Глава 1
10 ноября 2020 г., 00:53
Что есть ненависть, как не угасшая любовь. Что есть ревность, как не ярость оскорбленного сердца. И это черное чувство отравляло душу, сжигало сердце. Ненависть, обида, боль и ревность затмили глаза. И даже если бы он захотел, то не смог бы остановиться. Уничтожить, все уничтожить на своем пути. Земля поплатится, потому как она украла у него нечто ценное.
Но победа — не была его первой целью, скорее поражение. Он был сломлен, повержен, с повязанными руками. Но глаза его смеялись, радуясь победе — Нью-Йорк был разбит.
***
- Я не понимаю Локи, матушка. Я никогда его не понимал. Зачем? Погибло столько людей, загублено столько невинных жизней. И все из-за его неуемной жажды власти, его гордыни? Сколько раз я хотел покончить с этим раз и навсегда. Убить брата, навек оборвать его дыхание. Но я не могу. Где правда, где ложь... ничего не понимаю. Фригга нежно улыбнулась, погладив сына по волосам. - Локи открыты тайны любой души, кроме его собственной. Там, где ты привык действовать прямо, Локи, напротив, идет сложными противоречивыми тропами. Которые, увы, часто заканчиваются кровопролитиями. Тебе лишь нужно поговорить с ним. И если он откроет тебе свою душу, то ты все поймешь. - Но как мне разобрать в этих предательских речах: где правда, а где ложь? - Тору становилось все сложнее понять, что делать с Локи. - Локи - бог хитрости и обмана. Его слова могут обмануть тебя. Однако, глаза — это зеркало души. Загляни в его душу, она солгать не сможет.***
- Локи, - Тор заходит в темницу, где Бог обмана расслабленно лежит на кровати. - Брат мой, - Локи приподнявшись, ухмыляется. - Чем обязан? Пришел позлорадствовать. - Я пришел за ответами. Нам нужно поговорить, - Тор садится рядом и вглядывается в зеленые омуты колдовских глаз. Но не видит ровным счетом ничего. В нем лишь вспыхивает желание безвозвратно утонуть в этом глубоком омуте, поцеловать эти мягкие манящие губы. Тор встряхивает головой, пытаясь отогнать наваждение и пагубные мысли. Бог грома вспоминает о разрушенном Нью-Йорке, о хаосе, о разрушении. О многочисленных людских жизнях, которые уже не вернуть. И в нем вспыхивает гнев с новой силой. Тор больше не смотрит в эти красивые зеленые глаза, они отвлекают от сути. Тор вскакивает с постели, и с явным раздражением проходит по камере. - Ты чуть было не уничтожил весь город! Смерть, разрушение и кровопролитие — вот что ты сеешь всегда. Столько погибло людей, столько семей больше никогда не увидят своих родных. И все ради чего? Твоя больная неуемная жажда власти, господство над миром, порабощение. Я требую ответов. Ради чего все это? Тор в ярости сжимает кулаки, по которым, искрясь, пробегают молнии. - Брат мой, ты все так же слеп. Да, мной часто двигает жажда власти. Я всегда хотел лишь быть достойным тебя. Но в этот раз мной двигало иное. Более сильное чувство, нежели власть. Я хотел погубить Землю, потому что она забрала тебя у меня. - Не понял, - все что мог сказать Тор, который совсем запутался в речах брата. Локи рассмеялся. - Мой милый брат. Столько силы и так мало ума, - рассмеялся Локи. Но теперь Тор расслышал в его голосе горькие нотки. - Ты хочешь ответов? Ты их получишь. Я ревновал. Когда я видел тебя рядом с Джейн Фостер, во мне кипела ненависть, ярость. Это слишком тяжело, что бы описать словами. Я готов был уничтожить все на своем пути. Стереть Землю в порошок, уничтожить все, до последнего камешка. Я был зол как тысяча демонов, что какая-то смертная оказалась для тебя более мила, чем я. Я чуть не уничтожил Нью-Йорк, чтобы ты, дорогой братец, наконец обратил на меня свое внимание. Тор был близок к шоковому состоянию, он в растерянности смотрел на Локи. Бог грома опустился на колени перед братом и взял его руки в свои и несильно сжал. - О, Боги Праведные, Локи... Я...я, - Тор неотрывно смотрел в глаза брата, и кажется увидел наконец его душу. Она не была черна, но она не была и бела, эта душа яростно, с отчаянием его любила. - Я встречался с Джейн, чтобы тебя забыть. Мне казалось, что ты ненавидел меня с самого детства. Эти предательства, бесконечные ножи под ребра. А оказывается, за ненавистью ты прятал свою любовь. - Во мне смешалось слишком много чувств: зависть, обида, злость, ревность. И я мстил, как умел. А ты брат, полный слепец. Помнишь наш разговор перед твоей коронацией? Я говорил тебе: «временами я завидую тебе, брат мой. Но никогда не сомневайся в том, что я люблю тебя». А после я попросил поцеловать меня, а ты сказал прекратить. В этот самый миг мое сердце разбилось. Это не было жаждой власти, не в этот раз. Это была месть оскорблённого сердца. - Боже, Локи, прости меня. Я реально слепец. Я тогда был так взволнован и рад своей коронации, что ничего не понял. Я думал, ты, как обычно, шутишь. Я был таким дураком, прости. Но ведь можно же было поговорить... просто поговорить, обо всем договорится, все обсудить... - Нельзя, было слишком поздно, - ухмыльнулся Локи. - Мне легче было уничтожить целый город, чем вновь признаться в своих чувствах. Я боялся быть отвергнутым вновь. - Локи, - у Тора буквально перехватило дыхание. - Какой же я дурак. Я же любил тебя всегда, только тебя. Я все исправлю. Ведь еще не поздно? - У тебя одна попытка, - Локи подарил брату свою милую очаровательную улыбку. Тор коснулся рукой лица любимого, а после его пальцы нежно обхватили волосы брата, и он со всей страстью впился в мягкие приоткрытые губы. Он целовал Локи неистово и горячо, так, что с губ Бога обмана сорвался тихий нечаянный стон. И когда они наконец отстранились друг от друга, на щеках Локи заиграл легкий румянец. - Локи, какой же ты красивый. Ни одна смертная не сравнится с моим любимым Богом обмана. Бог Хитрости неожиданно для себя покраснел. - Ты прощен, но не вздумай останавливаться. Я хочу получить от этой ночи все. Все, что в силах дать мне мой брат. Громовержца не пришлось просить дважды. Он грубовато опрокинул Локи на кровать. Резкими движениями сорвал с себя одежду и набросился на столь любимого брата. И казалось, губы Тора были везде: на губах, щеках, ключице, они проходились по тонкой шее, оставляя яркие засосы. А Локи уже громко стонал и выгибался, желая большего. - В этом весь ты, мой дорогой брат. Из ревности уничтожил целый город, - шептал Тор, покрывая поцелуями хрупкие плечи брата. - От ярости, как и из-за любви даже Боги теряют голову... Тор оглаживает ягодицы Локи, и два пальца неспешно проникают в нежное тело. - Ах, полегче, больно, - шипит Локи. - Нью-Йорку тоже было больно, - смеется Тор. - Я серьёзно, у меня это первый раз, - и Бог обмана снова краснеет. - Мм, так ты берег себя для меня, - не удержался от ухмылки Громовержец. - Заткнись и поцелуй меня, - Локи сам поддается навстречу, обхватывает руками шею Тора, и страстно неистово целует. И мир перестает для них существовать. Тор властными движениями закидывает ноги любимого на свои могучие плечи. И мягко, но стремительно входит в любимое тело. Локи громко пронзительно кричит, впиваясь ногтями в плечи брата. А после загнанно дышит, не в силах унять беспокойно бьющееся сердце. - О боги, какой же ты узенький, Локи. Тише, сейчас будет хорошо, - пытается Тор успокоить брата. Начинает плавно, неторопливо двигаться, целуя мягкие припухшие губы. А чуть погодя, Громовержец ускоряется и громкие стоны разносятся по всему подземелью, отдаваясь гулким эхом их неистовой любви. Громовержец никак не может насладиться любимым. И никто из них не собирается останавливаться до первых лучей солнца. Страсть застилает глаза, смешиваясь с вихрем этой обезумевшей любви. Пока Локи в его руках, все кажется таким неважным. Уже плевать на Асгард, на разгневанного Всеотца. На разрушенный Нью-Йорк и тысячи погибших. В чем-то Локи прав, гораздо легче уничтожить целый город, чем просто подойти и сказать: «я люблю тебя». Лишь мать была права: заглянув в душу Локи, Тор наконец все понял. Позже Тор ставит Локи на четвереньки, немного грубо наматывает волосы брата на кулак, и снова входит порывистым движением в податливое тело. Громовержец не сильно хлопает ладонью по отставленным ягодицам, быстро двигаясь в прекрасном теле. А Локи уже ничего не видит перед собой. Он только чувствует эти сильные руки, эту грубую силу, которой хочется подчиниться. Этот твердый горячий член, который заставляет его неистово кричать и биться где-то на грани боли и наслаждения. Локи обессиленно падает грудью на постель, оказываясь при этом в весьма пикантной позе, с приподнятой кверху задницей. Чем Тор тут же решает воспользоваться. - Моя непослушная сучка, - не удержался Тор от комментария. Он с силой хлопает рукой по отставленным ягодицам, и вновь берет Локи страстно и горячо, врываясь в покрасневшую дырочку. Наваливается на брата, сминая нежное тело сильными руками. Как зверь прикусывает зубами нежную кожу на шее, гулко рычит, яростно двигаясь под незатихающие громкие стоны и пронзительные вскрики. Как же он мечтал обладать Локи, но так боялся себе в этом признаться. Ранним утром Локи обессиленно падает на Тора и тут же засыпает на его крепкой груди. Бог обмана спокоен и умиротворён. А Тор практически бездумно смотрит в потолок, перебирая пальцами мягкие черные волосы. Зачем ему Асгард, власть, царствие, если рядом не будет Локи. Они с братом связаны более сильными узами, узами страстной любви. Может такая любовь стоит одного разрушенного города? И с помощью этой любви он сможет обуздать демонов, что засели в неспокойной душе его брата. А вместе они все преодолеют. Жалко только, что Тор не успел потребовать с Локи обещание о мире. Больше никаких войн, никаких кровопролитий. Но будить любимого жалко. Он спросит с Бога обмана завтра. Тор вздыхает и как можно аккуратнее берет брата на руки, стараясь не разбудить. Он выходит вместе с ним из подземелий и направляется в свои покои. А за такой дерзкий поступок завтра придется ответить перед отцом... им обоим. Бог грома осторожно опускает Локи на кровать и накрывает одеялом. Как вдруг замечает, как сонно приоткрываются самые красивые на свете глаза. - Мир. Но знай, Тор, хоть раз посмотришь в сторону других, затем сразу же последует новый разрушенный город. И в этот раз я не проиграю, - шепчет Локи. Тор ухмыляется, чуть грубо сжимает пальцами щеки брата, приоткрывая его рот. И впивается в нежные губы глубоким сладострастным поцелуем.
