Песня для демона

От первого рывка удалось увернуться. Второй замах задел спину, но не сильно. Кожу обожгло пламенем, но боль можно было стерпеть. Лори выпустил одним криком успокаивающую Со, и демон мгновенно замер. Но вместо песни усмирения Ротанд запел то, что исполнял последние дни – мелодию, наполненную его желанием вернуть демону разум. Рогатый зачарованно покачивался. Омега протянул руку, чтобы дотронуться до него и проверить реакцию, но тут же пожалел об этом. Разбуженный, демон отпрыгнул и, рыкнув, убежал в лес, ломая кустарники и деревья. Недолго думая, Лори кинулся следом. Почему-то он был уверен, что если не успокоит его до конца сейчас, то придется начинать сначала. Идти по следу было легко, поломанные стволы указывали дорогу. Лори шел быстрым шагом, не прекращая тихого пения. Солнце уже практически село, когда он обнаружил альфу, сидящего спиной к высокому покосившемуся дереву. Омега повысил голос, смешивая Со. Демон прекратил дымить, но продолжал рычать и скалиться при приближении Лори. Ротанд шагал осторожно, приближаясь совсем понемногу. Дыхание сбивалось и горло саднило от долгого пения, но молодой человек не сдавался. С каждым шагом он был ближе к демону. Тот мотал головой, словно пытался сбросить с себя невидимую Со, которой его связывал Лори. «Вот так», - думал Ротанд. «Еще немножко. Еще немножко, и ты станешь прежним». Омега подошел впритык к рогатому и сел напротив. Он понизил голос, осторожно прикоснувшись ладонями к лицу демона. Тот показал клыки и тихо зарычал, но больше ничего не сделал. Лори всматривался в его черные глаза, мысленно обращаясь к нему: «Еще немножко. Постарайся, дружок, и возвращайся ко мне. Я жду тебя. Очень жду». Они впились друг в друга глазами, и все действо напоминало какой-то магический ритуал. Вокруг будто ничего не осталось, только они вдвоем, крепко перевязанные магией Со. Глупый омега и его полуручной демон. Лори пришел в себя, когда лес уже покрыла ночь. Судя по всему, он давно прекратил петь. Демон продолжал смотреть на него, уткнувшись щеками в ладони омеги. Его глаза посветлели, но еще не вернули былую белизну. Да и сам он оставался огромным. — Вот и все, - улыбнулся Лори, отрывая руки от лица рогатого и проводя ими по его волосам. Рогатый молчаливо позволял гладить себя, больше не скалясь. — Вот ты и пришел в себя, глупый. Лори устало уткнулся лбом в плечо альфы, вдыхая полюбившийся запах. — Знаешь, что, - тут же выпрямился омега, - пойдем смотреть на звезды. Я столько натерпелся, что надо отдохнуть. Он быстро встал и, взяв альфу за руку, потянул его за собой. Демон глянул в ответ озадаченно, но все же встал, а после послушно плелся за омегой, волоча за собой огромный хвост. Выглядел он так, словно чувствовал свою вину. Рогатый осторожно сжимал ладонь Лори, будто боясь ее раздавить. Спустя время они вышли на небольшую поляну с низкой мягкой травой, мягко щекочущей кожу. Лори довел альфу до центра и уселся. — Садись. Демон сел рядом, скрестив ноги. — Смотри, - Ротанд поднял руку и указал на небо. – Просто удивительная красота! Демон поднял голову и посмотрел наверх. Над ними чернело бескрайнее полотно, охватившее мир. Сквозь темные облака светили миллиарды звезд, перешептываясь меж собой и неполной бледной луной. Ветер мягко ласкал кожу и листву, что убаюкивала шелестом лес. Воздух был переполнен запахами леса, трав, ночного воздуха, альфы и омеги. — Я часто смотрел на небо дома. Небо там такое же красивое, но будто бы другое. Словно все звезды перемешаны. Вон та звезда, - Лори показал на небольшую звездочку то появляющуюся, то прячущуюся за облаками, - называется Лори. Ее назвали в честь мальчика, спасшего деревню от волков. По легенде он заключил с ними договор, свое тело – в обмен на жизни остальных. Волки съели его, а остальных не тронули. Но вот только в деревне никто о его подвиге не узнал, просто подумали, что он пропал в горах или убежал. Даже родители не особо горевали... Дурацкая легенда, если честно, зачем вообще ее придумали? Лори говорил и говорил, не останавливаясь, словно сам себя успокаивая. Он и демон неотрывно смотрели на небо, и чем больше удавалось охватить взглядом, тем выше и необъятней казалось все остальное. Ротанд опустил голову и потерся щеками и плечи. Кожа была холодной. — Я замерз, - повернулся он к демону, тоже опустившему голову. Несколько секунд они пристально смотрели друг на друга. Лори полностью выпустил свой запах. Демон сделал несколько глубоких вдохов и приблизился к омеге. Рогатый мягко укусил Ротанда за шею, притягивая его к себе. — М-м… Чувствуя, как бешено стучало сердце и приливала к низу кровь, Лори встал на колени и взял в руки лицо демона, прижимаясь к его губам с поцелуем. Острые зубы царапали язык, но не ранили. Рогатый сжал зад омеги, а после прошелся рукой по его спине. Когда он дошел до царапин, Лори сморщился от боли. Резким движением альфа развернул омегу и принялся вылизывать рану. — Хватит! Больно! Но тот не останавливался, пока, видимо, не очистил царапину полностью. После чего спустился ниже, не отрывая горячий влажный язык от кожи Лори. Он нежно прикусил его за одну из ягодиц, разводя их. Дырочка омеги уже намокла. Демон лизнул ее, водя языком по кругу, а после протолкнул его внутрь. — Н-нет! М-м… Ротанд упал на траву, выпятив зад. Грудь сладко щекотало, а сзади толкался язык, дразня и вызывая приятную дрожь во всем теле. Лори протянул руку к своему члену и принялся поглаживать его, уже не сдерживая стоны. Стоило рогатому неосторожно впиться когтями в выпяченные ягодицы – как омега тут же кончил от боли вперемешку с острым удовольствием. Демон вынул язык и выпрямился. Ротанд еще сильней выпятил зад, бесстыдно расставляя ноги. От нетерпения он вертел им, зазывая скорее войти. Альфа ворвался одним движением, но был до дрожи в ногах аккуратен. Еще ни разу до этого он не двигался так осторожно. Лори кусал руку, сдерживая голос. Он подмахивал членом, сильнее насаживаясь на альфу. — Еще! Пожалуйста…еще… Демон ускорился, придавливая омегу к земле. Кончили они вместе. Из-за усталости от прошедшего дня Лори тут же обмяк, не в силах пошевелиться. Демон перевернул его и, посмотрев в глаза, положил на траву, улегшись рядом. Он притянул омегу к груди, обвивая его ноги хвостом. До самого утра за их спящими лицами наблюдало звездное небо. А утром пришли охотники.