Кто знал, что будет непросто?

Тебе кажется, что я пишу строки о любви Но я пишу о том, как самим собой быть Тебе кажется, что тебя нельзя победить С каких пор ты стал таким наивным? Ты не веришь в мои слова ни разу В моих руках пожелтевшие, помятые листы Я знаю лишь то, что кто-то делает это по приказу Не подозревая, что тот человек идет к своей мечте Увидишь чужого меня — лучше убей Так будет проще, чем пережить еще одного Темного Лорда Если в зеркале увидишь мое отражение, просто обними Осталось немного, знаешь, до исхода Даешь насилие и беспредел! Жизнь коротка и все мы сдохнем. Потом поймешь и убьешь, наделаешь столько дел, Только твой настоящий Гарри не задумывается — о постороннем. Видишь ли ты это? Это дорога в никуда Я Холлитис, твоя жизнь, твоя смерть Но ты не узнаешь настоящий моих намерений, конечно, никогда Ведь я в своих жертвах простой коллекционер. Между нами пропасть в пятнадцать лет И я не должен лгать, говорили мне… В моих руках незаменимый пистолет И мы дождемся Его в одной тишине. Ты и я — избранные, неделимые Я хотел бы увидеть твой стеклянный и мертвый взгляд Он давно не боится нашей встречи Я хочу послушать, как сердце твое остановилось Не подозревая, что оно пережило много тяжестей Умру я, с чувствами сражаясь. Моего Лорда давно как нет Сбивший ночной покой, я страдаю Лишь только небо отражалось в его глазах Цвета вишни, с чувством безумства С печатью, что сам сделал Он убивает, злобно смеясь, навевая страх Обрел он покой, знаешь, когда враг сложил палочку… Когда сказал, что умирать им необязательно Когда можно решить миром, не сражаясь Ведь обе стороны так ужасно устали. Ведь он знал, что мальчик из приюта не нашел тогда друзей Что с самого начала и до этого момента был один Иначе, как объяснить всю эту жестокость? Он просто не знал, что значит любовь и дружба Я, Гарри, не чувствовал, как он дышит Он умер, смотря в мои глаза Я почувствовал, как медленно внутри умираю И с тех пор я просто не в себя Я всех спас и его тоже спас, подумай, только Поддержал, когда другие боялись Да, Гарри, это был я, тот самый Поттер И я правда его очень сильно любил Я полюбил свой страх. Отдан был ему без остатка Я бы целовал его руки И принял бы чашу с ядом Здравствуй, призрак второго мая. Я живой, до сих пор живой Смотри, я другого себя убиваю Потому что так было надо. Ты и я — избранные, неделимые Разные стороны одной медали.