Техно-Небо

      - Спаннер, - зовет Тсуна, легко постукивая по наушникам. – Слышишь?       - Если тебе не явилось откровение техно-богов или не предложили супер-выгодный проект, то нет, не слышу, - блондин чуть ли не мурчит, зная, какую реакцию подобный тон в разговоре с Тсуной вызывает у слышащего все Шоичи.       - Спаннер, без шуток, - Савада не настроена на юмор и подколы. – Мой отец объявился, - удивление товарищей словно физически ощутимо. – Шоичи-Кун в школе, я пока в пути, Бьяку-Нии вообще загружен по самое не могу. Ты один свободен…       - Понял, скажи имя полное его, а то я не помню. Скину все, что найду.       - Савада Иемитсу. Спасибо. Конец связи.       - До связи. Хорошего дня в школе вам обоим.       - Спасибо, - разом отозвались Тсуна и Ирие.       Семья Джессо была маленькой, но быстро развивающейся за счет трех юных гениев, уже прославившихся в мире мафии под общим псевдонимом Техно-Трио. В лицо их никто не видел, поэтому лишь верхушка Джессо знала, что это всего лишь трое подростков.       Спаннер влезает в базу данных их семьи и забивает имя в поисковую программу. И ему очень не нравится результат, сулящий уйму проблем. Парень копирует в отдельный файл информацию о Иемитсу и кидает Тсуне, но, с минуту подумав, отсылает ей все, что они знают о Вонголе. С пометкой «Я буду молчать».       - Гокудера-Сан, ты математику сделала? – шепчет Тсушаеши девушке за соседней партой. Учительница английского закатывает глаза, но продолжает писать на доске.       - Держите, - вежливо отвечает блондинка, протягивая тетрадь и совершенно не стесняясь того, что говорит в голос. – Опять времени не хватило?       - Да, - шепотом отвечает шатенка, благодарно улыбаясь. Но как только она открывает тетради, чтобы переписать решение, ее вызывают к доске.       Каваллоне-Сенсей, молодая, красивая и обеспеченная итальянка, из прихоти преподающая в Средней Намимори английский язык, на самом деле является боссом одной из семей Альянса. И, как подсказывала Тсуне интуиция, эта королева неуклюжести знала о связи Савады с мафией. Но доказательств подозрениям пока не было        А еще у Каваллоне стальные нервы, ибо из всех преподавателей она одна единственная с улыбкой терпит учеников, которых за глаза звали «школьными катастрофами». Одна «катастрофа» язвительно бросила в адрес училки «сучка», вторую Дино вызвала к доске.       Пока Тсуна, у которой из филологических способностей можно было обнаружить лишь интуитивное понимание того, о чем говорят, да прекрасное владение языками программирование (языки же!), страдает, пытаясь сказать ответ по-английски, Хаято демонстративно переписывает свою домашку в тетрадь подруги.       - Садитесь, Савада-Сан, Вам необходима помощь друга. Гокудера-Сан, ответьте нам, пожалуйста, на вопрос, с которым не справилась Савада-Сан.       Хаято отвечает, не отрываясь от математики, и в конце добавляет «сучка» на итальянском. Чем на том же итальянском парирует выпад Каваллоне, Тсунаеши не понимает, но зеленоглазая девушка выглядит катастрофически недовольной и все же затихает, еще сильнее утыкаясь в тетрадь.       Вообще, Дино Тсуне нравится. Молодая женщина добра, приветлива и искренна, несмотря на причастность к мафии. А еще она оказалась понимающей и не заваливала Саваду, помогая вытянуть не дающийся английский на уровень, с которым девушка начинала хоть что-то понимать на слух, кроме простейших фраз и слов, ушедших в программирование. А ведь прошло всего две с половиной недели с начала учебного года.       - Что-то случилось? – спрашивает Гокудера, видя, как меняется лицо шатенки из-за чего-то в телефоне.       - Да еще с утра, - отмахивается Тсунаеши. – Отец спустя всю мою жизнь решил вернуться домой. Еще и с пацаном спутал…       - О, Тсуна, а раньше тебя это не задевало, - подключается к разговорю Ямамото. – Все? Переходный возраст и… Гокудера, как ты там по-умному говорила? Гендер-чего-то там…       - Гендерная самоидентификация? – на удивление быстро подсказывает блондинка, всем своим видом показывая свое превосходство над парнем.       - О, вот эта умная штука, Тсуна, - ему же нет дела ее до вредностей.       - Да я просто придираюсь, - прячет глаза Савада, ведь ее и правда подобные ошибки всегда смешили, поэтому она даже в школу в брюках ходит. Просто это отец - родной, тот самый, в которого хотелось верить в детстве, тот, который в маленькой голове представлялся круче всех Суперменов и Бэтменов, который должен был их обязательно спасти. Но она не может просто так сказать об этом – она сильная, она гордая, ей не нужен блудный папаша.       - Мой отец тоже та еще сволочь, - пытается поддержать Хаято. – И опекун – говно, но хоть на нервы действует нечасто.       - Да, с семьей не каждому везет, - подсаживается к ним ближе Сасагава Киоко, немного дружившая с Тсуной в младшей школе и сохранившая с ней хорошие отношения сейчас. – Тсуна-Чан, ты на физ-ру идешь сегодня?       - А? Физ-ра? Не знаю.       - Тсунаеши-Сан, я хотела предложить сбежать с физ-ры со мной, - начинает улыбаться Гокудера, радуясь тому, что наконец поднялась тема последнего урока. – Мне на работу надо, а одной скучно.       - О, Гокудера-Чан, ты сегодня снимаешься! – заинтересованно подхватывает Киоко.       - А, просто небольшая фотосессия для местного журнала, - Хаято немного смущается, ей не очень нравится внимание к ее работе моделью.       - На самом деле я за, - отвечает на предложение блондинки Савада. – Только Хибари-Сана надо предупредить в обед.       - Спасибо! – зеленоглазая улыбается заразительно, когда речь идет о Тсуне. И даже упоминание раздражающего Хибари не бесит.       - Хибари-Сан, - Савада чуть напряженно заглядывает в кабинет Дисциплинарного Комитета, а за ней стоит светловолосая подруга. – Заходим, его не то нет, не то не видно.       - Кто разрешил? – почти над самым ухом Хаято раздается холодный голос, стоит только Тсунаеши зайти в кабинет. Затем его – голоса – обладатель переводит взгляд на блондинку, улавливая запах сигаретного дыма. – На территории школы не курить!       - О, Хибари-Сан, а мы Вас ищем, с ног сбились, - глупо смеется Савада, радуясь, что с этим человеком ее все же связывают узы дружбы, а не вражды.       - Не курить на территории школы! – передразнивает тем временем первую «катастрофу» Намимори Гокудера, машинально убрав прядь волос за ухо.       - Что? – Кея игнорирует потуги блондинки и идут к своему столу.       - Нам с Гокудерой-Сан уйти с физ-ры нужно. У нее заявление опекуна, а я… - глаза цвета карамели наполняются искорками, что делает взгляд интригующим. – Уверена, мы договоримся!       Хибари Кея, в отличие от Хаято, знающий о том, чем занимается Тсунаеши на «подработке», ухмыльнувшись, кивает, а затем движением головы указывает на дверь. Девушки послушно покидают обитель ДК, довольные произошедшим.       - О, девочки, еще раз здравствуйте, - в коридоре им встречается Каваллоне. – А Кея у себя, не знаете?       - Да, мы только от него, - кивает Тсуна.       - Спасибочки, - улыбается Дино. – Вы Прайда слушаете? У него в мае концерт в Намимори.       - Да! – Хаято, кажется, впервые улыбается кому-то из учителей, но все же с язвительностью. – Мне уже удалось забронировать билеты, за Вами оставить?       - Нет, - Каваллоне с насмешкой язвит в ответ, и до Савады доходит, что разговор о группе «Pride» поднят с целью позлить девушку. – Мне любовник уже подарил.       И, в принципе, женщине удалось бы поиздеваться, не упади она, запнувшись о свою ногу.       - Сенсей, а зачем Вам к Хибари-Сану, - спрашивает Тсуна, помогая блондинке подняться.       - Надо ему напомнить, что у его класса сегодня английский после обеда. А то не придет, - Дино смеется. – Он без моего напоминания не приходит. Царская особа. Знаем таких, и как с ними бороться тоже.       Да, английский был единственным предметом, который Хибари Кея посещал, и никто не понимал, почему так. Ходили слухи, что гроза Средней Намимори был влюблен в молодую преподавательницу, но никто не осмеливался часто говорить об этом, потому что быть забитым до смерти никому не хотелось.       - Как вы уговариваете Хибари Вас отпускать? – нарушает поток мыслей Тсуны Хаято.       - Он любит драться, а я оказалась подходящим соперником, - шатенка пожимает плечами. – Мы познакомились еще в детстве, до второй маминой свадьбы, я тогда всегда дралась. Всегда и со всеми. Он такой же. И был, и остался. На том и сошлись.       Гокудера задумывается о странной тоске в глазах подруги, а тем временем в блокноте вездесущего шпиона Варии появляются новые пометки о жизни Савады Тсунаеши.