и всё-таки, гримёрка не очень.

— зачем ты привёл меня сюда, хён? — хан кидает на старшего негодующий взгляд. — концерт вечером, разве нам нужно в гримёрке что-то сейчас? ли молчит, напрягая младшего больше. однако, тишина со стороны парня обрывается через полминуты. и нет, не словом: он устраивается на одном из удобных кресел, похлопав пару раз по бедру. — что? серьёзно? ты же знаешь, что если бы я так сделал и перед остальными, никто бы ничего не подумал, — кареглазый всё же устраивается на чужих коленях, тут же чувствуя, как горячие и сильные руки обвивают его тонкую талию. — надеюсь, ты покушал перед таким нагружённым днём, — тихо шепчет на ухо минхо, покрепче прижимая к себе младшего, — иначе, я буду очень разочарован, малыш. — не зови меня так, — тихо шипит сон, но скорее из-за того, что руки старшего сжали его бока сильнее. — нет, я не хочу. не будь ворчливым дедом, я прекрасно слежу за своим здоровьем. и тут же давится стоном, получая укус в плечо. след наверняка останется, но блондину повезло, что одежда у него будет закрытой. однако факт того, что его хён в край обнаглевшая «мамочка» всё ещё давали повод дуться, не отзываясь на правокации. — я ворчливый дед? — недовольно фыркает брюнет, но ласки не прекращает, перемещая руки на тазобедренные кости джисона. — ну и как тебе трахаться с дедом? джи вздрагивает от столь странного вопроса. минхо усмехается, видя в отражении зеркала, что красовалось прямо перед их креслом, удивлённое лицо младшего. — по-твоему, мы трахаемся? — как-то с лёгкой обидой спрашивает парень, а ли, как назло, вдобавок молчит, будто реально думает так. мгновение и блондин тут же ощущает, как прохладные руки плавно заползают под его белую рубашку, оглаживая тонкую талию, а после и вовсе поднимаются выше, касаясь чувствительных сосков, заставляя того шумно вздохнуть, нервно прикусывая нижнюю губу. — думаешь, при других я мог касаться тебя там, где мне только хочется? думаешь, при них я бы смог с тобой поговорить и помочь расслабиться, потому что я вижу, как ты переживаешь? и у нас не общая комната на двоих, напомню, — руки всё также очерчивают соски. — ты серьёзно принимаешь мои слова всерьёз? стал бы я заботиться о тебе, будь бы я животным, которое просто хочет потрахаться? — прости, — это единственное, что смог выдавить из себя младший, прежде чем развернуться и подарить лёгкий поцелуй в качестве извинений. но минхо мало, слишком хан расстроил его. пора бы преподать ему маленький урок: всё те же шаловливые руки тут же опускаются на ягодицы, сжимая упругие половинки до тех пор, пока с чужих губ не слетел довольно-таки громкий стон. и как бы не хотелось, чтобы этот голос выстанывал его имя погромче, они всё-таки в гримёрке, чёрт возьми. нужно вести себя тише, иначе парням придётся попрощаться с карьерой, если не хуже. хотя, что могло быть хуже? не время об этом думать. — мин…х-хён, перестань, — но на его просьбы старший лишь ухмыляется, продолжая массировать ягодицы светловолосого. джисону резко стало страшно. нет, вступать в сексуальную связь он не боялся, наоборот, уже давящая на возбуждение грубая ткань джинс давала о себе знать, но… парень не рискованный, разум не даёт ему расслабиться, потому что их запросто могут спалить: начиная от мемберов, заканчивая самими стилистами. он не готов так позориться, нет. но минхо всегда получает, что хочет. будь это какая-то вещь, или же секс в абсолютно небезопасном месте. естественно, без согласия хана он не пойдёт на это, однако, в планах парня то, чтобы тот расслабился и понял, что отступать уже поздно, попробовать что-то новое порой нужно. гарантию того, что их секрет никто не узнает, ли обязательно даст. правда, для этого пришлось поменять свои планы. — не смей что-то говорить, — брюнет снова шепчет младшему на ухо, прикусывая мочку. — с этого момента ты можешь только стонать, понял? сон более менее расслабляется и вновь притягивает к себе для поцелуя. более долгого, мокрого, страстного. возбуждение ударило в голову настолько, что хан даже не собразил, как уже сидит на этом кресле один, пока хён разводит его ноги шире, расстёгивая ширинку джинс и припускает боксеры. младший видит этот хитрый оскал и прикусывает губу до боли. чёрт, он сейчас задохнётся. — попроси, — грубым шёпотом прозвучал минхо, дуя на блестящую от сочащегося предякулянта головку. — хочешь, чтобы я отсосал тебе, да? а потом вспоминает, что запретил ему что-то говорить, поэтому накрывает чувствительную головку рукой, то нежно оглаживая, то грубо сжимая. и естественно, от таких манипуляций блондин громко стонет, но сразу приглушает стоны рукой, дабы вести себя тише. его бёдра чертовски дрожат, потому что он хочет оральной ласки, но минхо, синоним к слову «демон», издевается, не давая её бельчонку. — я доволен ответом, сладкий, — он обхватывает его член рукой, проведя головкой по своим губам и тут же размазывая по ним прозрачную смазку. и младший не знает, отчего откинется быстрее: от того, насколько хорошо делает ему сейчас старший, или же от того, какой прекрасный вид имеет хён с его членом возле лица. минхо перестаёт медлить, вбирая разгорячённую плоть поглубже. он мало тренировался в этом, так как обычно работал ртом именно джисон, поэтому в первое время было сложно привыкнуть, но тот не торопит, лишь откидывает голову назад и тихо-тихо стонет, запуская в тёмную шевелюру тонкие пальцы и слегка поглаживает, как бы подбадривая. ли осваивается быстро и спустя несколько неудачных попыток ему удаётся добраться почти до самого основания, но рукой всё равно придерживает младшего за бедро, чтобы тот не вошёл глубже, пусть и хотелось доставить гораздо больше удовольствия. а хан… кажется, он умер уже трижды. как же хочется толкнуться навстречу, чтобы головкой коснуться задней стенки горла, ощущая приятную вибрацию, но делать плохо парню он не собирался. тем более, когда ощущения были ничуть не хуже. он уже и забыл, где находится, чего, в общем-то, ли и добивался. — я так давно не видел твоё лицо во время оргазма, — выпуская член изо рта шепчет старший, невинно улыбаясь, — позволишь довести тебя до Гонконга, м-м? — я…уже почти кончил, придурок, а ты ещё спрашиваешь? — кое-как связывает слова парень, чуть толкаясь бёдрами вперёд. как же хочется вновь чувствовать тепло вокруг возбуждения. — чёрт, хён, просто дай мне кончить, без всяких спросов и способов меня смутить. минхо хихикает, наблюдая за тем, как щёки белки всё же приобретают красный оттенок. такой милый. — я говорил тебе, что тебе разрешено только стонать, не более, — рука ли тут же сжимает чужой ствол у основания, заставляя хана громко проскулить. — я говорил тебе, что нужно быть тише, иначе нас?.. его обрывает чёртов стук в дверь, но к чему? разве кто-то знал, что они здесь? а вдруг, он всё слышал? минхо быстро встаёт с колен и дико паникует, подбегая к двери. — к-кто там? — на вский случай, вытерает даже губы. — это чонин, — ян явно чертовски смущён. — вас зовёт чан-хён, но мы долго не могли вас найти. я могу войти? ли смотрит на джисона, видя, как тот всё ещё сидит на кресле без трусов и часто дышит. лицо парня расслабленно, явно намекая, что ему сейчас слишком хорошо. это явно означало «нет» на вопрос макнэ. — мы придём минут через десять сами, извини. — хорошо, хён, — чонин тут же удаляется, явно понимая, что вовлёк парней в неловкое положение, но виду, конечно, не подаст. старший шумно выдыхает, смахивая пот со лба и снова поворачивается к младшему, явно удивляясь его положению: — ты чего? — красные уши и щёки блондина заставили его опустить глаза ниже, лицезрея еле земетные капли спермы на чужой рубашке, — ты серьёзно кончил от испуга?... он даже не знает, посмеяться ли или расстроиться. — а я говорил, что был близко… — смущенно бухтит парень, отведя взгляд на своё отражение. — салфетки принеси, умник. — и всё-таки, гримёрка  не очень. ты даже кончил не тогда, когда я хочу. — заткнись. и принеси мне салфетки, — грубо повторяется младший, стараясь не размазать сперму на своей рубашке сильнее.