С ароматом луноцвета

Большую часть дня Тони проспал и провалялся в кровати. Делать что-либо совсем не было желания. Часам к девяти вечера мысли о вампире заставили подняться с кровати и привести себя в порядок. Заглянув на окно, парень снял бумажку, собирался её смять и быстро отправить в ближайшую мусорку, но обратил внимание на другой текст. Пробежав глазами по одной единственной строчке, на лице парня застыла удивлённая гримаса. Если вампир смог написать ему ответ, то, как минимум, все же прилетал, а как максимум, был здесь в комнате у его блокнота, листок ведь оттуда. Странно, записки Тони нигде не было... Лицо парня на миг озарила теплая улыбка, и он отложил бумагу на край стола, быстро решая чем-то освежить голову. За эти каникулы он точно собьёт себе режим в пух и прах, что ладен просы́паться до самого ада, по той самой причине пропажи сна, в этом Тони даже не сомневался. С мыслями о том, что за его скверные желания ему уже точно уготовили в преисподней особый котел, блондин напевал какую-то непринуждённую мелодию, пару раз пробежав расчёской по золотистой чёлке. Открыв окно настежь, Томпсон уселся на подоконник, свесив ноги наружу. Все таки, хоть раз полетав высоко над землёй, полагаясь лишь на руку друга, невольно привыкаешь к высоте. Уже не страшно присесть на краю крыши высотки, или же залезть по решетке на пятый этаж. Не страшно смотреть с края пустынного каньона вниз, где бежит незатейливая речушка, или же прыгнуть с парашютом. Насчёт последнего Тони не был особо уверен так как никогда не занимался таким, но с моста с веревкой когда-то прыгал, и, конечно, сейчас он бы сделал это намного смелее. Конечно же, с полетами Рудольфа это никогда не сравнится. С ним чувствуешь себя неописуемо свободным и одновременно, будто в объятиях, защищённым, что иногда на деле ощущаешь как становишься почти беззащитным. Полностью доверять, когда знаешь, насколько уязвим сейчас, это почти что личный кайф для парня. Этот сумасшедший выброс адреналина каждый раз, когда он подымает его в воздух. Ведь вампиру только отпусти ладонь и все, и наступит скорый конец. Но Тони соглашается на это снова и снова. Будто зависим. Да, он без ума от этих острых чувств, уже привычных хладеющих пальцев и тягучего чувства в животе... Блондину всегда нравилось наблюдать за лицом вампира в эти моменты. От радости до злости, он уже видел многое за все их полёты вместе. Он же летает почти что всю жизнь, не обращает внимания на такие мелочи. А пока Томпсон думал, ночь потихоньку вступала в свои права, как и каждый день после заката. Звёзды, как фломастер на тонком листе, постепенно пропечатываются на небе, что окрашивается во все тона синего. Даже на такой высоте слышно взволнованный шепот лесной листвы в предчувствии ночи. Искусанные в предвкушении губы тянутся в улыбке, когда в небе возникает знакомый силуэт. О да, он узнает его из тысячи. — Доброй ночи, смертный! — Привет, Руди. — Здоровается парень, продвигаясь, предоставляя вампиру место рядом с собой. — Как жизнь, Тони? Выспался? — Хах, ага. Кстати, ты оставил мне записку, разве заходил ко мне в комнату? Сэквилбэк бесслышно садится рядом с человеком, опирается на руки, немного отклоняясь назад. — Проверял не шутишь ли ты. — кивнул парень, посматривая на задумчивое лицо Тони. — Хей, а что с рукой? — спросил будто невзначай. Ага, как будто не он вчера паниковал и наматывал круги вокруг друга, точно не он чуть не разбудил его, из-за волнения. — А, это... — Томпсон растерянно провел рукой по бинту, на ходу обдумывая как ответить так, что бы он ничего не заподозрил. — Да просто гулял вчера днём, и споткнулся, там ветка была и я об нее... Порезался. Вот... — Хм, понятно... Хорошо так споткнулся, все лицо в царапинах. — Рудольф едва касаясь провел по царапинах на лбу. — И вот тут ещё... — Та ладно тебе! — Тони отмахнулся от его руки, тихо хихикнув. А Рудольф улыбнулся. Какой же он милый. — Лучше давай сходим кое-куда. — в глазах блондина пробежал огонек. — Пока солнце не совсем село, мы можем успеть... — Хм? Ты о чем? — Узнаешь. Тони усмехнулся и аккуратно вложил свою руку в ладонь вампира, намекая на то, что нужно поспешить. Руди плавно поднял обоих парней в воздух, переплетая горячие пальцы со своими в замок. Он поднял взгляд и увидел, как Тони смутился из-за этого жеста, и его щеки покрылись лёгким румянцем. Блондин отвёл взгляд и уверенно делал вид, что совсем не пялился на их руки секунду назад. От такого потеплело под ребрами. — Ну, веди меня, конспиратор. — Окей, так... Нам, кажется, туда. Летая над лесом они увидели лишь озеро, то, на котором сидели пару дней назад, но Тони, как ни выглядывал, не мог найти ту прекрасную полянку. Вдруг вспомнив про, что маршрут вроде как был сохранен в телефоне, парень судорожно нащупал сотовый. Оповещение о "10% заряда" внезапно мигнуло на экране и телефон безотказно потух. Парень взвыл, зарываясь рукой в волосы, и буркнул вампиру лететь к озеру. Рудольф внимательно следил за другом, так и не поняв, чему он так расстроился. Остановившись у озера, ребята стали на землю и человек нервно усмехнулся: — Что ж, телефон сдох, так что прийдется пройтись пешком, ведь по другому я не вспомню дорогу. Тут есть ручей... — Погоди. — вампир снова поднял их, но совсем немного. — Так не прийдется спотыкаться обо все подряд. — Хех, умно. — Тони достал из рюкзака фонарик. — Пойдем. Ой, точнее, полетим. Или... Короче, за мной. Руди в шутку толкнул парня плечом и повел к ручью. Он знал где здесь ручей. Пока они ловко леветировали между деревьями, парень постоянно прислушивался и оглядывался, пока Тони светил на ручей, чтоб не упускать его из виду. Когда ребята прилетели солнце уже почти скрылось из виду. Томпсон сильно потянул друга за руку, от радости чуть не врезался в камень. — Что мы тут делаем? Давай рассказывай уже, — Недовольно ворчал вампир, явно не понимая чем это темное место привлекло внимание человека. — Сейчас увидишь, потерпи... Тони опустился на землю и подбежал к камню, рассматривая зелёные листья. Когда он обернулся, его лицо сияло неподдельным восторгом. — Мы как раз вовремя. Рудольф сел рядом с парнем, непонимающе уставившись на камень. Томпсон тем временем выудил из рюкзака небольшой квадратный фонарик. Он был размером с полторы ладони и мягко светил желтоватым светом. Мальчик поставил его возле самой каменной стены, чтобы тот хорошо освещал зелёные лианы. — Мы пришли посмотреть на зелёный камень?... Тони, ты не болен, случайно? — Да нет же, не это. Так, теперь внимательно смотри на вот эти бутоны, видишь, вот закрученные?.. — Блондин указал пальцем на белый свёрнутый острый бутон, что был похож на кисточку. Вампир уставился на это чудо природы, все ещё не понимая чего хочет добиться парень. И вот, когда он уже хотел снова возмутиться на Тони и ещё раз пошутить про его сегодняшнюю вменяемость, услышал тихий шелест прямо со стороны зелёной стенки. Присмотревшись, он с удивлением заметил что все "свечки" вздрогнули и медленно начали раскручиваться прямо на глазах. Лепестки загадочных цветов оказались свёрнуты, как купол зонтика-трости. Наконец, раздался тихий хлопок, и венчик резко раскрылся большим чайным блюдцем, словно купол того же зонтика. Зрелище произошло всего за полминуты, после чего глаза Руди чуть на лоб не вылезли от удивления. — Ч-что это?... Через несколько секунд чуткий нюх вампира почуял странный аромат. Это было нечто сладковато-миндальное, с нотками ночной свежести. Манящий запах отпечатался в памяти, не давая возможности оторваться от него. Темноволосый парень прикрыл глаза, чувствуя какой-то едва уловимый тонкий привкус на кончике языка. — Это называется Луноцвет. — Рассеял тишину Томпсон. Он тоже с замиранием сердца наблюдал вживую раскрытие цветов, но как-то плавно переключился на увлечённого вампира, чьи зрачки постепенно расширились, и как он едва дыша смотрел на распускающийся почти что в ладони цветок. Как принюхивался, прикасаясь тонкими пальцами к нежным бело-синеватым лепесткам лунного цветка. Просто невероятно красив. Рудольф поднял глаза на Тони и встретился с его очарованными, блестящими глазами. Этот пленённый взгляд, полный истинного восхищения и нежности, он не забудет никогда. При свете фонаря его фигурка выглядела так изящно и вместе с тем как-то напугано, что хотелось спрятать его в укромное место и бесконечно убеждаться, что с ним все в порядке... Понимают, что сдают всего себя с потрохами, но не могут отвести взгляд. Безнадежно влюблённые. В голоса и лица, в руки и плечи, в глаза и волосы, в заботу и поддержку, в слова и движения, в характеры и эмоции друг друга... Околдованные, пленённые. До потери пульса будоражат друг другу душу, бодрствуют в чужих снах и подолгу не дают уснуть... Они сидели так близко, что их колени почти соприкасались. Тони протянул руку и, не отрываясь от ярких кровавых глаз, тоже взял в ладонь цветок, что держал вампир. — Скажи красиво?... — Да... Руди потянулся рукой и провел ею по мягкой щеке человека. Его взгляд в момент стал словно затуманен чем-то, когда внутри он отчаянно пытался отмахнуться от лишних мыслей, что сейчас только мешали. Да, это неправильно и опасно, возможно, даже очень. Но думать не хотелось. Хотелось только попробовать на вкус эти манящие пухлые губы напротив. Заметив, что вампир колеблется, Тони опустил вторую руку ему на плечо и подался вперёд. Холодные узкие губы вампира вздрогнули от прикосновения, заставляя хозяина на секунду потерять сознание и вернуться снова. Ох, да, конечно, он уже целовался раньше, но почему-то мертвое сердце сейчас пропустило удар и забилось с новой силой, разгоняя чужую кровь по венам. Хорошо, что он успел перекусить перед уходом. Вампир, словно опьянённый, сильнее прильнул к губам блондина, стараясь не задеть клыками нежную кожу. Тот выгнулся, зарываясь руками в густые черные волосы. Руди плавно поглаживал пальцами скулы парня. Его губы были ещё приятнее чем он мог себе представлять. Такие нереально мягкие, приятные, сладковатые... Вампир прошёлся языком по внутренней стороне, очерчивая несколько зубов, затем немного оттянул верхнюю губу, от чего Томпсон едва слышно простонал. Сердце бешено колотилось в груди, из-за чего постепенно становилось жарче. Вдруг Тони вскрикнул. Клык Рудольфа прошёлся по коже, мгновенно разрезая ее. Из пореза начала сочиться кровь и вампир замер, резко распахнув глаза, а его зрачки расширились почти полностью заполняя радужку. Парень жадно впился в губы блондина, страстно посасывая их. Мягкий поцелуй перерос в что-то болючее, но... Тони только сильнее сжал волосы на затылке возлюбленного, понимая, что сейчас даёт вампиру пить свою кровь, делая его неконтролированным. Но, черт возьми, он так хотел этого. Возможно, кто-то посчитает, что мальчик не понимает всей остроты ситуации, но, поверьте, понимает ещё как. Заливаясь пунцовым румянцем, Тони стонет сквозь поцелуй, прижимаясь сильнее к вампиру. У Руди вдруг в голове что-то щёлкает и он тотчас приходит в себя, с невероятным усилием отскакивая от парня. Сбитое дыхание у обоих. Губы раскрасневшегося блондина все измазаны его же кровью, рот судорожно хватает воздух, а взгляд, полный непонимания, бегает по лицу вампира. Рудольф хватается за голову, вытирая рукавом кожанки оставшуюся кровь с губ. — Я... Нет... Прости, Тони... Подросток прикрывает ладонью рот, слизывая оставшуюся кровь, и шепчет: — Руди... Всё хорошо, всё... Мне понравилось... Сэквилбэк подымает на парня взгляд, в котором на глазах уже поднималась пелена слез. — Но я укусил тебя... Я обещал не пить твою кровь, а сейчас... Не смог остановиться. Я сделал тебе больно! — Правильно, — покорно соглашается он, но вампир с восторгом и ужасом замечает как в его глазах прыгают чёртики. — И мне это по душе... Сделай... это ещё раз. Пожалуйста. Рудольф замирает. Он сейчас серьезно?... Ведь да, вот он, сидит и выжидающе смотрит прямо мне в глаза. На его губах маняще блестит кровь. Совсем немного... Томпсон не выдерживает молчания и подвигается, кладя руки на плечи, а затем ласково поглаживает большими пальцами острые скулы. — Я серьёзно. Я доверяю тебе и знаю, что ты мне тоже. Так что дав... — Но закончить фразу Тони не успел. Рудольф осторожно поцеловал его, снова. По началу нежно слизывая с губ капельки крови, а когда она перестала так сильно течь, блондин почувствовал как его языка коснулся чужой. Показалось, в этот момент вся вселенная схлопнулась, оставляя только их вдвоём. Языки танцевали странные дразнящие танцы, пока их хозяева заливались краской, тихо постанывая от удовольствия. Внезапно клык снова поцарапал десну Тони, от чего парень вздрогнул и принялся поглаживать возлюбленного по волосам, успокаивая. Затем он немного наклонил голову, доставая до зубов вампира, и намеренно прижал язык к кончику клыка, проводя им вдоль плоти. Всё во рту приятно окутало лёгким, солоноватым привкусом железа, а из уголков рта потекли маленькие красные капли. Прижимая блондина к себе за талию, Руди изо всех сил пытался сосредоточиться на поцелуе, а не на дурманящем вкусе крови его человека, что в прямом смысле грозился уничтожить рассудок. Но Тони доверяет ему, вампиру, чудовищу, что веками пьет чужую кровь убивая ради завтрака, так что он сможет вытерпеть, раз это так важно его человеку. Хоть и для него это было серьезным испытанием, он все равно инстинктивно продолжал вылизывать рот Томпсона изнутри. Воздух вдруг стал заканчиваться и парни отпрянули в разные стороны громко дыша. Вампир подавил горящий внутри огонь, что кричал о "жажде этой сахарной крови" и нежно провел рукой по красной щеке человека, заглядывая ему в глаза. Лёгкие слезы собрались на дрожащих ресницах, но никак не хотели скатываться. Парень ёрзал, отводил от смущения взгляд и нелепо улыбался, теребя руками край толстовки. Рудольф тихо засмеялся, подвинулся ближе и начал аккуратно слизывать кровавые подтёки со щек возлюбленного. Затем легко поцеловал его в поцарапанную щеку, от чего Тони шире улыбнулся и обнял парня, сразу же чувствуя на спине холодные руки. На его зубах тоже красовались неровные красные разводы. — Твоя улыбка сейчас выглядит довольно крипово.. — внезапно прошептал Рудольф. — Но все так же чертовски прекрасно. — Хех, каких слов нахватался...— сказал Тони, прижимаясь ближе. — Я тоже без ума от тебя, сумасшедший вампир. — Хей, и это кто из нас сумасшедший после этого?!

××××

Знаете, благоухание луноцвета ни с чем не спутаешь: оно сладкое, будоражащее и неуловимое, как сам лунный свет, способное очаровать любого так, что больше никогда не забудешь.