Восьмой сезон «Однажды в Сказке» или То, что осталось за кадром

— Он так вырос, Арчи, — Эмма лежала на кушетке психотерапевта, сложив ладони на животе и закрыв глаза. — Мой мальчик уже сам в состоянии спасать мир! А жена у него какая… Нет, я не расистка, просто… Неужели он не мог выбрать другую принцессу? Дочь вон родили… От нас с Реджи… ой, точнее, от нас с Нилом вообще будто ничего и нет! Девочка, конечно, смышлёная, никто не спорит, просто сам факт… А Алиса эта? Ты видел её безумный взгляд? Ах, ну да, конечно же, не видел… Килл, разумеется, заливает, что это не он, это его эго из параллельной вселенной родило ребёнка, причем даже не от Милы, это бы я еще могла понять, но от какой-то совершенно странной женщины! Дочь, собственно, в мать пошла. Кстати, о материнстве. Я еще ого-го, родила нам малютку с Крюком, да такую прехорошенькую (не то, что Генри. В смысле, не то, что Генри родил), чудо просто. Прям не нарадовалась бы. Только вот что странно, — Эмма приоткрыла один глаз, — ей приглянулся сын Голда! Который второй (ну да, логично, с первым-то мутила я). Ничего не имею против Румпельштильцхена (хотя нет, имею!), но свою дочь за его сына я не выдам! Тем более, что он её старше почти на 30 лет! Где это видано?! — Сказала Эмма, которая замужем за трехсотлетним пиратом, — пробубнил про себя Хоппер, незаметно пригубив коньяк из хрустального стакана. Коньяк возмущенно булькнул, ему вовсе не хотелось, чтобы его губили. Залпом. Только залпом. И занюхать рукавом, как суровый зачарованнолесный кузнечик, сын бродячего шута-вора. Арчи тяжело вздохнул, скосив взгляд в сторону блондинки, но та вроде не заметила манипуляций доктора. — Ты что-то сказал? — из вежливости спросила женщина, тут же продолжив и не дав ему ответить, — но с другой стороны, мы бы породнились с Белль… Она бы перестала выгонять меня из своей библиотеки, а ведь иногда так хочется взять ром и интеллигентно отдохнуть! Вдохнуть книжной пыли, насладиться видами стройных полок в ряд. И твёрдо при этом знать, что твою заначку никто не найдёт. Тут Эмма спохватилась, что взболтнула лишнего и резко села на кушетке, держась одной рукой за голову. — Арчи, ты же знаешь, что такое врачебная тайна? — с нотками подозрения спросила она. Доктор в ответ лишь утвердительно пожал плечами, и Свон облегчённо вздохнула. — Ладно, Арчи, мне пора, заболталась тут с тобой. — Эмма, ну вы же понимаете, что лечение не окончено? — отставив коньяк в сторону и схватив папку с историей болезни блондинки, поспешно сказал он, затем встал с кресла, преградив тем самым ей путь к отступлению, — те препараты оказались очень сильными, и их ни в коем разе не стоило смешивать с алкоголем. Это дало свои определённые последствия, которые выразились в этих галлюцинациях, что вы видели. И та женщина, как вы сказали? — Айви. — Да-да, Айви… У Реджины не было учениц, Эмма. Это не может быть правдой, вы же понимаете? Эмма расстроенно булькнула. — Но я видела… — начала она, но доктор Хоппер жестом остановил её. — Пока я могу вам прописать лишь здоровый крепкий сон, и общение с близкими людьми. Как организм придёт в норму, сможем начать медикаментозное лечение, и ваши видения пропадут. Идите домой, Эмма, к мужу и сыну, и забудьте всё то, что вам привиделось. — Да, доктор. Эмма грустно опустила голову и вышла из офиса психотерапевта. Несколько дней назад её стали одолевать странные видения, но не такие, как в случае с Гидеоном и мечом, а иные. Она будто видела будущее, но при этом осознавала, что находится в реальности. А открыться ей успело многое: новое заклятье, Реджина почему-то сменила прическу и из мэра переквалифицировалась в барменши, Генри вырос, женился и родил дочь, которая нашла его спустя 10 лет, совсем как он сам её, Эмму, тогда, в день её рождения, когда она загадала больше не быть одной. Помотав головой, прогоняя печальные думы, женщина и не заметила прохожего, в которого врезалась. Из рук встречного выпали пакеты с продуктами, а сам человек чуть не упал на асфальт. — Ох, простите… Белль? Некогда мисс Свон, а теперь миссис Джонс подняла глаза и увидела, что сбила жену Тёмного. На счастье, тот не примчался с кинжалом наперевес с воплями «кто тронул моего бельчонка?! Порублю!», как это обычно бывает с теми, кто забудет с ней поздороваться, например. Белль растерянно улыбнулась, потирая ушибленное плечо. — Я цела, всё нормально, — сказала она. — Ты сама-то как, лечение Арчи помогает? Эмма закатила глаза. Глаза и рады бы были вообще исчезнуть отсюда, ибо столькой фигни, как они, мало кто видел, но кто ж им позволит. Пришлось возвращаться обратно и воззреть на Белль с недоверием. — Я… да откуда… а, неважно, лучше скажи, как там Гидеон? Уже есть невеста? Его к молоденьким, случайно, не тянет? — А почему ты спрашиваешь? — в свою очередь насторожилась миссис Голд. Что бы личная жизнь её сына интересовала Спасительницу, нонсенс. — Да так, ничего, — быстро успокоилась Эмма и оглядела пакеты. — Ты куда идёшь? Давай я тебе помогу? Не дав ей времени одуматься и отказаться от такого предложения, Свон-Джонс подхватила пакеты и зашагала в сторону виднеющейся библиотеки. Белль вздохнула и зашагала следом.

***

— А Алиса эта, дочка Киллиана, представляешь? — давясь от хохота и чуть не расплескав виски, хрипло тараторила Эмма. Белль сидела напротив неё в мягком кресле, размазывая тушь по лицу. Спасительница рассказывала ей про свои видения, и теперь Красавице казалось, что они стали ближе. То ли безумные истории Эммы были тому виной, то ли почти до конца выпитый виски, но сладкое чувство единения зародилось в добром сердечке девушки. «А ведь я тоже лежала в психушке», — с ноткой ностальгии нежно подумала она, наблюдая за хрюкающей напротив неё блондинкой, — «только все 28 лет заклятья, а Эмма всего несколько дней, пока Чёрная Фея считала, что победила, но всё же. Кто как не я может понять всё это?!» — Эмма, у меня появилась замеча-аательная, ик, идея! — подняв вверх руку с бокалом, начала шатенка, — вот скажи, тебе же сейчас хорошо? — Х-хорошо, — кивнула Эмма, пытаясь сфокусироваться взглядом на почти пустой бутылке. — Ты меня уважаешь? — продолжала Белль. — Да я восхищаюсь тобой! — парировала блондинка, раскинув в стороны руки, чуть не смахнув столик с закусками, — все эти книжки-фигнижки, словари-хреновари, пергаменты-ху… Да ты вообще мозг! — Отлично, тогда тебе точно понравится то, что я придумала! — Белль восторженно посмотрела на подругу. Яркий огонёк загорелся в её безумных глазах, не суля ничего хорошего… — В нас пропал дух авантюризма, мы перестали лазить в окна к любимым женщ… Ой, не то, опять Румпель телевизор не починил, так и заклинило все каналы на «Иронии судьбы». Вернёмся к теме. Ты же наверняка замечала, что мы стали отдаляться друг от друга? — Эмма яростно закивала головой, впрочем, не особо осознавая смысла сказанного, просто ей нравилось дёргать башкой, от этого прикольно развевались волосики, — Как часто ты беседуешь по душам с родителями? У них теперь есть новый ребёнок, и разве это не стало очередной пропастью между вами? Мой Румпель всё так же врёт, и я устала давать ему уже двухтысячные шансы. Мы стали меньше общаться, делиться сокровенным друг с другом, а особенно после победы над Фионой. Мы все будто отдалились друг от друга, между нами пропасть. Вот ты знала, что Руби нравятся бананы? Или что Аврора подсела на шашлык? Чтобы сломать стену непонимания и отчуждённости между нами и снова стать единым королевством, предлагаю создать Клуб для посиделок всех сказочных жителей! А, как тебе? — Блестящщщще, — почти членораздельно промычала Эмма и положила руку на плечо Белль, — я тогда смогу всем рассказывать свои видения, а не только этому зануде Арчи, который меня даже не слушает. — Да! — обрадовалась Белль, — а я смогу пересказывать все книжки, которые прочла за день! — …Ты серьёзно? — хмуро спросила Эмма, и Френч-Голд сникла, но вскоре снова воодушевилась. — Здесь каждый сможет поделиться чем-то сокровенным, найти поддержку и утешение, новых друзей, почувствовать себя неотъемлемой частью огромного доброго сказочного мира! — Точно! — с бокалом в руке поддакивала Эмма, — общество анонимных психов! — ДА! — восторженно воскликнула Белль, — а чтобы никто не догадался, назовём это «Адский недотраханный алкогольный детский сад»! — Почему так? — На откровения когда пробивает? Когда пьем. Когда откровенничаем, ебем мозги, значит к нам приходить будут только те, у кого недотрах. С подземным миром у нас и так уже практически дипломатические отношения, так что гостей снизу тоже можем ждать. Отсюда адский. Ну, а детский сад… Мы же всё-таки сказочные персонажи, как все наивно полагают, для детей. Эмма задумчиво почесала краем бокала подбородок: — Тогда уж не просто детский сад, а «психушки Зоопаркина». — А это почему? — настала очередь удивляться Белль. — И это спрашивает та, которую муж называет «бельчонок», — с видом опытного натуралиста важно заявила пьяная Спасительница. — Сама посуди, кто из нас нормальный, это раз, а два — да мы же сборище животных. Белка-книжница — жена Крокодила, чья невестка вообще Лебедь, — закончила Эмма. На том и порешили, в честь зарождения Клуба торжественно звякнув бокальчиками.