Попала.

–Объясните—что вы «положили» на наши санкции? –Тут люди, показать не могу—я вам нарисую.

„Утро красит нежным светом лица заспанных прохожих, а меня не красит утро, я красивая попозже…“—именно с таких мыслей началось мое утро. Ну, как утро? На улице темно и холодно, под одеялком тепло и уютно, а Кин так вообще бодрячком, как на зло. –Доброе утро, Охико-химе. Надеюсь, вы помните, что у вас сегодня встреча с хокаге-самой? –начала она с не самых приятных новостей. –Да, я помню, спасибо, –пробурчала, вылезая из кровати. Была б моя воля, глаза б мои не видели этого старого обезьяна. Там, где он, там и мумия. Вот кого-кого, а его я точно не хотела бы встретить даже в самых страшных кошмарах! Меня снова обрядили в белое кимоно(да откуда они их только достают!?) с монсё* на спине и цепочкой черных фуин печатей по внутреннему краю рукава. На голове часть волос собрали в пучок и закрепили китайской заколкой с незнакомым мне цветком на конце(признаться честно, то для меня большинство такие), а часть оставили распущенными. Довольно мило, я, в принципе, милая, но так даже больше. Спустившись вниз, я услышала какие-то приглушенные голоса из кабинета Минато, которые явно о чем-то спорили. –Кто там? –спросила я у Кин. –М? Я не уверена, но вроде бы это были вчерашние гости. Возможно спорят о том, кого выставить в качестве старейшин. –Бедненькие, уже с утра в работе, –сказала я, заходя на кухню, где уже во всю хлопотала ка-чан. –Вообще-то, они оттуда и не уходили со вчера,–сказал Минато, не отрываясь от газеты. Потом все таки положил ее на стол и улыбнулся мне. –Доброе утро. –Доброе утро, то-сан, ка-чан, –сказала я и обняла последнюю. –Ка-чан, я на секунду, –сказала я, выбегая из кухни и направляясь к кабинету. Сейчас там никто не спорил, а даже очень с чем-то соглашался. Я решила не вникать в дела раньше времени и, открыв дверь, сердито, как мне показалось, произнесла: –А ну марш по домам отсыпаться! И чтобы до обеденного собрания на глаза мне не попадались! –Хай! –хором сказали они и стали собираться. А в чувствах раздрай: умиление, благодарность за заботу, а от кого-то ещё и за спасение. Но больше всё же умиления. Не обращая больше на них внимания, вернулась на кухню и села на свое место. Ка-чан уже заканчивала накрывать на стол и мы стали завтракать. Это не заняло у нас много времени, однако ощущение чего-то неправильного плавало в воздухе, его можно было даже пощупать. Моё ерзание заметила ка-чан и сильно обеспокоилась таким поведением. –Хи-чан, что-то случилось? Тебе не понравился завтрак? Может кимоно неудобное? –Нет, ка-чан. Завтрак вкусный, кимоно удобное, но… что-то не так, вроде что-то лишнее, а вроде чего-то не хватает. Будто что-то неправильно. –Это что-то плохое? –спросил Минато. –Ано, нет, просто неправильное. Как бы объяснить… –я опустила глаза вниз и увидела свое отражение. Вот оно! –Я забыла надеть ленту… –Фух… Это всё? –спросил Минато. –Нет, еще кто-то за нами следит. Я его только сейчас почувствовала. У него нет эмоций, и это пугает. Не успели Кушина с Минато расслабиться, как я выдала такую новость. У ка-чан даже волосы начали подниматься от ярости, разделяясь на девять локонов. –О, не волнуйтесь, я поставила на дом несколько барьеров. Звукоизолирующий, иллюзорный и искажающий ощущение чакры… –не успела Кин договорить, как на нее налетел ураган по имени Кушина. –Ох, чтобы я без тебя делала, Кин-чан! –Я хотела вам сказать раньше, что в старых были какие-то странные символы вписаны поверх структуры, но всё как-то не получалось. –Данзо! –прошипел Минато, а в его руке лопнула кружка. Упс! –Минато, ттебане! Второй день подряд… –начала злиться ка-чан, достав из ниоткуда сковородку. –Кушина, милая, не злись ты так… –попытался он ее успокоить. –То-сан, а кто пойдет со мной к хокаге? –этот вопрос меня действительно волновал, ведь в зависимости от сопровождения, придётся менять модель поведения, да и просто страшно мне(второе даже больше) . –М-ма? Хм… Сначала я думал, что мы с Кушиной, но лучше, если пойдем ты, я и Кин-сан. –Минато, ттебане! –встревоженно воскликнула ка-чан. –Не волнуйся, я… –Кто такой Данзо? –надо легализировать информацию(и отвлечь ка-чан, а то ее удар хватит). Кушина и Минато переглянулись. –Это один человек, который работает с хокаге. Он… не самая приятная личность, как бы объяснить?–начала Ка-чан. –Он сильный? –Да, однозначно, –удивленно ответил Минато. –Он злой? –М… –протянули Кушина и Минато. –Он против нас? –Ну… –задумались они. –Он опасный? –Да! –твердо ответили они, не задумавшись и на секунду. –Сходить помолиться, что ли? –тяжело вздыхаю я, спускаясь со стула. «Это не обязательно, я и так слышу»—раздалось насмешливо в голове. «Так-то оно так, но для вида надо бы. Желательно каждое утро. Пусть думают, что я прямо фанатею от тебя»—так, главное не выпадать из реальности. «И на кой оно тебе?»—это она мою речь начала перенимать? Какая прелесть. «Чтобы было!» «Хм!»—коротко и ясно. В храме я просидела не больше пятнадцати минут, расспрашивая Ши-чан про ритуалы, которые должны проводиться в храме и предлагая возобновить первоначальную его деятельность(да и люди есть). Она сказала, что подумает над этим, и отпустила(ага! Считай выпнула) восвояси. После того как я сказала, что закончила, мы отправились в резиденцию хокаге. Высокое круглое здание стояло посреди деревни, радуя глаз огромной надписью «огонь» на красном круге почти у самой крыши. Пропустили нас без вопросов, что не могло не радовать—быстрее начнем – быстрее закончим. Опережая события, скажу, что хоть разговор и был коротким, он был не самым приятным, и я бы предпочла его избежать. Но это всё лирика, а пока… –Входите,–раздался хрипловатый голос с той стороны после того, как Минато постучал в дверь. Мы вошли в просторный кабинет главы деревни. Большое окно напротив входа, перед ним стоит стол, за которым сидит мужчина лет сорока с проседью в каштановых волосах. Вдоль стен стоят шкафы с разными папками и свитками. У одной из стен стоял небольшой диванчик, на котором сидели двое, наверное, старейшин. И последним, кто меня заинтересовал, был человек с бинтами на голове. Он стоял в тени одного из шкафов и, похоже, его никто не видел. –Хокаге-сама, –поприветствовал Минато старика, поклонившись, потом поклонился и старейшинам. Мы с Кин тоже поклонились. Я совсем чуть-чуть, Кин поглубже. Дальше произошло то, чего никто не ожидал. Я поклонилась Данзо, по крайней мере, для меня там был Данзо, для других там был шкаф(а теперь вспомним про повязку на глазах). Кин растерялась, но поклонилась вслед за мной. –Узумаки Охико, химе клана Узумаки, хокаге-сама, –представилась я, делая пару шагов вперёд, чтобы на меня обратили внимание. –Очень приятно, Охико-чан, –проговорил он, выдыхая дым из трубки. Решил высказать своё покровительственное отношение? Ну, в эту игру можно играть и вдвоём. –Вы же что-то хотели спросить, хокаге-сама? –взяла я быка за рога. –Да. Как ты устроилась? Как себя чувствуешь? Я слышал, что ты очнулась совсем недавно,–ты мне тут зубы не заговаривай! –Спасибо, всё хорошо. Так что вы хотели? –Это замечательно,–он покивал. –А как тебе Коноха? –Коноха? –и тут я почувствовала, что кто-то лезет в мою голову. Я выпустила цепь, протыкая умника и сбрасывая его с потолка на пол. –Она красивая, но сравнивать не с чем. Так что вы хотели, хокаге-сама? Меня окружили АНБУ, ощетинившись как ежи. Старейшины, поняв что произошло, начали что-то кричать, Данзо то ли разозлился, то ли приятно удивился(а ведь поранила я его челика, ага), Кин осторожно заходит ко мне за спину, доставая что-то из рукова, Минато достал трехлепестковый кунай, и только мы с хокаге остались невозмутимы. –Охико-чан, на самом деле, я позвал тебя, чтобы спросить про то, что случилось на базе работорговцев? Дело в том, что все, кого мы спрашивали, в один голос утверждали, что со всем разобралась ты. Сначала я сомневался, но теперь… –он перевел нечитаемый взгляд мне за спину. Я вот прям всем телом чувствую его настороженность. –Я бы не сказала, что это была я, так как в это время разговаривала с Шинниками-самой, так что можно сказать, что тело действовало на эмоциях, инстинктах и по памяти… –Памяти? –выдал себя Данзо. Господи, ну и чучело же он в реальной жизни! Надеюсь, кошмары мне не приснятся. –По памяти крови, –произнесла я, отмечая, что АНБУ ушли, забрав с собой раненого. –Хм… –только и протянул старый бибезьян. –Минато, что ты можешь сказать по этому поводу? –сказал хокаге, протягивая то-сану какой-то лист. –Я полностью согласен с Кушиной, более того, клан хочет выдвинуть ее кандидатуру на пост регента вследствие этого. –Даже так… –протянул обезьян. А про меня забыли!? –Да, все бумаги будут подписаны и доставлены для заверения в течении дня… Дальше пошли какие-то странные термины, связанные с политикой, поэтому я перестала вникать в суть и стала следить за Данзо, который следил за мной. Наверное со стороны это выглядело довольно забавно, однако мне явно было не до смеха, от чего я необдуманно потянулась чакрой к печати на шее, выпуская частицу чакры Ши-чан, так как она успокаивала. Но эманации смерти не могли не остаться незамеченными. –Охико-чан, –позвал меня Минато, присаживаясь на корточки передо мной(его походу она не сильно и напрягала),–чего ты испугалась? –в этот момент надо было видеть лицо Хирузена. –М… –и как ему объяснить, что я боюсь способности Данзо превращать иллюзии в реальность(изанаги). Да даже если ее и не было бы, это не отменяет того, что он силен и опасен. –То-сан, если больше хокаге-сама ничего не нужно, то пошли домой? –Хокаге-сама… –начал было Минато. –Идите, –махнул он на нас рукой, раскуривая свою трубку. Меня подняли на ручки, и мы вышли из кабинета. По дороге мы встретили Сакуму, который стоял перед развилкой и смотрел в ту сторону, которая была скрыта от нас стеной. Кажется Минато заметил мои метания, поэтому подошел к нему. И, знаете, это был тот момент, когда Какаши избивает двух чунинов, защищая Гая. Это действительно было эпично. Ну, теперь я хотя бы точно знаю на какие временные отрезки опираться. –Кто это? –спросила я, кивая в сторону двух мальчишек, которые сейчас о чём-то говорили. –Это Какаши, сын… –Да я про другого, –перебила я Минато. –Если не ошибаюсь, то это Майто Гай. Я думал, девочек в твоем возрасте не интересуют мальчики… –То-сан такой дурак, –сказала я, спрыгивая с его рук и направляясь к мальчишкам. Из-за спины послышался смех Кин и Сакумо и сдавленное «М-ма?» от Минато. Меня уже заметили и с интересом наблюдали за приближением. Я не стала тянуть кота за причинные места и сразу перешла к делу: –Ты странный, –сказала я, подходя к Гаю. –Мне это часто говорят. –Да я не про твой внешний вид, –махнула рукой, а потом пальцем ткнула в несколько точек на груди. –Твой кейракукей отличается от других. Такое чувство, будто его через мясорубку пустили. –Кей… кейкар..? –попытался повторить Гай. –Кейракукей. Это что-то про чакроканалы, –попытался пояснить Какаши, странно на меня поглядывая. –Да, правда, я мало что знаю. Медицина—не моё. Хотя, тут даже мне стало интересно. О, давайте завтра встретимся и я вам покажу ту книжку, где это видела!–Гай согласился сразу, Какаши поначалу немного сомневался, но детское любопытство оно такое, да. –Где и во сколько? –М… –я задумалась. Я ведь не знаю деревню. –Рядом с главным входом в квартал Узумаки есть парк, там, на берегу озера, есть ива… –Но приквартальная территория разве не закрыта для посещения всем ниже ранга чунина? –Я Узумаки Охико, скажите моё имя и вас пропустят. Мне пора, пока, –сказала я и побежала к Минато. Повернувшись, помахала парням и пошла домой. Монсё—родовое изображение.