Прекрасное несчастье

Гермиона ворвалась в больницу. Множество врачей снуют туда-сюда по коридорам. По громкоговорителю объявляют, чтобы некий доктор Джеффри прошёл в палату 394, в это время Гермиона подходит к стойке регистрации: — Здравствуйте, мне нужно к Северусу Снейпу! — взволнованно говорила девушка. — Минуточку… А, это наш только что поступивший. Авария. Вам нужно найти доктора Джеффри, он вам все объяснит, можете найти его в палате 394, — сказала девушка сидящая за стойкой. Гермиона быстро пошла к лифту, но тот слишком долго ехал, поэтому она побежала по лестнице. Девушка нашла нужную палату, доктор Джеффри стоял к ней спиной и что-то говорил стоящей рядом медсестре, а она записывала. Подойдя ближе, Гермиона увидела его. Северус лежал на больничной койке без сознания с перемотанными руками и головой и с большой повязкой на шее. Гермиона закрыла рот руками от увиденного. Бедный Северус. — Здравствуйте, вы знаете его? — спросила медсестра Гермиону и девушка кивнула. Тогда к ней повернулся сам доктор. — Вы должно быть мисс Грейнджер, если я не ошибаюсь. Меня зовут доктор Джеффри, я лечащий врач мистера Снейпа. Пожалуйста, пройдемте в мой кабинет для нашего разговора.

***

Гермиона вместе с доктором вошла в его кабинет. В кабинете было уютно. Много книжных полок с книгами о медицине, на столе стояла фоторамка с фото счастливой семьи. — Мисс Грейнджер, для начала, кем вы являетесь для мистера Снейпа? Если вы не член его семьи, я не могу разглашать вам информацию, — сказал Джеффри с максимально серьёзным лицом. — Я его невеста, — солгала Гермиона и поменяв за спиной место кольца, показала ему безымянный палец. — Хорошо, тогда начнём. Мисс Грейнджер, мистер Снейп попал в аварию, но вы не волнуйтесь, с ним все будет хорошо, он почти не пострадал, не считая осколков стекла, которые мы тут же нейтрализовали, самый большой осколок попал мистеру Снейпу по горлу, ему повезло, что он не задел жизненно важные артерии, иначе мы бы с вами сидели не здесь, а были у морга, — на последнем слове, доктор усмехнулся, а вот Гермионе было не до смеха. — Через пару дней его можно забрать домой, но ему нужно будет каждый день принимать кое-какие лекарства и обрабатывать его раны мазью, на шее два раза в день нужно менять повязку, чтобы не произошло заражения, около недели, а может и двух, он не сможет говорить из-за повреждённых тканей, ему попросту будет больно, все указания мы дадим вам при выписке в виде списков, а сейчас, если хотите, то можете немного побыть с ним в палате, только не долго, уже достаточно поздно, — закончил свой монолог доктор. Гермиона выдохнула. Всё ее нервозное состояние понемногу начало отпускать ее. С ним все будет в порядке, а это главное. Ещё немного обсудив детали с Джеффри, Гермиона пошла в палату 394.

***

Он лежал без сознания. Бледнее обычного он лежал на почти такой же белой постели, волосы аккуратно лежат на подушке, бинты на руках и шее, царапины на лице и умиротворённое лицо. Таким спокойным Гермиона видела его только спящим, но это было совсем давно. Девушка села на край больничной кровати и взяла его за руку. — Тёплая, — Гермиона грустно улыбнулась и погладила большим пальцем тыльную сторону руки. Рука Северуса чуть сжала тонкие девичьи пальцы и посмотрев на Северуса, Гермиона увидела, что он очнулся. — Гермио…- девушка не дала ему договорить ее имя. — Тише, тише, — тебе нельзя разговаривать, доктор Джеффри запретил. Гермиона улыбнулась мужчине и ответно сжала руку.

***

Прошла неделя после аварии и Северуса выписали, но прописали строгий домашний режим и молчание на протяжении недели, до осмотра доктора, также ему нужна была медсестра, которая должна менять повязки и следить за соблюдением всех рекомендаций: «Что? Какая мед.сестра? Мне не нужны няньки!» — написал Северус на листе бумаги. Северус отказывался выписываться, он не хотел чтобы за ним наблюдали, как за маленьким ребёнком. Джеффри позвонил его матери. Эйлин всё еще не было в Лондоне, но она должна была вернуться через неделю, но Северуса всё также не устраивала идея нахождения какой-то незнакомой женщины в своём доме, даже с недельным сроком.

***

Гермиона приехала домой, хотела немного отдохнуть после тяжёлого дня и принять холодный душ, но её планы сорвал телефонный звонок. На телефон высветился номер Эйлин Снейп. — Ало, — голос Гермионы был уставшим из-за бессонных ночей. — Здравствуй, моя дорогая, Гермиона, милая, у меня к тебе есть просьба, — голос Эйлин звучал взволнованно. — Эйлин, у вас всё в порядке? — Да, у меня все хорошо, я хотела тебя спросить, ты не могла бы быть с Северусом до моего приезда, он категорически отказывается от предоставленной больницей мед.сестрой, я просто не знаю что мне делать, ты же знаешь Северуса. — Я могу, но только если не больше недели, мне нужно лететь обратно в Нью-Йорк,- изначально Гермиона хотела отказаться, но она не могла отказать Эйлин. Она всегда хорошо к ней относилась и после расставания с Северусом, они пару раз общались. Женщина поддерживала её. — Спасибо, дорогая, забери его, пожалуйста, сегодня вечером из больницы, я предупрежу доктора Джеффри, ещё раз спасибо, — звонок оборвался и устало вздохнув, Гермиона пошла в душ.

***

Вечером Гермиона заехала в больницу за Северусом. Она зашла в больничный холл, где он ее ждал. — Привет, — Гермиона подошла к мужчине и села на стул рядом. Вид у него был не очень, но лучше, чем при попадании в больницу. Волосы собраны в хвост, белая хлопковая футболка и джинсы. Теперь это обычно для Снейпа. Раньше строго чёрный цвет и рубашка с брюками. Профессор Снейп остался в прошлом. Теперь он просто Северус Тобиас Снейп. Владелец книжного кафе. — Ну, что? Поехали домой? — Гермиона нежно улыбнулась. — «Не нужно разговаривать со мной, как с ребёнком» — написал Северус на планшете. Колким он так и остался. Северус встал со стула, и не дожидаясь Гермионы пошёл к выходу. Гермиона догнала его, когда он укладывал вещи в багажник. — А ты не веди себя как ребёнок! — Гермиона села за водительское место, хлопнув дверью и стала ждать Северуса. Северус сел в машину на соседнее место и протянул ей планшет с запиской. — «Потому что мне не нужна нянька»! — Не волнуйся, моя компания не будет тебе в тягость, всего неделя и ты меня больше не увидишь, я улетаю в Нью-Йорк. Если бы не твоя мать, которой я не могла отказать, я бы давно была бы там, — Гермиона сама не поняла откуда в ней вспыхнул такой гнев. Она нажала на газ и они поехали в дом Северуса.