Работа обязательства.

      Время раннего утра. Первые лучики солнца медленно, но уверенно, пробираются в окна всех домов города. Казалось, что само солнышко улыбается всем жителям и зовёт на улицу, где поддувает слегка тёплый ветерок, сдувая маленькие пушки мягкого и пушистого снега и разбрасывая по всей дорожке. Обычно в такую рань никто не просыпается: все монстры ещё нежатся под своими тёплыми одеялами, лёжа на удобной кроватке с очень мягким и пружинистым матрасиком. Но не Санс.       Этот скелет страдает от недосыпов. Часто не спит по ночам. Это всё из-за его работы — порноактёра. Каждый Божий день он проводит в одиночестве, стараясь огородить себя от мысли, что снова пойдёт в АД: место с кошмарными монстрами, глазеющими на твоё практически полностью обнажённое тело. Некоторые могут позволить себе даже потрогать тебя своими холодными и неприятными пальцами, да и то, если не какими-нибудь щупальцами. Не один вечер не мог обойтись без целого комплекта смешанных эмоций, которые Санс просто не мог переносить. Проще говоря, он ненавидел свою работу. Но ненавидел он не столько её, сколько одну надменную особу.       Босс.       Этот монстр был самым худшим, что только есть в жизни Санса. Меттатон — сам дьявол наяву. Интересно ли вам, почему же? Узнаем позже. А сейчас переместимся в настоящее время этого таймлайна.       Как обычно, Санс сидел на своём матрасе, который было трудно даже местом для сна назвать. Этот предмет находится здесь довольно продолжительное время и ни разу не находился в стирке. Над этим матрасом было окно, в которое скелет постоянно смотрел, думая о чём-то своём. Так же и сейчас: Санс сидел, укутавшись в пододеяльник, в котором никогда не было одеяла. Было ли холодно? Нет, однозначно. Комик уже как пять или около того месяцев сидел при таких условиях. Он уже привык к этому. Тот просто смотрел печальным взглядом на заметённую снегом дорожку, по которой бегали и суетились какие-то монстры. Глазницы ныли и постоянно хотели закрыться, дать хозяину хоть немного отдыха. Но Санс этому сопротивлялся. Точнее не Санс, а его мысли.       Неожиданно Санса заставила вздрогнуть вибрация телефона. Кому пришло в голову звонить ему в такую рань? Скелет вылез из плена недо-одеяла и подошёл к тумбочке, на котором стояла лампа, что удивительно, с лампочкой. Но то, откуда она взялась, не заинтересовало Санса. Он взял телефон с огромной трещиной на весь экран.       — Хах… Меттатон? И чё ему от меня сейчас нужно? — сам у себя спросил Санс. Затем немного прокашлялся, чтобы изменить голос, и ответил, — Да, босс?       — Ах, таки ответил, дорогой, — послышалось на той стороне трубки, — Слушай, тут такое дело…       — База- а-а-а, в смысле, говорите, босс, — Санса охватила небольшая паника. Он догадывался, о чём хотел его оповестить робот.       — Ну-у-у, — протянул Меттатон, — в общем Кэтти с… той, как её?       — … Брэтти… — неуверенно подсказал Санс.       — А, да-да, Брэтти. Короче, они не смогут сегодня прийти. Так что-о-о, — пропел робот, — у меня нет выбора, кроме как взять тебя вместо них, душка!       Санс не знал, что ответить. Этот день он планировал провести с Гриллби, Папайрусом и Фриск; прогуляться по Водопадью, поесть единственного в Подземелье мороженного… Но никак он не хотел идти на работу, да ещё и в дневную смену, а потом ещё и в ночную. Немного помолчав, он решил как-то попробовать выкрутиться из этой ситуации, и не пойти в этот ад.       — Й-я, наверно, не смогу, босс… У меня… — он вздохнул, что не осталось не услышанным Меттатону, — дела.       — Ну Санси, прошу тебя! Ты — единственное спасение, — умолительным тоном начал просить робот.       — Я… Извиняюсь, босс, но не м-могу… — с этими словами скелет повесил трубку.       Теперь Сансу стало ещё более не по себе. Огоньки из его глазниц пропали ещё тогда, когда он услышал этот противный роботизированный голос.       — С-Санс? Ты в порядке? — в горле что-то начало першить, когда скелет услышал знакомый и очень дорогой ему голос.       — А, я, эм, да, то есть нет, но, это… короче, да, — развернувшись попытался оправдаться комик.       — Я же вижу, что что-то с тобой не так! — Папайрус подошёл к брату и присел на корточки. — Поделись со мной, Санс, и тебе станет легче.       — Папс, тебе не обязательно об этом знать…       — Нет! Всё, что касается тебя, касается и меня тоже! — воскликнул Папайрус.       — Я!.. — хотел было ругнуться Санс, но вспомнив, с кем он говорит, сразу же успокоился — Ладно…       Папайрус взял брата на руки, чему комик никогда не сопротивлялся, наоборот, был рад этому, и понёс на кухню, попутно спрашивая различные вопросы:       — Из-за работы?       — Да.       — Что случилось?       — Босс звонил… — нехотя ответил Санс.       — Оу… А что он сказал?       — То, что я должен прийти сегодня в дневную смену…       — Ч-что? — Папайрус посмотрел на брата очень разочарованными глазами. — Но как же…       — Я отказался, — не дав младшему расплакаться, перебил Санс.       — П-правда? — он сразу изменился в лице. — Т-тогда… Давай поедим, а потом пойдём за Гриллби и Фриском?       — Ага, — коротко ответил Санс, и они зашли на кухню.

*

      В это время Гриллби уже во всю работал. Он встал очень рано. Элементаль всегда встаёт рано, чтобы успеть провести уборку своего бара. Этот монстр никогда не мог жить в грязи и всякой пыли, поэтому убирался в баре два раза: вечером, после закрытия, и рано утром. Так же в конце первой за день уборки он, на всякий случай, обрабатывал зал антисептическими средствами. В общем — монстр, который любит порядок.       Вот и сейчас; Гриллби обмачивал сухую, и, видимо, новую, тряпку в ведре со спиртовой водой. Но перед этим он предварительно надел резиновые перчатки, чтобы, упаси Создатель, хоть одним язычком своего драгоценного пламени не дотронуться до этой жидкой и вечно переплывающей туда-обратно субстанции. Ведь если он докоснётся до неё, то ничего от монстра этого не останется. И вот он уже выжал тряпочку и хотел было протереть барную стойку, как услышал стук в дверь. Гриллби уже научился различать стуки всех, и с уверенностью мог заявить, что это был Фриск. Монстр-огонь подошёл к двери и отпер её ключом.       — Привет, Гриллби! — воскликнул Фриск, налетая на элементаля с тёплыми обниманиями.       — Ох, Боже, Фриск, — Гриллби чуть не уронил влажную тряпку. Затем он попытался выбраться из крепкой хватки ребёнка, но потерпел поражение, и ему пришлось ждать, когда тот его сам отпустит, — ладно-ладно, давай, отпусти меня уже.       Но Фриск только крепче сжал хватку, отчего Гриллби просто фыркнул.       — Хоть тебе всего-то десять, да крепок ты, как абсент…       Фриска это слегка обидело, отчего мальчишка отстранился и, не проронив ни слова, зашёл в зал. Гриллби лишь усмехнулся, поправил очки и пошёл вслед за ребёнком.

*

      — Ну что, ты готов выходить, Санс?! — восторженно спросил Папайрус брата.       — Хех, ещё как, — с весёлой улыбкой на лице ответил Санс.       Он подошёл к вешалке, снял с неё свою любимую синюю курточку, с внутренней стороны запачканную уже застывшем кетчупом. Эта куртка была для него чем-то вроде знака отличия. Как родная.       Папайрус пробубнил что-то про эту куртку, после чего они вышли, и Санс запер дом на ключ.       — Слушай, брат, — позвал Папс.       — М?       — Ты не думаешь, что Меттатон разозлится на тебя? — с ноткой волнения спросил высокий скелет.       — Да не, — с некой ухмылкой ответил Санс — в конце концов сейчас он до меня даже не посмеет докапываться.       — Ну да, — Папайрус отвёл взгляд куда-то вниз, и оба скелета направились к бару.       — Пришли? — спросил Гриллбз входящих в зал братьев.       — Агап, — весело ответил Санс.       — Санс! Папайрус! — крикнул Фриск, выбегая из-за дверей подсобки к Сансу и Папайрусу.       — Привет, человек-Фриск! — радостно поздоровался младший брат, обнимая и крутя ребёнка.       — Сап, малой, — поздоровался старший, когда Папайрус отпустил Фриск, и потрепал за волосы, — ну что, уже решили, куда пойдём?       — А разве не вы должны были выбрать место? — спросил выходящий из-за стойки бармен.       — Кстати да, Санс, — подтвердил Папайрус.       — Я… Мы… Упс, — изобразил сочувствие Санс.       — Санс! — начал подыгрывать ему брат, и если они пытались вызвать улыбку или смех у Фриск и Гриллби, то у них получилось.       — Да ладно тебе, бро, помню я, помню, — сдерживая смех, сказал низкий скелет, — в Ватерфолл.       — То-то же, — сказал Папайрус, и оба скелета посмеялись вместе с Фриск и Гриллби.       — Ну идёмте уже! — призвал всех мальчишка, выбегая на улицу.       — Да, идём, — продолжая улыбаться отозвался элементаль, выходя вслед за ребёнком.       Скеле-братья переглянулись, усмехнулись, и пошли к выходу, не упустив возможности воспользоваться любимыми «короткими путями» Санса.

*

      Компания шла, мирно разговаривая. Со стороны они выглядели странно, и можно было предположить странные варианты. Один из таких: большая семья, правда некоторые были не совсем родные. Но это сейчас не играет какой-либо роли, так как на улице не было ни единой живой души, помимо Санса, Папайруса, Гриллби и Фриска.       — Ребят, сорян, я отойду ненадолго, — сказал Санс, и, получив в ответ одобрительные (хоть и не слишком доверчивые) кивки, отошёл к близстоящим кустам, встав за них, чтобы создавалось ощущение, будто его тут и нет.       На самом деле ещё с самого начала прогулки кто-то назойливо названивал скелету. И вот сейчас он потерял терпение и решил всё-таки уяснить, что это за докучливый монстр пристал к нему. Санс достал из кармана им так любимой куртки мобильник и включил его.       «Тц-с… И почему-то я не удивлён», — подумал Санс, смотря на шестнадцать пропущенных звонков от контакта «Самый Ненавистный Монстр».       Скелет задумался. «Стоит ли перезванивать?.. Вообще-то надо, вдруг босс наконец соизволил меня уволить самостоятельно? Или хочет что-то важное сказать… А может и нет. Ну, с другой стороны, может и не нужно… Типо, в нерабочее время он не имеет права ко мне прикапываться. Ладно, рискну уж, перезвоню ему».       С такими мыслями он пристально смотрел в телефон, а именно на этот самый номер. В итоге своих мыслей он щёлкнул по номеру «Самого Ненавистного Монстра» и поднёс трубку к месту, где у людей расположено ухо.       Длинные гудки. Ответ последовал через пять секунд.       — Санси, привет, — вполне спокойно произнёс Меттатон, что немного удивило Санса. Даже такие обращения он способен говорить спокойно.       — Босс, что хотел? — прямо спросил комик.       — Ох, да. Нам нужно срочно поговорить.       — Что? Нельзя это отложить? — немного злобно спросил скелет. — К примеру, до моей смены.       — Нет, — выдохнул робот, — это очень срочно, правда, я сейчас не шучу.       Санс немного потупил голову, размышляя.       — То есть ты хочешь сейчас сказать, что полностью наплевательски относишься ко мне, верно? — скелет помолчал, и когда Меттатон хотел было спросить, перебил — так прошу, перестань мне звонить в нерабочее время! — стараясь максимально тихо, но при этом чётко выразить свою мысль прокричал скелет.       — С-Санс, прости, но это… — робот кашлянул, — Правда, очень важно…       Санс опустил трубку с «уха», и сел на землю. Зрачок из правого глаза пропал, левый же увеличился, став голубого цвета.       — Я… Босс, прости… Ладно, постараюсь прийти… — с небольшим сожалением сказал он, поднимая телефон на прежнее место.       — Спасибо, Санс, — и Меттатон повесил трубку.       «Хех, даже спасибо сказал… — подумал Санс, и потёр левый глаз рукой, а затем встал с земли, — А теперь… Стоп, они уже ушли?.. Далеко ли, интересно? — с непониманием, ярко выраженном на лице, продолжал думать скелет. — Хм. Думаю, нет смысла идти их искать, чтоб предупредить, так что наберу им чуть позже».       С такими мыслями он вышел из-за кустов и направился в сторону Лодочника, который будто бы ждал, пока скелет подойдёт к нему.       — Сап. В Хотлэнд, — уже без той яркой улыбки на лице, какая была с самого утра, попросил Санс.       Как всегда молча, Лодочник пригласил жестом нового пассажира и быстро отчалил.       — … Санс, ты правда решил бросить своих друзей и пойти к этому роботу?.. — спросил Лодочник, когда Санс уже выходил из лодки.       — Я… Нет… Я… О, нет… Я… — тот не мог подобрать слов, чтобы нормально ответить, ведь в его мыслях был совсем другой расклад: «Точно… Как я мог забыть предупредить их? Я же хотел позвонить… Надо сейчас срочно им позвонить…».       Подавно забыв о диалоге с Лодочником, Санс просто пошёл в сторону Лаборатории.       — Будь осторожнее там, сы… — другой кусок предложения Санс не услышал, так как быстрыми движениями пальцев искал номер Папайруса.       Спустя несколько секунд он уже слушал длинные гудки, которые, как назло, не хотели сменяться на высокий и звонкий голос брата. Вместо этого прозвучал голос автоответчика: «Недостаточно средств на счету».       На Санса нахлынуло много не самых приятных ощущений. На его гладкой черепушке выступили маленькие капельки холодного пота, руки задрожали, в горле начало неприятно першить, и образовался большой, будто из какой-то неприятной субстанции, ком.       Комик пытался позвонить так же Гриллби. Автоответчик настаивал на своём. Тогда Санс подумал, что наверняка разговор пройдёт быстро, и его друзья даже не заметят его отсутствие.

*

      Санс стоял на пороге лаборатории. Почему он пришёл именно сюда? Он полностью знал расписание на все дни Меттатона, и, судя по нему, робот сейчас должен быть на техобслуживании. Комик вздохнул, проветрив свои несуществующие лёгкие горячим воздухом лавы, затем постучал в дверь.       Спустя пару минут кто-то тихо подошёл к двери и открыл её.       — Ох, С-Санс, привет, — заикаясь, поприветствовала гостя жёлтая ящерицеподобная монстриха в лабораторном белом халате и маленькими, как её глаза, круглыми очками.       — Сап, Альфис. Меттатон тут? — спросил скелет.       — Д-да, — тихо ответила Альфис, — вот п-почти делала ему р-руку… Ох, п-проходи!.. — Санс тихо зашёл и закрыл за собой дверь. —… Сюда.       Доктор показала на электрическую лестницу, которая вела на второй этаж. Там же она и работала, и чинила Меттатона, и проводила всё свободное время. В общем второй этаж был её местом жительства. Молча поднявшись, оба подошли к столу, на котором сидел робот, закинув одну ногу на другую. Альфис подошла, взяла руку робота и начала что-то с ней делать, — что, Санс не видел. Сам же он не подходил ближе.       — Кхм… — нечаянно кашлянул Санс из-за тяжёлого кома в горле. Мысленно он проклинал своё горло, в то время как Меттатон всё же перевёл свой взгляд с дальнего угла потолка на скелета. Комику стало жутко неловко.       — Ох, привет, Санс, — поприветствовал его Метт с явно натянутой улыбкой.       — Сап… — тихо ответил Санс, но в помещении было настолько тихо, что это слово прозвучало, будто он сказал это в полный голос.       Наступила неловкая пауза, которую изредка разбавляли звуки железа, которые принадлежали руке Меттатона, которую в свою очередь чинила Альфис.       Спустя пару минут рука уже припаивалась к её обладателю. И когда всё было завершено, Метт попросил оставить его с Сансом наедине.       — Кхм, так что звал, босс? — спросил безразлично скелет, стоило Альфис скрыться из виду.       — Что ж… Как бы тебе объяснить… — Меттатон начал разрабатывать только что приделанную руку, крутя все её механические суставы, при этом, наконец, встав со стола.       — Не мог бы ты думать чуть побыстрее? — торопил Санс.       — Арх… Можешь не перебивать меня?! — возмутился робот. Санс лишь окинул его поддельным грозным взглядом.       — Что ж… Скажем так, — он полностью развернулся к комику, — благодаря твоим, кхм-кхм, «делам», — робот попытался повторить акцент Санса, — которые меня, не мало так, подставили, ты должен быть наказан.       Услышав последнее Санс сильно удивился.       — Ч-чего..? — спросил удивлённый скелет.       — Прикрой свой ротик, — Меттатон подошёл уж очень близко к Сансу и приставил к его рту указательный палец, — и дай мне договорить.       Комик стоял, непонимающе глядя на робота. Что он хочет с ним сделать? — Одному Создателю известно…