Я тебя не отдам

      Приезд какого-то мега-важного отельного критика, который мог как и расхвалить отель, так и потопить его с потрохами одной своей рецензией, помог Ксюше отвлечься от мыслей, что она могла перегнуть палку, попросив Юру помочь ей подыграть в странном спектакле. Вообще, играть на чувствах было нельзя, но она ничего не могла с собой поделать. Девушка боялась признаться ему в любви, ведь ей казалось, что парень мог её отвергнуть, даже послать и больше ни при каких условиях не захотеть общаться, даже по рабочим моментам.       Ксения носилась по отелю взад-вперёд, проверяя каждый департамент и номер на наличие любых недостатков, которые даже самый изысканный гость мог бы и пропустить, но критик заметил бы даже с закрытыми глазами.       Она устала морально и физически, ноги гудели от каблуков, а голова раскалывалась от воплей недовольной Валентины Ивановны, которой досталось даже от Федотова, у которого в номере почему-то не сменили постельное бельё.       Критик заселился в обычный номер, не пожелав выбрать специально отведённый для него люкс, что уже было едва ли не первым звоночком к неприятностям.       — Мелкая, имей в виду, если отель получит плохую рецензию — я тебя оштрафую за то, что руководить этими гномами не умеешь. Усекла? — Лев Глебович с виду казался довольно спокойным, но в душе слишком переживал за репутацию: как свою, так и своего детища, в которое было вбухано немало денег. Очень ему не хотелось потерять всё в одночасье!       — Да, — тихо ответила девушка, стараясь не придавать значения его словам, которые порой просто сочились ядом. И что она только ему такого плохого сделала, что он настолько паршиво к ней теперь относился?! Она максимум могла быть виноватой перед Ритой, но после выходки последней уже так не считала — слишком сильно Федотова ударила её, лишила воздуха, причинила боль.       Фишкой работы прибывшего критика была полная самостоятельность во всех действиях. Он бродил по отелю сам, ни с кем не разговаривал, ничего не спрашивал, только молча записывал что-то в толстый блокнот. В ресторане он ни к чему не придрался, даже мило улыбнулся парочке официанток, проходивших мимо, и тоже записал несколько слов на бумаге.       В зоне SPA всё было тоже, кажется, в порядке, либо же такая тактика была предпочтительной у мужчины, который сначала мог любезничать, а после выдать настолько гневную статью, что волосы становились дыбом.       Ближе к семи вечера он наконец-то обратился к Ксюше, попросив организовать ему ужин в номер, и удалился отдыхать. Девушке показалось это странным, что она и поспешила поведать Юле, сидевшей у бара и потягивавшей любимый коктейль после тяжёлого рабочего дня.       — Ксюх, ну чего ты кипишуешь? Нормальный мужик, вроде бы, — не понимала состояния подруги Комиссарова, то и дело посматривая на неё.       — В том-то и дело, что «вроде бы». Мне нельзя вообще сейчас облажаться. Лев так и сказал, что если отзыв будет негативным — я вылечу к чертям из отеля, — тяжело вздохнула Ксения, обведя взглядом гостей, которые медленно входили в ресторан.       — Он тебе так последние два месяца говорит, не парься. Хотел бы, сто пудов бы уже выгнал, даже несмотря на то, что у тебя доля Зуева, — конечно, в словах Юли была логика, и Ксюше очень хотелось в них верить, но всё же страх быть уволенной и возвращаться в Барнаул маячил на задворках сознания, ведь тогда она точно бы потеряла Юру, а это было бы для неё слишком огромной и непозволительной роскошью.       Ксения настолько сильно ушла в свои мысли, что не заметила ни того, как довольно взвизгнула подруга, ни как к ним подошёл Юра.       Парень резким движением развернул девушку к себе и прильнул губами к её губам. Крепко сжимая девичью талию одной рукой, он прижимал Ксюшу к себе настолько близко и сильно, что ей показалось, что ребра не выдержат столь сильного напора.       Поцелуй не был нежным, напротив, в нём было столько огня и страсти, что казалось ещё немного, и они перекинутся на всех находившихся рядом людей.        Второй рукой он слегка потянул её за волосы, связанные в идеальный хвост. Реакция девичьего тела не заставила себя долго ждать. Кожа Ксении покрылась мурашками, а температура тела, кажется, поднялась на несколько градусов всего за секунду.       «Господи, что ты творишь?! Остановись, хотя нет, не останавливайся»       Разум Ксении кричал о том, что это нужно было прекращать. Конец рабочего дня, в ресторане полно людей, на них смотрели все, кому не лень. Но, кажется, Ксюша его совсем не слышала. Оторваться от парня было невыносимо, да и не хотелось от слова совсем.       Юрий Сергеевич прервал поцелуй так же стремительно, как и начал. Наклонившись к её уху, он прошептал:       — Зачем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня?!       Томный голос парня отозвался где-то глубоко в её сердце. Тёплое дыхание опаляло шею и вызывало неконтролируемый приступ озноба.       «Что. Ты. Со мной. Творишь…»       — Тем более Рита сейчас сидит за столиком со Львом и смотрит в нашу сторону. Кажется, готова в нас дыру прожечь. Ты же хотела её позлить.       Ксения на секунду отвела взгляд от парня в сторону ресторана, где и вправду за одним столом ужинали Лев Глебович и Маргарита.       Удивление на лице Федотова сменилось нескрываемой ехидной улыбкой.       — Ну, Юрец, ну ты даёшь! — чуть ли не на весь ресторан выкрикнул мужчина.       Лицо Маргариты исказилось гримасой отвращения. Смотреть на эту сладкую парочку ей было невыносимо. Как вообще так получилось, что они были вместе? Её же план был идеальным! Она точно знала, что разрушит их отношения, отправив мелкой выскочке занимательное видео. Знала, что сделает ей больно. Знала, что использует парня в своих целях, лишь бы отомстить. Знала и не могла понять, почему сейчас он стоял, обнимая её за талию, а Ксения смотрела на него совершено влюблённым взглядом?!       «Нет. Что-то тут явно не так. Удивление отца тому подтверждение»       — Когда это мы успели перейти на «ты», Юрий Сергеевич.       Щёки Ксении раскраснелись, а дыхание участилось не на шутку. Юра же в ответ улыбнулся и так же шёпотом ответил ей:       — Ксения, я думаю «выкать» в нашем случае неуместно.       Две пары глаз прожигали друг друга насквозь. Голубые и карие.       Ксюша никак не могла унять своё учащённое сердцебиение. Глядя на Юру, ей казалось, что парень смотрел ей прямо в душу. Воздух раскалялся от их молчаливой перепалки глазами.       — Может, вы номер себе снимете? — Юля, всё время сидевшая рядом и не отводившая от пары взгляда, кажется, наконец-то обрела дар речи.       «ЮЛЯ, ТВОЮ МАТЬ!»       Ксения метнула в сторону подруги злобный взгляд. Комиссарова же прекрасно знала, что она чувствовала, так ещё и масла в огонь подливала! Молодец!       Юля же в ответ лишь улыбнулась и поспешила оставить пару наедине. Проходивший мимо Паша тоже не удержался от остроты в сторону друга.       — Юрий Сергеевич, помощь ТАКОГО рода нужно оказывать не у всех на виду.       Взяв поднос с напитками, парень подмигнул Юре и направился к столикам.       «ЕЩЁ ОДИН!»       Взгляды Ксении и Юрия Сергеевича снова пересеклись, и ребята одновременно засмеялись над довольно ехидными замечаниями своих друзей. Каждый, правда, расценивал это не как шутку, а вполне серьёзную мысль, которая засела в головах обоих.       — Что ж, видимо мы отлично справляемся, Ксения Борисовна, — ох уж этот его извечно саркастический тон!       Ксения с укором взглянула на него из-под пушистых ресниц. Ей явно хотелось другой реакции.       «Чёрт, почему так тяжело???»       — Видимо да, Юрий Сергеевич.       Пути назад теперь не было. Игра началась.

***

      — Юр, а что это была за выходка? — Паша без стука вошёл в медпункт, даже не удосужившись уточнить, занят друг или нет.       — Ты о чём? — не отрываясь от монитора компьютера, уточнил Юрий Сергеевич, у которого за последние полчаса было впечатление, что не только мозг взорвётся от нахлынувших эмоций, но и сердце выпрыгнет и убежит от него подальше, ведь он настолько сильно не берёг его.       — Что за страсть на публику? У меня даже впечатление было, что ты Ксению вот-вот на барную стойку повалишь, — хохотнул Павел, внимательно наблюдая за реакцией друга.       Юра поднял на него полный недоумения взгляд, который медленно превращался в нечто страшное, затягивающее, похожее на Чёрную дыру. Парень тяжело вздохнул и прикрыл глаза, откинувшись на спинку мягкого кресла.       — Хватит издеваться уже. Это не смешно, — устало проговорил парень, продолжая сидеть с закрытыми глазами. Он не думал, что ему будет настолько сложно отходить от своих же выкрутасов. Он не предполагал, что насколько тяжело будет для него переносить эту игру на публику, ведь по сути же банальный спектакль давал ему некую надежду. Надежду на то, чего, наверное, у него никогда не будет. Но он не собирался отступать. Не собирался лишаться счастья просто быть рядом с Ксюшей.       — Почему же? Смешно, — продолжал Паша, удобно устроившись на кушетке, закинув руки за голову. — Вы такие прикольные, когда вместе. Вот правда! И чего только тормозите так?!       — Паш, мы это уже сто раз обсуждали, — Юра открыл глаза и недовольно взглянул на друга, который порой был слишком невыносимым в своих психологических нравоучениях.       — Значит, обсудим в сто первый.       Павла ситуация забавляла. Он прекрасно видел, что Юре тяжело, что единственное, чего бы ему по-настоящему хотелось — это разломать стену между ним и Ксенией. Конечно, их маленький план был неплохим вариантом, но ведь любые театральные представления рано или поздно заканчивались, зачем же себя понапрасну мучить, когда можно было действительно признаться ей в любви?!       Паша видел, что Ксюша тоже не играла — он неплохо мог распознавать человеческие эмоции, особенно, когда их слишком стремились скрыть, тогда-то наоборот всё вылезало наружу. Он чувствовал, что девушка так же любила Юру, только два упрямых барана не желали ничего не видеть и не слышать.       Пару раз у него даже проскальзывала мысль поговорить с Комиссаровой, ведь та по-любому была в курсе чувств подруги, но что-то его постоянно сдерживало. Наверное, то, что лезть к посторонним людям со своим уставом он не стремился никогда.       Юра же за столь короткое время стал для него почти братом, близким человеком, лучшим другом, для которого очень хотелось сделать нечто хорошее, как-то порадовать.       — Юр, ну, что случилось? Ты сомневаешься в вашей афере?       — Нет, не сомневаюсь. Ты же знаешь, как для меня это важно. Просто мне показалось, что Ксюша что-то чувствует, слышишь? Я когда её обнимал, прям прочувствовал, как по её телу мурашки пробежали, — парень действительно это заметил, а после, вернувшись в кабинет, постоянно гонял в голове мысль, что вдруг он был небезразличен Ксении на самом деле?! Вдруг он ей хотя бы нравился?!       — Я тебе уже говорил об этом, но ты же упёрся — с места не сдвинуть, — фыркнул Паша. Он временами действительно уставал доказывать другу очевидные вещи. — Не видишь её взглядов в твою сторону — купи контактные линзы и не морочь мне голову. Я никогда не думал, что влюблённые люди могут быть такими слепыми! А что там Рита, кстати?       — Не знаю, не приходила, — Юрий Сергеевич на секунду даже задумался о Федотовой, о том, каким испепеляющим взглядом она на него смотрела и вчера, и сегодня. Явно же ей не понравилось, что Ксения её так сильно поставила на место. Зная девушку, теперь от неё ничего хорошего ждать не приходилось.       — Кстати, а чего она опять приехала? Не в тебе ли причина?! — Паша сверкнул глазами, в которых можно было бы легко рассмотреть озорных чертят, прыгавших через горящий костёр.       — Иди ты, а! А то сейчас стукну чем-то, — Юрий Сергеевич улыбнулся, ведь некая грусть рассеивалась — Пашке удавалось всегда найти правильные слова.       — Сам стукнешь — сам вылечишь, гениально, чё! — Пашка поднялся с кушетки и поправил рубашку. — Ладно, я пошёл. Кстати, завтра хоккей, не забыл ещё со своей любовью?       — Не забыл, — передразнил его Юра, тоже вставая из-за стола. На часах было начало девятого, а рабочий день закончился два часа назад. И чего он только отсиживался в кабинете?!       Повесив белый халат на вешалку и забрав со стола телефон и ключ от комнаты, Юра едва ли не вытолкал друга в коридор. Тот резко переключился на рассказ о последних спортивных новостях, за которыми следил очень тщательно.       Проходя через холл, Юрий Сергеевич несколько раз оглянулся, но Ксюши нигде не было. Он надеялся, что она уже отдыхала, а не выполняла очередную прихоть Федотова, который временами слишком перегибал палку и спускал на неё всех собак.       Заметив, что Юра вёл себя как-то слишком неспокойно, Паша, который был чересчур наблюдательным и давно понял, где девушка любила проводить вечера, уже будучи на улице, потянул друга за локоть и кивнул в сторону террасы, где за одним из столиков сидели Ксюша с Юлей, о чём-то оживлённо болтая.       — На месте твоя принцесса, никто её не украл, не кипишуй, — парень засмеялся настолько громко и заразительно, отчего на них обернулось несколько гостей, прогуливавшихся перед сном на свежем воздухе.       Обратила внимание и она, зацепившись взглядом за силуэт Юры, который никогда не любил к себе такого пристального внимания, чувствуя себя при этом жутко неудобно и даже по-идиотски. Особенно перед ней, которая пялилась на него, не скрывая интереса, отвечая Юле настолько невпопад, что Комиссарова даже обернулась посмотреть, что же настолько сильно увлекло подругу.       Протянув что-то типа «Поня-я-я-я-ятно», Юля вернулась в исходное положение и взяла со стола телефон, тут же снимая блокировку с экрана и погружаясь в мир любимой социальной сети. Если Ксюша пялилась на Юрца — это было надолго.       — Юр, ты идёшь, нет? Ты её сожрёшь сейчас уже взглядом, — Паша веселился вовсю, его настроение было на высшем уровне, отчего ему так и хотелось постебать друга, который слишком преображался, когда Ксения оказывалась неподалёку.       — Иду-иду, — парень отвёл взгляд, тут же смутившись, ведь его откровенные гляделки девушка могла расценить совсем неправильно, ещё и подумать о нём невесть что.       В комнате было душно, слишком душно, ведь весь день нещадно палило солнце, а кондиционеров в домике для персонала не было — всё равно все с утра до ночи на рабочих местах. Открыв настежь окно, парень на несколько секунд скользнул взглядом по недописанному портрету, прикреплённому к мольберту. Он начал его пару месяцев назад, когда понял, что готов задержаться в отеле подольше, чем изначально рассчитывал.       Вода в душе расслабляла, погружая в приятную негу и сладкую истому. Капли скользили по телу парня, а в голове одна за одной менялись картинки слишком интимного характера, слишком личного, сокровенного.       Вернувшись в комнату, Юра включил телевизор, но ничего путного так и не смог найти: сериалы он не любил, а из познавательного был только канал Discovery, который парень знал уже вдоль и поперёк. Найдя МУЗ ТВ, он убавил громкость до почти минимальной и, расстелив постель, лёг. Лёгкий ветерок трепал занавески, придавая свежести и навевая только хорошие мысли.       Когда парень стал немного замерзать, ведь ночи в лесу были довольно холодными, он закрыл окно и выключил телевизор, погружаясь во тьму — так спалось определённо лучше.

***

      — Знаешь, Ксюх, у меня было впечатление, что Юрец тебя там у бара вообще раздевать начнёт, — Юля до сих пор не могла собрать в кучу мысли после увиденного. Слишком горячо и страстно! Она и не подозревала, что в довольно тихом и скромном Юрие Сергеевиче могут быть такие эмоции. — Вот уж точно говорят, что в тихом омуте! Хотя-я-я, мать, ты тоже хороша! Вцепилась так в него, как баракуда…       — Кто? — не поняла Ксения, удивлённо уставившись на подругу.       — Ну, рыба такая. Ой, ладно, не важно, — отмахнулась Комиссарова, не желая делиться познаниями, почерпнутыми благодаря Грише. Не только о вине он ей, кстати, рассказывал. — Короче, смотритесь вы вместе обалденно! Это не только я говорю! Может, хватит спектакль крутить? Расскажи ему уже.       — Юль, хватит, а, не издевайся. Хотя, знаешь, я думаю, что так без чувств не целуют, — Ксюша боялась надумать себе лишнего, понадеяться, а потом разбиться о суровую реальность, где он уходил, оставляя её одну, ведь Рита же не вечно будет торчать в загородном отеле.       — А я тебе о чём тут битый час толкую?! Чего ж вы как котята слепые себя ведёте?       — Комиссарова, заканчивай сеанс психоанализа, — Ксюша опустила взгляд, ведь Юля настолько говорила правильные вещи, что ей даже становилось неловко от своей нерешительности.       — Я ещё и не начинала. Между прочим, ты несколько минут назад сама видела, как он на тебя смотрел — сделай выводы. Ладно, я спать пошла, а то завтра ещё, такое впечатление, что тысяча и один номер на очереди.       Девушка поднялась со стула и быстро покинула террасу, оставляя подругу наедине со своими мыслями, которые, казалось, вообще никогда не отходили от Юры, перематывая и перематывая их совместные моменты снова и снова.

***

      Утро для Юрия Сергеевича началось на удивление неплохо. Он отлично выспался впервые за последние несколько недель. Кажется, вчерашний вечерний поцелуй с Ксенией принёс хоть и сомнительное, но спокойствие.       Хотя бы на одну ночь.       Хотя бы…да кого он обманывал?!       О каком спокойствии могла идти речь, если она снилась ему постоянно на протяжении последнего времени. Тревожила его мысли не только днём, но и ночью. И если раньше сны были тусклыми, блёклыми и не особо радостными. Сны, в которых он всегда бежал за ней и не мог догнать. Сны, в которых она даже не смотрела в его сторону. А если и смотрела, то сквозь него, в пустоту. Сны, в которых она снимала с него броню и больно ранила. Сны, после которых он просыпался в холодном поту, измученный и уставший.       Сегодня же всё было иначе. Сон долго не шёл, ведь мысли никак не успокаивались, вновь и вновь возвращаясь туда, к ней у бара. Её сладкие губы, когда он решил её поцеловать, нежная кожа, когда он шептал ей что-то об «отложенных действиях», её изумлённые огромные глаза… всё это не давало покоя и будило внутри все самые сокровенные желания.       Когда парню всё-таки удалось уснуть, во сне она осталась с ним, продолжила быть уверенной и дерзкой, испепеляла его взглядом и сжигала до тла своими прикосновениями. Сон был, словно сладкая пытка, в которой все его тайные желания выходили наружу. Просыпаться не хотелось. Хотелось остаться там, в этом сладком дурмане.       Воспоминания о таком жарком сне отзывались по всему телу парня. Появилось острое желание увидеть её наяву. Ему это было нужно. Сейчас. В этот самый момент.       И главное, чтобы Рита была рядом. Тогда он сможет обнять Ксению, прижаться к ней сильнее и ближе, накрыть её губы своими. Сыграть свою роль в этом странном спектакле.       И пусть это была всего лишь игра. Для него нет. Для него это был шанс быть с ней рядом. Быть частью её жизни. Быть с той, кто перевернул всю его душу наизнанку. Любить её.       Пусть для неё это было всего лишь шоу. Попытка мести. Или всё же…       В глубине души ему хотелось верить и надеяться, что эмоции Ксении — не просто отличная актёрская игра. Опять же, эти мурашки по всему её телу…       С твёрдой уверенностью увидеть девушку незамедлительно Юрий Сергеевич собрался и покинул комнату. Далеко, правда, уйти не удалось, на выходе, облокотившись о противоположную стену, стояла Федотова.       — Ну, привет, — Маргарита коварно улыбнулась, закусив губу. — Спишь в гордом одиночестве? Ксения бережёт твой сон или после меня не особо привлекает? — победно улыбнувшись, Рита сделала шаг навстречу парню. — Со мной ты бы точно не знал, что такое сон…       — И Вам здрасьте, Маргарита Львовна. Вот тут Вы правы, с Вами я бы точно не уснул. Кошмары бы замучили, — убрав руки в карманы брюк, он взглянул на девушку сверху вниз, одним взглядом демонстрируя всю остроту своего ответа. — Что до одиночного сна, то мне же нужно хоть иногда силы восполнять. А то усну где-нибудь ненароком и не смогу оказать помощь нуждающимся, — Юра театрально закатил глаза и улыбнулся. — И да, в одном Вы правы, что такое сон я давно забыл. Потому что с такой девушкой, как Ксения, невозможно спокойно спать.       Что ж, тут он не лгал — Ксения и правда давно и победоносно похитила его сон.       Маргарита подошла вплотную к Юре и легонько провела пальчиком по его рубашке от расстёгнутой сверху пуговицы вниз.       — Странно, — голос девушки слегка понизился, — почему ты тогда такой напряжённый? Помнится, тогда в люксе, когда…       — Маргарита Львовна, — парень перебил её на полуслове, осторожно отводя её руку подальше от своей груди, — если у Вас ко мне нет рабочих вопросов, то не надо задерживать меня по пустякам.       Он развернулся и направился прямо по коридору в сторону выхода.       Да уж. Кажется, в этой партии он проиграл.       1:0 в пользу Федотовой.       Она с лёгкостью раскусила его фальшь. Бесцеремонно влезла в сокровенные желания, которые он не очень удачно старался выдать за правду. И из-за одной проигранной им игры весь спектакль грозился сойти на нет. Ему срочно нужно было обсудить план действий с Ксенией. Незамедлительно.       Федотова так и осталась стоять в коридоре, наблюдая за удаляющимся силуэтом парня. Улыбнувшись, она ещё больше убедилась в своих сомнениях относительно их «отношений».       Он был очень напряжен, нервозен и взбудоражен. И, кажется, она знала, что ей нужно делать. Один раз уже удалось.