Ожидание

      То самое время… Ночь ещё не успела сойти с небесного купола, а солнце уже пытается его вытеснить — на востоке начинают просвечиваться его мягкие жёлтые лучи. Весь Мондштадт спит спокойным сном, даже не подозревая, что он обязан сегодняшним непрерванным сновидением человеку, зовущемуся в народе Полуночным героем.       Он снова угрюмо усмехнулся, стоило лишь вспомнить эту глупую, по его скромному мнению, «кличку». Наверняка всем городом три дня и три ночи не ложились спать и выдумывали, как же назвать своего спасителя. Дилюк считал, что это как минимум его недостойно.       Снова парень возвращался домой в одиночестве. Привык. Тяжёлый меч наперевес, густая сочно-зелёная трава под ногами и лёгкий ветер свободы, что всегда бродит вместе со всеми жителями Мондштадта. В этот момент он чувствовал себя опустошённо, раздавленно и угрюмо, но удручало больше и то, что состояние это вполне привычное.       Ещё один день без нападений. Вот уже неделю Дилюк возвращается на свою винокурню без единой царапины, потому что всё на удивление размеренно и спокойно. Ни тебе нападения магов бездны, ни противных хиличурлов, ни даже слаймов с их противным дребезжанием. Он мог бы и спокойно перестать ходить, а также наконец-то дать себе спокойно выспаться впервые за несколько лет, но чувство долга стоит в приоритете. Кто знает, что эти Фавониус учинят на этот раз? Им с водяным слаймом не справиться, а вдруг набеги ордена Фатуи? Сейчас Дилюк даже думать об этом не хотел.       Он прошёл к своему дому и взял из погреба хорошего одуванчикового вина. Оно славится в не только в Мондшадте, весь Тейват в восторге от того вина, что производится на его винокурне «Рассвет». Это его гордость и достояние, поэтому даже себе Дилюк редко когда разрешает пригубить его. Но сегодня другой случай. Требует душа.       Дилюк вышел на улицу. Самое время, скоро рассвет. Можно спокойно встретить его и пойти спать на половину дня. Можно было бы…       Если бы краем глаза он не заметил довольную ухмылку.       — Сэр Кэйа.       — Сенсация. Кто бы мог подумать. Полуночный герой, уничтожитель женских сердец, Великий Дилюк решил спиться в одиночестве? — парень медленно вышел из тени. Темно-синие волосы, синие как полуночное небо глаза, наглая ухмылка… Да, это, несомненно, был Кэйа.       — Какое у тебя ко мне дело, сэр Кэйа? — Дилюк выпрямился и сделал максимально непринужденное выражение лица. Однако что-то в нём явно выдавало то, что он это нарочито: то ли его нахмуренные алые брови, то ли поджатые губы, то ли кулаки, чуть сильнее сжавшие бутылку, то ли отведенный взгляд, который бродил где угодно, только бы не вглядываться в глаза собеседника.       — Эй, братишка, к чему эти формальности. Я просто пришел тебя повидать, — Кэйа подошёл ближе и приобнял его свободной рукой, но Дилюк не двинулся. Лишь чуть выше поднял голову, чтобы не прикоснуться к волосам Кэйа ни сантиметром своего лица. — Знаешь, я заметил одну интересную вещь: ты действительно полуночный… Герой ли, злодей — не знаю. Но это единственный промежуток времени, когда я могу с тобой повидаться.       — Ты же знаешь, что тебя здесь не ждут. — Дилюк резко отстранился, но так, чтобы это выглядело как нечто обычное, и ускоренно пошёл на свое излюбленное место — поле, которое открывает вид на озеро и небо. Он очень надеялся, что его слова заденут Кэйа настолько, что тот уйдет, однако вышло наоборот.       — Да, персонал у тебя не очень… Хорошо, что есть ты.       Дилюк лег на траву, откупорил бутылку и грубым движением подставил ее к губам. Одним глотком он опустошил не менее четверти бутылки. На этот раз на лице Кэйи вместо ухмылки проскользнуло сочувствие и он сел рядом.       — Дилюк…       — Не трогай меня.       — Ты всё ещё не хочешь поговорить?       — Нам не о чем.       Кэйа медленно перевел взгляд на рассвет.       — Я знаю, что ты чувствуешь, — тихо и мягко сказал он. — Я готов ждать.       — Ты не знаешь ничего. — грубо отрезал его слова Дилюк и поднялся. Его огненные волосы немного растрепались, костюм уже не выглядел таким идеальным, а взгляд стал измученным и полным откровения и боли. И упрямства.       Кэйа положил руку ему на щеку и стер капельку вина с его губ, а Дилюк от испуга резко откинул его руку. Несмотря на это, синеволосый улыбнулся.       — Упрямишься… — сказал он с ноткой грусти и одновременно радости. — Я уже сказал, что буду ждать. — Кэйа поднялся и сладко потянулся. — Эх, а вот и ты, солнце! Надо же, а ты еще не растаял! — он звонко засмеялся. — Беги спать, Полуночный герой, довольно с тебя подвигов. — не попрощавшись, синеволосый пошел прочь.       — Стой. Кэйа… — Дилюк поднялся следом и не успел ничего сказать, как его губы накрыли губы парня. Это было мимолетно, но в то же время терпко, горячо и нежно… Дилюк застыл, а Кэйа ухмыльнулся и сказал ему в губы.       — Чувствую, ждать мне осталось недолго…