Песня для демона

Предсказание Кори не сбылось. Ни через неделю, ни через две никто не появился. Вален убрал цепь с Моры, но зато привязал всех к дому с помощью печати. Кроме себя и Дона, конечно, на Кори же нанесли печать, только потому что та сама потребовала этого, в предательстве ее никто не подозревал, что очень расстраивало девушку. Будучи запертыми в доме и окрестностях радиусом не больше километра, обитатели понемногу становились раздражительными, старались избегать друг друга днем и уставали от однообразных вечерних посиделок. Вален часто и надолго уходил в поисках заданий за большие деньги, Дон мог выбраться в город за продуктами, остальные же кипятились друг с другом. Отношения Торна и Солмона тоже казались натянутыми, между ними что-то произошло и это ощущалось, несмотря на то, что они так же не отлипали друг от друга. После очередной тренировки Лори направился к источникам, надеясь расслабиться. Однако там уже находился Торн, засевший в горячей воде по грудь и запрокинувший голову. Его мокрые волосы были убраны назад, открывая лицо, от которого Ротанд несколько секунд не мог оторвать взгляд. Сердце его предательски защемило, и он постарался как можно беззвучней развернуться, чтобы уйти незамеченным. Но не успел, бывший демон открыл глаза и заметил омегу. — Пришел на источники? — Д-да. Но я могу прийти позже. — Зачем? Залезай, места тут достаточно. Надо было уйти, но Лори не смог. Он как будто зачарованный подошел к источнику и разделся до трусов, после чего осторожно залез в горячую воду. Тело сразу приятно заныло. Альфа все это время следил за омегой, задержавшись взглядом на шрамах, рассекающих грудь, спину и руки. — Это я тебя так? – спросил он, указывая на них. — А? А, ты про шрамы. Да, я нехило так получил от тебя там в лесу. Если бы не песни, то ты меня, скорей всего, разорвал бы на куски. Торн нахмурился. Его темные глаза стали еще черней, в них появилась какая-то тягучая пустота. — Извини. Мне следовало извиниться раньше, ты меня спас, а я… В общем, прости за это. Я верну долг, как только появиться возможность. — Я не… не стоит… Я понимаю, что ты себя не контролировал. — Каким я был тогда? Лори встретился с черными глазами и отвернулся, уставившись на деревья. Лицо у него горело, он нервничал, находясь с Торном наедине. — Сначала ты был страшным. Большим, сильным и безумным. Ты, наверное, мог бы сломать меня как ветку. Просто переломить и все, - Лори ощущал, как меняется и неприятно густеет запах альфы. – Но я ведь тоже не принцесса. Вломил тебе между глаз, потом по яйцам, а затем спел колыбельную, после которой ты стал ласковым, как котенок. Ротанд посмотрел на Торна и чуть не рассмеялся, увидев, как тот изумился. Но альфа быстро совладал с собой и ухмыльнулся. — Между глаз и по яйцам, значит? — И не один раз, - сдерживал улыбку Лори. – Конечно, ты меня много бил и царапал, но зато потом неплохо дрессировался. Таскал мне мясо, носил на руках, защищал от охотников и масок… — Ха! Торн вдруг расхохотался, запрокинув голову. Лори смутился, но почувствовал радость, накатившую на него вместе со смехом альфы. — Удивительно! – сказал демон, и Ротанд заметил, что его запах перестал неприятно давить. – Не думал, что песни настолько действенны. Даже сильнейшие печати Со не могли вернуть мне разум, а тут колыбельная! — Ну… Думаю, это из-за различий в техниках, - Лори сбивчиво рассказывал о понимании своей силы, но Торн слушал внимательно, благодаря чему омега говорил уверенней. – Печати Со действуют по четко заданной схеме. Это же уже собранный и определенный рисунок, имеющий конкретную цель. Песня же – это просто поток Со, как его направишь, так он и побежит. Я могу воздействовать на разум, а спустя секунду уже стараться вылечить сердце. Тут нет четкой цели, тут больше чувства… Я даже не знаю, как объяснить эти ощущения… Ты словно обнажаешь душу, когда поешь, и чем откровенней с собой и своими желаниями, тем послушней песня… Несколько минут они молчали. Лори смущенно рассматривал свои руки, не смея поднять головы. Казалось, что если он сейчас поднимет глаза, то перестанет себя контролировать и что-нибудь ляпнет, о чем говорить не стоило. — Скажи… — М-м? — Там в лесу между нами ничего не было? Лори удивленно уставился на альфу, выражение лица которого не мог понять. Он что-то помнил? Или догадывался? Или ему рассказал Вален? В голове пролетело множество догадок и ни одна не помогала с ответом. — Не очень понимаю, о чем ты… —Я, - начал Торн, но его прервали. — Вот ты где! Перед источником стоял Солмон. Выглядел он рассерженным, и то и дело переводил взгляд то на альфу, то на омегу. — Отдыхаете? Лори испугался. Ссориться с кем-то из дома ему не хотелось. — Я уже закончил, - поднялся Торн, быстро выбираясь на землю и одеваясь. Лори лизнул взглядом его зад, просвечивающую сквозь мокрые трусы, но тут же отвернулся, ощущая колкий взгляд Солмона. — Ты залезай, отдохни. Мне пока нужно просмотреть письма. Торн чмокнул Солмона в щеку, после чего ушел, оставив двух омег наедине друг с другом. — Я, наверное, тоже пойду, - попытался встать Лори, но Солмон пихнул его назад, после чего быстро разделся и залез в воду. — Сиди уж. Давай поболтаем. Я же так и не поговорил нормально ни разу со спасителем моего альфы. Солмон улыбнулся, но почему-то от этой улыбки внутри все съежилось.