Он ведьма

      Кто-то прыгнул мне на бок и потоптался там, оставляя зацепки на толстовке. Я открыл глаза и приподнялся. Трехцветная кошка Домового удивленно посмотрела на меня, мол, "ты что, живой?", и сиганула вниз. Я поднялся. Глаза пересохли, поэтому пришлось проморгаться и убрать с ресниц пыль. Надо бы умыться.       Я встал на ноги, двинулся вперёд, но тут же чуть не споткнулся о козлиную голову. Фамильяр лежал на коврике и мирно спал. Он проснулся, фыркнул и бекнул. "Совсем слепой, чтобы такую тушу не заметить?". Я брякнулся обратно на диван. После такого непродолжительного сна оказалось не просто прийти в себя. Чего-то не хватало. Я осмотрелся. Гостиная оставалась гостиной, свет никто не выключил, а ароматизированные свечи, которые забыли задуть, уже давно потухли. Только, кажется, я засыпал не только в компании фамильяра.       - А где Матвей? - я даже заглянул за спинку дивана, но волка там не оказалось.       - Он ушёл, - подтвердил мои догадки козёл.       - Как?... А сколько времени? - я посмотрел в окно. Там всё ещё зияла темнота. Но это ни о чём не говорило, зимой даже в шесть утра ещё не видно света.       - Не знаю. Это вы, людишки, за временем следите, - пробурчал Фырфыр       Придется лезть за своим телефоном. И где я его только оставил? Я точно помню, что перед сном писал Дане, чтобы тот ни в коем случае не выходил из дома, пока я сам ему об этом не скажу. Лихо всё ещё бродит по густой чаще. И кто знает, может окраины ему тоже приглянуться. Я всегда считал, что администрация выбрала странное расположение для школы, почти рядом с лесом. Может быть, планировалась, что дальше пойдёт вырубка и застройка новыи спальными районами. Ага-ага. Так ведьмы и позволили уничтожить свои священные места.       В карманах я не нашёл мобильника, но благо я быстро нащупал его на диване между подушками.       - Три утра?! - взвизгнул я, как только засветился дисплей. - Волк совсем сдурел? Только что от Лиха сбежали…       Если бы у Фырфыра были плечи, он бы сейчас ими пожал. Удивительно, что я всё ещё переживал о Матвее. Вообще-то я планировал поговорить с ним сразу, а он взял и слинял.       - Почему ты его не остановил? - упрекнул я фамильяра.       - Я нянька только для тебя, мальчик, - съехидничал козёл.       Я вздохнул. По шее пробежался неприятный ветерок. Прохладно. Комната большая и трубы не всегда справляются с потоками холодного воздуха. А камин, наверное, ещё с утра не разжигали.       - А где мама и бабушки? - вспомнил я, посмотрел на давно сгоревшие угольки. Когда они дома, камин практически не затухает.       - Не вернулись ещё, - ответил фамильяр.       - С Совета? Так долго…       Я нахмурился. Затем почесал затылок и посмотрел ещё раз на часы. Сегодня утром мне в школу. Стоит пойти спать. Что у нас там? Вторник... Так-так, Никита, вспоминай расписание. Уже больше трёх месяцев прошло, чтобы забывать такие очевидные вещи. Вторник. Первым уроком... физ-ра. Я умру? Я умру.       Уснуть сегодня больше мне точно не дано. Буду думать о случившимся и так проваляюсь бесполезно в постели. А если вдруг ещё и задремлю хотя бы на часок, так вообще проснусь с раскалывающейся головой. Ну уж нет. Я наконец поднялся с дивана и подошёл к вешалке, затем накинул куртку и потянулся к ручке входной двери.       - Ты куда это? - козёл приподнялся и посмотрел на меня, как на дурного. Ну да, ну да. Может, я немного и дурной в такое время выходить за барьер.       - На Совет.       - Дурак что ли? - фамильяр поднялся на копыта. - Сам же сказал, что от Лиха только убежали.       Я вытащил капюшон толстовки из-под воротника куртки и ответил.       - Если Лихо не сбежало, то побежало за Матвеем, - проговорил я и через несколько секунд добавил, - всё равно не смогу уснуть.       А прогулка по ночному лесу отличный способ разгулять все свои мысли или переломать ноги в темноте. На улице похолодало. Не удивительно, ночью всегда холоднее. Я вдохнул полной грудью. Воздух давил на виски, но вскоре стало легче дышать. Да уж, старею. По тропинке я подошёл к барьеру и осмотрелся. Вроде тихо, и даже чуйка не бьёт тревогу. Значит, всё нормально. Барьер пощекотал нос, когда проходил через него. Ещё несколько шагов и моё бренное тело окажется в лесу. А там до арки, ведущей в Междумирье, рукой подать. Может побежать?       Вдруг мне в голову врезалось нечто мягкое, затем оно вцепилось в волосы и обосновалось там. Я даже испугаться не успел.       - Дурак дураком, - проворчал фамильяр, устроив в образе летучей мыши себе гнездо на моей голове. - Пойдём уже. Хватит жопу морозить.       На удивление, до арки я добрался без приключений. Давно я не был в Междумирье. Но тут мало что изменилось, если только сугробы стали глубже. Однако мощеные дорожки оказались абсолютно чистыми. Так, если тот высокий шпиль - это ведьминская академия, то мне нужно идти по дорожке вправо. Как раз пройду мимо библиотеки. Надеюсь, я прав. А то объяснение схемы Междумирья я знал только на словах мамы.       Мы двинулись вперёд. Фырфыр иногда высовывал мордочку из-под моего капюшона, чтобы удостовериться в правильном направлении нашего пути. Я не ошибся. Вскоре показалась библиотека, но сегодня мне не сюда. Сегодня мне нужно свернуть в темную аллею. Вот, блин. Ну почему все эти правильные пути такие зловещие. С другой стороны, ночью всё выглядит зловещим. Я двинулся по дорожке прямиком между деревьев. Фырфыр молчал. Значит, правильно идем.       На самом деле, я мало представлял, как выглядит Совет. Наверное, в огромном помещение со устрашающе горящими свечами в полной тишине и давящей таинственности. Я уже представлял, как украдкой буду подслушивать.       Мы шли, точнее я, а Фырфыр ехал на мне. Аллея не менялась. Оставалась такой же темной и такой же ровной. По шее бежали мурашки. Наверное, мне стоило перестать представлять всяких недобрых существ в этой тьме. У-ух. Я был настолько сосредоточен на лесных монстрах, что в один момент даже не заметил, как позади меня образовалась лисица, которая обогнала нас и пошла впереди. Я опять испугаться не успел. Лисица выглядела обычной, за исключением проколотого уха и там же завязанного пера на шерстке. А ещё у зверька ноги были обвиты тканью словно гетрами.       - Чей-то фамильяр? - тихо спросил я Фырфыра.       - Фамильяры не бывают лисами, - так же тихо ответил мне мышь. - Лисы - это не ведьминское животное.       Я напрягся, но лиса, точнее, как оказалось, лис, не обращал на меня внимания. Просто шёл впереди и будто следил, чтобы мы не отставали.       Деревья не расступались, но впереди показался просвет. И вместо стен огромного здания я увидел просто широкое пространство. Всё это пространство выглядело, как не самая красивая арена. Вниз по кругу спускались каменные ступени, а посредине стоял стол переговоров, так сказать. На ступенях на протяжении всей арены сидели ведьмы, волколаки и даже чародеи. Последние, видимо, выступали свидетелями.       Я остановился в проходе. Мне повезло, потому что ведьмы сидели именно с этой стороны. Я спустился на одну ступеньку вниз и присел рядом с какой-то девчонкой. Девчонка оглядела меня и фыркнула.       - Виновник торжества прибыл, - тихо кинула она.       Я удивился, посмотрел ей в лицо. О, а мы ведь знакомы. Как её там?       - Привет, Камелия, - проговорил я. Девушка ещё раз фыркнула.       - Камилла, - поправила она меня. Сегодня ведьмочка была без всяких масок и балахонов. Худенькая с длинными хвостами черных волос и сероватыми глазами. На ушах висели золотые серьги. Шею прикрывало пальто, потому что девушка носила синюю блузу с вырезом, но зато ноги одеты по правилам зимы: в длинные брюках и ботинки на платформе. Ведьмочки видимо тоже одеваются современно. Это Милана удивительный индивид.       - Почему виновник? - переспросил её я.       - Ну это же ты передрался вон с тем волчонком, - Камилла кивнула носиком вперёд. Я посмотрел в указанное направление. На другой части арены сидел Матвей. Он смешно шевелил волчьими ушами и выглядел более-менее умиротворенно. Позади него ворочались близнецы-неразлучники, а рядом с братом была Вероника. Девушка нахмурила брови и уперлась локтем в коленку, поставив подбородок на ладонь. Видимо, она сидела тут давно.       Посредине арены творились переговоры. Волколаки с одного конца стола и ведьмы с другого. Клан представлял отец Матвея, отец Вероники, две незнакомые мне женщины и ещё один волколак. Со стороны ведьм, конечно же, были Беляна и моя бабушка Ольга, рядом молча стояла мама, скрестив руки на груди, а чуть поодаль ещё две ведьмы.       Всё это время в проходе на нашем уровне сидел Лис. Я сначала не заметил, что он так и остался на месте, но, закончив разговаривать с Камиллой, краем глаза увидел, рыжее животное. Лис казался мне смутно знакомым. Странное дежавю. Я уверен, что такого колоритного зверя я бы точно запомнил.       Но я пришёл сюда не чтобы пялиться на всяких зверьков. Моя цель - подслушать Совет. Но, как и оказалось, подслушивать ничего и не нужно.Тут всё открыто, тут всё демократично. Видимо свои тайные переговоры они проводят в другом месте.       - … в таком случае, я думаю, мы должны прийти к компромиссу, - говорила Беляна. И почему она мне не сказала, что уходит на Совет? Может, я пошёл бы с ней, и всей этой истории с Лихом и вовсе не случилось.       - Компромисс? - скривился отец Матвея. Но его тут же толкнул собственный брат, предлагая хотя бы выслушать предложение ведьмы. - И что вы хотите предложить?       - Незыблемый зарок, - громко ответила Беляна.       В лице не изменились только Верховная, бабушка Ольга и я, потому что не выкупал, что это значит.       - Мы не стали давать такую клятву сто лет назад, но, видимо, время пришло, - продолжила Беляна.       Волколаки молчали.       - Что за зарок? - тихо спросил я Камиллу. На удивление девушка мне ответила без фырканий.       - Клятва, которая дается в присутствии двух богов. Если вы её заключите, то тот кто нарушит клятву, умрёт, - пояснила ведьмочка. - В прошлый раз такую клятву не удалось заключить из-за волчьего бога. Он не пришёл.       Сначала я не понял, почему ведьмочка сказала "вы". Мозговые шестерёнки заработали. И я вспомнил, что она не из моего ковена. Точно же. Камиллу мне представила Милана на балу чародеев. Значит, на арене сидели не только ведымы моего ковена.       Будто в подтверждении слов Камиллы, отец Матвея громко проговорил:       - Интра не согласится на такую глупость!       Беляна осталось спокойной.       - Вот и посмотрим, - затем Верховная повернулась к ведьмам. - Есть несогласные?       Промолчала даже моя мама. Видимо, решить проблему без помощи богов больше не получится. А я хоть и не учился в ведьминской академии, знаю, что к богам прибегают в самый крайний случай.       - Тогда, я проведу призыв, - ответила на молчание своих подопечных Беляна. Она сомкнула ладони и начала нашептывать заклинание. Ветер поднял её золотистые волосы, а в руках у женщины появился тусклый свет.       В ту же секунду пространство рядом с ней разорвалось, словно кусок материи. Ведьмы замерли, и я в том числе. Я давно не видел Морану. Перед ней даже волки испытывали трепет. Но из портала вышел Морок. Никто кроме меня не удивился. Ну вот опять. Я не собираюсь заключать никаких сделок с Мороком! Однако, хорошо, что я не прокричал свои мысли на всю арену.       - Я выступлю посланником Мораны, - проговорил кошмарный Бог. - Она вас слышит.       Но в следующий миг послышалась усмешка отца Матвея.       - Я же сказал, что Интра не согласится на такое.       - Разве? - Морок усмехнулся на манер волколака. - А тот лисенок говорит об обратном, - и указал на то место, где всё это время сидел лис.       Все устремили свои взгляды на животное, будто до этого не замечали его. Я успел заметить реакцию моей мамы. Она… испугалась?       Лис поднялся и спустился по ступеням вниз, и сел уже ближе к столу. Так вот что за лисица! Посланник Интры.       Отец Матвея в недоумении смотрел на зверька, будто ожидая, что тот сейчас заговорит и скажет, чтобы тикали все отсюда, какая ещё клятва! Но лис молчал. А в этом случае молчание означало согласие.       - Тогда проведем клятву на рунах, - продолжила Беляна.       - Это волчья магия, - вдруг выразила свое недовольство мама. Вся эта ситуацией ей явно не нравилась, но сделать она ничего не могла.       - Это не только волчья магия, - бабушка Ольга сделала акцент на слове "волчья" и маленькая перепалка быстро закончилась. Волки были согласны использовать руны.       Беляна посмотрела на мою маму. Та только глубоко вздохнула и подошла к столу. Понятно, почему она возмущалась. Рисовать руны придется именно ей. Мама приложила палец к столу, и старая древесина задымилась. Я не видел, какую руну точно она выводила на столе, но закончила быстро.       Беляна выложила стекляшки договора. Шар при мне ещё был расколот на две части. Но это кажется, никого не смутило.       Отец Матвея занял место моей мамы. В его руках красовался маленький перочинный нож. Мужчина обвел лезвием фигуру руны и заполнил её собственной кровью. У ведьм залог их магия, у волков - кровь. Логично.       Заклинаний произносить никаких не пришлось. Руна на столе вспыхнула и исчезла. Но затем некоторые из ведьм схватились за свои ладони, и я тоже. Больно. Будто мне на ладони выжгли рисунок паяльником. Вскоре на коже нарисовался значок стрелки вверх и исчез. А вместе с ним и боль. Наверное, мне давно пора выучить руны. Хотя бы славянские.       Как только последняя руна исчезла с рук присутсвующих, одна из полуокружностей договора треснула и разлетелась на мелкие кусочки. У старшего поколения волков на мгновение расширились зрачки, и каждый из них так протяжно выдохнул, будто им всем поддали в поддых. Разбилась та часть договора, которая забирала у волков их силу. Но как насчет другой? Она волновала меня больше всего. И походу не только меня.       - … Почему? - отец Матвея вопросительно смотрел на оставшуюся целой стекляшку.       Беляна, не моргая, разглядывала половину шара.       - Видимо, ещё не время, - предположила она.       - Что? - вернув силу, волки вернули и свою агрессию. На теле отца Матвея тут же проступили защитные метки, но они будто вспыхнули и мужчина схватился за руку. Клятва напомнила о себе.       Ведьмы и волки встревожились. Боги решили оставить часть договора. Но почему? Разве это так важно, жениться друг на друге? Я встревожился. Дурацкий договор! Разбейте его сами! В чём проблема? Аргх... Тогда не придётся ни о чём разговаривать с Матвеем, и мне не нужно больше мучиться по этому поводу.       - Отец, - Матвей тихо поднялся со своего места и подошёл к мужчине. - В лесу бродит… Лихо, - парень подобрал, лучший момент, чтобы сказать об этом. Все сразу позабыли об оставшейся части договора.       Мужчина выпрямился. Волки насторожились. Ведьмы, стоявшие рядом, нахмурились.       - Лихо? Ты уверен? - переспросила его моя мама. Матвей кивнул. - Это плохо.       - Но так долго? - в разговор вступил отец Вероники. - Солнцеворот был давно. И Лихо себя никак не проявляло…       - Значит, оно таилось и ждало, - заключила бабушка Ольга.       На этих словах к Матвею подлетела Софья. Я не заметил её сразу. И где она сидела?       - Ты в порядке? - женщина единственная, кто спросил парня об этом. Софья похлопала пасынка по груди, будто проверяя его на наличие души. Матвей опять молча кивнул. Но у него завилял хвост. Пх, Богиня, как же это смешно.       - Мы разберёмся с этим, - грубо сказал отец Матвея. Его волчья сила лезла наружу.       - Не вы одни, - прервала его моя мама. Они злобно переглянулись.       - Действительно, - кивнула Беляна. Все понимали, что Боги оставили часть договора не просто так. Волки и ведьмы должны продолжить помогать друг другу. - Мы поможем.       Отец Матвея только хмыкнул. У него не было выбора.       - Сидите здесь, - кинул он Матвею, и, видимо, остальному молодняку. А все охотники бросились в лес. У нечисти сегодня будет веселая ночка.       Беляна кивнула моей матери и затем обратилась к ведьмам ковена.       - Молодым ведьмам сейчас лучше переждать в Междумирье. Все остальные пойдут со мной.       Ведьмы согласились с таким раскладом. Они начали покидать свои места, арена быстро опустошилась. Камилла, сидевшая рядом со мной, предложила своей подружке уйти в библиотеку. Большинство чародеев пошли с ведьмами, ловить Лихо. Молодые остались болтаться без дела.       Среди этой кутерьмы я заметил, что лис всё ещё продолжал сидеть посреди арены. Затем зверь резко повернул голову в мою сторону и посмотрел прямо в глаза. А потом исчез.       И я вспомнил, где я видел его раньше.

***

      Лес хлестал дождь. Из-за сгустившихся облаков, казалось, что мир погрузился во тьму раньше времени, хотя летом на улице в девять вечера ещё светло. Я не помню сколько лет мне тогда было. Но вероятно я уже ходил в школу.       - Беги, Никита! Беги!       И я бежал. Капли попадали прямо в глаза, но я смахивал их. Из-за быстро заливаемых в выемки луж, мне приходилось притормаживать, тогда бабушкин фамильяр кот Фелемон продолжал орать ещё громче.       - Беги к шалашу! Я, конечно, защищу тебя, но лучше беги!       Мы с котом убегали от Ночницы. Она гналась за нами по пятам, царапая деревья. Кот останавливался, шипел на неё, тогда нечисть пряталась за стволы, но не хотела отступать. Как так? Я думал, что Ночница никогда не нападала на меня.       Впереди показался заветный шалаш. Я нырнул в щель и замер. Кот в ту же секунду впечатался в мою пятую точку.       - Ну, что-о там, Никита?!       На лежаке спал тот самый лис. Он приоткрыл глаза, но не двинулся с места. Я влез в шалаш до конца, а Ночница будто исчезла.       Дождь бил ткань шалаша. Кап-кап-кап. Ливень не собирался успокаиваться. Я осторожно залез на лежак, чтобы не потревожить лиса. Даже маленьким ребёнком, я сразу понял, что это необычный зверь. Хотя бы по проколотому уху, прямо как у меня сейчас.       На немой вопрос, кот ничего не ответил. Он прижался к моей ноге и пригрелся. Опасность миновала.       Меня начало клонить в сон. Я понимал, что не смогу пойти домой, пока не стихнет дождь. Промокший до нитки ребёнок в холодную летнюю ночь. Что может быть хуже? Я стянул с себя футболку и шорты. Благо трусы не промокли. Затем осторожно вытащил из-под лиса бабушкину шаль и укутался ею. Лис поднялся. От неожиданности я даже дернулся. Но зверёк просто лег рядом со мной, предлагая положить голову на его бок. Так я и уснул. Спину мне грел Фелемон, а голову непонятный причудливый лис.

***

      Воспоминание в моей голове всплыло неожиданно. Почему я этого не помню? Почему мама не пришла за мной? Что вообще произошло?       Арена пустовала. На нескольких ступеньках сидели чародеи. На другой стороне Матвей, Вероника и близнецы. А ещё чуть поодаль… я присмотрелся… моя бабушка Марья и Милана?             Я поднялся с места и пошёл к ним. Мое зрение меня не подвело. Когда я почти дошёл до них, бабушка удивленно окликнула меня.       - Никита? Ты разве не должен быть дома? Я сел рядом с ней. Милана со мной поздоровалась.       - Не спалось, - почти не соврал я.       - Это опасно, вот так ночью разгуливать… - вздохнула бабушка.       Я не стал ей говорить, что Матвей видел Лихо не один. А то бы она разволновалась ещё сильнее. Я не удивился, что моя бабушка осталась. Она же не боевая ведьма. А вот почему Милана не ушла с другими ведьмочками? Девчонка выглядела очень грустной. Неужели её так сильно расстроил зарок?       - Я всё-таки не сдала экзамен, - вдруг выдохнула она, и всё встало на свои места. А ведь правда, в начале января она должна была пройти какой-то там ведьминский экзамен. Но с её способностями… ладно не будем о плохом.       - И что теперь?       - Мне позволят пересдать, но только летом! - чуть не крикнула она и затем пробурчала тихо, - а пока придется пойти в людскую школу…       - Людская школа - это не плохо, - вступилась бабушка. - Никита там всю жизнь учится, и ничего. Тем более, вероятно, Милана, тебе стоит попробовать поискать людскую профессию. Как мама Никиты, например.       - Не хочу, - ещё раз буркнула ведьмочка.       - Кстати, Никита, - бабушка вдруг обратилась ко мне. - Помнишь, я тебе говорила про курсы в ведьминской академии? Так вот, директриса дала мне разрешение. И тебе тоже, Милана.       - Так меня не совсем исключили? - тут же просияла девчушка.       - Ну, не то чтобы… Я считаю, что тебе это будет тоже полезно.       Класс, людская школа днём, вечером ведьминская. Меня хотят свести в могилу.       - Ты не рад? - заметила мою реакцию бабушка.       Нет, что ты, бабуль. Я, пипец как, рад.