Ты ответишь за свои грехи

Ей удалось схватить тело Артаса, скрывшись от Кел’Тузада и его слуг, которые перебили всех её прислужниц, кинувшись в погоню. Ветрокрылая скакала по лесу как можно дальше от стычки. Больше ничего не имело значения, главное — банши почти достигла своей цели. — Ты настолько глуп, что поверил мне? — спросила Сильвана у связанного на крупе лошади рыцаря смерти, подобно дохлой дичи. Принц был парализован. Артас смог лишь промычать что-то невнятное. Действие яда должно вскоре пройти, и эльфийка насладится его отчаянным криком и жалкими попытками сбежать, нужно только полностью скрыться от «гончих» лича. Ближе к ночи эльфийка наконец остановила коня, чтобы убедиться в отсутствии погони. Сильвана прислушалась. Не учитывая раздражающих мычаний человеческого мальчишки, кругом было абсолютно тихо и безмятежно. Только под силой ветра едва скрипели сосны, где-то ухала сова, но, видимо, Кел’Тузад потерял след. — Заткнись, уже нет сил слушать тебя, — цыкнула Сильвана, понимая, что рыцарь смерти больше хотел её позлить, чем пытаться что-то сказать. И, похоже, он ещё не был напуган происходящим в полную меру. Артас не замолчал. Он даже смог издать что-то похожее на смех. Эльфийка вдруг спешилась, подняла голову обездвиженного принца за волосы. Глаза молодого рыцаря удивлённо смотрели на неё. — Иначе я ударю тебя по голове так сильно, что ты потеряешь дар речи, — пригрозила банши. — Понял? Сильвана отпустила его волосы и вернулась в седло. Менетил наконец-то замолчал. — Тебя ждёт расплата, — эльфийка тронула мёртвого коня по бокам. Костлявое животное покорно двинулось. — Мы уже рядом. По её лицу скользнула тёмная улыбка. Заброшенный старый дом у подножия горы, скрытый среди деревьев и зарослей. Обветшалый и незаметный, он купался в мрачном лунном свете. Неплохое укрытие. Сильвана спешилась, потянула рыцаря смерти, и он с грохотом упал на землю, влекомый весом доспехов. Сейчас она видела в его глазах недоумение, хоть он и вряд ли хотел это выдавать. Её это воодушевляло. Воодушевляло то, что самый мерзкий человек в этом мире получит по заслугам. Спрятав неживого коня в кустах, она собралась с силами и потянула Падшего принца в дом. Затхлый пыльный воздух осел в горле, заставив человеческого мальчишку невольно закашлять сквозь слабость. Банши было плевать на воздух. Мёртвым незачем дышать. Дотащив рыцаря к развалившейся старой мебели, она позволила себе ещё раз насладиться зрелищем пленённого Артаса. Она убьёт его. Но не сразу. Сначала эльфийка замучает его, отомстит за все его грязные деяния, за все загубленные им жизни… Вариантов, как это сделать была уйма, но времени выбирать что-то изощрённое не хватало. Главное, чтобы он кричал… — Знаешь, что я с тобой сделаю? — злобно прошипела она, приближаясь к беспомощному рыцарю смерти. Принц с усилием раздвинул губы в усмешке. — Убьёшь меня быстро? Сильвана тоже улыбнулась, сдерживая смех. Её взгляд Артасу не понравился. — Думаешь, я подарю тебе быструю смерть? Я заставлю тебя почувствовать всё, на что ты навлёк меня! — банши тут же оседлала поверженного «короля» и врезала кулаком в лицо. Из ножен показался кинжал, хищно свернув в полумраке. — Ох, Сильвана, ты сильно пожалеешь об этом, — выдал принц уверенным голосом, кое-как зашевелив губами. — Похоже, мне не до конца удалось укротить твоё упрямство… — Сегодня я буду резать тебя, — зло прошептала она, не слушая его угроз и рассекая крепёжные ремни его доспехов. — Завтра я буду доставать твои кишки. Очень медленно, затем раскидаю их по земле. Пусть, когда твоя костлявая нянька найдёт тебя — знает, как ты умирал. Она содрала с принца нагрудник, с усилием одним движением распорола кольчугу, стёганую ткань, обнажая грудь. Её ладонь легла на сердце рыцаря смерти, считала удары, быстрые и беспокойные. Он боялся… Эта человеческая тварь тряслась за свою никчёмную жизнь, хотя и не хотела этого выдавать. — А послезавтра мы уедем отсюда. И я не дам тебе умереть, пока сама этого не захочу. Этот кинжал намазан ядом, который будет держать тебя в сознании до тех пор, пока я не вырву твоё ничтожное сердце, — острие оружия упёрлось в бледную кожу, надавило. Сильвана зачарованно следила за набухающей каплей крови, упиваясь долгожданной полной властью над тираном её народа. Повела линию разреза ниже, выводя узор. Артас не издал ни звука, только ещё сильнее напряг мышцы. Действие яда уже проходит, и хорошо. Она хотела, чтобы он молил её о пощаде, хотела видеть его боль, как он корчится… —  Кел’Тузад придёт за мной, — он самоуверенно держал губы в противной улыбке. — Ему придётся собирать тебя по частям, когда он придёт, — банши ядовито усмехнулась. — Где мы?.. — рыцарь смерти чуть вскрикнул, когда Сильвана сильнее надавила кинжалом. — В Серебряном бору. — Рискуешь, Сильвана, — даже сейчас он мог улыбаться. Нехорошо улыбаться. Сквозь страх и слабость, которые он так тщетно пытался скрыть. Однако, ему несколько доставлял удовольствие гнев банши, хотя Сильвана и причиняла ему боль, этого было мало. Это было ничто по сравнению с её прошлой болью, думала она. Эльфийка не удержалась и врезала ему. Она ненавидела его самодовольное лицо, ненавидела его имя, факт его существования… — Твой костлявый пёс найдёт тебя не скоро, — сквозь зубы отметила Сильвана. — Я знаю, что ты слаб и не можешь властвовать над нежитью, как раньше. Она продолжала водить острием кинжала по его коже. Его доспехи уже были пропитаны кровью, и красные ручейки растекались лужами на грязном полу, пропитывая старые половицы. Принц отчётливо ощущал острую жгучую боль, от которой хотелось выть, но он молчал. Нет, он не даст этой мерзкой банши то, что она хочет. Никогда. «Ты должен выбраться!», — взвыл голос в его голове. — «Иначе ты умрёшь». За этими словами последовала дикая боль, и Артас закричал. Мир окутался багровой пеленой, тело захватили судороги, из носа потекла кровь, а Сильвана встала и хладнокровно улыбнулась. Она наблюдала, как её враг был охвачен неведомой болью, известной лишь ему самому, кричал и вопил, изгибаясь в неистовых муках. В приступе он нечаянно порвал верёвки. Сильвана на миг опешила, видя, что теперь рыцарь смерти свободен от пут, но быстро успокоилась. Она наслаждалась этим зрелищем, хотя и была огорчена тем, что это безумие — не её рук дело. Белые волосы прилипли к мокрому от пота лицу. Артас с какой-то толикой надежды посмотрел в лицо Сильване, непроизвольно моля её об одном… но смог разглядеть в лице эльфийки только улыбку. Больно… Очень много боли. Она пульсировала в голове, разбивала сознание на тысячи осколков. Наверное, пока что это была самая тяжёлая боль, которую он когда-либо испытывал. Нер’зул звал его, а перед глазами виднелся Ледяной Трон. — Твой повелитель доставляет тебе боль вполне заслуженно, — холодно промолвила она. — Я убью тебя, но не сегодня. Принц невольно перевернулся на живот, испачкав грязью окровавленную грудь. Он с трудом поднялся на четвереньки, чувствуя, как невыносимая боль отступает, а силы медленно возвращаются. Банши, испугавшись, тут же набросилась на него, но была неожиданно повалена на пол толчком ноги, кинжал выпал из рук и рыцарь тут же навалился всем своим весом на эльфийку, заломив ей руки за спину. — Я же говорил, что ты рискуешь, — слабо прорычал Артас. — Глупая девка. — Ублюдок! Её оглушительный крик был прерван сильным ударом по голове. Эльфийка отключилась. — Заткнись, — рявкнул он ей в самое ухо, хотя она уже и не слышала.

***

Сначала он ждал, когда лич всё же найдёт его, но, видимо, некромант действительно потерял след… В конце концов, сидеть тут вечность и ждать спасения с пленённой банши он не собирался. — Будешь кричать — убью, — Артас вынес на плече связанную Сильвану из хижины утром. Порезы, оставленные Ветрокрылой, он перевязал старыми тряпками, которые нашёл в доме; кое-как нацепил нагрудник с порванными ремнями. Оставалось надеяться, что никакая зараза в раны не проникнет, хотя. Даже если и не повезёт — Кел’Тузад что-нибудь сделает… он всегда поможет своему королю. Рыцарь смерти осмотрелся и понял: — Это не Серебряный бор! — он бросил эльфийку на землю. Наклонившись над ней, рыцарь схватил её за шиворот. — Куда ты меня затащила?! — Мы на юге Хилсбрада, четыре мили от стены Торадина, — невозмутимо ответила пленённая банши. — Я думала, ты и сам способен сориентироваться. — Не очень-то выходит это сделать, когда тебя привязывают к седлу и полдня гонят лошадь галопом. Хочешь сегодня попробовать так прокатиться, Сильвана? — Иди к чёрту, — плюнула она. — Тебе понравится — обещаю, — Артас отпустил её. Рыцарю смерти пришлось обойти вокруг дома в поисках оставленного банши скакуна. Без нервов не обошлось. Конечно, ведь рядом нет королевских поданных, собственного коня и Кел’Тузада, а кругом открытый лес. Поворчав, он нашёл лошадь посреди кустов на заднем дворе. Мёртвый скакун недовольно фыркнул, посмотрев на Артаса пустыми глазницами, а когда Падший принц сделал шаг вперёд — ударил копытом землю и тут же умчался прочь, скрывшись в лесу. Менетил с мрачным лицом, чертыхнувшись, вернулся к Сильване один. — Что такое? — ехидно спросила банши. — Не захотел тебя слушаться, да? — Не проблема, — Менетил развязал ноги эльфийке, грубо поднял ей за локоть и взял верёвку. — Пойдём пешком.

***

Они шли почти целый день, пока Артас не решил отдохнуть, расположившись на опушке леса. Он устал не столько сильно от пешего похода, сколько от бесконечных попыток банши сбежать. Кроме того, его нельзя назвать ни живым, ни мёртвым — сердце всё равно билось в его груди, и он нуждался во сне, пусть и реже. Однако, сейчас банши была очень кстати измотанность рыцаря смерти. Хватило бы одной его ошибки, и она на воле. Менетилу пришлось забрать всё её оружие, и хотя со связанными руками она вряд ли могла бы что-то натворить — принцу так было спокойнее. — Ты мне надоела, — проворчал он, разжигая костёр. — Я лично позабочусь о расплате, когда исполню свой долг, и ты очень пожалеешь, что встала на моём пути. — Если исполнишь свой долг, — исправила Сильвана, едко ухмыльнувшись. Артас только рассмеялся, принявшись крепко привязывать эльфийку к дереву, пока та с прожигающей ненавистью испепеляла рыцаря смерти алым взглядом. Надо было лишить его сознания и увезти от Лордерона настолько далеко, чтобы принц и не подумал возвращаться назад, чтобы ему осталось только ждать своей кончины. — Ну и сука же ты, — холодно выплюнул он, проверив, плотно ли привязаны верёвки. Убедившись, что всё надёжно, он уселся напротив костра. — Если не заметила, то в плену сейчас ты, измену устроила ты, так что поосторожнее со словами, ты мне вытрепала все нервы с начала нашего знакомства, а я, между прочим, твой король. — Ты не мой король, подонок. Вдруг рыцарь смерти вскочил, подошёл к ней, схватил за горло. В глазах «короля» горел гнев, а их лица были настолько близки, что Сильвана чувствовала его дыхание на своей коже. Внутри банши всё сгорало от гнева. Какой-то некоронованный человеческий мальчик, изгадивший все её земли, замучивший её душу до безумия и возомнивший себя вершиной всего — должен быть её королём. Она хотела плюнуть ему в самодовольное лицо, этому бездушному выродку… — Теперь я твой король, — отчеканил Артас. — Так будь добра не дерзить мне, и я, может быть, буду милостив и оставлю тебя в живых. Он сжал её горло ещё сильнее, хотя банши и было плевать, ей не нужно было дышать — Менетилу это приносило облегчение. Он был зол на Ветрокрылую. Король-лич слабел, а вместе с ним слабел и рыцарь смерти, нужно было торопиться в Нордскол, а Сильвана выбивала почву из-под ног. Боль снова пришла, перед глазами поплыло, и он, отпустив эльфийку, вернулся на место. — Ты слабеешь на глазах, мой король, — она улыбалась, с больным предвкушением наблюдая за рыцарем, борющегося с приступом. — Помолчи, — рявкнул Артас, потирая виски. Эта пытка не была сильной, но неприятной: трезво думать невозможно, Ледяная Скорбь не горела рунами, силы уходили и человеческий принц становился всё более уязвимым. Он не чуял не единого мертвеца, и даже над безмозглым вурдалаком он не смог бы взять контроль, не говоря уже об армии нежити, и самое отвратительное: он чувствовал страх перед смертью — слабость, свойственную живым недоумкам, душами которых он с удовольствием насыщал проклятый клинок. Сейчас он испытывал отвращение к самому себе. А ведь он поклялся Утеру, что будет жить вечно, так оно и должно быть. Ещё есть время, чтобы доказать старому упрямцу, кто победил в этой битве. — Отправимся перед рассветом, — сказал рыцарь смерти, когда сознание наконец-то прояснилось, а боль отступила. — Я прикончу тебя сразу, если замечу что-то неладное. Поняла? — Да, мой король, — с улыбкой ответила Сильвана. Артас хмыкнул и завалился спать, укутавшись в плащ.

***

Разбудили его шаркающий шум и дикая гнилая вонь. Открыв глаза, он увидел перед собой ползущий труп в темноте. Ползущий прямо к нему. Рыцарь смерти тут же вскочил, обнажив тяжёлую Ледяную Скорбь и без каких-либо усилий проткнул череп мёртвого чудовища. Нежить удивлённо хрюкнула, а затем обмякла. — Почему ты меня не разбудила?! — разозлился Артас, вытирая Скорбь об траву. Сильвана, как ни в чём не бывало, смотрела на Падшего принца с едкой ухмылкой. Она видела, как мертвец полз прямо к спящему принцу, чуя живую кровь, но ничего не сказала. Просто молча ждала. — Оно тебя само разбудило, — невозмутимо ответила банши. — Дура, — рыкнул рыцарь смерти. — Погибни я, верные мне слуги сразу узнали бы и пришли бы сюда, а твоя смерть была бы медленной. — Я живу ради твоей смерти, чудовище, и я не умру, пока жив ты. — Оставь свои угрозы кому-то другому, мне уже осточертело их слушать, — он развязал её от дерева. — Пошли. Вскоре после того, как над верхушками ёлок зазолотился рассвет, деревья расступились. Артас окинул взглядом Хилсбрадские поля. Повсюду под пронзительно голубым небом расстилались плодородные поля, на котором фермеры работали под солнцем, а усадьбы пятнами домов распростёрлись по краям пастбищ. Принц заметил, что никаких укреплений или преград, которые могли бы хоть как-то остановить нежить, нет. Необразованные, беспечные глупцы… Плеть придёт, рано или поздно, а они даже и не думают защищаться. Он тут же отметил, что в Тирисфале крестьяне куда более осмотрительны… Хотя, это всё равно их не спасало. Недолго думая, Артас двинулся прямиком в сторону ферм. Сильвана остановила его. — Идиот, куда ты попёрся? — недовольно подала голос эльфийка. — А тебе какая разница? Я голоден. — Не боишься, что тебя убьют? — А ты что, переживаешь? — холодно спросил Падший принц. — Конечно, — по её лицу скользнула тёмная улыбка. — Твоя смерть принадлежит только мне. Рыцарь смерти тяжело вздохнул, подошёл к ней почти вплотную, собрал её длинные белые волосы в кулак, посмотрел в глаза. За весь путь он впервые заинтересовался ненавистью банши. Его сейчас возбуждала эта дерзость, жажда мести и то, что Сильвана ничего не может сделать. — И как ты это сделаешь? — прошептал Артас. — Как ты убьёшь меня? — Тебе будет больно. Очень, — тихо сказала она. — В этот раз у меня почти получилось. — Вот как… — В следующий раз точно получится. Я всё продумаю. И когда ты будешь истекать кровью, я ударю, вот сюда, — её связанные кисти легли на место против его сердца. — Помнишь, о чём я говорил вчера? — он сильнее потянул её за волосы. — Ты мне опять дерзишь, женщина. — Сволочь, — выдохнула она. — Язык вырву, — пригрозил он. — Тебе станет скучно. — У меня есть Кел’Тузад, — принц пожал плечами. — Он, знаешь ли, тоже любит поболтать. — Ты чудовище, Артас Менетил. — Я знаю, и ты тоже, благодаря мне… — рыцарь смерти негромко рассмеялся и отпустил эльфийку. — Пошли, — он повернулся, дёрнув верёвку. — Выпросим что-нибудь у этих недоумков. — Ты серьёзно?! — вскрикнула Ветрокрылая. — Я безоружная пленница, ты один, и ты теряешь силы. А их много, пусть они и безоружны. Неужели будешь тратить на это время? — Я хочу есть, — повторил Артас, чувствуя, как желудок начинает урчать. — К тому же, нам ведь по пути… Чего ты так переживаешь, Сильвана? Неужели ты испугалась каких-то крестьян? — Верни мне оружие. — Ещё чего? — Падший принц хмыкнул. — Я не дурак и не собираюсь идти на поводу у эльфийской шлюхи. — Нас погонят вилами. Это безрассудство. — Не надейся меня одурачить, женщина, — сердито предупредил рыцарь смерти, снова встав перед ней. — Ты меня утомляешь, Сильвана. Я их король. — Тиран, которого все ненавидят, — поправила банши. — Лордерон мой! — вдруг вскрикнул Артас. — Я король! В моих руках Ледяная Скорбь! А они — лишь будущее пушечное мясо для моей армии! Они попрячутся по своим норам, лишь завидев меня. Смотри, у них ни воинов, ни оружия нет. — Ты думаешь, что они ходят работать в поле с оружием и в доспехах? У принца на скулах заходили желваки. — Сейчас как раз те времена, чтобы… — Артас поморщился, будто от боли, потянувшись ладонью к виску. — Не донимай меня. Не собираясь больше слушать слов банши, он направился к фермам. Сильвана и вправду думала, что его могут убить, безрассудного мальчишку, не видящего никаких препятствий. А ведь он принадлежит только ей, и никакой червь, никакой демон или кто бы там ни был, не имеет права посягать на его жизнь, кроме неё самой. Рыцарь смерти ступил на поле. Артас шагал уверенно, гремя доспехами, с самодовольной физиономией, так, будто это только его земля, ведь он король. Он бы так и сказал, мол, это мои земли и никто не смеет мне перечить. Он привык, что крестьяне трусливые, что все они склонялись перед ним, дрожали, кричали «Ваше Величество, умоляю…», и он никогда никого не щадил, но тогда за ним стояло огромное войско мёртвых, с боевыми штандартами Плети и синими глазами, с ним были его верные рыцари и Кел’Тузад. Падший принц всегда брал, что хотел, и как хотел. — Не принц Артас ли это? — испуганно крикнул кто-то из фермеров, выпрямившись. — Я не принц! Теперь я… — Чудовище и мерзавец! — согласился с ним незнакомый смельчак. «Придурок…» — подумала Сильвана, глядя на то, как человеческий принц сжал рукоять Ледяной Скорби. Его лицо ушло в тень. Он явно злился. Эти, люди ему не понравились. Слишком норовистые, не знающие по-настоящему смерть, не видевшие Плеть в истинном могуществе. Он обязательно покажет им свою мощь, своё главенство. Потом. Покажет всему миру, когда придёт время… — Кто из вас главный? Я хочу говорить с ним, — заявил рыцарь смерти. Люди указали пальцами на человека, тащащего стог сена в амбар. Артас незамедлительно к нему и пошёл, сопровождаемый напуганными взглядами. Он преградил дорогу незнакомцу, встав перед ним слишком близко и ожидая приветствий. — Ваше… Величество? — человек поднял глаза на Менетила. Его рот замер в изумлении. Мужчина невольно попятился, но слова принца его остановили. — Люди сказали, что ты их предводитель. Нам нужно поговорить. — Моё имя Джорн… милорд, — представился немолодой человек, свалив стог сена. Его красное от солнца суровое лицо обрамляла длинная русая борода с седыми проблесками, уставшие глаза замерли на принце. — Почему вы не прислали посла? — Итак, — лицо Артаса помрачнело. — Я милосерден, и хочу дать вам шанс остаться в живых. За моей спиной, в лесу, меня ждёт вооружённый отряд нежити, ещё я привёл с собой банши. Твои люди сейчас же покинут свои дома, либо же мне придётся отдать приказ и вы пополните ряды моих войск. — Я не верю вам, — медленно проговорил старик, сузив глаза. — Я знаю, что вы делаете с живыми… — Вы безоружны, а в ваших домах прячутся дети. Знаете ли, бесчестно нападать на мирных жителей, поэтому я предлагаю пойти на компромисс. — И это вы говорите о чести? — удивлённо воскликнул Джорн. — После всего, что сделали?.. — Да, я, — невозмутимо и нахально ответил Менетил. — Почему вам сразу не перебить нас? — Не ваших умов дело, — раздражённо бросил Артас. — Ваш король отдал вам приказ, в случае его ослушания — вы все будете перебиты. Я жду вашего решения. После этих слов он развернулся и ушёл.