Он ведьма

      Возможно, мне стоило спуститься и рассказать об этом родственницам. Но они мне ясно дали понять, что неприятность - это не смертельная опасность. Тем более я не знал, что именно мне хотела поведать Вероника. Может она просто хотела расстаться со мной и сказать, что влюблена в Даню? Ну, а что? На звонок девушка не ответила, только скинула координаты, куда я должен прийти.       Мама меня не отпустит. Она четко сказала два дня дома под замком, да ещё и в кровати. Поэтому придётся идти на радикальные меры. То есть, в окно.       Фырфыр подозрительно посмотрел на меня, когда я тихо зашуршал вещами в шкафу. Я натянул носки, штаны, толстовку. Вытащил старую спортивную куртку. Осталась одна проблема: ботинки в коридоре у входной двери. Придётся напялить кроссовки.       - Ты куда? - фамильяр приподнялся на копытцах.       - Надо, - коротко ответил я.       - Но тебе же запретили выходить, - настоял он.       - И что?       - А если я сейчас закричу?...       - Стой! - я резко нагнулся к фамильяру и зажал мордочку ладонью. Тот посмотрел на меня, как на дурачка. - Мне правда нужно. Я тебе сделаю морковный торт.       - По рукам, - согласился фамильяр и вывернул голову из моих рук. - Но я всё равно пойду с тобой.       Я уложил несколько подушек на кровать, накрыл их одеялом и выключил свет. Более-менее, это сойдёт за человеческую фигуру. Конечно, я мог бы попросить туда ещё лечь Фелемона, чтобы он имитировал дыхание, но бабушкин фамильяр как назло сегодня не отирался в моей комнате.       Фырфыр сел в капюшон, и я перемахнул через подоконник. Под моим окном был скат первого этажа прямо над гостиной, поэтому я действовал максимально осторожно. Маленькими шажками прошел у стены и спрыгнул вниз позади дома дома, задев ветку яблони. На голову посыпался снег. Я чуть не ругнулся, когда льдинки попали мне за шиворот. Но Фырфыр не сдержался.       - Что это там? - мама подошла к окну, расставив руки на подоконнике.       Я буквально приклеился к стене и старался не дышать. Мама простояла ещё с полминуты, вглядываясь в сугробы. - Видимо, снег с веток падает, - заключила она, и, наконец, ушла вглубь гостиной.       Я выдохнул. Почти спалился.       Пришлось осторожно пробираться вдоль стены дома, чтобы ненароком не скрипнуть снегом. Затем я выбрался на протоптанную тропинку и вскоре покинул пределы барьера. Координаты, которые отправила мне Вероника, казались странными. Это не был город или даже парк. Подходя всё ближе к точке на карте, я понимал, что нужным местом была старая церковь, где в новогоднюю ночь я чуть не переспал с Матвеем.       При свете дня церковь выглядела ещё печальнее. Из сугробов выглядывали только две стены и кусочек третьей. Крыша уже давно прогнила и свалилась вниз. Летом здесь ещё можно было найти какие-нибудь церковные принадлежности, но сейчас всё укрылось снегом.       Рядом со стеной бродила фигура человека. Подойдя ближе, я узнал Даню и быстро зашагал к нему, терпя мокрые снежинки внутри кроссовок.       - Даня!       Друг обратил на меня внимание, оторвался от телефона, и машинально улыбнулся.       - Ты тоже тут, - удивился он.       - Меня Вероника позвала, - я подошёл к нему и встал напротив. - Сказала, что это по-поводу тебя.       - Хм, странно, - задумался друг. - Она тоже позвала меня сюда, только сказала, что это по-поводу тебя.       Я не успел продолжить разговор, потому что позади меня заскрипел снег. Мы с Даней посмотрели в сторону источника звука. Им оказалась Вероника. Девушка приближалась к нам. На ее лице не оказалось и признака румянца или учащенного дыхания, будто всё это время она стояла за деревом и ждала нас.       - Привет, - подошла к нам девушка и улыбнулась.       В следующую секунду меня приложили чем-то тяжелым по голове. Я отключился.

***

      Я ещё не открыл глаза, но уже смог осознать себя в пространстве. И это вот самое пространство и положение тела оказались не самыми знакомыми.       Перед лицом чувствовалась возня, и мне пришлось открыть глаза. Напротив меня присела Вероника. Я сначала не разобрал, что именно держала в руках девушка. Выглядела она совершенно спокойной.       - Вероник… - но я не успел и закончить предложения. Девушка наклеила мне на губы кусок строительного скотча. От возмущения я замычал, забыв, что без губ мой рот не заговорит.       Я начал дергаться, но не смог и двинуться с места. Сам я сидел жопой в снегу, а мои руки оказались завязаны за стволом дерева.       Вероника встала и отошла от меня. Я проследил за ней взглядом и понял, что она направилась к Дане. Друг сидел недалеко от меня, в такой же позе привязанный к стволу. Вероника дотронулась до его щеки, и парень очнулся. Сначала он испуганно взглянул на девушку, а затем позвал меня.       - Никит? - его испуганный возглас заставил меня задергаться ещё сильнее.       Вероника не стала заклеивать Дане рот. Видимо, она беспокоилась только за мои матные крики.       - Что дальше? - знакомый голос сначала вогнал меня в ступор, а затем в дикую злость. Я повернул голову, чуть не свернув шею.       За моим деревом стояли близнецы. Вероника, будто не обратила внимание на их вопрос. Она достала телефон и начала набирать сообщение.       Я был в полнейшем шоке, и всё ещё надеялся, что всё это тупой розыгрыш. Но всё это порядком выводило из себя. Фурфур шебуршился в шивороте и не знал, что делать. Вероятно, мне стоит освободить руки и надрать зад близнецам и серьезно поговорить с девушкой. Но оставалась одна проблема. Я ещё не разу не колдовал без использования рта. А рот у меня сейчас был заклеен. Что ж, попытка не пытка. Я конечно не "профессиональная" ведьма, но попробовать произнести заклинание про себя вполне мог.       Но я не успел, потому что послышался хруст приближающихся шагов. Из-за деревьев вышел Матвей. Сначала парень шел расслабленно, но резко остановился, заметив связанного меня. Он непонимающе осмотрелся, затем резко направился ко мне.       - Остановись, Матвей, - грубо сказала Вероника. Девушка вышла и встала передо мной.       - Что здесь происходит? - Матвей остановился. Он, наконец, заметил близнецов и злобно на них зыркнул. Те вдруг стушевались и залепетали:       - Вероник, что Матвей тут делает?       Вероника опять не отреагировала на них, будто парни для нее абсолютное пустое место. Близнецам не понравился такой поворот событий.       - Матвей, мы тут не при чем! - начал оправдываться Пупа.       - Мы думали это просто розыгрыш! - вторил Залупа.       Матвей с налитыми глазами инстинктивно дернулся вперёд, чтобы надавать близнецам по шеям. Видимо, они забыли как Матвей отреагировал на их прошлый "розыгрыш".       Но Вероника опять не позволила брату сдвинуться с места.       - Стой, - спокойно сказала она и продолжила. - Разве ты не хочешь узнать, зачем я тебя сюда позвала?       Матвей сощурился и промолчал. Он был готов слушать. Мне тоже стало интересно. Вероника встала рядом со мной и потрепала по волосам, словно собачонку.       - Ну, смотри, - обратилась она к брату. - Сейчас ты позвонишь отцу и признаешься, что ты гей, - коротко и без излишеств проговорила она.       Лица близнецов и Дани нужно было видеть. Даня просто удивился, а у близнецов глаза на лоб полезли. Матвей на удивление оказался спокоен.       - Зачем? - коротко спросил он.       - Как зачем, - Вероника ещё раз провела по моим волосам. Матвей скрипнул зубами. - Тебя выгонят из дома, а я останусь единственной наследницей. Сечешь?       Последнее слово казалось совершенно не характерным для Вероники, будто из лексикона девицы из дальних краёв.       - Нет, - скривился Матвей.       - Ох, - закатила глаза Вероника, - ты же не думаешь, что эти двое здесь просто красивые аксессуары?       - Ты меня достала, - Матвей больше не стал слушать сестру, он стремительно направился вперёд. Но Вероника опять остановила его, вытащив из-за пазухи пистолет. Матвей то ли от удивление, то ли от испуга резко затормозил. - Ты не посмеешь, - прошипел он. - Никиту я и правда не трону, - Вероника медленно отошла от меня. - А то ты меня на месте разорвёшь, - ухмыльнулась девушка. - Но что насчёт его лучшего друга? - Вероника подошла к Дане, и уже задергался я. - В отличие от нас с тобой у Никиты с Даней более родственные отношения.       Я замычал и задергался, когда Вероника встала рядом с Даней, примерно в такую же позу, как и несколько минут назад. Даня молчал. Он прибывал в глубоком шоке.       - Матвей, телефон, - обратилась Вероника к парню.       Матвей качнул головой.       - Ты не ничего не сд…       Вероника опустила пистолет вниз, и тот оказался у лица Дани.       Внутри всё вспыхнуло. Тьма заполонила взгляд, а затем мир резко побелел. Веревки на руках вмиг сгорели. Я поднялся и вместе с этим от меня пошла волна, которая сбила с ног близнецов. Вероника уперлась ладонью о столб, загородив Даню от ветра.       Я медленно повернулся к Веронике. Девушка замерла.       - Забери его, - приказал я фамильяру.       Фурфур даже не противился. Он перевоплотился в медведя, напугав Даню ещё больше. Фамильяр обежал Веронику, взял Даню как мешок картошки и побежал прочь из леса, нервно ворча.       - О, Боги, о Боги, Боги…       Я не моргал. Мне сложно было контролировать свой разум, я вроде понимал, что делаю, но не мог остановится. Я смотрел на Веронику в упор. Девушка испуганно попятилась назад и столкнулась с деревом. Капец тебе. Волколак набросился на меня со спины и повалил в снег. Он прижал мои руки к земле и попытался утихомирить.       - А ну, отпусти! - я дал волку поддых, но тот даже не шелохнулся. Он продолжил держать меня и успокаивать.       Я не стал терпеть его на себе. Вывернул руку и зажег огонёк. Дернул ладонью. Ещё миллиметр, и я бы выжег Матвею глаз. Но тот вовремя отвернулся. Я вылез из-под волка и начал искать глазами Веронику. Девушка всё ещё не двигалась.       Я поднялся. Вероника вжалась в столб. Близнецы давно исчезли с горизонтов. Ух, ну я на вас отыграюсь. Но волколак накинулся на меня и теперь вдавил лицом в снег. Он зажал мои руки и тело между своими ногами. Сам вцепился лапой в плечо и оголил шею. Место, где он раньше рисовал руны, волколак начал вылизывать. Сначала такие его телодвижения меня разозлили ещё больше. Но постепенно разум успокаивался, тело перестало трепыхать. Вскоре я совсем успокоился, только всё равно продолжал злобно дышать в снег. Ох уж эти волколачьи заморочки.       - Отпусти его!       В волка прилетел внушительный огненный шар, но тот спрыгнул с меня и вжался в снег рядом. Шар врезался в дерево, опалив ствол. Но огонь дальше не пошёл.       - Нет… ведьма! - послышалось со стороны другого уха.       Я, наконец, поднял голову, чтобы полностью погрузиться в происходящее. Из леса вышли несколько ведьм. Они были в плащах и масках, но видно было, что они оказались застуканы врасплох сообщением моего фамильяра. Что он им сказал? Меня убивает волколак? Если так, то ведьмы церемониться не будут.       С другой стороны леса вышли охотники во главе с отцом Матвея. Им успели сообщить близнецы, потому что те с поджатыми хвостами, скрывались позади клана. Чуть поодаль быстрым шагом спешила Софья. Она накинула на себя шубу и кое-как пробиралась по сугробам.       Обстановка накалилась до предела. И если даже мы трое сейчас хором заверещим, что это были всего лишь глупые подростковые разборки, ни одна сторона не примет такое объяснение в расчёт.       - Никита, - мама вытянула руку и жестом попросила меня подойти к ковену. Я послушался. Дани нигде не было. Как и Фырфыра. Видимо, их оставили дома. Отец Матвея не стал просить. Он взглядом приказал сыну обратиться в человека и встать рядом с ним. Волк встал на четвереньки, сглотнул. Его охватил нежно розовый свет и на его месте оказался Матвей, но с волчьими ушами и хвостом. Как прошлый раз. Матвей подошёл к отцу, инстинктивно опустив уши и хвост. На удивление глава клана не был зол. Он воодушевленно смотрел на сына. Тот впервые смог обратиться сам туда и обратно.       Злость совсем утихла. Я подошёл к маме и та положила руку на мою талию, проверяя всё ли в порядке.Тем временем из леса вышли Беляна и бабушка Ольга в молодом облике. Ведьмы вышли вперёд и встали перед ковеном. Беляна не стала больше ждать.       - Я хочу знать, что здесь произошло? - она строго посмотрела на меня.       - Подождём с этим, - вдруг прервал её отец Матвея. - Я хочу знать, почему чародей не в чародейской школе? - мужчина ещё строже посмотрел на меня, совсем не заботясь о том, кто действительно начал эту заварушку.       Но если под взглядом Беляны я опустил глаза, то на взгляд мужчины я только зло скривился.       - Такое возможно, - ответила Беляна. - И эта не ваша забота, - также оборвала она.       - Неужели? Не слишком ли вы много на себя берёте? Молодых охотников, молодых ведьм, чародеев? - глава клана нашёл за что зацепиться. Действительно, по закону ведьмы и чародеи должны обучаться в специализированых заведениях. Это касается их безопасности и безопасности окружающих. Как только они закончат базовый курс обучения, то вполне могут заниматься всем, чем душеньке угодно. Но в этом законе есть и исключения, например, чародей может обучаться на домашнем обучении, если, во первых, он родился в семействе ведьм, во-вторых он родился в семье ведьмы и чародея, и в-третьих, если чародей взял ребёнка-чародея под своё крыло. А также существует пункт на непредвиденные обстоятельства. Наверное, именно под этот пункт я попадал. Софья, наконец, доковыляла до мужа. Она глубоко вздохнула и уложила на плечо мужчины свою ладонь.       - Степан, Никита мой внук, - выдохнула она.       Мама сжала кулаки. Её голова неестественно дернулась. Но Софьино объяснение было вполне удовлетворяющим.       - Так значит, - начал говорить отец Матвея. - Он сын твоей дочери?       Софья кивнула.       - И вы скрывали это от клана… сколько ему там лет?       - Степан…       - Что? - мужчина сузил глаза. - Я хочу знать, почему ведьмы ковена требуют от нас любую информацию об изменении в клане, когда сами скрывают чародея в ковене. Он опасен, - заключил мужчина.       - Вот уж нет, - мама дернулась вперёд. Но её жестом остановила Беляна.       - Я ещё раз повторяю, это не ваша забота. И я всё ещё хочу знать, что здесь произошло? - Беляна посмотрела на меня. Я отвернулся. Говорить я не собирался. Тогда отец Матвея потребовал объяснений от Матвея. Но тот ещё больше опустил уши. Мужчина посмотрел на Веронику. Девушка не знала, куда себя деть. Поэтому просто молчала. Тогда отец Матвея решил надавить на самое слабое звено. Он попросил вывести к нему близнецов.       - Ну… отвечайте, - мужчина скрестил руки на груди. Наверное, он обладал какими-то волколачьими способностями убеждения, которые действовали исключительно на близнецов. И Залупа не выдержал первым.       - Это всё Вероника! Мы думали это розыгрыш!       Пупа треснул брата в бок, а затем испуганно уставился на мужчину. Тем временем мать Вероники, которая стояла рядом со своим мужем, так посмотрела на дочь. Будто она была её самым большим разочарованием в жизни.       Близнецы тупые. Сказав, что это я всё подстроил, то клан бы им поверил безоговорочно. И видимо, Пупа это понял. А до Залупы дошло слишком поздно.       - Но начал всё он! - пролепетал парень в своё оправдание и пальцем тыкнул на меня.       Тупой как пробка.       - Беляна, - одна из ведьм вышла вперёд. Кажется, это была бабушка Милены. - Договор не оправдал себя. Мы делали расчет на время, но время ничего не изменило. Не изменило наши отношения. Многие ведьмы считают, что нет смысла больше быть связанными с волками.       По лицу отца Матвея было видно, что тому понравился такой ход развития событий.       - Мы думаем, что нужно разорвать договор, - заключила ведьма.       - Нет, вы что? - Софья вдруг выступила вперёд. - Разве этот договор не был рассчитан на молодое поколение? Вспомни, Беляна, о чём мы тогда говорили!       - Софья, - прорычал отец Матвея, но та лишь отмахнулась. Эта женщина явно имела вес в семье.       - Матвей и молодая ведьма объединят свои узы и их ребенок станет результатом договора. Только так мы сможем объединить клан и ковен. Разве ты не помнишь?       - Почему именно Матвей? - тихо шепнул я маме.       - По-договору, первенец главы клана и любая из ведьм станут возлюбленными.       - М-м…       Твою мать!       Софья продолжила.       - Давайте так, если ведьмы хотят разорвать договор, то пусть аннулируется первый пункт договора. Верните силы волколакам.       Отец Матвея молчал, но ведьмы вознегодовали. Поднялся шум, ведьмы и волколаки начали неприятно переговариваться.       В это время я думал о том, что сказала мама. Я почему-то всегда думал, что и волколак и ведьма выбираются рандомно. Так подождите. Не может быть…       - Вернуть силу? - среди этого гама я услышал, как бабушка Ольга повторила предложение Софьи. Беляна повернулась к ней и спросила:       - Думаешь, нам стоит это обсудить?       - Несомненно.       Их диалог услышали. Ведьмы и волки прислушались и ждали решения.       - Это место не самое лучшее, чтобы говорить об этом, - начала Беляна. - Я предлагаю обсудить договор завтра в Междумирье.       Отец Матвея оказался очень рад такому исходу. Волки начали расходиться. Ведьмы тоже. Только я стоял как вкопанный и смотрел Матвею в след.       - Никита, всё хорошо? - спросила мама. Она потрясла меня по плечу. - Ты белый, как снег.       - А? - я вздрогнул. - Всё хорошо.       Рядом с нами остались только бабушка Ольга и Беляна. Сначала я не понял, почему верхновная не идёт домой, но она быстро просветила меня в этом.       - Человек.       Я вспомнил, что Даня узнал истинную сущность и мою и волколаков.       Мы вернулись в дом. Даня сидел в гостиной под присмотром Фырфыра и Фелемона и, кажется, он уже много с ними обсудил. Друг дернулся, когда увидел незнакомую ведьму.       - Я думаю, я смогу применить на нем забвение, - кивнула Беляна. Бабушка Ольга кивнула ей в ответ.       - Стойте! - я вышел перед ведьмами. - А это обязательно?       Я вдруг осознал, что это была бы отличная возможность оставить Даню в своём мире. Да, может это было и эгоистично с моей стороны, но мне так осточертело постоянно врать другу и исчезать в неизвестных направлениях. Даня всё терпел, и всегда понимал, что я многого не договариваю, но никогда не упрекал меня в этом.       Беляна посмотрела на Ольгу.       - Мальчик бывает здесь чаще, чем в собственном доме, - усмехнулась бабушка.       - Мы можем за него поручиться, - кивнула мама.       Мои глаза заблестели.       - Если он сам этого хочет, - согласилась Беляна и посмотрела на Даню.       Теперь всё зависело от него. Друг сначала и не понял, что мы все обращались к нему. Я сел на диван и попытался быстро ему всё объяснить.       - Короче, Дань, есть два варианта: либо ты сейчас забудешь обо всём что здесь произошло и мы останемся просто друзьями, либо ты будешь помнить обо всём и мы останемся супер-друзьями.       Даня улыбнулся. Было видно, что друг уже успел отойти от шока и мог здраво соображать и понять даже моё невнятное объяснение.       - Конечно, я хочу всё помнить, Никит.       Я взял его за руки и посмотрел на Беляну. Так, кажется была совсем не против, но…       - Тогда я наложу на тебя заклятие молчания, - сказала она и Даня испугался, - ты сможешь говорить о новом для тебя мире, только с существами, принадлежащим этому миру.       - Я смогу говорить… в принципе?       - Конечно, - теперь лёгкая улыбка растянулась на лице верховной.       - Тогда я согласен, - Даня сжал кулаки и сомкнул губы.       Беляна уложила ладони на шею друга и произнесла неизведанное мне заклинание. Затем ведьма сторожно приоткрыла Данин рот. Его язык опаясался древними символами, которые исчезли через мгновение.       - Вот и всё.       Бабушка Ольга пошла провожать Беляну. Мама ушла на кухню, а мы с Даней поднялись в комнату. Нам предстояло очень многое обсудить.