Сумеречные лунные лучи

      Уже давно за полночь. По комнатам, что расположены вдоль стены коридора, давно разбрелись ученики и потушили свет возле кроватей. Одна я, как прокажённая, возвращалась из библиотеки с небольшой стопкой книг. А всё потому что один идиот решил подставить меня перед преподавателем. Теперь в течение недели в наказание я должна буду разгрести с десяток стеллажей в пыльном помещении. Прекрасно!       Я больше вымотана эмоционально, чем физически, поэтому по глупости своей свернула не на той лестнице и вернула себе рассудок уже в мужском спальном крыле. Ещё лучше!       Оглянулась через плечо и прикинула чего мне будет стоить делать крюк и возвращаться назад. Только время потеряю, а тут ведь и правда быстрее получится. Поэтому, пожав плечами в ответ на свой же вопрос в голове, я продолжила путь.       — Ох, завсегдатая этих краёв! — послышался ядовитый смешок за спиной.       По склизким ноткам я моментально узнала его обладателя — виновник всех моих проблем. Он как тень шествует за мной по пятам и изо дня в день подставляет подножку. Пришлось остановиться и перевести дыхание. Голова гудела от усталости, однако пропустить колкость мимо ушей я не могла.       — Прости, не хотела составлять тебе конкуренцию, — на выдохе произнесла я.       — Что это значит? — недовольно вопросил Драко.       Смогла задеть его таким незатейливым выпадом со своей стороны. Так и захотелось взглянуть в его глаза, полные растерянности и негодования. С трудом сумев побороть довольную ухмылку, я не спеша обернулась на источник звука.       Среди полумрака передо мной возник образ взбунтовавшегося до чёртиков слизеринца. Огонь его ядовито-зелёных глаз с опаской поблёскивал в мою сторону, кисти были напряжены, а пальцы левой руки сминали в себе ткань растянутого свитера. Правую он почему-то прятал за спиной.       Я решила идти действенным методом: вновь закатила глаза и расстроенно вздохнула. Хоть не произнесла ни слова, но чётко дала понять, что болтовня и эти нелепые шуточки порой дико надоедают. И это сработало, да. Буквально через мгновение Малфой вспыхнул новой порцией ярости, однако на удивление быстро остудил свой пыл. Вместо оскала — губы, изогнутые в кривую усмешку. Вместо злости в глазах — некая насмешка и празднование победы.       — Как думаешь, Грейнджер, тебя погладят по головке, если на утро ты вернешь в библиотеку не восемь книг, а… — он наигранно удивился и забегал взглядом по коридору.       Даже плечами пожал для пущей драмы. А стоило мне приподнять кисть ко лбу, чтобы показать парню насколько он перегибает с игрой, он вытащил козырь. В правой его руке, что во время беседы он прятал за спину, оказалось одно из моих учебных пособий. Я даже в изумлении подняла к носу стопку книг, которую удерживала на хлипкой верёвке. Пыталась пересчитать, старалась вспомнить момент, когда могла обронить её, но… Этот гад нарочно её вытащил, когда я молча шла по коридору!       — А, допустим… семь. М-м? Как тебе такой расклад?       — Ты невыносим!.. — шепотом цыкнула я, боясь разбудить соседние комнаты. — Тебе об этом кто-нибудь говорил?       — Слышу чаще, чем собственное имя, — сладко съязвил он и незаметно пропал в глубине темноты.       — Куда ты?.. Эй!..       Да, мне пришлось идти за ним. Я так и бросила ту неполную стопку книг в центре коридора и добровольно отправилась в комнату самого мерзкого самозванца школы. В спальне его мне ещё не хватало побывать!       Решительно я направилась туда, где успел оборваться мужской полусмех. Подойдя к дверному проёму, я сделала один широкий шаг и… Как-то всё разом смазалось перед глазами. Меня резко потянули за руку на себя, развернули на девяносто градусов и припечатали в стену. Не успела даже возмутиться! А открыв глаза… Оказывается, у темноты есть свои оттенки, и на этот раз я увидела в них отблеск серебра. Прядь пепельных волос была возле моей переносицы. Настырно она щекотала лоб и елозила по коже, стоило Драко пошевелиться. И, кажется, в нос должен был ударить запах только что затушенной керосиновой лампы или нотки перечных духов, что были подарком на совершеннолетие, но… Я почувствовала морозную свежесть. Ощутила на щеках своих нежные прикосновения сотни снежинок, а на мочках — покалывания только-только схватившегося льда. А ещё — его губы. Они были предательски близко, я это чувствовала, ведь стоило мне задержать дыхание, как на мой подбородок обрушилась тихая усмешка. Колко, слишком задевает за живое, но не ворошит всё вверх дном, а тихонько цепляется за каждую нервную клетку и чуть приподнимает её в воздухе. Чувство лёгкости, а после — неизбежность мягкого падения, от которого дух захватывает.       На мне не было его рук. Краем уха я услышала, как пальцами парень тарабанил по камню стены возле моей головы. Выстукивал что-то знакомое, кажется, считалочка, однако уверена в этом я быть не могу, ведь рассудок мой дал слабину.       — Что, уже не такая смелая? — прошептал Малфой, язвительно усмехнувшись.       Я пыталась спрятаться от его дыхания. Мы — враги, мы друг друга на дух не переносим! Так почему я сейчас таю под его напором, как обычный брикет мороженого?!       Постаралась увильнуть от ответа и от непонятного мне чувства. Нарочно при выдохе Драко я повернула голову к двери и испуганно покосилась на единственный лучик света. Но вместо тайм-аута получила новый удар — его широко разведённые пальцы на поверхности стены и до остервенения напряжённая кисть. Этот мерзавец даже рукав успел засучить!       — Верни книгу!.. — неуверенно прошептала я.       — А то что? — усмехнулся он, сокращая между нами и так ничтожное расстояние. А стоило ему добраться до моего уха, я вздрогнула. — Пожалуешься на меня профессору?       Я собрала с пола все уцелевшие остатки своего самообладания и деловито фыркнула. Стоило слизеринцу кончиком носа коснуться моего уха, как поборов сладкие мурашки, я упёрлась ладонью ему в грудь и сделала попытку оттолкнуть мерзавца от себя. Только вот вышло хреново. Он вновь впечатал меня в стену, на этот раз навалившись на свою жертву всем телом, а после насмешливо прошептал:       — Неугомонная. Тебе ведь не нужна книга. Не за ней ты пришла в мою спальню.       Я хотела воспротивиться. Даже обернулась на нахала, который позволил себе перейти черту! Однако наткнулась не на его кривую усмешку, а на оскал, из-за чего в мгновение растерялась, ведь всё это… это… кажется таким правильным.       — Хочешь, я докажу это? — произнёс он мне точно в губы.       У меня в горле разом пересохло. Будь я на каблуках, то рухнула тут же на пол. И не спасла бы меня ни эта жалкая опора из стены, ни собственные амбиции.       Не могла вымолвить ни слова. Старалась, честно. Но каждый раз, когда я открывала рот, чтобы выплюнуть что-то колкое, парень иронично выгибал брови и пародировал мою несобранность.       Я роняла взгляд каждый раз, когда встречалась с зелёным отблеском лицом к лицу. Мне было неловко, стыдно и… ещё раз стыдно. Ведь то, что я испытывала в данную минуту, никак нельзя описать словом «вражда». Это что-то иное… это…       От неожиданного прикосновения к моему бедру я встрепенулась и округлила глаза. Почувствовала, как тёплая ладонь проскользнула под ткань юбки и подобралась к трусикам. И чем дальше заходили эти опасные действия, тем сильнее мне хотелось поддаться на них.       — У тебя ведь нет кляпа во рту. Так почему же ты так сладко молчишь?       И опять сотни разрядов по телу от одного лишь касания. Ловко Драко подлез под тонкую ткань и, насмешливо проверяя меня на готовность, провёл ладонью по клитору.       — Ты же меня ненавидишь, — довольно хмыкнул он.       Я лишь кивнула и затаила дыхание. А когда он почти вплотную прильнул к моим губам, я умоляюще подняла на него глаза.       — И при этом течёшь от моих прикосновений, — тихо, но с плохо скрываемым трепетом в голосе, прошептал Малфой.       А не успела я возразить, как он проник в меня двумя пальцами и тихо застонал, точно насмехаясь. У меня же подкосились ноги и закружилась голова от происходящего. Закатила глаза от наслаждения. Хотелось вскрикнуть, но мужское спальное крыло навряд ли оценило бы этот странный звук. Поэтому я закусила внутреннюю часть щеки и поджала губы. Драко же медленно стал скользить меж моих губ, пытаясь размазать по их контурам смазку.       Его пряди светлых волос щекотали кожу моего лба, добавляя атмосфере некий уют и долю романтики. Это пьянило, кружило голову и выводило происходящее на новый уровень. Старательно удерживал ритм неглубоких толчков. Чередовал грубые нотки с пикантно-медленным поглаживанием клитора большим пальцем. Малфой даже умолк и заткнул свои колкости куда подальше. Наверняка наслаждался моими томными вздохами и лёгким подрагиванием тела.       Готова была повиснуть на его руке. Хотела, чтобы он глубже проник меня, чтобы движения его пальцев стали не просто хамоватыми, а выходящими за рамки дозволенного. А ещё, я бредила об укусе в шею. О страстном шлепке, на который способен исключительно этот мерзавец.       В какой-то момент осознала, что он давно прекратил свои неглубокие толчки в меня, ведь я сама отлично справлялась с этой задачей: потряхивала бёдрами и задавала ритм. И сама насаживалась на его пальцы, как на возбуждённый член, не забывая при этом тихо постанывать.       Едва по щиколоткам пробежался холодок, а левую ногу сковало сладкое предвкушение, меня нагло прервали почти перед самым пиком ласк. Уже готова была кончить, но Драко резко вернул себе руку и, тихо посмеиваясь, направился вглубь комнаты.       — Ты!..       Не могла отдышаться, лёгкие так и просились наружу. А стоило мне сделать шаг, как я чуть не рухнула на пол. Но несмотря на мою усталость, на лёгкое головокружение от эйфории и на злость, что засела внутри из-за прерванной игры, я всё ещё хотела довести начатое до конца.       Он стоял возле приоткрытой форточки, держась руками за подоконник. Обращён ко мне полубоком, от чего весь свет, что лился с улицы, стал обволакивать его силуэт: в меру широкая спина, изогнутые линии рук, заострённый подбородок и плечи. И как я раньше за пеленой необузданного гнева не замечала в нём столь привлекательные черты? Хотела подойти не спеша, чтобы не выдать желания, однако стоило мне приподнять стопу, как сердце отбило удар и ухнуло в пятки. Кажется, всё это время вожделение сжирало меня с головой.       Я добежала до окна на носочках. Безумно быстро и тихо. Малфой даже немного встрепенулся, когда я юркнула ему под руку и встала между подоконником и серовато-зелёным свитером.       — А ты везде тако-о-й… трус? — задумчиво протянула я, вновь играясь с огнём.       Даже бровь выгнула, чтобы показать серьёзность вопроса. Вот только ни слова в ответ не получила. Парень нагло схватил меня за талию и, с лёгкостью приподняв над полом, посадил меня на край узкого подоконника. Если бы не его ладони на моих коленях, то я бы соскользнула вниз ещё на первых секундах.       Нагло он смял бархатистую кожу и взглянул на меня. От таких искр, что были в его глазах, улыбка на моём лице дрогнула, а тело сковала неуверенность и дикое желание продолжить балаган. Вот только, как назло, я не могла выжать из себя ни звука! Поэтому, криво усмехнувшись, я приподняла ноги и сама стянула с себя часть нижнего белья. Ягодицы тут же покрылись россыпью мурашек, а клитор маняще запульсировал. А от мысли, что за стенами спали ученики, всё внутри приятно перевернулось.       — А ты вдруг осмелела, — неуверенно усмехнулся парень и нарочито медленно стал пробираться под мою юбку ладонями.       Чувствовала, как следом за собой она тащит шлейф из ощутимых ожогов и царапин. Ссадины не будут видны на моём теле, но всё равно таю надежду, что на утро обнаружу хотя бы крохотный синяк где-то возле бёдер.       Слизеринец остановился там, где должны были начинаться трусики. Провёл пальцами по выдуманной линии и хитро сощурился, будто проверял реальность происходящего.       — Я привыкла доводить всё до конца.       И не соврала. Да и уйди я сейчас прочь, сама себя бы не смогла потом простить за трусость. Поэтому не став ждать ответную издёвку, я наклонилась к Драко и рухнула на его губы своими. Поцелуй вышел рваным и до жути настоящим. Мы захлёбывались им, мы делили его! И каждый не хотел уступать другому даже сотую часть опасной связи… Не подключали языки, без них страсть выливалась через края и затекала под ткани одежды и белья. Хотелось снять тряпки, откинуть их в угол, но слишком опасно, ведь никто не отменял ночной обход преподавателями! Поэтому я лишь задрала повыше юбку и попятилась ближе.       Не услышала звука молнии или резинки. Зато приятно вскрикнула, ощутив, как медленно он вводит в меня член. Входит аккуратно, а сам с приоткрытым ртом наблюдает за тем, с каким упоением я закатываю глаза и запрокидываю от удовольствия голову. Тихо я вскрикнула:       — Ещё, прошу!..       На ощупь я нашла его шею и потянула Драко на себя. Заранее откинула локоны за спину и оголила шею, поэтому стоило мне указать ему место, тот без лишних вопросов припал к коже.       Он посасывал её, размеренно входя в меня. А когда пах его упёрся в мой, слизеринец намеренно сильно закусил небольшой участок шеи и потянул его на себя. Я чуть не обронила стон, который услышала бы половина крыла. Зато после этой адской пытки, он принялся раскачиваться тазом, держась за края подоконника пальцами.       Скользил во мне уверенно, усердно впиваясь в деревянный борт моего сидения. До скрипа сжимал поверхность и нашёптывал мне на ухо сладкие колкости. Бред, но… только сейчас до меня дошло, что все наши стычки — затянувшаяся прелюдия.       Я обхватила его ногами за таз. А перекрестив стопы на его пояснице, стала подталкивать Драко к себе, учащая тем самым толчки. Поэтому из плавных движений, они быстро превратились в смесь нескольких стихий.       Мурашки так и норовили захватить тело, каждый раз, когда он задерживался во мне на долю секунды и давал насладиться размером органа. Я же специально пыталась сомкнуть ноги, чтобы растянуть момент, ведь меня неимоверно как возбуждало его присутствие во мне. А пульсация члена… я затряслась только от одной мысли, что Малфой может кончить мне на лицо.       Тот холод, что подобрался ко мне во время прерванных ласк пальцами, окатил тело прохладной волной. Сшиб с ног и не дал возможности вздохнуть. Все лёгкие забиты, горло перекрыто… Поэтому я могла лишь беззвучно пытаться поймать ртом воздух и наблюдать за тем, как мой злейший враг спускал струйку спермы мне на колени.       Оба пытались отдышаться, оба были растеряны и не могли дать точную оценку тому, что произошло между нами минутами ранее. Сможем ли мы дальше изображать эту поддельную ненависть на людях? Или наши отношения переросли во что-то новое?..