Попала.

Меня всегда удивляло, как неожиданное стечение обстоятельств порой в корне меняют нашу жизнь. (Марк Леви)

Ууу… больше не буду пить дешёвый виски в непонятных местах, чтобы понятные не болели. Так! Есть небольшие несостыковки… Я НЕ ПЬЮ!!! –Хм! –-раздалось насмешливое хмыканье. –У тебя забавные мысли. Охренеть! Надо мной издевается моя же шиза! Раздалось недовольное, но в то же время удивленное «хм». Обиделась, видимо. –С кем, с кем, а с шизофренией меня ещё не сравнивали! –теперь веселится. Что за перепады настроения? –Тебе это так интересно? Да и времени у нас не так много, как хотелось бы. Но у нас еще будет возможность встретиться, и ты задашь все свои вопросы. Мало времени? Скажи еще, что у тебя ограничение по доступу. Кстати, почему всё тело ломит? Точнее, я его не ощущаю, но оно болит. Это как? –Да, ограничение доступа тоже есть, но его достаточно просто обойти. А боли фантомные, из-за слияния души с новым телом и перестройки кейракукей*. Но сейчас не об этом. В своем мире ты умерла и должна была отправиться на следующий круг перерождения, однако из-за смерти одного человека, который мне нужен, в другом мире пришлось вытаскивать самую подходящую душу, –она(он?) замолчала, позволяя осмыслить сказанное. И тут в голове что-то щелкнуло. Несостыковочка. Меня весь день преследовала смерть, и я бы была жива, если бы не тот браслет. Вывод напрашивается сам: меня убили специально. –Какие мудрые мысли! –восхитилась мной… А кто, собственно? –Я Шинниками**, Охико. Охико? Это так меня теперь зовут? Хм, а что? Мне нравится. Насколько я поняла(хотя и не знаю, откуда у меня такие знания) это имя обозначает «великий огонь». Как символично, раньше меня так же звали… –Меня поражают твои умственные способности. Умные мысли начинают посещать голову лишь тогда, когда жопа накуролесила и притихла… Кажется так говорила моя мама, когда меня озаряло. –Какая же ты забавная, но давай поторопимся и вернемся к разговору. Мы остановились на ограничении, которое можно снять,–после этих слов мой зад почуял запах выгоды, и я навострила ушки. –Всё достаточно просто и сложно одновременно. Ты должна стать моим последователем. Секта, что ли? Хотя, если это даст мне шанс на новую жизнь и парочку плюшек, то я согласна. Говори, что надо делать, Ши-чан. –Ши-чан? –сколько удивления в голосе. Это только между нами, для остальных – Шинниками-сама***. В ответ лишь волна одобрения и короткое, но многообещающее «хм…». –Другого любого я бы вернула на круг перерождения, но ты мне нравишься, поэтому я закрою на это глаза. А сейчас тебе нужно будет выбрать пять особенностей тела, в которых будут заключаться как плюсы, так и минусы. А так же у тебя будет одно желание. Это аванс. Остальное получишь, после официального обряда посвящения в храме масок****. Я было хотела спросить, из чего выбирать, как в голове начали мелькать разные варианты, и если остановиться на каком-нибудь одном, он начинал поясняться. Не знаю, сколько я выбирала, но вот, что вышло по итогам: 1. Бешеная регенерация. Ограничение—невозможность использовать техники ирьёниндзюцу***** и применять их ко мне(при попытке я получу откат в виде ужасной боли в месте соприкосновения) 2. Двойная скорость увеличения объема чакры при медитации. Ограничение—двойное замедление увеличения контроля. 3. Создание техник силой мысли(без помощи печатей). Ограничение—двойные затраты чакры.(я специально подобрала их так, чтобы они регулировали друг друга. Ши-чан на это лишь пару раз хмыкнула(я всё же решила, что она девушка), но не влезла) 4. Наследие клана(я без понятия что это, однако отсутствие ограничителя лишь подпалило мой интерес). 5. Невосприимчивость к гендзюцу******. Ограничение—невозможность использовать гендзюцу.(не очень-то и хотелось, прошу заметить). Над желанием я думала очень кропотливо, продумывая каждую деталь до мелочей(вспомнила Алладина, ага), но в итоге бросила это неблагодарное дело и ляпнула первое, что попало в голову. «Я хочу видеть». Тишина была настолько оглушающая, что я услышала пение сверчков и скрип шестеренок. А потом Ши-чан очень непонятно ругалась, проклиная накуролесившую задницу меня любимой, и ее не вовремя проснувшиеся мысли(забегая вперёд, скажу, что через пару недель до меня начали доходить её слова, но сейчас не об этом). –Хорошо, –сказала она, и я очнулась. Очнуться-то я очнулась, но понять что происходит не смогла. Да и как можно разобраться в ситуации, когда ты стоишь посреди кровавого месива, а по углам в дичайшем ужасе прячутся дети и взрослые. Стоило мне только попытаться пошевелиться, как тело пронзила жуткая боль, и меня снова вырубило. Кейракукей (経絡系, "Меридиональная система") — это термин, используемый для обозначения точек внутри тела, пропускающих через себя чакру. Проще говоря, они выполняют для чакры ту же функцию, что и кровеносные сосуды для крови. Вместе с системой циркуляции, также существует 361 узел, так называемые тенкетсу, которые контролируют поток чакры словно автоматические выключатели, а в пределах этих тенкетсу есть Хачимон, управляющие функциями тела и уровнем его напряжения. Шинниками— Бог смерти("Шинни" - смерть; "Ками" - Бог) "–сама"—очень вежливое обращение. Храм масок(яп. うずまき一族の納面堂, Удзумаки Ичидзоку но Ноумэндоу) — святыня, принадлежавшая Узумаки, расположенная где-то на окраине Деревни Скрытого Листа. Ирьениндзюцу(яп. 医療忍術, Ирьё Ниндзюцу; дословный перевод: "Медицинские Техники Ниндзя") — является ветвью ниндзюцу, связанной с исцелением, а также манипуляцией их собственным, или телом другого человека, практикуется шиноби, отнесенных к категории "ниндзя-медик". Гендзюцу(яп. 幻術, Гендзюцу; Буквальный перевод: Иллюзорные Техники) — одна из основных категорий техник, которая использует чакру. В отличие от ниндзюцу, эффект от гендзюцу не являются настоящим, будучи лишь иллюзиями, которые испытывают только те, кто становится их жертвой.

***

Пришла я в себя быстро. Просто раз, и всё. Вставать я не спешила, ибо больно. Видать какой-то умник решил пройтись по мне шосеном. Найду садюгу–утоплю в первой попавшейся луже. Дальше размышлять над способами мести мне не дали приближающиеся шаги. –Проснулись, Охико-химе*?–раздался мягкий женский голос. Химе? Ну и куда я вляпалась? Поворачиваю голову в сторону голоса и вижу невысокую стройную девушку с красными волосами, заплетенными в немного растрепанную косу. Стооооп… Вижу? Но я же не открыла глаза! Додумать мысль мне не дала Кин(память услужливо подсказала ее имя. Синхронизация прошла успешно), подходя ближе. –Да, я уже встала, Кин-сан**, –сказала я, садясь, но не спеша открывать глаза. Что-то мне страшновато. “И правильно делаешь, свои способности лучше проверять там, где это никто не увидит. Опережая твой вопрос, я здесь чтобы проведать тебя, и уже ухожу„–она сказала «проведать», а не «проверить». Наши отношения поднялись на еще одну ступеньку по лестнице из десяти тысяч таких же ступенек. Пока думала, не заметила, как умылась и мне помогли одеться(ага, всё сделали за меня) в белое кимоно с моном клана Узумаки на спине. Волосы мне оставили распущенными. И только я хотела спросить, а где мы, собственно, находимся, как заметила, что Кин о чем-то задумалась. –Кин-сан, у вас есть белая длинная широкая лента? Я хочу завязать глаза, –она порылась в ящиках и достала одну ленту. И только когда я завязала глаза, спросила: –Зачем?–меня этот вопрос озадачил. –Так я выгляжу более загадочно,–больше ждать я не стала и пошла вниз. Хм… Интересно, где это мы? Явно не та база, на которой нас держали. Вид из окна на первом этаже был не особо информативным, хотя… кажется я заметила что-то вроде скалы хокаге. Надеюсь, что это она, и мы в Конохе. –Доброе утро, Охико-чан***, –я повернулась на голос и увидела высокого(хотя, чего греха таить, на моем фоне все высокие) блондина с синими глазами. Одет он был в черные штаны, синюю водолазку и зеленый жилет. «Ниндзя»–поняла я. –Доброе, – чуть поклонилась я. –Меня зовут Минато, приятно познакомиться, –он присел на корточки передо мной и протянул руку, чтобы потрепать по волосам, но рефлексы сработали быстрее. Маленькая цепь(вот это я могешь!) вылетела из спины и обвила запястье мужчины.–Понял. Больше не буду, –и он убрал руку. Цепь развеялась. –Простите, –мне действительно было очень стыдно. –Ничего, давай пойдем завтракать, а то Кушина будет злиться. –А! Да, конечно,–сказала я, идя за мужчиной на кухню. –Доброе утро, Кушина, –сказал Минато, целуя в щеку девушку, стоящую за плитой. Красные волосы до середины спины, зеленое платье в пол, поверх которого надет белый фартук. В груди что-то ёкнуло, сразу вспомнилась обе****-сан, которая заменила мне мать(да, именно так; моё сознание слилось с телом, и все воспоминания воспринимаются как собственные), такая уютная и родная. Я не удержалась и обняла ее за ногу, сказав: –Ка*****-сан,–сзади раздался звук бьющихся тарелок, а Кушина напряженно замерла. Пару минут мы стояли молча. Они обдумывали, что сказать мне, а я о том, какого хрена я сейчас сказала. Кушина отмерла первая. Она осторожно отстранила меня от себя и присела на корточки. Мы внимательно смотрели друг на друга, а потом я ее обняла за шею, вспоминая слова одного мудрого жука: «не можешь остановить безумие—возглавь его». –Ладно, ты можешь называть меня ка-чан, –меня погладили по голове. –Я даже оформлю бумаги на удочерение, но при условии, что Минато ты будешь звать то******-сан, –еще одна тарелка покинула нас. Я кивнула, подошла к новоявленному отцу, посмотрела на осколки, потом на него и сказала: –То-сан, ка-чан будет недовольна, –и я неодобрительно покачала головой. –Мма? –“нет слов, одни эмоции„—так выглядело его лицо. –Минато! –вспомнила Кушина про разбитые тарелки. –Я всё уберу! –клятвенно заверил он. –Ка-чан, кушать! –возмутилась я. Есть хотелось жутко. Да и от отца я бы не отказалась. –Ох! –она таки вспомнила про меня и убрала чакропроводящую сковородку, накладывая в тарелку, кажется, кашу. Ели мы молча, но они явно что-то хотели у меня спросить, и я даже догадываюсь, что именно. Вот завтрак закончился, и мы сидим и пьём зеленый чай(я специально отказалась от молока, чтобы его попробовать) с печеньем. –Хи*******-чан,–позвала меня ка-чан. –М? –отозвалась я, прожевывая печеньку. –Что с твоими глазами? –спросила она в лоб. –М… –делаю вид, что задумалась и болтаю ногами. –Я очень хотела видеть, поэтому ослепла. –Что? –не понял Минато. –Маски, ритуал… м… –я не знаю, о чем можно говорить, а что лучше скрыть, потому и выкручиваюсь, как могу. Но Кушина меня поняла, хотя и была очень удивлена. –Дорогой, тебе пора на работу. Я потом тебе всё объясню. –А? Да, хорошо, –сказал он растерянно и исчез в жёлтых молниях. –Красиво! –воскликнула я, привлекая внимание Кушины. –Ты видишь? –Да, хотя это сложно объяснить. –И тебе нужно в храм масок, чтобы провести обряд. –Да. Можно пойти сейчас?–мне действительно было интересно посмотреть что из себя представляет это место. Поэтому в путь отправились сразу. "–химе" —принцесса. "–сан" —вежливое обращение. "–чан" —обращение в основном к девушкам в кругу семьи и друзей. Обе-сан—тётя. Ка-сан/-чан—мама. То-сан—папа. Хи-чан—сокращение от "Охико".