Тайное послание

* * * — Мисс Грейнджер, пожалуйста, сосредоточьтесь. — Извините, профессор. Но мысли Гермионы уходили далеко отсюда, туда, где были только она и Драко. Она вспоминала вчерашний день, чувствовала как тогда его прерывающееся дыхание, вспоминала его руки. Кстати, о руках. Его рука так и не зажила. Настойка, конечно, помогла. Но рана осталась, к тому же довольно глубокая. Это Амбридж... Гермиона ненавидела её всё больше и больше. Казалось, никого нельзя ненавидеть так сильно. Даже Тот-Кого-Нельзя-Называть автоматически отходил на второй план. Такой сильной была эта ненависть. Но любовь к Драко всё же сильней... Он такой красивый, такой добрый, такой... нежный. Такой смелый, такой отважный, такой... В общем, самый лучший, да. Именно так. Драко Малфой самый лучший. Интересно, а что если они поженятся? Гермиона Малфой... Звучит. Хотя не очень. Но всё равно звучит. Ой, что за мысли... Он точно сведёт её с ума... А что насчёт мантии? Как так вышло, что мантия Гарри вернулась к нему, а Амбридж и не заметила? Или заметила? А, точно, у неё же есть подделка. Но откуда она? Кто её сделал? А главное — зачем? Хотя... Есть много других мантий. Но выглядят они по-другому... Голос профессора МакГонагалл заставил её вернуться в настоящее: — Вам всё понятно, мисс Грейнджер? — Что? Простите, профессор, я не расслышала. — Повторяю для вас, мисс Грейнджер: сегодня вечером учителя отмечают праздник по случаю дня рождения профессора Стебель. Поэтому старосты факультетов должны будут патрулировать коридоры, два человека. В этот раз очередь Гриффиндора и Слизерина. И я полагаю, что вы и мистер Малфой согласитесь мне помочь. Кроме вас там будут старшие старосты, но ваша помощь тоже очень важна. Вы всё поняли, мисс Грейнджер? — Да, профессор. — Мистер Малфой? — Да, профессор. — Ну вот и хорошо. Урок закончен. До свидания. — Драко, постой. Мне нужно тебе кое-что сказать. Ты торопишься? — Что ты? У меня всегда найдётся время для тебя. — Спасибо. Вчера Гарри нашёл у себя в спальне мантию. — И? — Всмысле, мантию-невидимку. — Но... как? — Там было письмо. От Дамблдора. Он написал, что у Амбридж мантия ненастоящая. — Я понял, значит, проблема с ночным похищением мантии-невидимки знаменитого Гарри Поттера для самой красивой Гермионы Грейнджер вычёркивается? — он улыбнулся, — Что ж, я очень рад. — Я тоже. Кстати, в письме Дамблдор просил нас с тобой больше не гулять по ночам... — Но как он узнал? — Понятия не имею. Но лучше не стоит этим пренебрегать. Тем более, если за дело взялась Амбридж. — А как же я переживу ночную разлуку с тобой? — он притворно прослезился, а затем рассмеялся, — ладно, прости мне пора. Встретимся в Большом зале. Он взял сумку и вышел. Гермиона тоже подхватила сумку и пошла. В Большом зале было много народу. Но Драко почему-то не было. Она сразу это заметила. Но всё равно прошла и села на своё место. Во время еды она постоянно просматривала на слизеринский стол, но Драко так и не появился. Её охватило беспокойство. Она вышла из Большого зала и пошла направо по коридору. Она проходила мимо картин, мимо дверей, мимо лестниц, но почему-то шла вперёд. Вдруг она услышала какие-то звуки. Это было похоже на звук, когда в раковине откачивали засор. Она повернула за угол и остолбенела. Перед ней стоял прижатый к стене Драко Малфой, а над нам нависла Пэнси Паркинсон. Она держала его за шею и целовала, прижимаясь к нему всем телом. Гермиона непроизвольно кашлянула. Стараясь как-то это замять, она справилась за угол, всё ещё не веря своим глазам. Но всё было так. Это был он. Драко Малфой. Драко Малфой, который буквально вчера клялся ей в вечной любви, Драко Малфой, которого она так любит. Но он стоял и целовался с Паркинсон. А как же те слова, которые он говорил? А как же те поцелуи? Или они все такие, как сейчас? Обычные? Но они казались такими искренними... Она не заметила, как из глаз потекли слёзы. Сами потекли. Она не собиралась плакать. Её привёл в себя голос: — Гермиона? Гермиона! Это совсем не то, что ты подумала! Это не так! — ... — Гермиона, послушай! Я... Я не целовал её, она сама! Я не хотел! Гермиона, стой! ГЕРМИОНА! Но она уже мчалась по коридору в обратном направлении. Слёзы лились градом. Теперь плакали не только глаза. Плакала и она сама. Она бежала и бежала, пока не оказалась далеко от того места. Зачем нужны эти слова оправдания? Ведь она сама всё видела. — Гермиона! Как?! Откуда он тут взялся? — ... — Гермиона, прошу, выслушай меня. Я правда не хотел её целовать. Она сама, понимаешь? Сама. Ну, не плачь. Прости меня. Я не хотел. Честное слово не хотел. Она сама. Я люблю тебя и только тебя. Никто другой мне не нужен. Только ты. Прости меня. Гермиона, прости! — Драко, тебе лучше уйти. Знаешь, это не так просто, как тебе кажется. Я прошу тебя, уйди. Не потому, что мне без тебя хорошо, нет. Наоборот. Я люблю тебя, ты мне не просто нравишься. Я по-настоящему тебя люблю. Но ты должен понять: принять это не так легко. Ты целуешься со мной, ты целуешься с Паркинсон. Где гарантия того, что я для тебя не то же самое, что она? Нет, это ещё хуже. Самое страшное, что она - поцеловала тебя, потом Забини, потом Монтегю, потом ещё половину Хогвартса. А мне нужен только ты. Ей ты откажешь — она уйдёт к другому. А я люблю только тебя. И это больнее всего. Пойми: нам нужно немного отдохнуть. И я прошу тебя: подумай над этим, реши для себя, кто я в твоей жизни. А пока нам нужно временно расстаться. Так будет лучше для обоих. — Но... Гермиона. Прошу, нет... — Прости, Драко... Она встала и пошла в сторону Гостиной Гриффиндора. Лицо было заплакано. * * * Пришло время дежурства. Она была рада, что немного развеется от мыслей о Драко. Но тут же настроение переключилось, стоило ей только вспомнить, с КЕМ она будет дежурить. Это было страшнее всего. Невыносимо. Больно. Хотелось вновь расплакаться. Рыдать, не переставая. Но время поджимало и Гермиона вышла из Гостиной, попрощавшись с друзьями, которые волновались за неё не меньше её самой. Некоторое время назад она кратко пересказала их с Драко разговор, и оба друга пришли к выводу о том, что они не имеют определённой точки зрения в данной ситуации. Но поддержать Гермиону они всё-таки смогли. Всё же было приятней, когда за тебя кто-то волнуется. Кому ты дорог... Да, дорог... Лучше быть дорогим одному человеку, чем всем остальным. Этим человеком был ОН. Несомненно. Но от этого не становилось легче, только тяжелее. Она подошла к условленному месту. Было почти ровно, но никого не было. Может, она ошиблась? Конечно! Все собираются на втором этаже, что она делает на третьем?! Гермиона рванула по коридору. Достигнув лестницы, она побежала вниз. Рядом поднималась Долорес Амбридж. Она увидела Гермиону и остановилась. — Извините, профессор Амбридж. Вы разве не должны быть на празднике с остальными учителями? — Я не совсем вас понимаю, мисс Грейнджер. Вы хотите сказать, что интересуетесь у меня, куда я направляюсь? — Именно так, профессор. — Это не вашего ума дело, мисс. Грейнджер. Идите дальше по своим делам. Амбридж зашагал прочь. Только сейчас Гермиона заметила, что у неё в руках свёрток. Точно такой же, как у Гарри от Дамблдора. А что, если это... и есть та самая лжемантия? Вполне возможно... Но зачем она ей? Гермиона только сейчас поняла, что стоит посреди лестницы, как вкопанная. Вспомнив про дежурство, она бросилась бежать. Все были на месте. — Простите, обычно я не опаздываю. — Ничего. Ты Грейнджер? — Да. — Хорошо. Вам с мистером Малфоем поручили третий коридор. Можете идти. — Спасибо. Она, не оборачиваясь, пошла обратно. Малфой шёл следом. Она очень надеялась, что он не собирается с ней говорить. А он и не собирался. Он просто смотрел ей в спину. Когда они начали подниматься на третий этаж, Драко подошёл ближе. Она чувствовала на затылке его взгляд, а на шее горячее дыхание. — Драко... — её голос слегка дрогнул, — прошу, не надо. Мы всё обсудили. — Прости... Больше он ничего не сказал. Они шли молча. Время пролетело незаметно, патрулирование закончилось. Пришло время идти в спальню. Но тут раздался шорох, и Гермиона с Драко мгновенно вжались в небольшое углубление в стене. Первым успел Драко, поэтому Гермионе пришлось встать спиной к его груди. Они стояли, не шелохнувшись. Она снова почувствовала его дыхание. Да, о чём она думала?! Ладно. Вскоре шум раздался ближе и через несколько секунд из тени вышла Амбридж. Её палочка с Люмосом освещала дорогу, хотя было не так уж темно. Это выглядело как минимум странно. Было понятно, что она снова что-то ищет, ищет новую жертву. Она надеялась выгнать половину учителей, но не тут-то было: Дамблдор позаботился. А тут? Что тут? Тут ничего не доказано. Ладно, пусть рыскает в поисках добычи, главное — предупредить остальных. Предотвратить это никак нельзя. Шаги затихли. Гермиона и Драко разошлись по своим Гостиным, ни сказав друг другу ни слова.