И мести этой ничего не будет краше

      Ангелы очень амбициозные. Всего за несколько дней они могут построить мини-район для новых прибывших душ. Могут за час написать отчёт с нуля за прошедший месяц. И всегда всё сделано слишком идеально, ведь многие ангелы перфекционисты. Даже новые прибывшие меняются в эту сторону, изменяя своим старым жизненным привычкам.       А вот старички, которые ещё помнят жар песка в Эдемском саду, которые собственноручно рассыпали на пустое полотно небес горстки звёзд и наблюдали за жизнью Божьих созданий на протяжении шести тысяч лет, кажутся намного идеальнее. Лучше. Непостижимее.       Они - единственные существа, которые выполняли личные приказы Господа или передавали информацию о приказах для новеньких; никогда не обсуждали их содержание и не сомневались в правильности решений; холодно выполняли самую грязную работу для улучшения этого мира.       Первые существа созданные Богом и никогда не являющиеся людьми. Они не понимали многих эмоций, поэтому смотрели на всех холодно и безразлично. Цель их существования - служение своему создателю. Какими бы пожелания не были, сделают все быстро и противно идеально. Слишком холодные. Слишком совершенные. Одно сплошное «слишком».       Но и у таких есть свои недочёты. Лишённые фантазии и собственной инициативы они остаются в подвешенном состоянии в промежутках между приказами. Скитаются по всему Белому королевству в поисках дела, дорабатывают проекты малых ангелов и лезут в каждую щель, являясь затычкой везде, где можно и нельзя. А во время работы с людьми пытаются перенять от них хоть немного эмоций, что выглядит ещё более отталкивающе и непривычнее с их стороны.       Смехотворно и жалко.

- Какая встреча, Люцифеер!       Хотя и в таком дерьме бывают исключения.

- Гавриил! Просил же, звать меня Сатаном.       Разворачиваюсь и вижу идущего ко мне в тёмном пиджаке мужчину. Как всегда, застегнут на все пуговицы, галстук фиолетового цвета, идеально дополняющий и подчеркивающий такого же оттенка глаза, и уложенные волосы. Да уж, перфекционизм у «старичков» был заложен в самом начале, но вот он тут - единственный нормальный мужик.       Или какие там бывают ангелы, гермафродитные, да? Ну и черт с ними, главное - классный чувак.

***

      Пришлось мне однажды явиться на землю по очень важному делу. Чрезмерно важному. Просил никак меня не беспокоить, пока я занят делами.       Так вот, захожу я, значит, в бар, заказываю виски и ужираюсь в хлам. После второй бутылки стараюсь не сильно клонить влево со стула на пол во избежание повреждений моего прекрасного лица, так что крепко хватаюсь за край стойки. На Земле кризис, развалилась великая держава моих любимых подвидов людей. Они такие хорошенькие, всегда могли отчебучить какую-нибудь красивую гадость, а теперь...       Там щас так плохо и напряжённо, что люди не проделывают ничего удивительного, их мысли затуманены своими проблемами. Я вполне уверен, что это благодаря моим работникам. Мелкие и крупные преступления, кражи и убийства - для Ада это очень хорошая нажива, но.. Всё так скучно и банально, такая работа как-будто незаслуженная и негодная.       Вот ведь блядство.

- Я, чёртов Сатана, должен радоваться такому раскладу!       Подняв стакан с жидкостью, я опустошил его и с силой поставил на место. От резкого движения и потери точки опоры, меня начало шатать во все стороны и всем весом я завалился на стойку. Уткнувшись лицом в сложенные руки, я медленно пробурчал в тёмную ткань пиджака:

- Тогда почему мне так от этого хреново?..       Конечно, лежать мордой вниз и пиздеть на мир - это прекрасно, но это закончилось от одного мощного удара ногой в дверь и громкой фразы:

- Здравствуйте!       Я даже смог повернуть лицо в его сторону и увидеть, как какой-то чувак споткнулся об порог, и чуть не ёбнулся вперёд лицом, но, ебать, с божьей помощью, не иначе, удержался на ногах. Он выпрямился, осмотрел весь бар своими фиолетовыми (какого хуя, новомодные линзы?) глазами, скривился и прошёл дальше, не понижая голоса, говоря:

- Какие же заебавшие рожи меня окружают, прости Господь.

- Ну что же ты так орёшь, джентльмен сраный! Тут люди спиваются от радости и горя, а ты выбиваешь дверь и доёбываешься!       Забыв о своём состоянии, я схватил бутылку и налил полстакана напитка (попытка попасть в бокал и не разлить содержимого не удалась, так что бармен очень печально смотрел на стол с лужицей виски). Мужик стоял и вдуплял на это все, а когда я толкнул стакан вправо по поверхности, то нахмурил свои брови и внимательно стал разглядывать меня.       Я мрачно усмехнулся ему.

- Выпей и не ори.       Должно быть, рассмотреть моё лицо ему так и не удалось: чёрные волосы растрепались и закрывали глаза, доходя до носа. Он словно сканером прошёлся взглядом по помятому пиджаку, торчащей рубашке и мокрым от разлитого алкоголя брюками.       Видок отпад. Прямо вот хоть щас бери и трахай, ага.       Мужик поджимает губы и наконец-то начинает движение в мою сторону. Садится за стол, берёт в руки стакан, недоверчиво принюхивается и разом опрокидывает в себя всю жидкость.       Грёбанные волынки, он даже не поморщился!

- Ну как?

- Знаешь, - он перевел усталые глаза на меня. Ух ты, я как будто посмотрел в зеркало: такие же темные синяки и потухший взгляд, - отвратительно. До сих пор не понимаю, зачем люди это пьют.       Тем не менее, в противовес своим словам, он уже сам налил себе добавки и медленно цедил её, снова развернув голову.

- Ну, у тебя, по крайней мере, неплохо получается.       После этого мы молчали. Долго молчали, пока его стакан не опустел снова.       Мужчина посмотрел сначала на бутылку, затем на меня.       Серьёзно?       Спаивать людей, конечно, грех, но не зря же я сам Сатана?

- Что, плохой день?       Я разлил остатки виски по обоим стаканам, отдавая пустую бутылку бармену и непринужденно кинув жест, чтобы тот принес ещё одну.

- Ужасный. Хочу, чтобы это прекратилось, но оно все продолжается, продолжается и продолжается...

- Как я тебя понимаю...       Должно быть, это задело его за больное.

- Понимаешь!?       Его крик в самое ухо принёс мне ужасную стреляющую боль. Мужик резко развернулся на стуле, так что его волосы слегка выбились из прически. Он выставил руку вперед и стал трясти ею с каждым словом все сильнее.

- Да нихрена ты меня не понимаешь! Эти тупорылые пернатые нихуя не делают. Нихуя! Я им лёгкие просьбы - они игнор. Я им готовый разжёванный план, а они, блять, заваливают сроки!

- Стой, стой, стой, - я одной рукой зачесал волосы назад и ткнул в его грудь пальцем.

- Какие ещё пернатые? Ты кто, нахуй, такой?

- Я грёбаный архангел Гавриил!       Ничего себе, так не только в аду так херово.       Пока я в был в прострации и думал, как же всё-таки мне угораздило встретить главнокомандующего архангела, этот самый архангел обхватил голову руками и стал раскачиваться из стороны в сторону, бормоча себе под нос:

- Все такие неблагодарные, ведутся только на кнут. А я что? Я архангел, я не могу.. точнее, не хочу этого делать.. Они же мои братья.       Ох бля, ли ж бы не растёкся лужицей прям передо мной. И так дерьмово на душе, так ещё и он на мозги капает. Чтобы тот сильно не раскисал, я слегка похлопал его по спине.

- Ну, блять, мои пытаются залезть в котлы погреться, вместо того, чтобы работать, так что, у вас всё не так уж и плохо.

Но я их понимаю - дубак у них там, конечно, отменный..       Гавриил хмыкнул, даже не отстраняясь от руки мужчины, хлопающей его по спине.

- Да что там котлы, вот мои до сих пор пытаются залезть в Эдемский сад.       Я уже едва сдерживал смех - ангелы оказались намного тупее и интереснее, чем я мог себе когда-то представить. я хотел было уже сказать об этом, но не успел и рта открыть, как мой собеседник вновь начал гневную тираду

- Ещё и этот, блять.. "Ему нужно внимание, корми его, гуляй с ним". А у меня работа, понимаешь?!

- Пёс?

- Муж.       От такого поворота я охуел, конечно.

- Пф, братан, я вообще Бога кадрю.       Архангел в недоумении поднял голову, с ног до головы окинув меня своим взлядом. Кстати, я так и не разобрался с этими чёртовыми глазами - какого хера они фиолетовые?!

- Не похоже, чтобы Бог клюнул на обычного бомжа алкоголика.       От такой наглости я едва не выплеснул в его слишком идеальное лицо бокал виски.

- Я, мать его, Сатана!

***

- Поверить не могу, ты час бухал с Сатаной и думал, что он ебанный БОМЖ! На кой хуй ты рассказал кем являешься!?

- Я собирался стереть тебе потом память. Поверить не могу, что жаловался на мужа самому Лукавому.

- Ты на меня жаловался?       Ух ты ж бля, посмотри кто тут у нас.       К нам подошёл низенький мужчина с белыми волосами в бежевом плаще - херувим Азирафель. При нем всегда клетчатая бабочка на шее, ручные часы, висящие из кармана жилетки, и дурацкая милая улыбка на лице.       Он не холоден и не бесчувственен, неет. Этот хрен слишком любит своего мужа и людей. А ещё он заставляет великого война и полководца всех ангелов заикаться и краснеть.

- Я н-ни в коем случае на т-тебя не жаловался!       Обожаю наблюдать эту комедию. Моя личная Санта Барбара. И всегда в плюсе остаётся Азирафель.       Он как раз сейчас прищурил глаза и с улыбкой наблюдал за не умелыми попытками мужа ответить на вопрос.       Видать, нам обоим нравилось наблюдать как великий воин и полководец всех ангелов заикается и краснеет.       Всех это устраивало.

- Ладно, дорогой, я тебя не упрекаю, - Азирафель встал между мной и Гавриилом и стал поглаживать плечо своего мужа - тем более, это я тогда забирал вас из бара.       Ладно уж, что там врать, он заставлял краснеть нас всех.

- Так, слушай, ты обещал никому не рассказывать об этом! - я предупреждающе поднял руку, не желая вспоминать это.       Я одновременно и проклял, и благословил тот день.       Проклял, потому что я смог за один день опозорить себя сразу перед двумя членами оппозиции.       Вся суть в том, что когда мы перемыли косточки своим рабочим, то перешли на объекты нашей симпатии. После того, как были перечислены их недостатки и озвучены причины, по которым они тупы и ужасны, мы выпили ещё две бутылки, и перешли к тому, насколько они прекрасны и почему мы их любим. Я кричал на весь бар, что Бог тот, с кем я хочу быть остаток своей жизни, в то время как Гавриил сжимал в руках мою рубашку и говорил, что его "Зирочка, звезда очей моих", лучшее что случилось с ним, и он готов отправится вместе с мужем даже во Францию во время революции за блинчиками.       А ещё хуже то, что когда мы выпили вдобавок ещё пару-тройку бутылок, то не могли сделать и пары шагов. Зато смогли позвонить Азирафелю.       Первое, что он увидел, входя в бар - это как его муж расстилает для него свой пиджак на пороге, стоя на четвереньках.       Я в этот момент стоял рядом и умолял его позвать Бога для встречи.       

Ну как после такого дерьма не стать друзьями?       Азирафель молча поднял нас на ноги (охереть какие у него сильные руки, я даже на минутку испугался), затащил в ближайший кэб и повёз домой. Пока мы ехали в машине, водитель косо смотрел в зеркало, беспомощно наблюдая за тем, как мы оба дышим перегаром в лицо херувиму и пытаемся связать два слова, пока он поглаживает нас по голове и укладывает на колени.       Благословил я тот день, потому что наткнулся именно на этих придурков, которые могут хранить секреты.       И притаскивать Сатану к себе домой, когда он орал вам в уши о любви.

***

      Проснулся я на мягком диване, с раскалывающейся головой и запахом какао. Теперь это сочетание преследует меня всегда, когда я вижу эту парочку. Ну, кроме мягких подушек.       Я смог уговорить их держать рот на замке об этом «инциденте» за пару старых книжечек: каких-то старых предсказаний и порнографии.       Я не стал расспрашивать.       В итоге, сейчас я пытался свалить из омута голубых и фиолетовых глаз, пока весь рай не услышал, как Сатана ползал на коленях.       Оставив Гавриила на растерзание (которое ему нравится) Азирафелю, я быстро смылся в сторону лифтов.       Створки разъезжаются, захожу в кабинку лифта. Разворачиваюсь к табло и жду, пока под последним этажом появится дополнительная кнопка. Вот она уже загорается ярким светом, а вокруг появляется ореол узоров.       Бог всегда любил эффекты и красоту даже в таких мелочах. Это всегда можно увидеть в его неопрятно уложенных кудрях. В этих позолоченных запонках в виде крыльев. В его незамысловатом человеческом имени. К слову, Эос. Твою ж чертовку – Эос! Это ж надо было додуматься..       Его непринуждённости движений и манере речи.       Его смех, голос и порхания рук плотно засели в моей голове, ставясь на перемотку в моменты уединения.       Его обращения ко мне, снисхождение в разговоре и мимолётные касания, граничившие с чем-то большим, но не переходящие границы допустимого.       Его отдаленность и возвышенность, выраженная даже в том, что он не живёт в Белом королевстве, а создал дом на самой высокой точке в мире, на этаж выше своего кабинета.       Я проебался, ещё тогда, в Начале, когда я видел его голубо-синие глаза в слезах во время моего падения. И сейчас, выходя из лифта и увидев его на парящих подушках, я продолжаю проёбываться, зависая от его спокойного лица и стройного тела.

- Рад тебя видеть, дорогой Сатан.       Его манера резать без ножа удивительна.

- Взаимно, дорогой Эсси.       Он поднимается на локтях и впивается в меня синим взглядом.

- Зачем пожаловал в мои покои?       Я спускаюсь по ступени вниз, проходя ближе к центру.       Его дом, по сути, сложно назвать именно "домом". Это безграничные апартаменты в бежевых тонах, мебель в которых всё время перемещается, исчезает и появляется по желанию хозяина. Вместо потолка видно голограмму космической системы, а в панорамные окна можно разглядеть весь мир. В буквальном смысле.       Так что, ступая своими кожаными туфлями по появившемуся бежевому ковру, я засунул руки в карманы брюк и притворно обиженно проговорил:

- Разве я не могу навестить моего старого друга? Всё-таки мир, свадьба, все дела.       Подушки преобразуются в ложе, и теперь он лежит на боку, опираясь головой на согнутую руку. Полы его синего халата затянуты поясом, стройные ноги перекрещены в голенях.

- И что, ты пришёл с пустыми руками праздновать примирение двух миров?

- Да за кого ты меня считаешь?       Высовываю руки и складываю их в молитвенном жесте. Через пару мгновений расцепляю ладони, и между ними появляется бутылка вина.

- Ради такого стоило выбрать что-то стоящее. Как тебе наше любимое Chateauneuf-du-Pape?

- Оох, теперь я узнаю тебя, Сатан.       Между нами появляется миниатюрный стол с разными ножками. На нём стоят два бокала и тарелка..

- А сыр нахуя? Ты что, шутишь?

- Чем тебе не нравится сыр? - Эос теперь сидел и открывал бутылку с вином.

- Да он блять с плесенью!

- Да, такой сыр существует, мой дорогой, и он вкусный.       Для того чтобы показать, что это действительно съедобно, он берёт пальцами это зелёное нечто и засовывает в рот. Потом тщательно пережевывает, одновременно наблюдая за тем, как моё лицо кривится. Глотает и улыбается, показывая свои ровные зубы.       Вот же сука такая.

- Не не, так не пойдёт! Эту хуйню добывают в прямом смысле из сосков коровы, потом добавляют какое-то дерьмо и плесень. Всё это варится, потом сушится и просто пиздец.

- Здесь ещё есть орехи, очень вкусн..

- ТАМ ЕЩЁ И ОРЕХИ ЕСТЬ!       Он ничего не отвечает, просто разливает вино по бокалам, продолжая улыбаться, пока я зажимаю нос рукой, стараясь не дышать этим подобием сыра. Мне показалось, или оно пошевелилось?

- Нет, в честь такого случая, мы будем есть мясо.       По щелчку пальцев тарелка с сыром сменяется нарезкой копчёной колбасы и ветчины. Эос как ребёнок надул губы и наиграно прятал свое разочарование за бокалом, но его рука уже тянулась к тарелке.       Соблазнять Бога можно только едой. Красиво выложенной и блестящей. Тортами, пирожными, вином, рыбой - чем угодно.       Бог это сорока, ага. Или еврей, с его-то кудрями.       А я русский. Русские теперь не отцепятся.

- Знаешь, я после свадьбы сразу свалил, думал, ничего интересного не будет...       Эос подавился куском ветчины и сразу начал глотать вино из бокала - видать, я снова всё проебал. Пиздец.

- Ну.., - он откашлялся, но его глаза покраснели от наступивших слез, - честно говоря, если бы ты там был, мне было бы легче.. сдержать... этого..

- Арса ёбнутого?

- Неет...

***

      Антон расстёгивал пиджак в кабинете, когда туда же зашёл Арс.

- Ну всё, я пошёл домой.       Арс остановился в дверях, удивлённо поднял брови после фразы и стал наблюдать, как Антон складывает пиджак пополам и закидывает на плечо.

- Стой, я-то думал, Бог уже приказал собрать все твои вещи, разве нет?

- Конечно, все вещи готовы.       Его голос раздался за спиной Арса, а когда тот всё-таки отступил от прохода, Бог прошёл через кабинет и сел за свой стол:

- Их было немного, так что, переезд будет быстрым.

- Какой переезд?       Руки на пиджаке сжались, и Антон стал переводить взгляды с Арсения на Бога и обратно.

- Какой ещё переезд?

- Ооуу.., - Бог шокировано посмотрел на Арса, - Ты ему не рассказал?

- Нет, это же понятно.

- Так, что он мне не рассказал? Что понятно то? - ангел развернулся к богу и опустил сжатые кулаки, так что теперь пиджак касался пола. - Мне вот ничего, слышите, НИЧЕГО щас стало не понятно. Этот черт, - он указал рукой в сторону притихшего демона и теперь его голос становился всё истеричнее, - ничего мне говорил. Я понял так, что я просто подпишу бумаги для вида и свалю в закат! А теперь вы говорите о каком-то грёб.. Извините, матерится можно? - Эос во время его пламенной речи сердито наблюдал за реакцией Короля и в ответ на вопрос ангела просто кивнул в знак согласия, - Спасибо. Так вот.. А сейчас вы говорите о каком-то ГРЁБАННОМ ПЕРЕЕЗДЕ?!

***

- Он че, действительно спросил разрешения?

- Да я сначала даже не заметил, я в тот момент хотел придушить этого твоего заместителя, потому что, ну почему это происходит со мнооой...       Эос не любил споры. Он их не выносил. Помните, там, разные войны, разногласия? Он либо всех уничтожал, либо уходил спать на несколько веков. Поэтому вся эта ситуация, когда одному ангелу открыли глаза, демон стоит и нихуя не делает, а у Эоса начинается нервный тик и маниакальное желание убивать, вызывала у меня истеричный смех.

- Хватит ржать, я всё-таки держал себя в руках!

***

- ДА КАКОГО ХУЯ ЭТО ПРОИСХОДИТ СО МНОЙ?! НИКОГО ДРУГОГО, ЧТО-ЛИ, НЕ НАШЛИ?

- Успокойся, Антош, они уже исполнили моё пожелание, всё собрали: твои брюки, носки и ещё от себя шарф положил - в Аду, всё-таки, прохладнее, чем здесь. Я там, конечно, не бывал, но Сатан рассказывал. В отличие от некоторых.., - последние слова он проговорил в сторону Арса, который, поймав его холодный взгляд, нервно сглотнул.       Рука с пиджаком резко дёрнулась вверх к лицу ангела и одновременно в сторону говорящего Бога. Сжатые кулаки только сильнее сминали ткань.

- Я, сука, спрашиваю: ЧТО ЗА ПЕРЕЕЗД, Вы мне называете, блять, шапочно-носочные изделия! Нет вопроса "В чём?", блять.

- Антон.       Посмотрите-ка, кто отмер.       Арсений подошёл к ангелу, внимательно смотря прямо ему в глаза.

- Ты сейчас орёшь на Бога.

- Не тебе, чертёнок, мне указывать! Как я понял, виноват ты!       Огрызнулся парень, но всё же умерил свой пыл, громко засопев носом. Что уж поделать - демон был прав. Антон громко вздохнул и прикрыл свободной рукой глаза.

- Ладно, хорошо, так как я ничего не знаю, объясните мне все по пунктам.       Он метнул умоляющий взгляд на Бога, но получил только злое фырканье. Так что теперь заговорил уже Арсений.

- Как ты знаешь, между нашими начальствами идёт древняя борьба. - он выставил руку вперёд, когда Антон уже набирал воздух в лёгкие для саркастического ответа, - и было решено на важном заседании провести свадьбу между представителями двух сторон.

***

      У меня колбаса изо рта вывалилась из-за хрюка и плохо сдержанного смешка.

- О чёрт, Арс часто начинает всё приукрашивать и говорить, как в своё время.

- О, своё время? Да, тогда (когда, я забыл) было прикольно, - Эос откинулся на подушки, сложил руки с бокалом на животе и с весёлой улыбкой смотрел на сидящего напротив Сатана, - но когда он начал, как ты говоришь, затирать про то, что эта свадьба является в прямом смысле спасением всего сущего и мы, то есть мы с тобой, наконец-то прекратим эту войну, я решил сменить гнев на милость.

- Ты про себя ржал с него.

- Ну может чуть-чуть! - он начал смеяться, жмуря глаза и пряча широкую улыбку за бокалом. Допив всё вино, Эос поставил его на столик и продолжил:

- Но особенно мне весело стало после того, как Антон резонно спросил, почему выбрали именно его, парня ангела, а не девушку.       Я цокнул:

- Это он зря.

- О, я это понял уже потом.

***

- Я правильно понял, у тебя есть дочь?       Антон и Арсений стояли напротив друг друга, и первый упирал руки в бока, как дикая птица наклонив голову.

- Да, её зовут Кьяра.

- Ага.. хорошо.. И она не на твоём месте потому что.. давай ещё раз, для тупых.

- Она слишком мала.       Эос с самого начала отказался участвовать в этом и теперь смотрел на спор молодожёнов, сидя за столом.

- Хорошо, мала... Сколько ей лет, мой дорогой муж?

- 105

***

- Я услышал в тот момент столько матов, от "хитровыебанный рогатый пиздабол" до "я засуну эту справку тебе в рот через задний проход". В итоге, пока ангел показывал свои таланты в скверных словах, знаешь че сделал Арсений?       Я сдерживался, чтобы не заржать во весь голос, поэтому сделал глубокий вдох и тихим шёпотом спросил:

- И что же?       Эос подтянулся на подушках и яростно ответил:

- ОН СВАЛИЛ!

***

- Куда он делся?! Он чё, совсем охуел, помощник Сатаны хренов, я так и понял. Боже, ну почему я? Что со мной не так, если от меня сейчас удрал КОРОЛЬ АДА?

- Успокойся, он никуда не денется. Я его найду.       А потом холодным тоном добавил:

- Не обессудь, если я покажу тебе только бездыханное тело.

***

- ВОТ ЖЕ ЧЕРТОВ ГЕНИЙ       Я начал громко хохотать и старался не допустить наружу подступающее похрюкивание. Пока я бился в истерике и утирал рукой слезы, Эос сдерживал смех, поджав губы.       Выдохнув, я пытался выравнять дыхание, но приступ смеха снова накатывал, и я, как рыба, открывал рот, делал глубокие вдохи и снова начинал задыхаться от хохота.       Только через 10 минут я смог выговорить:

- Я обязательно поговорю с ним, если не умру от нехватки кислорода.

- Я надеюсь, потому что мне пришлось разговаривать с Антоном.       Подтянувшись, я соединил руки и поставил на них подбородок.

- И чё дальше? К чему пришли?

- Нууу.. Я поговорил с ним на тему спасение человечества, попросил меньше материться, всё-таки, это человеческий грех, а потом он как-то неожиданно согласился всё-таки переехать.

- Неожиданно?

- Совершено верно, мой дорогой.       Я подозрительно прищурился и, выдержав только минуту моего взгляда, Бог ответил:

- Я сказал, что Арс хорош в сексе, и Антон так покраснел, что быстро согласился и сбежал.       Я прыснул со смеху, но только потом до меня дошло:

- В каком смысле он хорош в сексе? Откуда ты блять знаешь?       

И пока Бог рассказывал Сатане о слухах в Раю, один конкретный ангел приближался к особняку, а единственный Король Ада готовился к трудностям в жизни.