Two stories about someone

— Хватит пялиться на меня. Ты в курсе, что очень палишься, когда ни на секунду не отворачиваешься? — хмыкает Чейз, шепотом одергивая сидящего рядом Ноена, который неотрывно смотрит на него уже минут так пять. Тот сразу вздрагивает от неожиданности, несколько секунд тупо моргая и чувствуя, как щеки обволакивает жар румянца. Чейз же выжидающе вскидывает бровь, усмехаясь и просто наблюдая за его реакцией. — Ну-у? Что скажешь? Или язык к небу прирос? — Я-я… Я н-не. Н-нет… П-прости… — заикаясь, испуганно лепечет Ноен, ведь в его голове придумано уже около 10 сценариев, как и куда его ударит Чейз сейчас за то, что Ноен так пристально смотрит на него всегда, наблюдает. Просто было уже подобное, и ничем хорошим не закончилось, так что сейчас Ноену действительно страшно. А еще стыдно, из-за чего он кусает губы, опустив голову и нервно теребя край своей футболки. Сдается сразу, даже не успев толком начать сопротивляться и попытаться хоть как-то оправдать себя. — Я п-просто… — обрывает собственную речь на полуслове тяжело вздохнув. Все равно бесполезно, и они оба это знают. — Эй, ну ты чего так расстроился? Я же ведь не говорил, что это плохо. — сразу смягчается Чейз, так как сохранять серьезный и даже надменный слегка вид, смотря на это распереживавшееся чудо, у которого уже даже слезы на глаза наворачиваются, просто невозможно. Чейз раскрывает руки для объятий, мельком глянув на остальной класс, чтобы убедиться, что никто не смотрит в их сторону и что они вообще не привлекают лишнего внимания. Нет, всем абсолютно плевать, ну или они делают вид, но Чейза оба варианта устраивают. — Ну-ка, иди сюда. — зовет Чейз, тепло улыбаясь. Ноен смотрит на него, не моргая и, похоже, не совсем вообще понимая, что происходит и чего от него хотят. — Я долго ждать буду? Иди ко мне, пока я не переду-у-умал. — подзывает его Чейз раскрытыми ладонями, угрожая скорее шуточно, чем действительно имея это в виду. Но на Ноена это все равно действует: он тихо всхлипывает, резко мотнув головой, и несмело придвигается чуть ближе так, что теперь Чейз уже сам может утянуть его в объятия, что сразу же и делает. Еще и руку запускает в волосы Ноена, медленно поглаживая в успокаивающем жесте. — Хей, ты чего? Зачем же плакать? — уже даже слегка растерянно спрашивает Чейз, когда чувствует, что его кофта в районе плеча, как раз куда Ноен лицом утыкается, намокает. Уж такой реакции он точно не ожидал. — Мистер Мак, можно нам выйти? Ноену плохо. Спасибо. — на этот раз Чейз говорит достаточно громко, обращаясь к учителю, но при этом и не подумав хотя бы взглянуть на него, ведь Ноен ему важнее и, не дождавшись ответа, обращается уже как раз к нему. — Давай, поднимайся, пойдем отсюда. Чейз аккуратно встает и медленно тянет Ноена на себя, уводя за собой к выходу под взглядами мигом повернувшихся к ним учителя и учеников, которые полностью игнорирует. Из кабинета они выходят молча, будто не слыша позади возмущенного окрика мистера Мака, и до пустой аудитории тоже доходят в тишине. Ноен немного успокаивается за это время, но Чейз все равно не отпускает его руки, переплетя пальцы и гладя его ладонь большим пальцем по тыльной стороне. А Ноен и не против, так даже лучше. — Что случилось? Я как-то тебя обидел? Ты до сих пор волнуешься ведь. Что не так? — интересуется Чейз сразу же, как только они оказываются в музыкальной аудитории среди неизвестного количества различных инструментов. Чейз закрывает дверь, чтобы им никто не смог помешать, а Ноен тем временем отходит к окну, приоткрыв его, чтобы попытаться полностью прийти в себя благодаря потокам свежего воздуха. На пару минут в аудитории повисает тишина, которую Чейз вскоре прерывает тихим: «Расскажешь?». Но Ноен вместо ответа, помотав головой, лишь снова всхлипывает, вновь срываясь на эмоции, которые пусть и хочет, но сдержать не может. Он обхватывает собственные плечи руками, вновь опуская голову и начиная дрожать. Чейз тут же подходит к нему, опять заключая в свои объятия, прижимая к себе посильнее и успокаивающе гладя по спине. — Ну ты чего же это, маленький? Действительно так сильно перепугался, что тебя поймали? — догадывается Чейз, и Ноен тихо угукает ему в ключицу, шмыгая носом. И пусть ответ не только в этом, но об этом Ноен, может быть, расскажет Чейзу позже, если тот сам того захочет. — Ну и зря, опять же, я ведь не сказал, что это плохо, и точно так не считаю. Наоборот, это все ведь очень даже хорошо. — напоминает свои же слова Чейз, дожидаясь, пока Ноен поднимет на него взгляд, что тот и делает спустя несколько секунд молчания. — Ты же ведь мне тоже нравишься. И я совсем не хотел тебя пугать и обижать, прости за мою реакцию. Я просто хотел немного пошутить, но, видимо, это вышло слишком грубо… Извини, что так вышло… Чейз наконец переходит к самому главному и серьезному, искренне признаваясь и извиняясь, признав свою вину. И Ноен из-за этого мгновенно забывает про слезы, в удивлении воззрившись на него и, кажется, даже про дыхание забыв на минуту, а про моргание уж тем более. — Чего ты так смотришь на меня? — чуть улыбается Чейз, когда тишина затягивается, и Ноен наконец отмирает, наконец делая глубокий вздох и как-то отрывисто кивнув неизвестно на что. — Т-ты… П-правда? — спрашивает Ноен аккуратно, и голос снова слегка дрожит от неуверенности и смущения, и глазами все еще удивленно так хлопает, что Чейз не может не улыбнуться еще шире, ведь выглядит Ноен в этот момент действительно очаровательно, пусть Чейз обычно такие слова вообще не употребляет. Но с Ноеном удержаться невозможно, ведь он правда именно такой. Очаровательный. — Ты с-серьезно? — Это ты о том, правда ли ты мне нравишься? — интересуется Чейз, найдя наконец в голове нужный вопрос. Ноен смущенно кивает, отведя взгляд. — Конечно. Насчет чувств я никогда не вру. Ни-ког-да. — даже по слогам произносит для большего эффекта. Ноен в ответ снова шмыгает носом и жмется к Чейзу ближе. Тот мягко улыбается ему в ответ, проведя теплыми пальцами по его виску, чтобы заправить прядь волос, мешающуюся перед глазами, ему за ухо, а потом аккуратно приподнимает лицо Ноена за подбородок, наклоняясь и касаясь теперь свои лбом его. — Ты тоже мне нравишься… — находит в себе силы произнести это вслух Ноен. И пусть Чейз и так уже это знает, такие слова все равно пускают стаю приятных и греющих бабочек по всем внутренностям, и он наконец осторожно касается губ смущенного донельзя и сразу краснеющего Ноена, который поверить до сих пор до конца не может, что это действительно возможно и правда происходит, своими, затягивая в медленный поцелуй. Так лучше и это явно сейчас нужнее, чем какие-либо еще слова или, тем более, уроки. У них тут момент важный, о какой математике может идти речь?