Секретарь (птица и не только)

Не, ну вообще быть секретарём прикольно. И профессия очень даже, круче всяких там авроров и полицейских. Смелости и наглости временами надо куда больше, чем для рейда по злачным местам Лютного и накрытия очередной шайки сбрендивших почитателей Его Темнейшества (которого именно значения не имеет, текучка там дикая, а последователи все как один — альтернативно одаренные). И платят не в пример больше, и шоколада никогда дефицита нет. Сплошные плюсы, а не профессия. А вот анимагическая форма птица-секретарь уже не так хороша. И тому есть аж даже несколько причин. Во-первых, водится хрен знает где и в зоопарках, а значит и маскировки никакой. Это ведь не жук, который летает везде и компромат собирает. Собрать бы на самого этого жука компромата, да… Не важно. Во-вторых, они большие! Ну относительно. В городе, в любом случае — жутко неудобные, особенно при том, что передвигаться они предпочитают бегом, будто крылья для красоты даны, в самом деле, эму недоделанные. В-третьих, они смешные! Ну серьезно, эти их черные перья на голове, пф-ф. Ужас, а не внешний вид, прямо скажем. В-четвёртых… Да не важно! Херня, короче, анимагическая форма птицы-секретаря, херня. И ведь не поменяешь никак. Жизнь — боль. И сплошное разочарование. *** Гарри любил себя (сподобился всё же, не прошло и полувека), красивую, со вкусом подобранную одежду и заместителя своего начальника. Последнюю, самой пламенной любовью, ибо даже в век цифровых технологий, на базе полной супергероев, гениев и секретных агентов, не обойтись было без рукописных бумаг. И трудность расшифровки чужих каракуль ложилась на бедные плечи секретаря самого-самого, так как всем остальным не положено — секретность. Единственной, чей почерк был разборчивый без лупы и нехилой фантазии, и была выше упомянутая заместитель. А ещё она писала такие бумаги и за начальство, за что Гарри, познакомившийся с почерком Фьюри, когда Хилл была на больничном как-то, был благодарен ей и того больше. Ибо Рон писал и то более понятно. И без кучи дурацких сокращений, в официальной-то бумаге! Хотя все остальные аспекты своей работы Гарри любил. Это было весело, непредсказуемо и совсем не напоминало о британском времени. — Профессор Гаррисон, директор занят, ничем не могу вам помочь, простите. — Но вы не понимаете! Это важно, это глобальное исследование, и оно требует должного финансирования! Директор должен меня услышать! — Простите, но я не могу вас пропустить. Запишитесь на прием, как все и в порядке уже имеющейся очередности. Увы, наш директор един в своём лице и потому не может размножиться, чтобы утолить желание всех его лицезреть молниеносно. Приемные часы: с десяти до двух, ближайшее свободное время записи следующий четверг, с двенадцати. Вас записывать? — Но я уже записывался! И вы же меня не пустили, со словами, что директора нет! — Всё верно, во время вашего времени, простите за каламбур, директор Фьюри был на совещании Совета Безопасности. Не считаете ли вы, что ваш визит важнее Совета? — Нет, ни в коем разе, — смешался тучный посетитель, но затем вновь воспрянул: — Но в счёт пропущенного, вы обязаны пропустить меня без очереди! У меня важнейшая информация! Гарри очень хотелось проклясть этого толстяка, чтобы катился себе колобком в лабораторию свою и дорогу забыл до директорского кабинета. Но увы, магом он был нелегальным в Америке и магией почти не пользовался. Да и зачем? Ему и без неё жилось вполне вольготно, а посуду ручками помыть — так раньше как-то проблемы такой и не возникало. Об отсутствии в своей жизни магии он жалел очень редко, только в такие моменты как сейчас. Но ничего, он по-другому, без магии, на профессоре ещё отыграется. Дайте только в комп залезть. — У всех важнейшая информация, профессор Гаррисон. Мы всё же не в торгово-развлекательном центре работаем. Более того, у нас военный объект, где есть строгий регламент. — Но!.. Дверь еле слышно скрипнула (это Гарри запрещал её смазывать, чтобы слышать всегда, когда кто-то заходит) и в приемную зашла Мария Хилл. Обернувшийся на скрип толстяк-профессор тут же замолк на полуслове. — Директор у себя? — поинтересовалась она, остановившись у Гарриного стола. — Ага, — улыбнулся ей Гарри. — Проходи. — Спасибо, — на её губах мелькнула лишь тень улыбки, но в случае Марии — почти смех. — Вы же сказали, что директор занят! Не принимает! Почему же?! — У агента Хилл высший уровень доступа. Когда у вас будет такой же — тогда и вас я буду пропускать свободно и без записи. — Но ведь! Мой проект!.. Шарманка пошла на второй круг, а Гарри пытался определить, что лучше: устроить профессору месяц усиленной спортивной подготовки, загнав его личное дело в список «случайных» жертв улучшения военной подготовки членов организации из гражданских, или натравить проверку на его участок. Даже если ничего не найдут, нервы тонкой проволокой вытащат, в блендере перемелют и заставят получившееся выпить. А может и то, и то? Для пущего эффекта. И посмеяться можно будет не только над толстяком на полосе препятствий, но и общаясь по теме с аудиторами. Там у парней чувство гадостей ещё сильнее чем у него развито. — Гарри, ты идёшь на обед? — Мария уже успела выйти из кабинета Фьюри, а профессор всё так же нарывался на неприятности. Кинув взгляд на часы, Гарри заметил, что уже начало второго. Отлично. — Да, сейчас. Только выключу всё. — Тогда я подожду тебя. — Профессор Гаррисон, прошу вас покинуть приемную. Во время моего обеда, всем лицам с доступом ниже девятого находиться в приемной запрещено. — Но как же мой проект?! Не уйду, пока не пропустите! — Профессор, мне расценивать это как попытку вторжения на защищенную территорию? — вмешалась Мария, своим фирменным похоронно-ледяным тоном. — Не-ет, — загнано протянул профессор и кивнул в сторону двери: — Ну, я пойду? — Вы свободны, профессор. — Спасибо. Все мозги мне выел, зараза такая. Гарри сосредоточенно отключал всю технику на своем рабочем месте, слишком много секретной информации там хранилось, чтобы оставлять хоть что-то на загадочное «авось», притащенное в организацию Романофф. Убедившись, что всё обесточил, вышел из-за стола, коротко постучал в дверь к начальству и заглянул. — Я на обед, сэр. Ответа не было, но по взмаху руки Гарри понял, что его услышали и отпустили. Славненько. — Всё, я весь твой на ближайшие полтора часа — обожаю, что обед у нас удлинённый. В Салатерию или в тот миленький ресторанчик на углу десятой, помнишь в прошлую среду там были? — Давай Салатерия, хочется чего-то легкого, а в том ресторане такие вкусные крылышки, что я не выдержу, а потом буду страдать… Несомненный плюс должности секретаря самого-самого начальника, велика вероятность сдружиться с кем-то не таким высоким, но более страшным. Всё же самое-самое далеко, а страшное вон, рядом, пугает до усрачки и власть имеет соответствующую. *** — О прекраснейший Гарри Мари Поттер! Свет и отрада глаз моих! Обладатель шикарнейшего тела, бронзового загара и чарующего голоса! — Рамлоу, хорошо тебя Роджерс не слышит, быть мне калекой иначе. Что надо? — Кэп тебе ничего не сделает, слишком уважает для этого, — хмыкнул Брок. — К тому он знает, что я этот, «Ему я отда́на; И буду век ему верна». — В оригинале звучит по-другому. К тому что это тебя сегодня так пробило? Мне стоит вызвать медиков? Ты явно от последней контузии не отошёл ещё. — Мне нужен отпуск, ну или отгулы. На три дня, буду за своим полоумным следить, чтобы не полез никуда. Можешь помочь в обмен на моё обаяние, очень большую плитку молочного шоколада с миндалём и чайный сбор прямиком из магазина Чили? — Чайный сбор из магазина Чили, подумать только, — хмыкнул Гарри, но кивнул, на что понятливый Брок выложил припасённый пакет с обещанным на стойку. — Дай мне две минуты, сейчас соображу, что сделать можно. К Фьюри соваться сейчас всё равно бесполезно, в той операции не только твой Кэп пострадал, он злой как сто чертей, обставленных ангелом. Спустя несколько минут (явно больше двух, но кто жаловаться будет?) Гарри произнёс: — Смотри, у тебя, оказывается, последняя контузия дала осложнения, из-за чего следующие трое суток ты обязан провести в тепле и сытости, исключив раздражители и особо не двигаясь с кровати. И это даже правда, в рекомендациях медкомиссии написано. Другое дело, что обычно на тот листик-приложение все кладут болт, но… Ебитеся и размножайтеся* в тишине и покое семейного очага, дети мои. Но не забывайте, что вы оба больные. — Я тебя люблю, Гарри. Спасибо. А чай всё же попробуй, он у них недурной, на самом деле, — и исчез за дверью. Чилийский чай, подумать только. Откуда у них только чай этот взяться может, там же плантаций нет, вроде? Надо загуглить. Но сначала заварить, не пропадать подарку же. Если что, можно будет кому-то передарить… *** Гарри крутился перед зеркалом, придирчиво оценивая свой внешний вид. Он всегда должен быть прекрасен, даже на вечеринке Старка, которую с радостью пропустил бы. Но низзя, даже если большинство воспринимают тебя пустым местом и стражем приемной начальства, найдутся те, кто посчитает иначе. И одно дело, когда это родные и понятные тебе люди, а другое, когда шайка супергероев. Старк и вовсе пытается перекупить его года три уже, и его попытки договориться об этом с Фьюри — единственное, что веселит Гарри во всей этой ситуации. Вообще, зачем секретарь человеку, который бывает на рабочем месте раз в пятилетку? Когда рыжая фурия отловит и за ухо оттащит. А с Пеппер Гарри предпочитает пирожные вкушать, под винишко и обсуждение мужиков, а не работать. Вместе с Марией, эти две те ещё закадычные подружки. Иногда Романофф на огонёк забежать может… Только тогда почему-то всё обязательно в мужском стриптизе-баре-клубе заканчивается. Геи — лучшие друзья девушек, проверено и доказано. В целом, вечеринка у Старка проходила терпимо. Его особо не дергали, позволив затеряться в тени одного из диванчиков и спокойно цедить шампанское. Мария общалась с Кэпом, Рамлоу рядом с Клинтом, Старк о чем-то спорил одновременно и с Беннером, и с Фьюри, причем на разные темы, если Гарри его слух не обманывал. Остальные тоже разбились по кучкам, музыка была приятной и оставалось подождать всего часа два, когда можно будет слинять. Тор к тому времени придет как раз в нужную кондицию и начнется веселье. Но, заметив, что Романофф внезапно навострила свои туфли на двадцатисантиметровом каблуке (да, он действительно мог определять длину каблука до сантиметра на глаз, зачем и почему не знал, но мог) в его сторону, срочно сменил свои планы. Был у Наташи один пунктик, она очень любила устраивать личную жизнь «своего». Раньше она задалбывала этим Кэпа, но тот сейчас счастлив с Рамлоу и даже русская шпионка была вынуждена принять его выбор. А затем она почему-то переключилась на него — Гарри. И это была полная катастрофа. Потому что основной вектор её атаки сватаньем был направлен на Старка. Гарри не отрицал, гений, миллиардер, филантроп и герой был хорош и да, в постели шикарен. Но их обоих устраивал одноразовый секс! Просто чтобы расслабиться и отдохнуть, но никаких отношений, Мерлина на ваши головы! Точнее, на одну рыжую, крашеную сейчас в блондинку, голову! Надо бежать. Очень-очень надо. На его удачу, как раз в этот момент на него глянул Рамлоу. Короткий, из-за тени и поворота головы Наташе точно незаметный, кивок и проговоренная одними губами просьба. Ответная усмешка и прищуренные сильнее обычного глаза вместо ответа. — Романофф, всегда хотел спросить… — Рамлоу отлично справился с отвлечением, когда Наташа оглянулась, Гарри уже нигде в зале не было. Гарри, выйдя в коридор, ненадолго задумался, а затем, кивнув самому себе, направился к лифту. На сорок восьмом этаже была разбита отличная оранжерея, прямо на весь этаж. И да, там водились птицы-секретари, которых Тони как-то закупил, потому что название смешное. По рассказу Пеппер было это после второго открытого Джека, поэтому Гарри даже не удивлен. Главное, что хоть где-то его дурная анимоформа могла пригодиться и скрыть его от загребущих рук причиняющей Романофф. А то, что, не найдя его в зале, та отправится искать по Башне, Гарри не сомневался. Гарри редко превращался. Нужды не было, да и он всё ещё был нелегальным магом в Америке. Гражданином — легальным, а магом нет, смешно даже. Кроме того, его форма… М-да. Вообще, как оказалось, в мире очень много Гарри Поттеров. Гарри Джеймс Поттеров меньше, но стоило изменить второе имя на Мари (ну любил он Кристи, любил) — как и эта проблема испарилась. Затеряться оказалось даже легче, чем он думал. В саду было хорошо. Гарри не стал лезть к «сородичам», нафиг те ему нужны, а вот прогуляться в тени всяких папоротников и растений с листьями размером с него — хорошо. От удовольствия даже перья на голове приподнялись. А уж когда глаз уловил чешуйчатую шкурку в траве, стало и вовсе замечательно. Тут же проснулись инстинкты, требующие поймать и поскорее сожрать точно вкусное и питательное змеиное мясо. Только в последний момент, когда уже нацелил свой клюв, Гарри удалось взять тело под контроль и удержаться от удара. Змея, наконец заметив угрозу, кинулась в сторону, а затем, приподнявшись, на чистом английском загнула матерный оборот. А затем ещё что-то, на другом языке, но тоже, судя по интонациям, из матерного словаря. Немая сцена. Змеи не разговаривают на человеческих языках. Их удел парселтанг, а это точно был не он, Гарри кучу времени убил, но научился различать, когда змеи на нём говорят, а не просто воспринимать всё на родном английском. Змеи не матерятся. А значит перед ним точно не змея. И что прикажете делать? Какое-то время змея с птицей просто переглядывались, сохраняя молчание. Первой его нарушила змея (змей? Голос-то похож на мужской…): — Ты не птица, — медленно проговорил, а затем повторил уже уверенней: — Не птица, это точно. И ты не из рас Девяти миров, я бы почуял. Кто ты? Подумав, Гарри решил оставить змея без ответа, а саму ситуацию отпустить — в конечном итоге тут полный дом супергероев и секретных агентов, пусть сами следят за безопасностью. Поэтому он просто развернулся, в намерении уйти и продолжить прогулку, но… — Я тебя не отпускал, — что-то изменилось за спиной Гарри, голос стал четче, глубже. — Отвечай. Гарри обернулся. Вместо змея на траве теперь сидел мужчина в странных то ли доспехах, то ли одежде. И Гарри был уверен, что где-то видел уже это тонкое лицо с зелёными глазами и черными волосами. Но где?.. И тут он вспомнил. Личное дело номер десять эн дробь эй три эм. Локи, сын Одина, брат Тора и не случившийся с год назад правитель-поработитель Земли. Пометка: владеет «магией». Пометка: очень опасен. Пометка: предположительно в заключении в Асгарде. Вводные изменились, а вопрос всё тот же. Гарри недовольно мотнул головой и превратился обратно. К сожалению, говорить в анимаформе было нельзя. — Секретарь. Обычный секретарь, желающий отдохнуть и которому усиленно не дают это сделать. — Секретарь, это раса такая? Что? Гарри непроизвольно засмеялся. — Нет, это работа такая. Я человек, Локи из Асгарда. Просто… умею обращаться в птицу. А теперь дай мне всё же заняться своими делами. — Ты интересный, человек-секретарь. Ещё увидимся, — и исчез. Капец, ну что за жизнь. Гарри посмотрел на часы у себя на запястье и с радостью отметил, что можно уже было спокойно валить себе домой. Там теплая кроватка, интересная книжка и точно не бегают боги-преступники. Интересно, а как он ДЖАРВИС обманул? *** Увы, Локи хоть и был Богом Обманщиков и Лжецов, сам тогда не соврал. Его внезапно стало до ужаса много в жизни Гарри. Иногда в человеческом виде, иногда в змеином, но спустя всего месяц он сопровождал Гарри каждый раз, стоило тому выбраться из дому. Только на работу с ним и не ходил, потому что это было единственным Гарриным условием. Впрочем, Гарри быстро привык. С Локи было легко, он неплохо разбирался в реалиях земной жизни (видимо в день встречи в оранжерее в нём было больше от тролля, а не от асов, или кто он там на самом деле), был довольно неприхотлив (внезапно) и часто молчалив. Оглядываясь три месяца спустя, Гарри удивленно понимал, что буквально полноценно живет с другим человеком (асом, ваном, ещё кем, не важно). И его это не раздражает. После пьянок с девочками он теперь всегда попадал домой, было теперь кому вытаскивать его проспиртованную тушку из такси и нести в кровать. А с утра читать лекцию о вреде пьянства и магией избавлять от мук похмелья, каждый раз грозясь, что это последний. На работе такое сожительство тоже не сказывалось, так как домой её Гарри не тащил, а в ЩИТ уже не было ходу самому Локи. Да тот и не выпрашивал никогда. Они будто парочка, только без секса. Исправить это, что ли? *** — Нет, Наташа, я не пойду сегодня вечером на свидание с твоим чисто статистическим вариантом из статистики. — А с кем пойдешь? — Ты ведь не отстанешь? — лисья улыбка была ему ответом. — С парнем я своим пойду. С парнем, Наташа. — О как… «Мистер Поттер, зайдите», — раздалось из динамиков. — Прости, мне работать надо, — улыбнулся Гарри, изо всех сил скрывая радость. — Ну ла-адно, работай-работай… — Агент Романофф не отстанет, — Гарри уже был у двери, когда его нагнал голос Фьюри. — Тогда ей придется смириться, директор Фьюри. Я ненавижу оправдывать ожидания. — Идите, агент Поттер. — Я не агент. — Агент. Это военный объект и для гражданского у вас слишком высокий уровень доступа. И умений. Идите, у вас есть ещё работа. — Да, сэр. Ух, капец. Теперь ещё и агентом быть, вот не было мороки. Ладно, Гарри будет считать это платой за почти спокойную реакцию директора на личность своего любовника. Всего-то пришлось пережить пару не самых приятных часов и клятву, что при нужде, он лично сделает всё, чтобы удержать или задержать Локи. Мелочи. Ни трибунала (и пофиг, что не военный), ни казематов, даже с работы не уволили. Ещё бы пережить интерес Романофф… И реакцию остальных. Это будет весело. Однозначно.