Лисья шалость

"3ᴀблʏдиᴄь ʙ ʍᴏᴇй дʏшᴇ. Eᴄли ʜᴀйдᴇшь ʙыxᴏд, ᴄпᴀᴄᴇшь ʜᴀᴄ ᴏбᴏиx."

      Чимин конечно потом еще долго упирался и отказывался, но Юнги оказался вообще непрошибаемым и вчера они все-таки записали трек. Ради этого Чонгук натащил домой кучу всякой техники, им даже пришлось отдельную комнату выделять для этого.       Но дело даже не в том, что половину вещей пришлось выкинуть и не в том, что им не дают послушать саму песню. Хосока бесит больше то, что кроме Чимина, Юнги больше никого не впускает в комнату. И зависают они там чуть ли не сутками, Джину, который как-то незаметно влился в их компанию, приходится чуть ли не за уши их оттуда вытаскивать. Точнее Чимина, с Юнги такой трюк не выходит, и он оставляет ему еду на пороге.       Еще немного и Хосок начнет ревновать Мина к этой аппаратуре, а Чонгук снова получит по ушам, за то что притащил это безобразие в их дом.       А еще как-то незаметно Тэхен окончательно перебрался в дом семьи Чон. Нет, он был не против этого, даже рад немного. Тэ всегда умел успокаивать и держал в строгости его брата, а Хосока это более чем устраивало. Мелкий не лезет и ладно. Ест хорошо, спит нормально, здоровый, как конь, а не лис. Поэтому он полностью спокоен за его судьбу.       От размышлений его отвлекли шаркающие шаги и охи. Развернувшись корпусом в сторону двери, девятихвостый впервые за эти две недели увидел своего парня, тот выглядел помято.       Лохматые белоснежные волосы, с отросшими корнями, отметины от клавиатуры на лице, опухшие веки. Красавец.       И это без сарказма. От такого Юнги он кайфовал еще больше, чем от парня с укладкой и идеальным макияжем.       - Какие люди. Я уже стал забывать, как ты выглядишь. - Ложь. Даже умирать будет - не забудет ни одну черточку на лице.       - Я тоже скучал. Но я не могу обещать, что этого не повториться. - Доковыляв до дивана, Юнги завалился рядом с парнем, укладывая гудящую голову ему на колени.       - Если бы я знал, что так оно все будет, то перерубил бы эту идею на корню.       - Получилось здорово. Когда послушаешь, пожалеешь, что так сказал. - Юнги прикрыл глаза, издавая странные звуки блаженства, когда лис осторожно начал перебирать волосы.       - Как хоть песня называется? - Осторожно продолжил массировать ему голову, уделяя внимание месту за ушами.       - Ложь. Это очень старая песня, одна из первых мной написанных. Она очень важна мне, поэтому я ее не продал, но и не мог найти того, чей тембр подошел для нее.       - Но тут появился Чимин.       - Да, я сразу понял, что это он. Правда, все же немного подкорректировал ее.       Хосок внимательно слушал каждое слово, хмурясь сильнее и сильнее и дело вовсе не в песни. У Юнги было какое-то странное уплотнение за ушами, и когда Хосок нажимал на него, Юнги вздрагивал от боли и морщился, а когда следка царапал - довольно щурился.       Он пока не стал ничего об этом говорить Юнги, но у него закрались некие подозрения.       Точно такие же шишки были и у Чонгука, когда тот был совсем щенком. Они очень сильно чесались у него, и он все время расцарапывал их в кровь. Это происходит у всех детей, когда у них начинает расти зверь. Т.е. когда они начинают приобретать ипостась. Ни в коем случае нельзя их повредить, иначе зверь может так и не выйти наружу.       Таких случаев очень много, потом лисы сходят с ума и их приходится убивать, иначе они начнут убивать мирных жителей.       Хосок еще при первой встрече подумал, что Юнги один из них, но от него слишком сильно пахло человеком.       В любом случае, прежде чем говорить о чем-то, нужно обсудить все с Джином, он же лекарь.       - Ты меня слушаешь? - Оказалось, что Хосок совсем потерял связь с реальностью, пока вспоминал детство.       - Прости, я задумался. - Виновато кашлянув, притянул к себе недовольного парня, который уже успел подняться с его колен.       - И о чем же, если не секрет? - Обвив руками талию, Юнги спрятал нос на груди у Хосока.       - О том, что нужно тебе пройти обследование. Ну и неплохо было бы тебе оформить удостоверение личности.       - Обследование? Зачем? Я прекрасно себя чувствую.       - На тот случай, если то время, что нас ломало, могло как-то навредить тебе. Я то кумихо. Здоровье и организм у меня крепче твоего настолько же, сколько мне лет.       - Лааадно. Но как я буду его проходить, если у меня нет документов? - Юнги провел носом по основанию шеи, посылая табун мурашек и приятную дрожь в ноги.       Сжав его талию, придвинул к себе ближе.       - Я уже поговорил с Намджуном, он обещал все решить. - Забравшись руками под теплое худи, провел руками вверх по горячей коже.       - Хосок...       - Все в прядке. - Ложь. Все далеко не в порядке. В паху от желания ломит так, что глаза на затылок лезут.       Не выдержав первым, Юнги резко притянул парня к себе за шею, нетерпеливо прижимаясь к влажным губам и вовлекая в поцелуй.       В какой-то момент Хосок понял, что уже не контролирует себя. Он повалил Юнги на диван, стягивая с него кофту и осыпая шею и грудь мокрыми поцелуями.       - Скажи... скажи мне остановиться, пока я еще держу себя в руках. - Посмотрев на Мина, Хосок даже на миллиметр не сдвинулся.       Не сможет. Не остановится. Юнги понял все по глазам, но вместо слов, снова потянулся к губам за столь сладким поцелуем.       - Я конечно понимаю, что у вас медовый месяц, но Хосок... не в гостиной же. - Чонгук. Снова он.       Чон старший обреченно и болезненно застонал, уткнувшись в обнаженную грудь парня.       - Я тебя убью. - Со вздохом отстранившись, Хосок замотал не менее злого Юнги в плед.       - Спасибо еще скажешь. - Кинув в брата подушкой, Чонгук утопал на кухню.       Это уже четвертый раз, когда он появляется в самый неподходящий момент. Пожалуй, у Хосока скоро пар из ушей валить будет, как только Гук будет появляться на горизонте.       - Он точно не бессмертный? - Юнги уже успел натянуть кофту обратно, пока Хосок сверлил дверь взглядом, пытаясь испепелить ее на пару с Чонгуком.       - Голова перестала болеть?       - На удивление да. - Посмотрев на него с восхищением, Юнги встал с дивана. - Раз уж ты вылечил меня, то я просто обязан показать тебе первым, что у нас получилось.       Хосок понимал, что это много значит для него, но для самого Хо это значило не меньше.       Он понимал, что, скорее всего его мнение заботит Юнги больше, чем другие. Поэтому в "студию" он помчался быстрее самого хозяина.       "...... Пойман на лжи, Вытащи меня из этого ада, Я не могу освободить себя от этой боли, Спаси меня, того, кто был наказан."       Песня закончилась, погружая комнату в звенящую тишину.       Хосок даже не ожидал, что это будет настолько... эмоционально, профессионально и будто с каким-то надрывом, который буквально заставил крошиться его, на протяжении всей песни.       - Как тебе? - Юнги все это время сидел, напряженные и натянутый, словно струна.       - Я.... в шоке. Юнги, это невероятно... Я, конечно, знал, что результат будет потрясный, но это... у меня нет слов.       Выдохнув наконец, Юнги довольно улыбнулся.       - Я говорил, Чимину, что у него прекрасный вокал, но он все еще отпирается.       - Да тут дело не только в вокале, хотя признаться честно, от него я тоже не в меньшем шоке. Сами строки, смысл, голос, эмоции... я поражен. Это должно выйти в на свет. И я даже знаю, кто нам в этом поможет.       - Чонгук?       - И Тэхен. Ну и я помогу, чем смогу. Не зря же у меня академия искусств. - Осторожно обняв Юнги, Хосок потерся о него носом. - Ты невероятный.       - Спасибо. Спасибо за то, что украл тогда, за то, что подарил новую жизнь, за то что поддерживаешь во всем, за то что подарил новую семью и за то, что даришь мне столько любви и тепла.       Юнги впервые говорил ему такое. Хосок вообще думал, что тот дуется и все еще хочет вернуться домой. Уже не так сильно, но хочет.       - Ты хочешь вернуться?       - Нет. И не хотел. Вы заменили мне весь мир. Без вас я не смогу. Без тебя. Я не смогу без тебя.