Не отпускай меня

Эрий* Всё в жизни складывается как нельзя лучше, но была при этом какая-то пустота на душе. Ко всему чему я так стремился, быстро стало надоедать. Вечеринки, клубы, знакомства с новыми людьми. В которых я видел лишь одно, свежий кусок мяса. Хочется одного, просыпаться утром и видеть возле себя одного. Того самого желанного и единственного парня. Который улыбнётся тебе утром, который ничего не ответит, а прижмёт к себе и скажет «С добрым утром любимый». Все мои попытки быть с тем единственным, ни чем не увенчались. В конце концов я потерял всякую надежду быть вместе с одним человеком, которому я буду действительно нужен, и таким желанным. Сколько раз прокручивал это в своей голове, вспоминая тот самый случай у себя дома. Встреча с парнем, как сердце ликовало от счастья. Как мы уединились и остались наедине. Придурок, да я сам его пригласил к себе, чтобы провести с ним время. Мама вернётся только поздно вечером, времени вагон и маленькая тележка. Злой рок, а может я вёл себя так беспечно. Всё случилось как случилось, на пороге мама и её ужас в глазах. Когда мы вдвоём обнажены, стоны раздавались на всю квартиру. Кто бы мог догадаться, что мама сегодня вернётся раньше обычного, и застанет меня с парнем. Видимо от судьбы не убежать. Она стояла в проёме двери, так и не находя нужных слов что-то сказать на увиденное. Её взгляд, да я никогда не забуду её глаза, что так пристально смотрели на меня. Презрение, гнев, и полное разочарование. — Хм, это так ты учишься в универе? — Мама?! Парень, что бы со мной в тот день, быстро оделся, буквально выбежал из квартиры как был, сгрёб всё в охапку и больше я его не видел. Да я и сам хорош, даже не помню его имени. Для меня всё это казалось таким сумасшествием, что даже не запомнил его имени. А может я его и не слышал, он не говорил мне его. — Какая же ты дрянь Эрий, благо это я увидела, а не твой отец. Он бы тебя размазал вместе с твоим уродом тут же. — Мама! Я всё могу объяснить. Дежурная фраза, наверное она каждому знакома из нас. Хотя, что можно было сказать, когда тебя застали с парнем, да ещё и голым в постели. Когда никто не стеснялся стонов, не замечая очевидного, что нас давно уже разглядывают, а мы… — Убирайся с нашей квартиры, убирайся и чтобы я никогда не видела тебя больше. Как я затем медленно пытался одеться, смотрел на маму, искал в её глазах понимания и сожаления. Пытаясь всё объяснить, но разве можно объяснить такое? Мама ушла на кухню, а когда я зашёл, она отбросила чашку в раковину. Боже, какой гнев я увидел в её глазах. И подумать не мог, что самый родной мне человек, который казался мне таким близким, может так ненавидеть. — Ты ещё здесь, уходи, богом прошу тебя. Какой позор нам с отцом, кого мы вырастили себе в помощь. Мне ничего не осталось как уйти, думая лишь об одном. Настанет новый день, мама успокоиться и мы поговорим нормально без истерик. Всё, куда я мог отправиться это друг, такой же как я по ориентации. Мы давно знакомы с ним, познакомились с ним как-то на вечеринке. Приятный во всех смыслах парень, но не для меня, не для жизни. Лёгкий на подъём, который иначе смотрел на жизнь. Меняя партнёров, ни о чём не задумываясь. Завидовал, да я ему завидовал чёрной завистью, что в его голове отсутствуют те тараканы, что были в моей голове. Позвонил ему, попросился пожить на некоторое время, пока не найду себе что-то подходящее. Помню его глаза, когда он открыл мне дверь, чуть улыбнулся мне, затем поцеловал в щёку. — Привет красавчик! — Привет! Приютишь на время? Он смотрел на меня с улыбкой, затем принял мой рюкзак, где было всё, что я смог уложить. — — Не богато, я чайник поставлю пока, а ты располагайся. Спасибо ему, он не стал задавать лишних вопросов, да и сейчас я вряд ли был готов с кем-то это обсуждать. Спал на кушетке, да неудобно, хоть мне и предлагали лечь на диван рядом с другом. Но в жизни у меня своё правило, друг, он прежде всего друг, а не партнёр для траха. Были вечера когда хотелось плюнуть на всё, быть как все, но в последний момент что-то останавливало. Пытался звонить маме, надеясь, что она остыла, что мы сможем спокойно поговорить. Иногда сбрасывали мой вызов, а потом вообще ответили, что в их жизни больше нет сына. Горькое разочарование, разве я думал о такой себе доли? Но что сделано, того не вернуть. Пришлось оформить академ в универе, найти работу, затем и жильё. Благо друг не торопил, терпел меня в своей квартире. Невыносимо было терпеть, когда друг приводил очередного парня к себе, когда они ночью трахались, стонали, не скрывая своего удовольствия. Даже приглашали меня быть третьим, расслабиться и немного забыться. Скрипел зубами, сжимая челюсть до боли, но оставаясь самим собой, со своим мнением. Кому только в жопу нужны мои принципы? Хм, видимо мне одному. Работа так себе, но мне для жизни хватало, да и на оплату моего угла тоже. Жильё конечно не ахти что, но всё-таки свой угол, пусть и комната в коммуналке. С тех самых пор прошло наверное месяца три, когда внутри меня всё перевернулось. Этот день не забыть мне никогда, когда молодой парень с мальчонкой зашёл в магазинчик. Всё что я мог, это наблюдать за ним. Как малыш носился по залу, а его папаша был занят тем, что выбирал диски на полке. Чёрт, бывает же так в жизни, как эти двое так похожи друг на друга. У мальчугана такой же пронзительный взгляд как у папаши. Движения, манера разговаривать, единственное, это возраст, одному лет пять от силы, а другому… Чёрт, любовался ими и сам понимал, что снова причиняю себе боль. Парень семейный, и на что я только надеялся. Первая встреча, смешно конечно было видеть поведение парня, когда заметил диск с эротикой. Как он прятал свои глаза, ссылаясь на то что ошибся и случайно взял диск с полки. Может и так, да я и не надеялся на продолжения, что больше не увижу его. Но был ещё один день, который я теперь не могу забыть. Вспоминая каждый раз его губы, как он смотрел на меня. А его прикосновения? Чёрт, да я кусал губы, давил в себе желание скулить. Заставляя своё сердце перестать биться. Пытаясь заменить лампочку, грохнулся со стремянки и поранил коленку. Было больно, но Максим, так зовут парня, с такой нежностью прикасался ко мне, это… Да это хлеще всякого бальзама, обезболивающего на мою рану. Как он краснел накладывая повязку на мою коленку. То как он закрывал глаза, помогая мне надеть джинсы. Чёрт, я тоже хорош, не смог совладать с собой. Как моя ладонь прижала его руку к своему паху. Сука, кусаю губы до крови, как же хочется впиться в его губы. Ощутить себя таким желанным, чтобы он не оттолкнул от себя. Не сдержался, мне стыдно за себя, никогда не смогу себя простить за это. Слышал как сильно бьётся его сердце, и всё о чём я мог думать, что он тоже этого хочет. Медленно коснулся его горячих губ, сука, от одного прикосновения можно кончить. Да я никогда не смогу описать те секунды, что в миг пронеслись у меня в голове. То, что я почувствовал, мои ощущения в теле. Разряд тока, молния которая ударила в меня. Да чёрт знает, что ещё, но оно стоило этого. Как Максим слегка ответил на поцелуй, а я уже не мог остановится. Целовал, ласкал его, пускал вольности, лаская его грудь своей рукой. Наивный, на что я только надеялся. Что вот так всё разом всё случится? Увижу, поцелую и он будет моим, одним единственным? Глупый, какой же я ещё наивный в своей жизни. Пару минут, затем меня оттолкнули от себя. Падая на пятую точку, нестерпимая боль в колене. Но это не та боль которую я ощутил в своём сердце. Нестерпимо больно, выть хочется от разочарования, что вновь сделал такую ошибку. А Максим просто ушёл, не стал слушать мои извинения, и я его понимаю. Не нахожу себя места, вновь и вновь вспоминая его губы, лёгкий ответ на мой поцелуй. Не мог, не мог я так ошибиться в нём. Глазами ищу его в толпе прохожих, каждый раз как кто-то заходи в магазин, пытаюсь уловить детский смех и увидеть его глаза. Придурок, я всё ещё не вырос из того возраста когда перестают верить в чудеса. Понимаю, всё я понимаю, но не теряю надежды вновь увидеть его. Произношу его имя, а внутри меня всё переворачивается. Придурок, я влюблённый придурок, как ворона которая любит всё блестящее. Только для меня этим блестящим является Максим, с его жгучими глазами, которые пронизывают меня насквозь, до самого сердца.