Он ведьма

      Утром, зайдя в гостиную, я наткнулся на грозный мамин взгляд. Она явно не хотела меня отпускать. Я прошёл на кухню и сел за стол, но всё равно мог слышать разговор.       - Никита ведь может и не идти, - буркнула мама.       - Может, - подтвердила бабушка Марья. - Но охотники знают, что в нашем ковене четыре молодые ведьмы.       Сто процентов, сейчас мама закатила глаза.       - Амелия, - до этого бабушка Ольга тихо сидела и, казалось, даже не вникала в разговор. - И в ковене и в их клане прекрасно знают о вашей взаимной ненависти со Степаном. Но Никита не ты. Тем более в скором времени нам придётся решать вопросы о его статусе с советом.       - Тогда вы можете не выряжать его в эти балахоны, а представить чародеем. И решать ничего не придётся, - предложила мама.       - Не думаю, что Турицы подходящее для этого время, - продолжила бабушка. - Решению Мораны никто не будет противиться, но сами ведьмы и чародеи могут воспринять Никиту в штыки. Ты же знаешь, мы с Беляной уже поговорили с верховными ковенов и директорами школ. Осталось только собраться вместе. Но дата пока не назначена.       Мама вздохнула.       - Охотники узнают об этом уже после. Когда будет принято окончательное решение.       - Тем более, - решила заключить бабушка Марья. - Все молодые охотники клана - одноклассники Никиты.       Кажется, я опять узнаю обо всём в последнюю очередь. Бабушка Марья, конечно, спросила меня ради приличия хочу ли я пойти, но, видимо, всё и так уже было решено. Но родственницы и не больно шифровали свою беседу. Мне уже говорили, что как-никак, но придётся встретиться с советом. И пожалуй, это событие настанет очень скоро.       - И да, - вдруг добавила бабушка Ольга очень серьёзным тоном. - Совет наверняка захочет узнать, кто отец Никиты.       Повисло напряженное молчание. Затем кто-то встал, быстро протопал к выходу и со всей силы закрыл дверь. Я высунулся в гостиную. Отсутствовала мама.       - А вы не знаете? - совершенно спокойно поинтересовался я.       Бабушка Марья вздохнула.       - Твоя мама сказала нам, что это был "обычный человечишка", имени которого она уже даже не помнит.       - И что в этом такого? - большинство ведьм действительно даже и не пытаются узнавать имена отцов их будущих ведьмочек.       Бабушка Ольга усмехнулась.       - Мы всегда знаем, когда твоя мама врёт.

***

      В очередной раз меня вырядили в балахоны. Черная толстовка, штаны и обязательный капюшон. Белые волосы уже порядком отросли, поэтому я попросил их состричь. Сейчас мама стояла передо мной и разглядывала мои ладони. Если во всей этой одежде меня и можно было принять за очень крупную и плечистую девочку, то вот руки всё бы выдали.       - Надеюсь, у них там не очень светло будет, - проговорила себе под нос мама и натянула мне на руки перчатки.       - Может быть, ты всё-таки пойдёшь с нами? - я шёл с бабушкой Марьей. Бабушка       Ольга отказалась вылезать из своего кресла.       - Я не переношу мужа Софьи.       - Почему ты называешь свою маму по имени?       - Её я тоже не переношу, - безэмоционально сказала мама. - В отличие от ведьм по-договору, у неё был выбор. И она предпочла волков. Даже после того, как от него забеременела другая женщина, и Софья спасла жизнь его сынишки.       Мама начинала злиться, поэтому продолжать разговор было опасно. Да и не имело смысла. Я не спрашивал, но мог понять, что между ней и отцом Матвея произошло нечто максимально ужасное, помимо женитьбы на Софье.       Поэтому на этот раз только с бабушкой Марьей я вышел из дома, и мы направились прямиком к арке.       - В библиотеке есть портал, которым обычно пользуются только охотники, но сегодня позволено и нам, - просветила меня бабушка.       Мы быстро добрались до арки, а в Междумирье попали в комнату с порталами. Там мы натолкнулись на Миланино семейство. С ней была мама и бабушка.       - Привет, - Милана тут же взяла меня за руку.       - Привет.       Но нам не удалось перекинуться и парой фраз.       - Идемте, - позвала нас Миланина мама.       Мы "надели" маски и вошли в зеркало, расписанное рунами.       Заснеженный лес в этом месте ударил своей яркостью. Мы вышли прямиком на дорожку, сделанную из деревянных столбиков. Она вела вперёд к деревянным домам. Место напоминало санаторий, скрывшийся от цивилизации в глубоком лесу. А за деревьями виднелось кристальное озеро. Лед на нем замерз прозрачно и равномерно.       Бабушка Марья и родственницы Миланы пошли вперёд. Сама девушка не отцепилась от моей руки, и мы пошли медленнее, отстав от идущих впереди.       - Ой, я так боюсь, - вдруг прошептала Милана.       - Почему? - удивленно спросил я.       - А вдруг волк на этот раз кого-нибудь выберет.       - В смысле? - не понял я.       - Ну, кого-то из нашего поколения выберут в жены волку. Вдруг, это буду я.       - Ужас.       - Не издевайся, Никит!       На наше хихиканье обернулись родственницы и пришлось убавить пыл.       Мы быстро прошли аллею. Оказалось, что прямо посередине импровизированной деревеньки была площадь, углубленная на несколько метров. По краям такой "ямы" стояли лавочки, а сверху поставили перила. Я подошёл к этому заборчику и посмотрел вниз. Площадь напоминала ринг. С одного края был вырезан вход. Стоит ли мне ещё больше удивляться? Я всегда думал, что волколаки - это охотники, которые могут перевоплощаться в больших зверушек, но оказалось у них своя культура, боги, история и традиции. Порой не самые приятные.       - А где ваша рыжая? - послышался знакомый голос. Я обернулся.       К нам подошли отец Матвея и сам парень. У Матвея изменился взгляд. В школе он всегда ходил с задранным кверху носом, но сейчас его глаза были широко открыты, будто он одновременно удивлен и напуган.       - Здравствуй, Степан, - сдержанно проговорила бабушка. - Она не придёт, - и постаралась как можно вежливее ответить на его вопрос. Но мужчина только фыркнул. Видимо, он узнавал наше семейство по козлиным маскам.       Матвей перевел взгляд на меня и резко сглотнул. Его глаза ещё больше округлились. Даже не пытайся. Фырфыр в образе летучей мыши злобно зыркнул на молодого охотника.       - Что ж, - прервал наши гляделки мужчина. - Поприветствуй наших гостей, Матвей. Больше мы никого не ждём.       Матвей кивнул головой. Отец учил его узнавать ведьм нашего ковена по маскам и, возможно, другим чертам: голосу, волосам, телосложению. Отец Матвея предложил следовать за ним, и мы с Миланой опять отстали.       - Этот Матвей так смотрел. Вдруг он признает в тебе Антона, - шепнула ведьмочка.       - Не, на этот раз я опрыскался лимоном, - хихикнул я. - У лимона резкий запах, волк не станет принюхиваться.       - Тогда ладно, - спокойно выдохнула Милана.       Отец Матвея проводил нас в один из домов. Строение напоминало само жилище Волковых, только было больше. Внутри в гостиной уже сидели ведьмы нашего ковена. Та светловолосая молодая ведьма и ее бабушка, а рядом другое семейство.       - Церемония скоро начнётся, нам нужно готовиться, - без всякой учтивости сказал отец Матвея, и они ушли.       Ведьмы перевели свои взоры на нас.       - Марья, когда он пойдёт в академию? - без здрасьте и до свидания вдруг спросила одна из старших ведьм.       Бабушка только вздохнула.       - После людских праздников, - коротко ответила она.       Ведьмы выглядели очень недружелюбно, но затем резко смягчились.       - Тогда Алесе и Оксане стоит познакомиться с ним, - проговорила одна из них и посмотрела на двух молодых ведьмочек, сидящих рядом. Они встали и предложили нам с Миланой отойти к окну.       Так я узнал, что Алесей зовут светловолосую, а Оксаной - подстриженную под мальчика, но с челкой. Мы поговорили немного, я запомнил их голоса. Но вскоре нас позвали на церемонию.       На улице уже стемнело, волки зажгли факелы, кругом горели огни. Чуть поодаль открывался вид на озеро, где на берегу уже разожгли высокий костер.       Я шел за всеми остальными, когда кто-то легко коснулся моего плеча. Я обернулся и испугался. Не могу сказать, кто точно из них это был Пупа или Залупа, но я правда ему чуть не врезал.       - Тебя Софья просила подойти, - пробубнил он.       Бабушка и остальные ведьмы уже отошли к перилам и никто не заметил, что меня остановили.       - Идём, - уже настойчивее проговорил он.       И я пошёл за ним. У меня есть Фурфур, и если это подстава, то они получат знатных звездюлей. По лестнице мы спустились вниз ко входу на арену. Я уже засомневался в своём решении, потому что Софьи там не было.       Близнец исчез, а позади меня вырос Матвей. Я шарахнулся и оказался окружен стеной с одной стороны, а с другой лесом. Парень был без верхней одежды весь перемазанный красной краской, босиком и в одних льняных штанах.       - Привет, - заговорил он. - Я просто хотел сказать спасибо, что спасла меня тогда, - начал говорить Матвей. - И… узнать твоё имя.       Я нервно улыбнулся и начал рыскать взглядом по сторонам. Матвей не приближался, он держал дистанцию и, наверное, не стал бы меня задерживать, если бы я вдруг захотел сбежать.       - Она немая, отстань от неё, - вдруг выговорил Фырфыр. Он скрестил лапки на груди и грозно уставился на парня.       Он мог узнать мой голос, даже через маску. Матвей понял бы, что с ним говорит парень.       - Может быть, ты тогда скажешь, - обратился он к фамильяру.       Немых ведьм не бывает. Морана тогда бы просто не услышала их зов, пока они только учатся. И по взгляду парня было понятно, что он знает об этом. Как жаль, что я не догадался выучить заклинание на смену голоса.       - Матвей? - послышался знакомый спасительный голос. Софья вышла из леса. На ней была теплая шубка, в которую она укуталась будто в халат. - Разве ты не должен проводить время перед боем один.       - Я просто, - замялся парень. - Это ведь твоя внучка, Софья. Да? - и с надеждой посмотрел на бывшую ведьму.       Софья подошла ко мне и обняла за пояс. Я был выше неё почти на голову.       - Да, - улыбнулась она. - Я потом тебя с ней познакомлю. А пока иди, тебе нужно готовиться.       Матвей просиял и скрылся в лесу.       - Познакомишь? - удивлено спросил я.       Софья так же нервно улыбнулась.       - Я забыла добавить "может быть".       После чудеснейшего спасения я вернулся к ковену и встал рядом с бабушкой Марьей. На небе уже появились яркие звезды. Завтра будет холодно.       Вскоре на арену вышли молодые охотники. От всех кланов их набралось с десяток. Рядом с Матвеем стояли близнецы. Они как всегда выглядели зашуганными. Отец Матвея поднялся к нам и остановился рядом с Софьей. Мужчина не показывал, но явно чувствовал отвращение.       На арену вышел один из матерых охотников. В руках он держал на вид древний меч. Охотник подошёл к каждому молодому волку, заставляя дотронуться до меча. И каждый раз он говорил.       - Интра благословит нового воина.       Я уже слышал это имя от Матвея раньше из воспоминаний, которые мне показал мой фамильяр, но не придал этому значение. Мало ли, послышалось.       - Что за Интра? - шепнул я Милане на ухо, чтобы меня больше никто не услышал.       - Волчий бог, тот кто даровал им силу, - коротко ответила Милана.       - Это типа как наша Морана?       - Ага, - кивнула ведьмочка, - только Морана хорошая богиня, а Интра, ну… - она огляделась. - Давай я тебе позже расскажу, но, в общем, он не славится "хорошими манерами". Подстать волкам, - последнее предложение Милана произнесла совсем тихо, и я едва его услышал.       Меч воткнули в середину арены. Там было для него специальное место. Затем охотник отстегнул мешочек от своего ремня.       - Здесь, - он открыл мешочек и вытащил округлый камень, - руны, обозначающее ваши имена. Если вам попадётся своё имя или имя вашего соклановца, то вытаскиваете заново, - коротко объяснил он. Молодые охотники кивнули. Доставали руны первые пять. Матвей доставал последним. Когда он прочёл руны, его лицо изменилось. Он нахмурился и посмотрел в сторону единственной девушки. Девушка-волколак сразу поняла, кто будет её соперником.       - Тот, кто не вытаскивал руну, выбирает вид соревнования, - опять максимально лаконично объяснил охотник.       Один из близнецов выбрал стрельбу из лука. Другому достался кулачный бой, в котором он с треском проиграл. А вот Матвей кажется был в полнейшем "восторге" от выбора волчицы.       - Шахматы, - она смотрела на парня, ехидно улыбаясь.       Матвей украдкой посмотрел на своего отца. Тот только поджал губы.       - Да уж, - тихо хихикнула Милана. - Так семье Волковым не восстановить свою былую славу.       - В смысле? - не понял я.       - Говорят, что предками Волковых были первый обращенный рыкарь и воительница, которая отказалась принять дар Интры, - ответила Милана. - Поэтому на протяжении веков их семья и клан занимали главенствующие позиции в мире волколаков, но последние сто лет им пришлось несладко. Многие кланы подшучивают над отцом этого парня, - она кивнула на Матвея. - И не важно победит он сейчас или нет.       На середину арены вынесли стол с двумя стульями и черно-белую коробку. Матвей и волчица сели друг напротив друга. Девушка открыла коробку и осторожно высыпала фигуры на стол. Затем она взяла черного и белого королей и спрятала за спиной.       - Выбирай.       Матвей вздохнул. Ему явно не нравилось находится в центре этой клоунады. Девушка явно издевалась над ним.       - Правая, - Матвей старался не подавать вида. Но я знал, что, когда он злился, у него дрожали желваки.       Девушка поставила на стол белую фигуру. Матвей ходит первым.       - Нам дали пятнадцать минут, - улыбнулась волчица.       Матвей сделал ход и нажал кнопку часов.       Они играли до конца пятнадцати минут. Победителем считался тот, кто сохранил больше фигур. И Матвей победил с перевесом всего в одну фигуру. Он никогда не проигрывал, но такая победа казалась трескучим провалом. Волчица встала из-за стола. Она вообще не была расстроена проигрышем, даже вытянула руку, и Матвею пришлось пожать её. Матвей ушел с арены раздраженный. Не удивлюсь, если он сейчас отпинает пару деревьев.       Но вот следующий бой оказался зрелищным и спокойно перекрыл всё негодование публики по поводу шахмат. Беловолосый парень выбрал бои на мечах. Из него искрились уверенность и нахальство. Высокий, такой же как и Матвей, только в отличие от него Снежок чувствовал себя здесь в своей тарелке.       - Кто это? - тихо спросил я Милану.       - Андрей Клыков, - быстро ответила она. - Его клан живет на севере, рядом с Мурманском.       Этот Андрей мне не понравился с первого взгляда. Я чувствовал нечто неладное, исходившее от него. Кольцо? Или другой амулет? Нет, навряд ли. У северян нет контр с ведьмами, там вурдалаки. Просто с первого взгляда не понравился.       - Он, кстати, имеет все шансы победить в боях. Он или твой Матвей. Мне мама так сказала. Так что не удивлюсь, если их сейчас стравят.       Что значило под "твой Матвей" я не стал уточнять, но пока я спрашивал Милану, Снежок успел отлупить своего противника, да так жестко, что бабушку Марью попросили помочь пострадавшему. Отец Матвея цокнул и спустился на арену вместе с ней. Мужчина пошёл в другую сторону, к выходу с арены. Туда направились и другие главы кланов. Видимо решать, чей бой будет последним. Из пяти молодых охотников выберут двух, которые должны будут перевоплотиться и пересчитать косточки друг другу. Мне даже стало тошно.       Пять молодых охотников встали в ряд. Снежок примостился рядом с Матвеем и что-то шепнул ему на ухо. По выражению лиц обоих - это что-то было гаденькое.       Главы кланов вернулись на арену. И один из них начал говорить:       - Андрей, - он посмотрел на Снежка, - и Матвей, вы будете представлять свои кланы в последнем бою.       На Матвея косо посмотрели три остальных волка. Парень ведь не бился, а поиграл с девчонкой в шахматы. Почему выбрали именно его? Но Матвей не отреагировал на их взгляды.       Все остальные покинули арену. Остались Матвей, Снежок и четыре матерых охотника. Вскоре вкатили железную коробку с раскаленными углями внутрь и двумя торчащими кочергами. Но затем я присмотрелся и понял, что торчащие палки - это инструменты для клейма.       - Что они собираются делать? - испуганно спросил я Милану.       - Прижгут им руны, чтобы вызвать обращение, - спокойно ответила она.       - Чт…?       Матвея взяли за руки с двух сторон. То же самое проделали и со Снежком. Я видел как Матвей сжался, пытаясь глубоко дышать. В следующую секунду горячий металл коснулся его спины. Матвей дернулся. Охотники отпустили его. Парень стиснул зубы, на его теле появились защитные метки, но он не обратился, и придавил ладонью обожженное место.       Как только инструмент коснулся шеи Снежка, тот взвыл, на мгновение на его теле тоже появились метки, но затем он перевоплотился. Перед Матвеем стоял злой большой белый волколак. Который ни секунды не стал медлить. Снежок махнул лапой, пытаясь ударить Матвея, но тот перекатился. Парень ошалело смотрел по сторонам, пытаясь понять, почему его волк не хочет обращаться.       Отец Матвея вцепился в перила. Но смотрел он не на сына, а на двух других охотников, которые доставали шприц из-за пазухи.       - Это слишком большая доза, - выдохнул мужчина.       Но охотники, конечно, не слышали его. Они поймали Матвея со спины и вкатили ему укол в плечо. Парень даже пикнуть не успел. Его тело сжалось в одной большой судороге, а затем на арене появился волколак. Он громко зарычал, потому что и ему было очень больно.       Но Снежок, кажется, был только рад такому исходу. Они накинулись друг на друга. Снежок вцепился Матвею в шерсть, но не смог её прокусить. Матвей откинул его от себя и сам прыгнул сверху, но наткнулся на мощные лапы. Уверенность Снежка постепенно исчезала.       Матвей отброшенный назад, отпрыгнул от стены и накинулся на Снежка сверху. Он ухватился когтистыми лапами за белую шерсть и буквально начал сдирать ее. Снежок взвыл.       Охотники, следящие за боем, тут же перевоплотились. Они отодрали Матвея от Снежка, пока тот не освежевал соперника. Белый волколак упал на колени, к нему тут же подбежал отец. Снежок перевоплотился и на его плече зияла кровавая рана. Матвей не перестал сопротивляться. Он пытался вырваться от волколаков, которые скрутили его и, наверное, вырвался бы будь у него больше времени. Матвею всё ещё было ужасно больно.       - Нужно усыпить его, - сказал отец парня и посмотрел на бабушку Марья. Та сразу поняла посыл мужчины и они вместе быстро спустились по лестнице. Бабушка Марья начала произносить заклинание, ещё не дойдя до парня.       - Magistra Natura, audit vocem meam. Somnus, - она остановилась у ног Матвея. Того скрутило, и он отключился.       Внутри всё горело. Я не мог больше смотреть на этот ужас. Но вдруг, мне показалось, будто кто-то позвал меня по имени. Я обернулся.       - Милана, иди быстро за мной.       Девушка не поняла, почему я так быстро сорвался с места и почти побежал в лес. Фырфыр тоже вцепился в моё плечо, но не стал спрашивать, что происходит. Позади меня никого не оказалось, меня звал Матвей.       Отбежав на приличное расстояние от деревушки, я одним взмахом снял маску, а черный плащ упал с плеч в снег.       - Никита, что такое? - нагнала меня Милана.       Я обернулся к ней и сжал кулаки.       - Выруби меня!       - Что?       - Быстрее!       И Милана зарядила мне смачную пощёчину.       - Зачем ты меня ударила?       - Но ты же сказал вырубить, - попятилась ведьмочка.       - Заклинанием!       - А-а!       И Милана применила на мне заклинание, которое только что провернула бабушка с Матвеем.       Лес хлестал мокрый снег. Как только я появился в Инсомхеде, то тут же был обстрелян завывающей метелью. почти ничего не видя, я добрался до домишки и со всей силы потянул на себя дверь. Волколак бушевал. Он кидался из стороны в сторону, почти царапая стены. Он не мог справится с болью, которая окутывала его тело.       - Матвей! - позвал я его.       Волк замер, посмотрел на меня выпучеными глазами и упал. Я подбежал к нему и обнял. Из глаз волка потекли непроизвольные слёзы. Он прижал свою большую голову к моему животу и обхватил лапами талию.       - Сейчас всё закончится, - я погладил его по шерсти за ухом и продолжал успокаивать. - Всё хорошо. Всё хорошо.       Волк осел и брякнулся на пол. Я упал на него. Огоньки боли всё ещё теплились внутри тела, но теперь стало намного легче.       И было бы ещё легче, если бы следующим утром я не провалился под лёд.