Папа?

Возвращаешься в холодную квартиру со строгими намерениями забрать вещи и переехать туда, где ты жила до Намджуна. Быстро кидаешь вещи в чемодан, как слышишь щелчок двери, он приехал. Намджун видит твое злое лицо, большую сумку, с которой ты идёшь в комнату дочери. — Что ты делаешь? Игнорируешь слова мужа, продолжая складывать детские вещи в сумку. Ким нервничает, ему страшно. — Т/И, милая. Намджун берет тебя за руку, тянет на себя, чтобы заключить в объятья и проговорить. Вырываешься, бьешь ладошками в широкую грудь, пока слезы текут по щекам. — Пусти меня! Отпусти! — Т/И, поговори со мной, пожалуйста! Ким берет тебя за плечи, слегка потряхивает, чтобы ты пришла в себя. Шумно вздыхаешь, смотря в испуганные глаза мужа. Ты отвыкла от его касаний, мужская ладонь на твоей щеке чувствуется так непривычно, но слишком приятно. Намджун большим пальцем оглаживает твою кожу и смотрит прямо в душу. — Милая, прости меня, — шепчет Намджун, прижимая тебя к своей груди. Вдыхаешь такой родной, но такой далёкий запах его духов, и закрываешь глаза. Ты скучала, очень скучала по нему, его прикосновением, ласковому голосу и заботливому взгляду. Его сладкий запах окутывает с головой, проникает в лёгкие и оседает там так приятно, так забыто. — Вы с малышкой самое дорогое, что у меня есть, прошу, не уходите. Дай мне ещё шанс, я обещаю, я исправлюсь! Поднимаешь голову и заглядываешь в его темные глаза, полные слез и отчаяния. Касаешься ладошкой его щеки и чувствуешь, как он ластится к тебе. Прикрывает глаза и трётся о твою ручку, затем поворачивается и покрывает лёгкими поцелуями нежную кожу. — Пожалуйста, Т/И… — Я даю тебе двое суток, — слова даются тебе безумно трудно, хочется вновь заплакать, уткнувшись в крепкую грудь, обвить руками широкий торс и стоять так долго-долго, как вы когда-то делали. — Если ты не исправишься, мы с И/Д навсегда уйдем из твоей жизни. — Обещаю. Намджун притягивает к себе за талию, чувствуя, как твои ручки ложатся на его плечи. Он тоже безумно скучал, но из-за собственной глупости понял только сейчас, когда увидел тебя, собирающую вещи, что больше никогда не сможет увидеть два своих солнышка. Его губы мягкие, пухлые, такие забытые тобой. Он целует нежно, ласково поглаживая твою спину сквозь лёгкую блузку. Ты плавишься, чувствуешь, что ноги становятся ватными. Намджун очень давно не касался тебя, давно не смотрел на тебя так ласково, как смотрит сейчас, когда отрывается от тебя и спускается губами к шее, а длинные пальцы расстёгивают непослушные пуговицы. — Я так скучал по тебе, — горячий шепот опаляет твое ушко, разгоняя кровь по венам. Ты шумно вздыхаешь, когда вновь встречаешься с темными омутами перед собой, и хватаешься пальчиками за ворот его рубашки. — У тебя впереди много времени, чтоб загладить свою вину. Намджун облизывает губы и дико улыбается, видя огонек в твоих глазах. Ночь длинная, а впереди ещё несколько выходных дней. Хорошо ли Намджун постарается?..