Дети Хель

      Люди многого боятся. Смерти, например. Или того, что потенциально может за собой её повлечь.       Инстинкт самосохранения штука такая.       К сожалению у большинства пламенников/магов/шиноби (нужное подчеркнуть) он отсутствовал.       А потому и понятия о чем-то ужасном у них были разные.       Ведь что может быть хуже катастрофы.       Конечно, они бывают разные. Большие и маленькие. Локальные и глобальные.       Например, какая-то девушка сломала ноготь, для неё это катастрофа.       Кто-то не справился с управлением машиной на льду и попал в автокатастрофу.       Для кого-то катастрофа это изрисованные головы Каге.       А кто-то не обратит внимания на наводнение, сказав, что это ещё не страшно.       Вот на пример пламенники считали катастрофой уничтожение мира. Они не раз смеялись с Бьякураном, не всегда с одним и тем же, что достаточно забавно, то как они пытаются это предотвратить, при этом ведя себя как курица без головы.       А у шиноби даже мировая война катастрофой не считается, она у них уже четвертая, так что… Кучкой мертвого народа меньше, кучкой больше, какая разница?       Больше всего смешили маги. Серьёзно? Возрождение одного единственного маго-террориста с манией величия это катастрофа? Не смешите их тапочки! Да он же слабак, даже пулю в лоб остановить не сможет! — Стоп. Гарри, а откуда ты про пулю узнала? — подпрыгнула Наруко. — Ну, мы тип как схлестнулись в министерстве. Он начал произносить какую-то пафосную речь, а я с чего-то вспомнила, как нас Реборн гонял с тобой за компанию, а тот подаренный им в издевку пистолет, я ради той же издевки постоянно ношу с собой… — И как же директор отреагировал на то, что его Светлая и Добрая героиня не только умеет обращаться с огнестрельным оружием, но и на постоянке носит его при себе уже два года? — слегка флегматично отозвался Тсуна. — Ну знаете, для его мировоззрения — это была просто…       Взгляды встречаются и они на три голоса кричат: — Катастрофа!       Весёлый смех разносится над царством смерти.