Возвращение из Тартара

      Дерек Морган вздрогнул. Он всё ещё не мог полностью осознать загадку, которой был Люцифер Морнингстар (но, действительно, чего он ожидал от того, кто искренне верил, что был дьяволом?), но теперь было что-то в этом человеке, что глубоко беспокоило опытного профайлера (это и тот факт, что Ребёнок стал его фанатом. Любимому гению Дерека потребовалось немало усилий, чтобы произвести незабываемое впечатление на интеллект другого человека. Не то чтобы Рид не уважал людей с меньшим интеллектом - как бы он ни любил поправлять Дерека и остальных членов ОПА, он ценил их за другие качества, и чикагские агенты ФБР любили его, почти-младшего брата за это).       Однако Дереку не нужно было обладать IQ Ребёнка, чтобы понять, что аура мужчины кричит об опасности. Язык, на котором он говорил, не был таким хриплым и ворчливым, как тот, на котором он разговаривал с женщиной по имени Мэйзикин. Вместо этого он звучал так же ясно, как колокол, и имел самую прекрасную мелодию, которую Дерек когда-либо слышал. Независимо от языка, тон мужчины говорил об искреннем гневе и безошибочном отчаянии. Он не хотел, чтобы эта женщина прыгнула.       Во многих отношениях эта смесь лучезарной красоты; спокойствия, замаскированного под игривость, смешанную с чистыми эмоциями, выраженными через язык, прекрасно описывала человека, который на нём говорил. Дереку потребовалось некоторое время, прежде чем он смог сосредоточиться на насущном вопросе, но Джей-Джей был первой, кто подсказала им решение. Его коллега и друг всегда слишком лично реагировала на попытки самоубийства, чтобы это могло быть простым совпадением. Он обсудил это с Элли, а потом и с Эмили. Было очевидно, что Джей-Джей потеряла кого-то из своих близких в результате самоубийства. В данный момент это было неуместно, и он обратился к начальнику их подразделения: — Хотч… — Иди, — сказал его босс. — Возьми с собой Эмили и Джей-Джей. Гарсия, я знаю, что это не твоя компьютерная система, но попытайся выяснить, кто живёт в этой квартире. Рид, останься, посмотрим, что ты сможешь сделать отсюда. Мистер Морнингстар, я не знаю, что именно вы делаете, но учитывая тот факт, что она ещё не прыгнула, это говорит мне о том, что всё, что вы делаете, работает. Вы можете сказать мне, кто это? — Одиннадцатый этаж, — сказал Морнингстар, его голос был на октаву ниже, чем у Моргана. — Я не знаю, кто она такая. Она никогда не навещала Люкс. Ей за тридцать… Я не могу. Она уже почти ушла.       Он был прав. Короткий момент, который он использовал для общения, заставил её почти сразу же подойти к краю. — Морган.       И они были в движении. Поездка на лифте, казалось, заняла целую вечность. Джей-Джей была напряжена, как и Эмили. Каким бы странным не был Морнингстар, их внимание было сосредоточено на женщине. — Они сделают все необходимые звонки к тому времени, как мы окажемся на улице. Балкон Морнингстара выходит на запад, поэтому её квартира находится в восточной части здания, на одиннадцатом этаже. — Зазвонил телефон. — Поговори со мной, малышка. — Окей, у меня пока нет имени, но Рид нашёл бинокль и подтвердил оценку Мистера Морнингстара относительно её возраста. Она намеревается прыгнуть, но что-то удерживает её от этого. Рид говорит, что она выглядит испуганной. Морган, пожалуйста… — Я уже иду, мама, — спокойно прошептал Морган, когда они быстро направились к зданию. Он терпеть не мог, когда малышка умоляла его. Он мог сделать лишь малость из всего того, что она попросила, и ему не хотелось разочаровывать её.       Они услышали приближающийся звук сирен, который означал, что Росси выполнил свою задачу. Тяжело дыша, они вошли в здание, предъявив свои удостоверения швейцару, который быстро пропустил их к лифту. Джей-Джей первой нажала на кнопку одиннадцатого этажа, на лице её застыла маска профессионализма, но глаза выдавали внутреннее смятение души. — Джей-Джей… — тихо сказала Эмили, но её перебили. — Эмили, не надо, пожалуйста! — взмолилась их коллега, и Морган с Эмили кивнули. У них была работа, но ей придется рассказать, что же происходит.       Позже, после спасения жизни леди.       Его телефон зазвонил снова. — Мы уже едем наверх, малышка. — Её зовут Лили Джонс. У меня пока нет доступа к её медицинской карте, но её довольно впечатляющая карьера финансового консультанта резко оборвалась после того, как она потеряла в общей сложности двадцать миллионов долларов от двух своих главных клиентов семь месяцев назад. Кроме того, похоже, что за последние полгода она пропадала на работе более двадцати раз. Её уволили вчера вечером… О, и её работодатель указал, что она борется с клинической депрессией уже более двух лет. — Спасибо, Гарсия, — сказала Эмили, — мы будем у неё с минуты на минуту. Каково её положение? — Всё ещё там. Что бы там не делал Морнингстар, похоже, это работает, — быстро ответила Гарсия. — Лили? — позвала Джей-Джей, стуча в запертую дверь. — Это Дженнифер Джеро из ФБР. Пожалуйста, впустите нас.       Это всегда было самой мучительной частью правильной процедуры: просить разрешения войти в квартиру у кого-то, кто мог прыгнуть в любую минуту. Мисс Джонс не ответила, и Джей-Джей продолжил: — Лили, пожалуйста, мы знаем, что вы собираетесь сделать, и мы должны попросить вас открыть дверь. Иначе мы сами войдём.       Эмили покачала головой, и Морган невербально дал понять, что зайдёт в квартиру этажом ниже, чтобы иметь возможность спасти её в случае, если она прыгнет. Джей-Джей кивнула, и Морган быстро спустился по ступенькам в нижнюю квартиру. К счастью, соседи оставили дверь открытой: женщина лет тридцати пяти высунула голову и спросила Морган: — Вы из полиции? Вы здесь из-за мисс Джонс? Я не знаю, что делать.       Он показал ей свои документы, и она впустила его. — Я не очень хорошо её знаю, но несколько дней назад я слышала, как она плакала, и она почти не выходила из квартиры, и была очень тихой в последнее время. Я ещё даже не звонила в 911. Откуда вы узнали? Это ангел послал вас? — Ангел, мэм? — спросил Морган, следуя за ней на балкон. — Тот, что живет в Люксе, Мистер Морнингстар. Он — ангел-хранитель этого района, — продолжила женщина, явно довольная тем, что ей удалось преодолеть свое беспокойство. — Преступность упала почти до нуля с тех пор, как он поселился здесь, и, конечно, этот человек любит свои сексуальные вечеринки, но они почти никогда не становятся шумными. Если это так, мы всегда получаем букеты цветов или шоколад или и то, и другое, очень дорогие из Швейцарии или Бельгии. Однажды мы с мужем даже получили приглашение, — нервно хихикнула она, — мы, конечно, не пошли, но это было заманчиво. Это не то место, где проводятся собрания соседей… Я имею в виду, что это центр города. Если бы мы хотели встречаться с соседями, то переехали бы в пригород, но когда мы что-то организуем, он всегда рядом и умудряется разрешить любой конфликт улыбкой и несколькими очаровательными словами. Смотрите, вот он!       Дерек моргнул.       С этой точки зрения он понимал, почему она назвала этого человека ангелом.       Морнингстар стоял на балконе двумя этажами выше — далеко, но достаточно близко, чтобы агент ФБР безошибочно узнал его. Он также увидел рядом с ним две отчетливые фигуры, в которых Дерек опознал Рида и Хотча. Но что поражало, так это Морнингстар. Он действительно, казалось, светился, и не таким нежным «ангелы, арфы и Врата Рая, следуйте за мной к свету» образом. Вместо этого яркий белый свет был почти ослепительным, и Дерек удивился, как Хотч и Рид могли стоять рядом с этим человеком. Свечение было предупреждением, обещанием, и Дерек наконец понял, что прошипел владелец клуба ранее. Прыгай, и Божий Яд будет последним, что ты увидишь.       Рид немного рассказал им о том, какого дьявола представляет собой Люцифер Морнингстар: падший ангел, ранее известный как Самаэль. — Знаешь, — сказал Рид, — из всех ангелов Люцифер не только получил самую неблагодарную работу, но и добросовестно выполнял свои обязанности. Библия говорит о первоначальном восстании, но после того, как он был изгнан с Небес, он воцарился в Аду и беспрекословно соблюдал законы своего отца. — Или, — сухо возразил Росси, — дьявол не может покинуть Ад, и он — источник всего зла, как нас учат в Воскресной школе. — На самом деле это интерпретация. Люцифер известен как любимый сын Бога, самый яркий из всех ангелов, и Ад был описан как Божий дар ему в ранних сценариях. Лично эта версия Дьявола имеет больше смысла. Взгляните на это с такой точки зрения: подумайте о худшем Субъекте, с которым вы когда-либо сталкивались. Вы бы хотели, чтобы этот человек управлял тюрьмой, в которой содержатся все остальные Субъекты, которых вы поймали? — В этом ты прав, — признал Дерек после паузы.       Увидев то, что можно было бы назвать мстительным ангелом всего в нескольких ярдах от себя, он вспомнил тот разговор, но тут Хотч и Рид встали прямо рядом с ним и не казались такими испуганными, как если бы Морнингстар действительно светился. Должно быть, это была игра света (хотя почему его коллеги не светились, как владелец клуба, Дерек не знал).       Заставив себя отвести взгляд, Дерек перегнулся через перила и посмотрел вверх: мисс Джонс сидела на перилах, свесив ноги и наклонив голову в сторону предполагаемого дьявольского балкона. — Он ведь не хочет, чтобы я прыгнула, правда? — услышал он её вопрос. — Он рассердится, если я это сделаю. — Ты права, Лили, он не хочет, чтобы ты прыгала, — тут же согласился Джей-Джей, видя, что у неё есть шанс успокоить её. — На самом деле он послал нас сюда, чтобы поговорить с тобой. — Он это сделал? — спросила мисс Джонс. — Да, — подтвердила Эмили, — Не могли бы вы, пожалуйста, отойдите от балкона? — Вы собираетесь запереть меня? — спросила она вместо этого, нагло проигнорировав вопрос. — Нет, но мы рекомендуем вам обратиться к профессионалу, и было бы полезно, если бы вы остались в больнице на несколько дней. По крайней мере, вам не следует оставаться здесь одной. У вас есть кто-нибудь, кому вы могли бы позвонить? — мягко спросил Джей-Джей.       Реакция мисс Джонс была вполне ожидаемой.       Люди, которые говорили с края пропасти, редко плакали или кричали. Обычно они были оцепенелыми, тихими и апатичными.       Дерек заметил, как ее лицо снова повернулось к Люксу. — Как вы думаете, он придёт за мной, если я оступлюсь? — прошептала она, явно напуганная такой перспективой. — Мисс Джонс! — воскликнула её соседка, которая тоже присоединилась к Дереку, на балконе. — Как вы можете так говорить? Он никогда не причинит тебе вреда. Если вы мне не верите, спросите его! — Это вы, миссис Карлсон? — спросила девушка-самоубийца тоном, впервые напоминающим голос живого и дышащего человека. — Зовите меня Шарлоттой, дорогая, — возразила дама. — Лили, — предложила мисс Джонс. — Зовите меня просто Лили. — Лили, давай спроси его, — предложила миссис Карлсон. — Это хорошая идея… — начала Эмили, предполагая, что Лили, наконец, отойдет от балкона и последует за ними к Люкс, но всё было разрушено, когда Лили закричала (недостаточно громко, чтобы Морнингстар услышал): — Я обречена на Ад? Ты потащишь меня вниз, что бы я ни делал?       Дерек понятия не имел, почему женщина решила, что владелец клуба слышит её, но, к его удивлению, свет, окружавший мужчину, просто задрожал и погас. Через несколько секунд, когда глаза Дерека привыкли к темноте, на балконе остались только Хотч и Рид. — Ох, — прошептала женщина-самоубийца. — Я не… Я сделала ему больно? — Возможно, — задумчиво произнесла миссис Карлсон. — Он настаивает, что дьявол — это не зло. Что он карает зло. И что он «никогда никого ни к чему не принуждал». Ваши вопросы как бы подразумевали, что он имеет какой-то контроль над тем, что происходит с вами. — Нет, — мягко возразил Джей-Джей. — Как он мог сделать это с такого расстояния? Это было твоё решение, твой выбор.       Какое-то время Лили молчала, потом задумчиво кивнула: — Я думаю, что проведу эту ночь в больнице. Завтра я всё расскажу… Я уже давно не была дома. Наверное, мне стоит позвонить родителям. — Это отличная идея. Позвольте нам сопровождать вас, — тут же предложила Эмили, и её предложение было принято. — Вы передадите ему мои извинения, Шарлотта? — спросила Лили. — Я не хотела ранить его. — Конечно. Агент Морган, проводите меня обратно в Люкс?       Дерек посмотрел на спокойную, полную и добродушную женщину, которая проявила впечатляющую выдержку во время нервотрепки, и с радостью согласился. Пока Эмили и Джей-Джей следовали за Лили, чтобы встретиться с офицерами, пожарными и скорой помощью, Дерек позволил миссис Карлсон возглавить движение к Пиано-бару. Они оба остановились, услышав, как кто-то зовет её по имени. — Пол! — воскликнула она и обняла высокого крепкого мужчину, который, очевидно, был её мужем. Быстро, своим ласковым лепетом, отдаленно напомнившим Дереку о его малышке, она рассказала мужу, что произошло и куда она направляется. Её муж был тихим, гармоничным озером бескрайнего спокойствия. Он коротко представился, как только миссис Карлсон закончила свой рассказ. Её муж с радостью присоединился к ним, нежно держа жену за руку. Оказавшись в лифте, мистер Карлсон осторожно поинтересовался, откуда ФБР знает мистера Морнингстара. К счастью, они слышали об этом деле на сегодняшней пресс-конференции, и Дерек заметил, как мужчина слегка сжал свою руку. Его жена нежно сжала его руку в ответ, выглядя такой же спокойной, как и во время разговора с Лили.       Поездка на лифте не заняла много времени, учитывая, что миссис Карлсон была более чем счастлива поболтать о своём муже, который был большой шишкой в юридической фирме, прежде чем спросить Дерека, откуда он родом и какая подготовка нужна, чтобы стать профайлером. Честно говоря, она была очаровательна, и хотя её муж был менее разговорчив, он также искренне интересовался Дереком, как личностью.       Лифт звякнул, и они вошли в пентхаус, который был также великолепен, как и раньше.       Мисс Лопес, Гарсия и Рид присоединились к Морнингстару, который сидел на диване со стаканом ликера в руке. Хотч сидел в кресле, откуда ему был хорошо виден лифт, а Росси сидел напротив Морнингстара, упёршись локтями в колени, и наклонил тело вперёд.       Босс Дерека едва заметно кивнул. — Эмили звонила тебе? — спросил Дерек. — Да. Молодцы, — подтвердил Хотч, и его похвала, как всегда торжественная и тихая, отозвалась в душе уроженца Чикаго, как песня, прежде чем глаза мужчины вновь обратились к Морнингстару. — Это может показаться странным, но… — О, мистер и миссис Карлсон, какой приятный сюрприз! — воскликнул возможный дьявол, быстро поднимаясь на ноги, но не раньше, чем нежно похлопал по рукам Гарсию и Эллу. Только тогда Дерек заметил, как близко они сидят к мужчине. Он обычно замечал этот вид языка тела без особых усилий (например, мужчины, сидящие рядом с его маленькой девочкой; он ни в коем случае не ревновал, но после всего кошмара с Батлом, Дерек, возможно, был немного чрезмерно заботливым, когда дело касалось красивых парней рядом с его самым дорогим другом), но почему-то близость Морнингстара даже не замечалась (возможно, потому, что казалось, что они утешают его, и он не воспользовался их добротой). — Что привело вас сюда? Пожалуйста, скажите мне, что вы наконец-то готовы попробовать тот секс втроём, который я предлагал вам последние четыре года.       Щёки миссис Карлсон приобрели впечатляющий оттенок красного, когда она быстро покачала головой и хихикнула, совершенно смущенная: — О Боже, нет! — Конечно, дорогая, извини. Что привело тебя сюда? — вздохнул он в ответ. — Лили Джонс, — ответила миссис Карлсон, её щеки всё ещё пылали. — Кто это? — Моя соседка, чью жизнь вы только что спасли, — мягко ответила женщина. Дерек нахмурился: Гарсия была той, кто обнаружил ее личность — Морнингстар был слишком отвлечен, чтобы даже слушать? — А, так вот как её звали? — рассеянно спросил Морнингстар, и его голос прозвучал нехарактерно бесстрастно. — Да, она хотела, чтобы я извинилась перед тобой от её имени — она не хотела причинить тебе боль, — торжественно заявила она. — Нет ничего постыдного в том, чтобы бояться дьявола, дорогая, — ответил он с усталой улыбкой. — Я хотел внушить ей страх перед Божьим гневом; у Папы много качеств, но он далеко не так всепрощающ, как любит утверждать Новый Завет. По крайней мере, когда речь заходит о моральном внушении. — Вы упомянули ранее, что «не убий» включает в себя нечто большее, чем просто убийство, — заговорил Рид. — Включает ли это самоубийство? — Всегда, — ответ прозвучал решительно и без колебаний. Он также не выглядел слишком довольным этим. — А как насчёт людей, которые убивают, но при этом они солдаты или сотрудники правоохранительных органов? — спросил Рид. — Скажем так, что подставить другую щеку — это довольно современная интерпретация, но… — он вздохнул, — это не так просто. Если бы это было так. Есть два основных аспекта, которые позволяют вам попасть в Рай или обрекают вас на Ад: совершённый грех и чувство вины, которое вы испытываете из-за него. Грех навешивает на тебя ярлыки, но именно вина заманивает тебя в ловушку…       Двери лифта открылись, и Люцифер коротко улыбнулся Джей-Джей и Эмили, которые вошли, очевидно, выполнив свой долг. — Чувство вины, которое ты испытываешь, в первую очередь определяет твоё наказание. Часто я только и делаю, что предоставляю душам комнаты для самоистязания. Часто, но не всегда. Если нет вины, но совершенные грехи либо слишком многочисленны, либо слишком серьёзны, Азраэль, Ангел Смерти, моя младшая сестра, всё равно признает, что твоя душа принадлежит моим владениям. Очень редко она обманом доставляет тёмные души к Небесным вратам, но там ждёт Образец, который точно видит, кто вы и что вы будете делать, если вам позволят войти. Немногие души, которые должны быть в Аду, проходят мимо Привратника. — Святой Пётр? — Нет, — рассмеялся Люцифер. — Он приветствует все души. Моя сестра — Архангел, и ни один святой не видит зла там, где его нет. Но Уриил — он всё видит. — А как насчет тех немногих душ, которые ускользнули от него? — Серебряный город никогда не был моим владением, в отличие от Света. Серебряный город сделан из него; сделан из остатков Света, который я не мог вместить во вселенную; закручен и создан Мамой, которая хотела место для своих детей… Неважно, как хорошо ты замаскируешься, я узнаю, если тёмная душа войдет в Серебряный город, и свяжусь с моим братом… То есть, если Михаил ещё не знает. Либо благодаря моему уведомлению, либо потому, что он сам чувствует темноту, на самом деле не имеет значения. Он посылает их прямо ко мне. Конечно, они никогда не доходят, — на его губах появилась жестокая, безжалостная улыбка. — Ни одна человеческая душа не выдержит Падения. Они уничтожаются, — он помолчал, прежде чем добавить. — Есть три способа стереть душу с лица земли: клинок Азраэль, которым взмахивают только по приказу Отца. Это самый простой путь — практически безболезненный, но окончательный. Второй вариант — Амат, Пожирательница сердец, известная прежде всего в египетской мифологии — у неё конец ужасен, но быстр. Это также самое жестокое наказание, на которое я способен. Последний — это Михаил, который может изгнать тебя с Небес, — он содрогнулся, и хотя Дерек много лет назад потерял большую часть своей веры, человек сказал это с таким чувством и искренностью, что уроженец Чикаго почти поверил каждому слову. Морнингстар, безусловно, верил. — И это… — он запнулся, прежде чем резко выдохнуть, — это бесконечная пытка, разрывающая тебя на части. — Ты пережил это, — вмешался Росси. Конечно, он знал, что он это пережил: верил ли Морнингстару самый опытный профайлер в этой комнате или нет, не имело значения; он был так явно захвачен системой верований владельца клуба, что не мог не копаться в ней дальше. — Михаил не мог выгнать меня, агент Росси. Папа мог. Михаил просто… он был предан Отцу, как и все мои братья и сёстры, и Папа знал, что я никогда не причиню вреда своим братьям и сёстрам, поэтому он послал смотрителя Серебряного города, Небесного генерала и Аменадиила, Ангела Времени и величайшего воина Небес, чтобы остановить то, что люди и мои братья и сёстры считали восстанием, но на самом деле я просто требовал, чтобы ангелы, так же, как люди и любая другая душа во Вселенной, имели право на свободу воли. Папа не согласился, и все остальные тоже. Ирония судьбы, я знаю. Я был избит и окровавлен, но изгнать меня пришлось именно Папе. Человеческая душа была бы уничтожена на месте. — Как же ты выжил? —В этом и есть особенность быть одним из самых могущественных существ во Вселенной, — небрежно ответил владелец клуба, называвший себя Дьяволом. — Это очень похоже на серию Нила Геймана «Песочный Человек» и персонажа Люцифера из комиксов DC, это слегка жутковато, — радостно воскликнул Рид. Дерек нужно как можно скорее поговорить со своим младшим коллегой.       Хотя все они приняли веру мистера Морнингстара в то, что он был дьяволом, Рид должен был задать вопросы примерно так: «Вы взяли это из серии Нила Геймана «Песочный человек?» — О, вот тут я возражаю, — воскликнула Морнингстар, явно увлеченная этой темой. — Во-первых, разве я похожа на блондина? Клянусь, с тех пор как вышла эта серия, так много людей ожидают, что я буду блондином, что просто смешно. Во-вторых, хотя Михаил и силён, у него не больше способностей создавать материю, чем у меня. Вся материя возникает из излучения, а это Рагуил, наша старшая сестра. В-третьих, Присутствие — это какое-то странное смешение Мамы и Папы, и действительно, что это такое с монотеистическими культурами и роспуском женщин-небожительниц? Серьёзно! Я имею в виду, конечно, Мама не фанат человечества… или жизни, на самом деле… Я думаю, что она была бы совершенно счастлива, если бы это были только Она, Папа, Рагуил, Аменадиил и Михаил на всю оставшуюся вечность, но я появился следующим, и со мной пришло творение Света, и с ним пришла жизнь, и Папа стал рассеянным и… — с каждым словом он выглядел все печальнее и печальнее. — Мне не нравится, как меня изображают в этих комиксах, — продолжал он, не желая обсуждать очевидные проблемы, которые у него были с родителями, — он… он не злой, конечно, и он отказывается лгать, что я ценю, но он… он не более чем ещё одна предвзятая версия меня, — он вздохнул, опустив голову. — А чего ещё я ожидал? Ремиэль вмешивалась в дела человечества. Она думала, что сможет предупредить вас, что я покину Ад и приеду в Лос-Анджелес. Для человека со вторым зрением моя дорогая сестра на самом деле не предвидела, что сны, которые она посылала, приведут к комиксам, а не к религиозному тексту, — он усмехнулся. — На самом деле ангелы понятия не имеют, как устроен мир в наши дни.       За этим заявлением последовало молчание.       Первой заговорила мисс Лопес: — Ого, это просто фантастика. Я очень надеюсь, что ты получишь роль для того, на что бы ты ни пробовала. Я люблю вашего дьявола, гораздо больше, чем все фильмы «юридические-фирмы-служат-дьяволу-а-Арнольд-борется-с-дьяволом-чтобы-предотвратить-конец-света», которые там есть. Вы написали свой собственный сценарий, потому что вы должны полностью назвать фильм «Симпатия к дьяволу», если нет какого-то нарушения авторских прав?       Именно это выражение стало гвоздем в крышку гроба.       Судя по тому, как Дерек представлял Морнингстара (того, кто искренне считал себя дьяволом), он должен был обидеться на её восклицание.       Или, по крайней мере, защищаться.       Или должен был отшутиться.       Вместо этого выражение его лица было почти нечеловечески безмятежным, что шло вразрез с экстравертной личностью, которой Дерек считал его. — Спасибо, мисс Лопес, — мягко ответил владелец клуба. Его руки дрогнули, как будто он сдерживался, чтобы не потянуться к ней.       Дерек мысленно повторил её слова и наконец понял, что это было признание в любви, на которое он ответил. Будучи дьяволом — и библейским карателем, но при этом не злым дьяволом — вы, вероятно, не слышали много заявлений о любви в течение всей своей жизни.       Мысли опытного профайлера резко остановились, как только он понял, что на самом деле играет с идеей, что Морнингстар не только верит, что он дьявол, но и действительно нечто большее, чем может видеть глаз.       Чёрт, ему действительно нужно поговорить с Ридом и Хотчем и спросить их, что они видели на том балконе. — Миссис… Карлсон, могу я вам чем-нибудь помочь? — спросил владелец самого эксклюзивного Пиано-бара Лос-Анджелеса. Его тон был завораживающим, почти гипнотическим. — Нет, нет, мистер Морнингстар, благодарю вас, — ответила она, не совсем честно. — Это Люцифер, пожалуйста, миссис Карлсон, и я уверен, что там что-то есть, хотя это и не так грязно, как мне бы хотелось, — поддразнил он её с очаровательной улыбкой. — О, — она коротко хихикнула, её щеки вспыхнули, но она быстро протрезвела это поглощающего гипноза, — если у вас нет лекарства для лечения последствий и трубного фактора бесплодия, вы не можете действительно помочь мне. — Мои извинения, миссис Карслон, но исцеление — не моя область, и для такого уровня ремонта требуется Папино благословение. Даже если я позвоню брату, он ничего не сможет сделать. — Не беспокойтесь, мистер Морнингстар, — мягко улыбнулась она, — мы сейчас рассматриваем возможность усыновления, хотя, кажется, было бы легче стать приёмными родителями. Вся эта система очень сложна, а Пол — юрист, так что я даже не могу себе представить, каково это людям без юридического образования. — О, это не проблема, — просиял Морнингстар. — Хотя я никогда не пойму вашего желания вырастить маленьких людей, я лично знаю исполняющего обязанности директора КУСС, поэтому я могу замолвить за вас словечко, если вы действительно хотите иметь собственное потомство.       Мистер и миссис Карлсон горячо поблагодарили его, затем извинились за вторжение и сказали, что им действительно пора уходить, но — если это вообще возможно — они скоро свяжутся с ним по поводу его предложения, которое мистер Морнингстар с готовностью принял.       Мисс Лопес решила, что ей тоже пора уходить, так как завтра рано утром ей нужно было идти в лабораторию. — Мисс Лопес, — сказал Хотч, — позвольте одному из моих агентов сопровождать вас. — В этом нет необходимости, — раздался в комнате низкий голос Мэйзикин Смит. Она, казалось, вошла через балкон, что само по себе должно было напугать Дерека сильнее, чем есть (что многое говорило ему о том, какой у них был день). — Я доставлю ее домой в целости и сохранности, — она жадно улыбнулась судмедэксперту. — Есть новости? — спросил Морнингстар очень серьёзно и совсем не удивился её внезапному появлению. — Ухо демона не очень-то поможет, — ответила она с явным неудовольствием. — Что бы они ни делали и кто бы ни был замешан в этом деле, они не занимаются никакими тёмными делами, о которых я в курсе. — Вообще-то это очень распространено среди таких Субъектов — неизвестных подозреваемых, — автоматически уточнил Хотч. — они работают как стая и никому не доверяют за пределами упомянутой команды. — Понятно, — пробормотала мисс Смит, склонив голову набок. — Тогда что конкретно я ищу? — Что вам уже рассказали? — спросил Росси, одновременно восхищенный и немного озадаченный. — И могу я заметить, что охотиться за этими людьми очень опасно?       Улыбка, которой она одарила опытного профайлера, была просто убийственной. — Я хочу увидеть стаю, способную победить меня, красавчик, — она подошла к тому месту, где стоял мистер Морнингстар. — Он сказал мне, что я ищу две тёмные души, двух подхалимов и одного неизвестного назначения. Я хищник, я знаю, как охотиться на свою добычу. — Послушайте… — начал Хотч, но мисс Смит перебила его и сосредоточилась на Дереке. Её горящие глаза были одновременно обещанием и предупреждением, и профайлер внезапно почувствовал себя антилопой, на которую охотится львица. — Победи меня, тигр, — ухмыльнулась она, и Дереку вдруг захотелось убежать. Он знал, каково это — быть добычей; он действительно не хотел испытать это снова. — Спокойнее, девочка, — скомандовал Морнингстар, хотя он широко улыбался, скорее забавляясь этим зрелищем, которое показывало, что её агрессивные действия не были слишком серьёзными (Дерек надеялся на это). — Это не лучший способ ухаживать за потенциальными человеческими любовниками. Ты его пугаешь.       Дерек понимал, что должен опровергнуть это утверждение, но он определенно боялся её, и не было смысла отрицать это. — Хорошо, — сказал Джей-Джей, осторожно вступая в поле зрения Мэйзикин, и Эмили встала рядом с ней. — Мы сделаем это.       Глаза возможного демона заискрились от восторга. — Чёрт возьми, да! Я полностью согласна, леди. Мне нравятся твои новые друзья, Люцифер, очень нравятся.       Владелец клуба выглядел так, как будто Рождество в этом году наступило раньше, и проводил Гарсию и мисс Лопес к тренеру, также молча попросил Рида снова сесть. — О, это будет интересно! — Давай, — предложила мисс Смит, облизывая губы, — срази меня.       Это не должно было вызвать у Дерека прилив крови (?), но её тон производил на него такое впечатление.       Джей-Джей и Эмили атаковали одновременно.       К счастью, изменение энергии подавило первобытные части его мозга и привело в действие опыт Дерека в боевых искусствах, так что он мог нейтрально наблюдать, как помощница Морнингстара без особых усилий расправилась с двумя опытными агентами ФБР. Он также заметил, как тщательно она избегала причинять вред его коллегам. Она всё ещё била их ловко и с пугающей легкостью (он знал стили борьбы Джей-Джей и Эмили. Они отнюдь не были беззащитны). Секунду спустя улыбающаяся мисс Смит уложила Джей-Джей на землю, а Эмили прижала к стене. — Мне нравится такая прелюдия, — выдохнула она. — Мэйзикин, — предостерегающий тон заставил её сделать шаг назад. — Я думаю, она достаточно убедительно продемонстрировала, что стая ей не ровня, агент Хотчнер. Мисс Лопес, пока вы с ней, с вами ничего не случится, даю вам слово. Конечно, если вы хотите узнать Мэйз на более интимном уровне, я уверен, что она согласится. — Совершенно верно, — улыбнулась подруга Морнингстара, предлагая руку Элле, которая с энтузиазмом приняла её. — Это было так круто! — воскликнула она, но затем обеспокоенно посмотрела на Джей-Джей, которая с лёгкостью поднялась. — Ты ранена, Джей? — Только моя гордость, Элла, — печально ответила Джей-Джей, но она улыбалась. — Спасибо тебе. — О, вы прекрасно справлялись, — пренебрежительно заметила мисс Смит. Её заявление было прервано знакомым звоном открывающегося лифта, и Дерек краем глаза увидел мисс Кёртис и доктора Мартин. — Для человека. Мне ещё не проигрывала битву с неангельскими противниками.       Доктор Мартин истерично хихикнула: — Ха-ха-ха, отлично, Мэйз, отлично! Так смешно, — её глаза были широко раскрыты, а в голосе слышались признаки паники. — Правильно!       Она подошла к мистеру Морнингстару который тут же подошёл к бару и налил своему терапевту стакан янтарного ликера из бутылки которая выглядела дорогой… В этом сценарии было так много неправильного, что Дерек не знал, с чего начать. Но лучше не стало, когда она взяла бокал и сделала большой глоток, резко выдохнув: — Итак, что же я пропустила в этом разговоре, который вы двое ведёте с уважаемыми членами Федерального бюро расследований или ГФПА*, как я люблю их называть, как в Главном Федеральном Правоохранительном Агентстве, службе внутренней разведки и безопасности Соединенных Штатов Америки? — её руки слегка дрожали. — Доктор Линда, — нерешительно произнес Морнингстар, — с тобой всё в порядке? Ты выглядишь напряжённой.       Снова раздался тот же истерический смех, который, казалось, эхом отдавался в комнате. — Напряжённой? Нет! С чего бы мне нервничать (напрягаться?)? — не очень убедительно возразила доктор Мартин. Она опустошила стакан. — Тут не о чем беспокоиться, я имею в виду, ты же не скрываешь какой-то гигантский секрет о своём… — мисс Кёртис быстро шагнула вперёд и забрала у неё стакан. — Дыши, — прошептала она, но в комнате было так тихо, и Дерек стоял достаточно близко, чтобы услышать её, — он не совершил никаких преступлений. Они оба здесь легально.       С застывшего лица доктора Мартина, наконец исчезла паника. — Да, да, ты права. Вы, наверное, думаете, что я сумасшедшая, — нервно хихикнула она. — Итак, я просто пришла убедиться, что с тобой всё в порядке, Люцифер. Дэлайла немного забеспокоилась, особенно когда услышала о попытке самоубийства неподалеку. Тебе не кажется, что мы должны поговорить об этом? — Она не прыгнула, доктор Линда. Всё хорошо. — Что-то в тоне Морнингстара говорило о том, что не всё в порядке и что доктор Мартин что-то заподозрила. — Мне бы очень хотелось поговорить об этом. Сейчас. Здесь. Только мы вдвоём. Я не думаю, что мы должны откладывать это на другой день. — Конечно, — медленно произнёс хозяин клуба, озадаченный и немного грустный, — мои дорогие агенты, боюсь, что наша беседа должна быть прервана, но, пожалуйста, не стесняйтесь собирать свои вещи и либо переезжать в старые комнаты Мэйз сегодня, либо завтра, — заговорил он, перекрывая сдавленный звук, вырвавшийся у психиатра. — Если вы захотите покинуть отель сегодня вечером, мой персонал будет проинформирован и покажет вам дорогу. Честно говоря, я бы предпочёл сделать это сам, но боюсь, что эта сессия займёт больше времени. — Мы понимаем, — согласился Хотч, не теряя ни секунды. — Спасибо за ваше щедрое предложение. Я поговорю об этом со своей командой, и мы, возможно, привезём наш багаж завтра, но не сегодня. Мисс Лопес и мисс Смит, вы можете пойти с нами. — Конечно, отведите её домой, но я откажусь, спасибо, — сказала мисс Смит. — Мне нужно выследить пару душ. Люцифер, не возражаешь, если я позаимствую ловец душ?       На мгновение её бывший босс замер. — Возражаю, и ты не возьмёшь, — последовал решительный ответ, более серьёзный, чем Дерек когда-либо слышал от игривого человека. — Ловец душ не должен использоваться на земном плане, — затем его тон изменился и стал более возмущённым и менее спокойным. — В последний раз, когда кто–то бездумно — читай: один из моих братьев-идиотов — подумал, что это отличная идея, чтобы использовать его, я провёл три дня, уничтожая тьму, которая охватила большую часть северного полушария, или, как это было ложно описано, «девятая чума Египта». Так что нет, ловец душ не будет использоваться вне Ада. Я просто взял его с собой, чтобы убедиться, что Дромос не будет использовать его как игрушку. — Он не посмеет, — прошипела мисс Смит. — О, он бы так и сделал. Как только я уйду достаточно надолго, он обязательно это сделает. — Он предан тебе, — нахмурилась опасная женщина. — Да, это так, но мне и только мне. Он не особенно любит людей и ненавидит ангелов. Как только он решит, что я не вернусь, он захочет использовать его, чтобы найти меня, — он поймал взгляд свою другу. — Мэйз, если бы я думал, что ты не сможешь найти их без посторонней помощи, я бы не просил тебя искать их. Это не Ад. Поиск пяти человек в бассейне из четырех миллионов живых душ не должен быть легким. Тёмные души не выделяются так, как это было раньше — как ты привыкла. Они скрыты в ярком свете. Постарайтесь найти двух последователей, и будь осторожна. — Понятно, — задумчиво кивнула она.       Не сказав больше ни слова, она вышла из комнаты, даже не потрудившись попрощаться, но Дерек не был уверен, что смог бы ответить. В этот момент профайлер не знал, как расставить приоритеты. Им предстояло раскрыть ужасное дело, но загадка Морнингстара завораживала, и ему действительно нужно было поговорить со своей командой.       Мисс Кёртис была единственной, кто проводил их до выхода, но не без того, чтобы Морнингстар не пожелал им всем спокойной ночи, заверив их, что он будет в полицейском участке Лос-Анджелеса завтра в 8 утра. Как только они попрощались с мисс Лопес, которую детектив Эспиноза предложил проводить домой (вместо того чтобы ехать домой с детективом Деккер, он, очевидно, решил присоединиться к патрульным машинам, но он был счастлив отвезти судмедэксперта обратно в её квартиру). Как только Дерек убедился, что осталась только команда, он признался: — С того места, где мы стояли, казалось, что Морнингстар… светился, за неимением лучшего слова — поправьте меня, если вы этого не видели, Джей-Джей, Эмили. — Но они этого не сделали. — Малыш, пожалуйста, скажи мне, что это была просто игра света. — С того места, где мы стояли, — ответил Рид, — мы ничего не видели…       Дерек с облегчением выдохнул, но слова застряли у него в горле, когда гений продолжил: — Но язык, на котором он говорил, не имеет корней ни в одном человеческом или вымышленном языке, который я узнаю. Он удержал её на месте — это было понятно — и внезапно очень расстроился из-за того, что она сказала. Мы были недостаточно близко, чтобы услышать её, и он не мог читать по губам, так как не пользовался биноклем. Я не перевёл ничего из того, что она сказала. И всё же он знал, что она сказала. Его библиотека — это… Ребята, я не уверен, что вы понимаете, сколько денег находится в этом пентхаусе. Я видел только несколько его работ, и некоторые из них абсолютно бесценны. У каждой из них есть личная надпись. Судя по тому, что я видел, он должен быть как минимум миллиардером. И это только с финансовой точки зрения. Он гений, и, судя по тому, что я видел до сих пор, он превосходит мой интеллект в нескольких областях, хотя я не могу дождаться, чтобы обсудить астрофизику с этим человеком, учитывая, что у него есть особый интерес в этой сфере. — Что ты хочешь сказать, Спенсер? — недоверчиво спросил Росси. — Что ты веришь, что он настоящий дьявол? — Не знаю, — тихо признался молодой гений, нехарактерно неуверенно. — Мы все знаем, что он верит в это, и — если только это не какая-то хитроумная мистификация впечатляющих масштабов — я не нашёл никаких доказательств, которые противоречили бы его взглядам. — Ну, — сказала Эмили после минутной паузы, — как ты и сказал, отрицательный результат почти невозможно доказать. — Конечно, — вмешалась Гарсия, — но разве не должно быть легко доказать, что кто-то человек? Он очень хороший… он из плоти и крови, это точно. По общему признанию, удивительная плоть, и я действительно не хочу знать о крови. Он… его компьютер хранит самую большую коллекцию порнушки, которую я когда-либо видела. Очень изобретательный материал, тоже несколько перегибов, но не пыточное порно, ничего хитрого. Он богат, и это делает его эксцентричным, я думаю. Но ведь он неплохой парень, правда? Сэр, а вы что думаете?       Хотч на мгновение замолчал. — Я согласен с тобой. Он неплохой парень, и на данный момент мы ничего не можем сказать или сделать с тем, кто он. Он помогает нам, и он помог нам спасти жизнь сегодня. Вы молодцы, ребята, если я ещё не упомянул об этом. Должен признаться, я не уверен, кто такой мистер Морнингстар, но думаю, что он не желает нам зла и хочет поймать стаю так же сильно, как и мы. Давайте сделаем нашу работу, а потом раскроем тайну, которой является Люцифер Морнингстар.       Спокойный и собранный тон всегда успокаивал разрозненные мысли Дерека. Хотч был прав. Им нужно было поймать пять настоящих монстров. Ни мисс Смит, называвшая себя демоном, ни мистер Морнингстар, считавший себя дьяволом, не выказывали никаких признаков настоящего садизма или жестокости. Даже если дьявол был реален, казалось, что тьма, которую он должен был принести с собой, не могла сравниться с истинным злом, которое вы могли найти в человечестве.