Чёрные ромашки.

За окном как из ведра лил дождь. Врачи в операционной усердно трудились. Прошло около двух часов. Операция подходила к концу. Врач - мужчина средних лет, с короткими почти седыми волосами, стоял над маленькой девочкой. Ещё пару швов. Операция успешно прошла. Через некоторое время врачи должны были убедиться, что с девочкой все в порядке. Но за место этого, мужчина стоял рядом с кроватью, где лежало не подвижно хрупкое тельце. Оно больше никогда не сможешь встать и побежать, смеяться, видеть прекрасное во всём плохом. У мужчины стекла слеза по щеке. Он переживал. Он надеялся. Он сделал, чёрт возьми, всё правильно! Он ведь обещал! Обещал, что вылечит Ксюшу, эту маленькую хрупкую девочку. Обещал, что она вернётся домой... Операция должна была быть успешной! Что пошло не так!?Кто он после этого? Лгун? — Но почему же жизнь так не справедливо и смерть забирает даже детей? — тихо прошептал мужчина. — Такова реальность, — ответил на вопрос мужчины, парень. Но его никто не услышал. Впрочем он пришел не за этим, а за девчёнкой, что сидела на подоконнике и смотрела в окно, смирившись, что её никто не видит, что она умерла. Парень подошёл к окну. — Заждалась? Девочка вздрогнула, ведь обращались к ней. Большие, уже мокрые от слёз глаза смотрели на высокого парня. — Не волнуйся, всё будет хорошо, — из-под капюшона появилось бледное лицо. Губы тонкой полоской изгибались в светлую улыбку. — Я хочу к маме... — у девочки полились слёзы. — Пойдём я отведу тебя к ней, — парню всегда приходилось врать, иначе никак. — Правда? Она сейчас работает... Знаете... Сидит в офисе. Но я не знаю где именно... — Я знаю... Пойдём, я отведу тебя к ней, — парень одной рукой взял за ручку, она была тёплая, будто живая, а второй подхватил девчонку и усадил к себе на плечо. Он выпрыгнул в окно, девчонка смеялась. Вскоре они оказались на поляне, где росли чёрные ромашки. — Подождите! — М? Что такое? — Я хочу собрать цветочки для своей мамы! Можно? — Конечно, — парень отпустил девочку и та начала собирать цветы. После чего подбежала к парню и вручила ему. — А это вам, — широкая улыбка красовалась на бледном личике девочки. Парень взял цветок и усмехнулся. Ему ещё никто не дарил цветы. Они пошли дальше. Девочка держала за руку своего проводника. Она рассматривала цветы и думала, как же рада будет её мама цветам, а ещё ей. Что она жива, здорова и операция прошла успешно. Что теперь она сможет бегать и веселиться, как и другие ребята. А потом пойдёт в школу! И будет веселиться со своими друзьями. А как же обрадуется Шарик. Он будет весело гавкать. Она наконец-то сможет поиграть с ним. Однако этому не сбыться. В квартире стало тускло, мрачно. Там больше никто не бегал, не был слышен звонкий смех и разговоры игрушек. Шарика выбросили на улицу. Постоянно работал телевизор. Пустые банки из-под пива и алкоголя покрепче валялись преимущество возле дивана вместе с упаковками лапши быстрого приготовления. Здесь больше не было гостей. А на подоконнике засохли белые ромашки, давно купленные девочке.