Первая встреча с Вэй Усянем в теле Мо Сюаньюя

Какой должна быть их новая первая встреча? Думал ли об этом Лань Ванцзи, мечтал ли, представлял ли в своих самых тайнах желаниях, видел ли во сне, во время беспокойного сновидения о прошлом и туманном будущем? Никто не может предугадать того, что грядёт, того, что уготовано человеку. Но надежда на тот исход, который представляется сердцу наиболее желаемым, заставляет предаваться мечтам, давая волю фантазии. Второму Нефриту не были чужды простые человеческие порывы, тяга к воображению и мечты о том, чего ему хотелось. Он хотел бы встретить Вэй Ина вновь. Сознание рисовало ему смутный, нереальный, отложившийся в памяти лишь по собственным чувствам, вызванными этим человеком, образ, скупой в своих чертах и немногословный в застывшем былом обаянии. Он представлял, как могла бы пройти их встреча. Он думал, что в этот момент свершится нечто столь незаурядное, что все именитые ордена и эти прославленные заклинатели, пышущие величием, слепые в своём восторге от смерти Старейшины Илин, вмиг прозреют, что холодная, колючая стена, закрывающая Лань Ванцзи и его возвышенное, отстранённое безразличие от радостей, доступных большинству людей, падет. Но как можно сохранить в сердце надежду, прочно засевший в голове образ, когда встреча становится реальной, когда ожидания не совпадают с тем, что ты видишь? Омрачит это радость встречи, уменьшит ли счастье от созерцания своей долгожданной награды? И, в конце концов, разве не сама встреча была ожиданием? Ванцзи ждал. Годами. Годами, которые казались бесконечными; он словно превратил свою жизнь в ожидание. Нет ничего хуже, чем ждать, и он самовольно пошёл на эту жертву. Держа за руку того, кого он так жаждал увидеть, Ханьгуан-цзюнь сжимал его запястье все сильнее и сильнее. Он не может прямо сейчас потерять того, кого ждал так много лет. Плохонькая, сделанная на скорую руку бамбуковая флейта, наконец упала и с тупым стуком коснулась земли. Призрачный Генерал, чей «титул» выкрикивали заклинатели, скрылся из виду. Привычнее было бы сказать «Вэнь Нин», но ведь в глазах всех здесь присутствующих он был убийцей, лютым мертвецом, способным на самые кошмарные поступки. Призрачный Генерал пришёл на зов флейты, он узнал эту мелодию сразу же, с первых нот, так же, как ее узнал и Лань Ванцзи. Невозможно, чтоб молодой господин Мо так просто взял и заиграл те самые ноты. Вэй Ин, это и вправду ты? Он бы хотел спросить, хотел узнать, как это все случилось, как воля случая привела к тому, что они снова стоят рядом. Но Вэй Ин, похоже, не слишком рад встрече. В своём поведении он был прав: если бы здесь не было такого количества людей, желающих его смерти, тем более Цзян Ваньинь и Цзинь Лин, оба справедливо — как думали они сами, и как говорили обстоятельства — желающие мести и смерти Вэй Усяня, да такой, чтоб душа Старейшины Илин была уничтожена навсегда, он бы мог что-то сказать. Или хотя бы намекнуть. Впрочем, намек он уже сделал, сам того не зная, и был понят одним лишь Лань Ванцзи. Лишь колоссальная выдержка и стычка с главой Цзян помогли ему сохранять спокойствие. Конечно, Цзян Ваньинь попытается забрать Вэй Усяня — или Мо Сюаньюя — в Юньмэн Цзян. Не составляло огромного труда понять, какова будет его дальнейшая судьба. Он этого не позволит. — Ты сам это сказал, — тихо произнёс Ханьгуан-цзюнь, повернувшись к юноше. — Я забираю этого человека в Облачные Глубины.