На планете Пекка

      Дела плохи. Из всей экспедиции в живых осталось лишь два человека. Капли серной кислоты бьются о стекло иллюминатора; двигатель больше не запустится, как и система синтеза кислорода; воздуха осталось ровно на полчаса. Ноора сидела на полу, прислонившись спиной к стене, и смотрела на фото красивой светловолосой девушки в своём коммуникаторе, это всё, что оставалось. Капитан Аувинен ходил по комнате весь поникший, взгляд его сам по себе опускался вниз, он еле-еле держался, чтобы не пустить слезу. Неужели это конец?       Не так они представляли исход экспедиции на новую планету, что окрестили Пеккой. Ноора успела дослужить только до капрала. Её карьера только началась, теперь девушка не построит её вовсе. Она вывела изображение милой блондинки на интегрированную линзу, сигнал был слабый и не защищенный, капитан случайно увидел её. Мужчина нарезал круги по комнате еще минут пять, а затем подсел рядом. - Кто это? – осторожно поинтересовался Аувинен. - Прошу прощения, сигнал слабый, пришлось разблокировать канал. – Ноора тяжело вздохнула. – Это моя девушка. – добавила она после короткой паузы. - Красивая. – Тихо произнёс капитан. - Она думает, что я мертва, и отчасти права. - К сожалению, это так, капрал. Ты была отличным спецом, Ноора. Ничего, что я называю тебя по имени? - Ничего, теперь можно. – она грустно усмехнулась. - Кислорода осталось на двадцать минут, а коммуникатор сдох. Ты была права – никто за нами не прилетит. - Не нужно большого ума, чтобы спрогнозировать это. О чём люди думают в последние минуты жизни? Каждый о своём. Наружу выходят все сожаления и потаённые желания, и ты понимаешь, что проживал свою жизнь не так, как хотел бы, твоя душа разрывается на мелкие куски от мысли о том, что ты никогда не изменишь её. Праздник закончится, а дальше что? Пустота, бесконечная тьма и полное бесчувствие. В тот момент Ноора больше всего сожалела о том, что пошла служить межпланетной ассоциации экологов и терраформеров. Никаких экспедиций, никаких ранений, никаких обязанностей. Сидела бы за столом и вторила бы основы терраформирования молодым студентам. Не было бы никакой Пекки, никакого кислотного дождя за окном, никакого капитана Аувинена. - Её зовут Санна. Капитан, я не хочу умирать без неё. – капрал впервые заплакала во время службы, а капитан вслед за ней. - Меня дома ждёт семья… - А меня уже не ждут. Вас они хотя бы не считают погибшим. Если бы не служба, Санна была бы рядом. Они собирались съехаться, остепениться, но Ноора сочла присоединение к ассоциации важнее. Как же она ошибалась. Совместные прогулки, поездки на спутник Ханнеле, бесконечная тёплая суета, та суета, которой ей не хватало. Просмотр столетних сериалов по ночам, голова Санны у нее на груди и совместный сон.       Ноора никогда не думала, что любит жизнь настолько сильно. Наверное, все перед смертью внезапно начинают любить жизнь. Однако, это можно объяснить инстинктом самосохранения. В двадцать втором веке человеческая натура никуда не делась. Все мысли заполнены Санной, она удалила все-все данные в коммуникаторе и оставила лишь одно фото. Ту же самую процедуру проделала с интегрированной линзой. Заряда на устройстве было крайне мало. - Я хочу спать, капитан. - Я присмотрю за тобой, Ноора. Постарайся уснуть.       Кислорода хватит максимум на двадцать минут. Ноора быстро погрузилась в состояние сна. Сна вместе с любимой женщиной.       Она отправилась в небытие, не переживая мучений от удушья. Коммуникатор отключился сразу же, как только перестало биться её сердце.       Санна считала её мёртвой. И была права.