренных ушей. Какаши даже не попытался вырваться — и это взбесило ещё сильнее.

***

      Первая же комната, куда сунулся Учиха, оказалась пустой. Он шагнул внутрь темного помещения, утянув Какаши за собой и тут же хлопнул дверью так, что явно видавшей виды петли недовольно скрипнули. Из освещения в чужом обиталище была лишь оставленная включенной настольная лампа, да несколько уличных фонарей, чей свет пробивался сквозь неплотно задернутые шторы. Обито, наконец, разжал пальцы на чужом локте, позволяя Хатаке отступить в сторону. Парень не спеша обвел пространство вокруг взглядом и лишь потом остановился на Обито, глядя на него исподлобья, словно заранее утомленно от ещё даже не начавшегося разговора.       — Что тебе, чёрт возьми, надо от меня?!       Учиха шагнул вперед, сокращая между ними расстояние, и не без удовольствия заметил, как дернулся было Какаши, чтобы восстановить прежнюю дистанцию, но всё же остался стоять на месте.       — Мне? Это ты меня притащил сюда.       Обито сделал ещё шаг вперед, попытался снова схватить Какаши за руку, но в этот раз парень всё же отстранился. Настороженно взглянул на Учиху — было заметно, как на секунду напряглись его мышцы. Но практически сразу его поза вновь стала расслабленной, Какаши снисходительно наклонил голову набок, и в его глазах мелькнула нескрытая насмешка.       — Не много ли чести — хотеть что-то от тебя? Обито, ты конкретно перебрал, иди…       Он занес было руку, чтобы хлопнуть парня по плечу… Но не успел.       Чужой кулак врезался в скулу, по касательной прошёл по щеке, и Какаши, оступившись, рухнул на пол. В комнате на несколько долгих мгновений повисла тишина. Маска сползла с лица, и он, оглушенный, удивленно провел пальцами по губе, размазывая выступившую кровь. Бледная кожа засветилась красным.       Шумный выдох сорвался с губ Обито, и он сам дёрнулся от этого неожиданного звука. Рука саднила, в голове немного прояснилось. Это было… так просто всё это время? Просто врезать ему. Просто почувствовать, как приятно сворачивается тепло внизу живота от этого непонимающего взгляда снизу-вверх. Он усмехнулся. Почему он не врезал ему раньше?       — Всю мою жизнь ты меня… Я тебя… — Обито осклабился и тихо рассмеялся, будто бы удивленный собственным осознанием. Какаши и правда умел краснеть. Его лицо и правда могло быть не только постным и саркастичным. — Давай, скажи вслух, что не так! Что тебе нужно от меня! Какого чёрта ты постоянно п-пялишься мне в спину!       Парень прижал ладонь к покрасневшей щеке и болезненно нахмурился, неровно выдыхая носом. Его губы шевельнулись, он вновь поднял на Обито взгляд — в нём плескалось какое-то огорченное разочарование.       — Да ничего мне от тебя не нужно, придурок пьяный…       Какаши поморщился и опёрся было рукой о колено, чтобы подняться, но его толкнули в плечо. Обратно на пол.       — Да? Совсем ничего? — Обито подступил ближе, ставя ноги по бокам от коленей Какаши, наклонился к его лицу, тут же пьяно пошатнулся, с трудом удерживая равновесие. Больше красного на белом. Больше удивления на вечно нечитаемом. — Может хочешь поцеловаться со мной? А? Мы же соседи по комнате… Нет! Друзья детства! Или опять много чести для такого как я?       Учиха покачнулся ещё раз, но на этот раз от падения на пол его спасло плечо Какаши, за которое он зацепился пальцами в самый последний момент — парень под чужим весом накренился, и они практически ударились лбами, избегая столкновения лишь потому, что Хатаке судорожно дернулся назад, отстраняясь.       — Ты чего несешь?.. Совсем обкурился? — Какаши выглядел растерянным, смущенным. Напуганным. Этот ублюдок оказывается даже пугаться умел. Попытался отцепить от себя чужую руку, но только болезненно выдохнул, когда Обито сжал руку сильнее. На кончиках пальцев чувствовался чужой пульс.       Слишком быстрый для вечно спокойного Хатаке.       — Что, по-твоему, недостаточно по-пидорски? — его голос понизился до яростного шепота, и второй рукой он схватился за светлые волосы, тут же вновь дергая Какаши на себя. — Тогда можешь отсосать у меня! Мне, блять, очень давно никто не отсасывал!       Испуг.       Неверие.       Чужие губы уткнулись Обито в пах. И он понял, что до этого возможно ему лишь показалось, что в голове прояснилось. Парень, словно сквозь пелену, почувствовал, как Какаши пытается вырваться, бьет его по ноге. Но боли не было. Лишь теплая вибрация от того, как Хатаке что-то громко мычал ему в ширинку. Учиха сильнее вжал чужую голову себе в пах — так, что пальцы, запутавшиеся в серебристых волосах практически свело судорогой от напряжения, — закрыл глаза и вновь почувствовал себя облаком.       Пожалуй, в этом и правда было что-то возбуждающее. Рассмеялся. Услышал ещё чей-то до боли знакомый смех за спиной.       Дейдара.       И почему они не встретились раньше.