Похититель

Вечерело. Небо практически окрасилось темными и холодными, как и его конечности, цветами. Судорожный выдох, еле-еле слышно. Не дай сатана услышит. Только вот, кажется, сердце вот-вот лопнет, настолько сильно оно стучит, и Гарри надеется, что это только ему кажется, что на самом деле, стук органа не такой громкий. Хоть бы пронесло, господи. Трясущиеся пальцы набирают три цифры. На фоне идет какое-то глупое телешоу, но оно отвлекает и создает эфемерное чувство безопасности, что его не услышат, хотя какая безопасность, когда его похитили? — 911, служба спасения, — раздается на другом конце трубки. — Здравствуйте, я хочу заказать пиццу, — наигранно веселый голос. Телевизор в гостиной приглушили, и сердце, которое еще при наборе билось гораздо быстрее нормы, будто захотело вырваться из грудной клетки, прорваться сквозь ребра, наружу. Сбежать отсюда, из этой комнаты. Дома. Района. Страны. — Вы понимаете, что звоните в службу экстренного спасения 911? — раздалось спустя секунду отработанным голосом. Красивый, спокойный, не высмеивающий. Было бы ужасно, брось служба экстренной помощи трубку, подумав, что это пранк каких-нибудь подростков. — Конечно! Что у вас сегодня меню дня? — кровь застучала в висках, и хоть его не было в той же комнате, был в гостиной, но его внимание обжигало тело, будто бы этот человек сверлил его своим острым взглядом. — Вы не можете говорить прямо? С вами кто-то есть? Вы в опасности? — ровно, не меняя тональности, вежливо и профессионально. — Верно, но мне не нравятся ананасы, добавьте вместо этого двойную порцию сыра, пожалуйста, — пальцем водить в «задумчивости» по столу, а на самом деле чтобы успокоиться, чтобы голос не так дрожал. — Вас похитили? - наверняка вопрос наугад, но Гарри чуть ли не заплакал от облегчения. — Да, все верно, большую пиццу с двойной порцией сыра, и... хм, давайте еще с салями, пожалуйста. — Вас не только бьют, но и насилуют? — догадалась диспетчерша по этим странным метафорам, в голосе на короткую секунду прорезалось беспокойство, — Вы можете сказать адрес? Ваш звонок отслеживается, не прерывайте звонок. — Да, да, — ответил юноша, прикрыв свои ярко-зеленые глаза, — Конечно, адрес Диагон Улица 135а. — Полиция будет у вас через десять минут, вы можете остаться на связи? — спокойным голосом. — Нет, спасибо, пить не надо. До скорого! — «нет, не могу», «пожалуйста, поторопитесь». Три гудка, экран показал список вызовов. Быстро удалив из исходящих звонок в службу спасения, он набрал случайный номер. Так, на всякий случай. И тут же сбросил. — Ты там скоро? Возвращайся, солнце, — раздался громкий и ласковый голос, от которого Гарри пробрала дрожь отвращения. Он поднялся на ноги с многочисленными распустившимися бутонами синяков и через несколько секунд уже был у дивана. Стена напротив была вся увешана его фотографиями. Его лицо, тело, руки, даже он, принимающий душ! Как ест мороженное, как улыбается Сириусу. Как плачет. Грустит. Смотрит задумчиво куда-то за кадр. Спит. — На колени, — вольготно развалившись, отдал тот приказ. Гарри осмелел от осознания того, что совсем скоро этого ублюдка арестуют и посадят, и помотал головой, гордо посмотрев в чужие глаза цвета морской глубины. Раньше, после нескольких болезненных ударов он тут же смирялся и делал все, что ему говорили, опуская глаза в пол. Ведь с сумасшедшими надо соглашаться, а насильникам не сопротивляться, так ведь учили? Расслабься и терпи, может, и удовольствие получишь, как бы жестоко это не звучало. Гарри теперь знает, что никакого удовольствия не получишь, зато меньше вероятность жестоких травм. С сумасшедшими насильниками-похитителями дело обстояло точно также — соглашаться, не спорить, не сопротивляться и лучше даже не поднимать глаз, выжидая момент сбежать. И тут он предоставился. Уже неделя. Неделю как его похитил этот мужчина, сталкер, который вальяжно позволил «своей конфетке» называть его Том. — Не буду, — заявил Гарри уверенно, о чем тут же пожалел, увидев как хищно сверкнули чужие глаза, но брать обратно свои слова и падать на колени не стал. Гордость не потерпит, хотя за время своего похищения и удерживания взаперти дома у этого человека он делал вещи и похуже. Гораздо хуже. О таких вещах не рассказывают, о них молчат, и помнят-помнят-помнят до конца своих дней. Эти ужасные сцены будут сниться Гарри каждую ночь, он уверен, даже когда он вернется к Сириусу, отогреется в родном тепле и дома, даже когда ублюдка посадят, а он будет на свободе. — Малыш, — ласковый взгляд, мужчина поднялся плавно, погладил застывшего словно статуя юношу по волосам. Он резко дернул вниз натянутыми в кулак волосами, отчего шейные позвонки хрустнули, заставив Гарри поморщиться и зашипеть, — Ты забыл о том, что я делаю с такими плохими мальчиками как ты? Больно и тяжело сглотнув, Поттер зажмурился, проклиная свой авантюризм и дурость. Вот что ему стоило подождать эти десять треклятых минут?!? Но ведь если будет тихо, то Том может услышать звук подъезжающих машин, звук шагов тяжелыми ботинками... надо его отвлечь. А еще желательно быть поближе к входной двери, чтобы не оставить похитителю выхода и времени чтобы спрятаться. Гарри собрал всю свою волю в кулак и плюнул скопившейся слюной прямо в это холеное лицо, тут же перекосившееся от злости. Эмоция ярости изуродовало до этого красивое, словно вылепленное искусным скульптором лицо. Резко вырвавшись, парень ударил того меж ног и побежал вниз. Лестница пронеслась перед глазами, настолько быстр он был. Перепрыгивая несколько ступенек, Гарри приземлился в гостиной, ощутив боль в коленях, и зашипел. Вот только Том был быстрее. Вытерев рукавом плевок с лица, он озлобленно оскалился, выглядя при этом — со своими потемневшими до черноты глазами — как настоящий дьявол, жаждущий мести. Плохой огонек в глазах, спустя секунду не предвещающая добра ухмылка на губах... Гарри начал кусаться, когда его долбанули по стене, а потом еще и отдельно головой, так, что звезды заплясали перед глазами. Юноша зажмурился, но ему не дали очнуться, залепив обидную пощечину. Щека горела огнем. Гарри приложил руку к пострадавшему месту и открыл слезящиеся глаза, посмотрев на спокойно удерживающего его на весу мужчину. Юноша шмыгнул носом, а еще этот взгляд ярко-зеленых, невинных глаз... ... Том смягчился, хоть и решил, что урок мальчишкой не до конца усвоен, и поцеловал его — властно и грубо, кусая и не щадя. Гарри задыхался, как всегда от его поцелуев. До коридора было рукой подать. И вот Гарри услышал заветное шуршание шин автомобилей. К сожалению, Том не глухой, и Гарри не считал его тупым, поэтому он тут же поднял на него взгляд панических глаз, в которых плескался страх. Страх, что его убьют прям тут и он не дождется спасения, которое уже так близко, только руку протяни!

Кого породил огонь, того не убьет огонь.

— Ч-што это? — прошипел вроде спокойно мужчина, но недобрый огонь в глазах, недавно усмиренный, загорел с новой силой. — Пицца... — Гарри еле разлепил губы. Он был обречен, если полицейские не поторопятся. Он слышит, как несколько людей в темпе вышли из машины, двери захлопнулись, послышалось шуршание гравия. Ему казалось, время словно остановилось. — Ты думаешь, мальчиш-шка, что я не различу звук двух тяжелых машин от мопеда? — Том сжал чужие щеки, больно надавливая на челюсть. Дверь открылась резко, выбитая. — Руки вверх! Не двигаться! Гарри мгновенно отпустили и он облегченно вздохнул, сползая вниз. В воздухе взметнулись несколько красных лучей, в считанные миллисекунды настигая своих жертв. Гарри этого не увидел, так как тут же зажмурился и закрыл уши руками, спасая их от громких выстрелов. Но ничего не произошло. Почему полицейские сразу не открыли огонь? За пару секунд уже можно было разобраться в ситуации и стрелять в похитителя, а не невинного гражданского. Юноша открыл глаза. Гарри ошарашенно наблюдал за тем, как развитые мужчины кулем падают вниз. Совершенно беззвучно обезвредил их. Вообще. Том неторопливо убрал палочку в карман — правоохранители порядка оказались без сознания, пока время еще есть. После можно и память подчистить, и в полицейскую базу данных пробраться, подтереть следы. Он сел на корточки, обхватил своего мальчика за подбородок, заставив приподнять лицо и посмотреть в глаза. Страх мальчишки, непонимание, обреченность в глазах...

На часах настало время платить по счетам.

Том клыкасто усмехнулся чужой дрожи и погладил большим пальцем нежную щечку, которая все еще хранила след его ладони. — Ну что же ты, маленький, — Гарри вздрогнул, когда Том наклонился к нему, приблизившись, и это заставило его удовлетворенно сощурить глаза, — Думал избавиться от меня? Гарри бездумно помотал головой из стороны в сторону, наверное, от страха даже не понимая, что сказал мужчина. — Не получится, дорогой, от волшебника так просто не сбежишь. Том облизнул губы в предвкушении, а Гарри всхлипнул обреченно. Но это ему теперь не поможет. — Ты доигрался, малыш.