В твоих глазах я вижу гигантское скопление галактик

По улице разносятся веселые громкие голоса, в глазах все рябит и плывет от огромного количества ярких неоновых вывесок на каждом углу, а прохладный вечерний воздух еле чувствуется в толпе разгоряченных людей. Вечер пятницы как-никак. Сейчас середина сентября и чувство, будто лето ещё не кончилось, но на тротуарах уже лежали горчично-оранжевые листья, и пахло чем-то осенним. Темноволосый парень, в старом черном выцветшем худи и потрепанных джинсах, засмотревшись на очередное название, врезается в прохожего, бормочет что-то вроде "извините" и продолжает пялиться на красочные витрины маленьких магазинчиков и ресторанчиков. Ярко-желтый свет ламп, сквозящий через открытые окна кафе с неоновым названием "kick it", привлек его внимание больше всего, и немного ускорив шаг, он оказывается у двери. Раздается небольшой скрип, и колокольчики над проёмом оповещают о новом госте. Внутри ещё больше шума, чем на улице. Скворчит и шипит еда на больших сковородках, играет какой-то поп восьмидесятых, а ещё смех и громкие разговоры. У барной стойки сидит небольшая компания трое парней примерно его возраста и двое школьников. Он бы не обратил внимания, если бы они не были буквально самыми шумными в этом небольшом помещении. Открытая кухня позволяла видеть, как происходит процесс приготовления пищи от самого начала до подачи. В глубине этого, казалось бы, другого мира милая тетушка умело нарезала продукты, следила за печами и сковородками одновременно. Юноша опёрся руками о стол кассы и огляделся в поисках свободного места за столиком и официанта. О, кажется, вот и он. Проходя мимо самой шумной компании, официант бросил какую-то шутку, от чего разразилась новая волна смеха, и он сам чуть не уронил поднос с грязной посудой. Его ярко-красные волосы были немного растрепаны, а черный фартук подчеркивал тонкую талию. Поставив посуду в мойку и вернувшись к кассе, он спросил: - Что будете заказывать? - Пибимпаб, пожалуйста, - самое дешевое из мелованного меню на стене. - Как ваше имя? - Ах, эм, что, прости? - Эти глаза напротив с хитрой искрой просто гипнотизировали. - Мы выдаём заказы по имени, ваше имя? - Марк, - "а как зовут его?" пронеслось в голове у Марка, пока он все ещё не мог отвести взгляда от карих глаз напротив. Бейджик. У него должен быть бейджик. Взгляд скользнул вниз и действительно обнаружил на бейжике имя " Хекки~". Кажется, официант заметил это маленькое расследование и легко улыбнулся. - С вас 4000 вон, я позову, как будет готово. - Спасибо. Развернувшись, Марк присел у небольшого столика возле окна. Отсюда было видно бо́льшую часть зала, барную стойку и кассу. Все было таким новым, но и таким знакомым одновременно. Марк недавно переехал в этот район, потому что цены на квартиры здесь были дешевле. Однако добираться до университета стало сложнее и дольше. У него и так еле хватало стипендии на квартиру, еду, а ещё множество редкой литературы, которую не возьмёшь в обычной библиотеке. "Теперь ещё на метро тратиться". Вздохнув, он перевел взгляд на свои руки, сцепленные в замок на столе. Можно было бы жить в общежитии и сэкономить, но Марк учился на факультете "физики элементарных частиц и космологии" и помимо того, что обычно никто не понимает, о чём идёт речь, когда он говорит об этом, так ещё и учить тонны сложной информации по этой теме, когда тебя окружает много людей, ему не представлялось возможным. Он даже проверил это на практике, к слову. В поисках нового пристанища, ему пришлось пожить у своих друзей, однокурсников с инженерного, Чону и Лукаса. Марк искренне не понимал, как можно заниматься в таком шуме. Нет, они тоже жили в отдельной квартире, но как эти двое умудрялись сотворить хаос, органично в нем существовать и ещё учиться, Марк не знал. И еле выдержал неделю. Его старая уютная квартира, казалась такой теплой, мягкой и тихой. Звуки вокруг сливались в одну навязчивую мелодию, его разум уже не улавливал отдельных слов, как вдруг: - МАРК, - немного нервно разнеслось по всему залу. Кажется, он начал засыпать. Подойдя к кассе, вновь заглянув в эти чарующие глаза, прошептал: - Спасибо, - голос его не слушался, он кашлянул, - спасибо, - чуть громче. - Приятного аппетита, Марк, - официант сделал небольшой акцент на букве "р" в имени. Еда была очень вкусной, а меню было не слишком дорогим, так что "kick it" мгновенно получило звание любимого. И нет это определенно не из-за того милого официанта, ну что вы. Марк жил на седьмом этаже и обычно поднимался пешком. Вечное чтение книг и сидение за решением задач надо было компенсировать хоть какой-то физической нагрузкой. Его тихие шаги по ступеням создавали некий ритм, и он все больше погружался в свои мысли. Было часов десять вечера, когда он зашёл в кафе, значит сейчас должно быть уже половина двенадцатого. Ужасно хотелось спать. Но из головы так и не выходили глаза официанта. И его родинки на щеке. Как Марк вообще их запомнил? Три поворота ключа и щелчок. Небольшая студия заставлена коробками, в них по большей части книги и только в некоторых одежда. Несколько пачек рамена на столешнице рядом с раковиной. На столе возле окна лежит еще пара открытых книг. И пыльная гитара в углу. Не раздеваясь, Марк падает на кровать и закрывает глаза. Пылающие обрывки воспоминаний пролетают перед его глазами. Улица, вывески, кафе, колокольчики, болтающие подростки, официант. Все сливалось, и грань между сном и реальностью исчезла. 2:17 Он резко распахивает глаза и не понимает, что происходит. Домашнюю тишину заглушает гул в его ушах и быстро бьющееся сердце. Тот официант настоящий, или это всего лишь плод его уставшего от вечной учебы воображения? Марк обязательно сходит и проверит. /// Любимая пара Марка ещё никогда не казалась ему такой длинной и утомительной. Как и вся неделя, начиная с прошлой пятницы. Каждый день хотелось сорваться и пойти в то кафе, но что-то останавливало. Не доделав домашнее задание, он вставал из-за стола, три поворота ключа в двери... Он смотрит на учебник в своей руке, закрывает дверь и медленно возвращается на место. И так несколько раз. Почему он так и не решился? Марк и сам не знает. Множество вопросов давили на него от 'а вдруг сегодня не его смена' до 'но у меня столько работы', а ещё 'а вдруг я ему не понравился'. Детский страх сковывал его. Какой-то необъяснимый внутренний инстинкт, не позволяющий нам сделать первый шаг, и дрожь в руках, перед тем как заговорить с незнакомцем. Но вот пятница, шесть часов, последняя пара, которая, кажется, длится вечно. Звон колокольчиков на входе в кафе, и у Марка мурашки по коже. Официант, который сейчас на кассе выдает заказ, услышав, что пришел новый гость, бросил свой взгляд на дверь. Ровно секунду они смотрели друг на друга, "Хекки~" улыбнулся и отвернулся к покупателю. Перед кассой была небольшая очередь, поэтому Марк решил осмотреться. Та самая шумная компания была такая же шумная, только сегодня они переместились за дальний стол, и, кажется, пытались заниматься. По крайней мере, об этом говорили учебники, разложенные на столе. Марк ещё раз удивился существованию людей, способных учится в совершенно неподходящей для этого дела обстановке. Перед ним оставался всего один человек, и волна волнения медленно накрывала его. Один шаг и глаза официанта прямо напротив его глаз. Марк честно не помнит, как заказал и даже что заказал. Он все время смотрел и медленно-медленно внутри него начинали происходить физические процессы, о существовании которых до этого момента юноша не догадывался, и уж тем более не читал в книгах. Чувствовалось это так, будто в каждой клеточке его тела происходила маленькая термоядерная реакция, когда он смотрел в эти глаза. Под светом жёлтых ламп лицо отливало золотом, а ещё официант мило надувал персиковые губки, когда считал сдачу. Чем больше водорода превращалось в гелий, тем больше Марк понимал, что "Хекки~" ему нравится. И тем страшнее ему от этого становилось. Нет, не подумайте, Марк и до этого влюблялся и прекрасно понимал, что с тем, что ему нравятся парни уже ничего не поделаешь, просто.... В этот раз все было так ..... слишком. Казалось, они знакомы тысячу лет, и вот сейчас официант спросит "хей, Марк, как дела?", а он, слегка наклонившись через стойку, нежно поцелует в щеку и ответит "я скучал, Хекки". Но Марк даже не знает его полного имени и кто он такой. Марк - простой посетитель и все что ему остаётся это сесть за тот же самый столик и молча наблюдать за происходящим вокруг. Чтобы не смущать официанта пристальным взглядом и не смущаться сильнее самому. Наверное, выглядело очень смешно со стороны то, как Марк старается максимально медленно поглощать пищу, чтобы просидеть в кафе дольше. Он считает немного неприличным - занимать место просто так, но, кажется, это совсем не заботит ребят за дальним столиком, которые уж слишком бурно обсуждали решение какой-то задачи. В какой-то момент их спор достигает пика, и серебристоволосый миловидный парень, выпрямившись, немного отодвигается от стола и неожиданно громко (буквально на весь ресторанчик) кричит: - ДОНХЕК! Официант, стоящий в кухне и собирающий блюда на поднос, вздыхает немного наигранно и закатывает глаза. Отдав заказ, он вытирает руки о фартук и направляется к компании. Склонившись над учебником, смотрит в протянутые ему три тетради. - У вас у всех неправильно, и я говорил тебе, Ренджун, не кричать на все кафе. Все трое, а именно тот, которого, по всей видимости, зовут Ренджун, и сидящие по обе стороны от него брюнет в очках и розоволосый парень, застыли в недоумении и чем-то похожим на злость. Улыбчивый паренёк помладше начал смеяться заливистым дельфиньим смехом, обнимая при этом другого мальчика, казавшегося самым тихим и скромным. Трое опять начали спорить, только теперь выясняя, где они ошиблись. Донхек опять вздохнул, закатывая глаза: - Джуни, у тебя формула правильная, но ты ошибся в расчетах, - после этих слов он взял грязную посуду с соседнего стола и пошел на кухню. Ренджун изо всех сил старался доказать свою правоту тем, что 'а я же говорил', но на него никто не обращал внимания. Он сощурил глазки в выражение, которое должно было означать 'ах так! ну я вам ещё покажу!', но выглядело это скорее мило и забавно, чем злобно. В этот момент две руки обняли его со спины с разных сторон, нехотя, но все же он улыбнулся. Марку эта ситуация показалась довольно веселой, так что он тихо хихикал, допивая чай. Он вновь посмотрел на официанта, которого теперь звали Донхек. Их взгляды снова встретились, и Марк догадался, что тот смотрел на него. Маленькие атомы снова начали взрываться внутри, только теперь в районе щек. Он очень надеялся, что это было не очень заметно снаружи. Было уже поздновато, а у него ещё оставалась куча невыполненных заданий. На улице было свежо, сентябрь давал о себе знать. Уже подходя к дому, Марк подумал, что один раз в неделю слишком мало. Прошло всего ничего, а внутри уже было тоскливое чувство и желание увидеть Донхека вновь. /// Четверг и до этого не нравился Марку, но теперь он не нравится ему ещё больше. По четвергам у Донхека выходной и вместо него в кафе подрабатывает какая-то милая девушка. Просто так зайти и выйти было бы очень некрасиво, поэтому он заказал булочку с кофе. Кстати о кофе и первой причине нелюбви к четвергам. Сегодня на математической статистике, самом нудном из всех предметов, сказали, что на следующей неделе будет тест. А это значит, что только кофе может спасти бедного Марка от того, чтобы не заснуть за подготовкой к нему. Был уже первый час ночи, когда зазвонил телефон. Мама. Марк отложил учебники и снял очки - давно пора было сделать перерыв. Мама любит звонить по видео-связи, потому что "как это мой сыночек на другом конце света я должна быть уверена, что с ним все хорошо". У нее светит солнце, около 12 дня, посчитал Марк. - Скажи мне, ты когда-нибудь будешь вовремя ложится спать и меньше учить свою любимую физику? - Ты сама звонишь мне сейчас, мам... - Да знаю-знаю, ну рассказывай как дела? Как район, хороший? А ещё... И так довольно долго, мамы любят задавать много вопросов, даже если знают на них ответы. Они не виделись около полугода, поэтому Марк охотно отвечал. А из-за переезда было особенно много вопросов. - Что-то не то с тобой сегодня, милый, - сказала мама, пристальнее вглядываясь в его лицо. - Чего это ты загрустил? - Матстат и не такое с людьми делает, - невесело усмехнулся Марк. - Нет, тут что-то другое. Помнишь, когда ты был маленький, мы купили тебе щенка. Ты был так счастлив, что боялся с ним играть, очень его оберегал и смотрел на него такими печальными глазами. Пока он тебя не укусил, и вы не стали лучшими друзьями, - она рассмеялась и продолжила, - вот у тебя сейчас такой взгляд. Слушая эту историю, Марк невольно представил вместо любимого щенка Донхека и покраснел: - Знаешь, мам, я думаю, мне нравится кое-кто. Но ты же знаешь, как много я занимаюсь, стоит ли мне влюбляться, хотя, думаю, я уже..... и довольно сильно..... И вообще мы с ним очень разные, не думаю, что из этого может что-то выйти.... - он опустил голову и тяжело вздохнул. Тут он понял, что осекся, сказав "с ним", потому что не припоминает, когда это сделал камингаут родителям. - Знаешь, попробуй для начала просто с ним подружиться, - улыбается мама, немного поджав губы. - Пригласи его куда-нибудь, - в обеих фразах она делает акцент на местоимения. Все это время он смущённо смотрит в стол и, услышав эти слова, поднимает свои большие глаза на экран. - Мы даже не знакомы нормально. Это официант в кафе отсюда неподалеку. У него красные волосы, а ещё такие глаза, знаешь, мам, - он жмурится и закрывает красное лицо руками, хорошо, что у них хорошие отношения. - Обещай, что хотя бы поговоришь с ним, - строго-шутливо говорит она. - Ладно, увидимся, милый, сейчас должен папа приехать. - Пока, мам, спасибо, - Марк выглядывает сквозь пальцы. - Проверить не могу, мой сын по-настоящему влюбился, - смеётся она. - И я тебя люблю, мааам. Его лицо падает на открытую на столе книгу. Конечно, поговорит. Заказ ведь считается разговором, правда? /// На следующий день, выходя из университета, его встречают Чону и Лукас. Эта парочка милых идиотов никого не оставит равнодушными. И будьте уверены, какую бы херню они не предложили, вы не сможете отказаться. Как и Марк, вместе с которым они сейчас идут в 'kick it', пытаясь понять, почему он в последнее время такой странный и не хочет идти с ними гулять. А вместо этого, оказывается, ходит в какую-то кафешку и, причем один! - Потому что смотреть, как вы целуетесь на каждом углу, мерзко! - говорит Марк всем своим видом показывая раздражение. - А раньше тебя это не смущало, - Лукас закидывает свою огромную руку ему на плечо, смотря своими большими глазами прямо в душу. - Да он просто завидует, - хитренько улыбается Чону своей фирменной улыбкой. - Неужели ты, Марк, в кого-то влюбился? - слишком громко говорит Лукас, в то время как Чону открывает дверь кафе. - И я даже знаю в кого, - абсолютно заговорческим голосом сообщает Чону и чуть ли не летит к кассе. Марк просто хочет провалиться под землю. Лукас ободряюще хлопает его по плечу, и они садятся за свободный столик. - Его зовут Ли Донхек, ему 19 лет. Он учится на первом курсе экономического. А ещё он просто без ума от тебя, Марк-и, - докладывает Чону, принеся заказ. Марк краснеет и давится воздухом. - Ладно, хорошо, этого он не говорил, но я уверен, так и есть. - Но .... как ты.....? - Марк все ещё в недоумении. - Ох, бро, когда мы только познакомились, пока я пялился на его губы, сам не заметил, как рассказал всю свою жизнь, даже тот факт, что плакал над Бэмби в четыре года, - лицо Лукаса расплылось в широкой улыбке от приятных воспоминаний. - Черная магия, ей богу, - вздохнул Марк, сложив руки домиком над склоненной в печали головой. - Сделай что-нибудь. Нельзя же просто так приходить в кафе и пялиться на него. Не знаю. Напиши послание на салфетке что ли. - 'Чону всегда строит милые рожицы, когда задумывается о чем-то', проскальзывает в голове у Лукаса. - У тебя получится. - А что, это романтично. Я верю в тебя, бро. Марк ещё раз вздыхает, косясь на официанта, и внутри снова появляется приятное теплое чувство. Что он может написать? Выражение своих чувств словами всегда давалось ему особенно трудно. Поэтому, не придумав ничего лучше, чем 'Когда я смотрю в твои глаза, то вижу гигантское скопление галактик', он ставит подпись 'М.' и оставляет эту салфетку поверх других, перед тем как они уходят. /// Последний день сентября осень решила отпраздновать сильнейшим ливнем. В кафе было пусто. Донхек протирал барную стойку, где только что сидели Джисон (тот самый скромняшка) и Джемин (тот самый розоволосый). - Ты сегодня все время вздыхаешь. Придет он. Твой Марк даже в такую погоду притащится, - мурлычет Джемин, уложив щеку на ладонь, - Скажи же, Джисон-а. - Да, хён. Он все время смотрит на тебя такими преданными глазами, знаешь, как Джено на ренминов, будто на самое дорогое сокровище. - Во-первых, он не мой, а во-вторых, Ченле тоже так на тебя смотрит, а вы не встречаетесь. Джисон вспыхнул: - Замолчи, Хён! - но мгновение спустя, ещё более смущенно, - он правда так смотрит? - Эти дети, - шлёпает себя по лицу Джемин и качает головой. - Так ты будешь что-нибудь делать с этим, Хек? - Я.... я не знаю. Мне не об этом надо думать сейчас. В пятницу у нас же контрольная по дурацкому вышмату, - ему нужны все предметы на 'отлично', иначе стипендии не видать, - А завтра, в мой выходной, когда надо готовиться, к нам придет Тэн, поздравить Хендери с прошедшим днём рождения. Думаю, вы представляете, что будет. - Он драматично вздыхает и, упав лицом на барную стойку, начинает 'горько плакать' закрывшись руками. - Дааа, твои китайские сожители закатят вечеринку, а ты будешь страдать. Дело в том, что когда Донхек искал себе квартиру, желательно очень дёшево, то тот самый 'друг' Джисона, Ченле, предложил ему снимать вместе с ними косивон, что-то вроде общаги, но у каждого была отдельная комната. Выходило очень дешево, лучшего варианта было и не найти, только..... Только его соседями оказались самые-самые шумные люди. Ченле, с его смехом, был только началом. Его старший брат Кун, который первое время пытался внести хоть какой-то порядок в их жизнь, но потом смирился и стал для всех мамочкой. Парень Куна, Янян, к которому в приложение шли неразлучные Сяоджун и Хендери, вместе они были ядерной смесью. А если к ним приходил в гости Тэн ака главная сучка на районе, который уж очень бесил Донхека, то дом превращался в сущий ад. Жить с ними было, несомненно, очень весело, но они были невыносимо громкие и практически никогда не спали. А когда тебе нужно хорошо учиться, это не самые лучшие условия. Но выбирать не приходится. Из грустных мыслей его выводит голос Джисона: - Ладно, Хён, удачи тебе с твоим Марком, а мы пойдем. А то мама снова будет ругаться, что мы пришли слишком поздно. - Да-да, мы пошли. Кстати, если не заговоришь с ним, то хотя бы напиши ответ на салфетке, - Донхеку захотелось кинуть в его чеширскую улыбку тряпкой, потому что как он, черт возьми, узнал о салфетке, но Джемин успел закрыть за собой дверь. А надпись 'Когда я смотрю в твои глаза, то вижу гигантское скопление галактик' показалась ему чрезвычайно милой, он даже загуглил, как это выглядит. Это было очень красиво, и его сердце, не выдержав, пропустило удар. Чтобы грустить было немного веселее, он включил day6 и, тихонечко подпевая 'you were beautiful', мыл посуду. Как вдруг зазвонили дверные колокольчики. Это, как вы могли догадаться, конечно же, был Марк. Очевидно, у него нет зонта, раз худи покрылось темными пятнами, а челка несмотря на капюшон вся намокла, отчего по его лицу скатывались небольшие капли. Где-то рядом с губами Донхек забыл, как дышать. - Приивет, тебе как всегда? - слишком быстро на выдохе тараторит он, крича себе внутри успокоиться. - Д-да, - голос дрожит не то из-за волнения, не то из-за того, что на улице слишком холодно. - Эм, хочешь, я принесу полотенце? - Да... Да это было бы очень кстати, - Марк слегка улыбнулся, но голос продолжал дрожать. Услышав это, Донхек скрылся в темноте кухни - ему нужно было достать полотенце и перевести дыхание. Оставшись стоять у кассы, Марк выдохнул. Он и правда замёрз, пока добирался сюда, поэтому стянув с себя мокрое худи, повесил его на стул за барной стойкой, оставшись в майке. Из-за дождя кафе пустует, значит ли, что это его шанс? Донхек вернулся с небольшим чистым кухонным полотенцем. - Спасибо.... Хекки, - смотреть в эти глаза теперь почему-то было не так страшно. - Ли Донхек, - он протягивает руку, хоть и уверен, что тот милый парень, приходивший с Марком несколько дней назад, уже все рассказал. - Ли Минхен, или Марк, как больше нравится, - они жмут друг другу руки чуть дольше, чем полагается. - Ты часто сюда приходишь последнее время, прямо наш постоянный клиент. Так нравится еда? - 'хотя хотелось бы, чтобы нравился я'. - Очень нравится, - 'особенно ты', он надеется, что в жёлтом свете не сильно виден его румянец на щеках. - Особенно свинина по пятницам. - А я думал, тебе нравятся мои глаза, - Марк широко распахивает глаза и хочет что-то сказать, но вместо этого утыкается носом в полотенце, начиная тереть челку с новой силой. Пока он сушил волосы, Донхек принес поднос с едой и поставил перед ним. - Гигантское скопление звезд искажает и расщепляет изображение галактики. Многие из них - это изображение одной-единственной необычной, похожей на бусы, голубой кольцеобразной галактики, которая волей случая, оказалась за гигантским скоплением галактик, - сказал Марк, отхлебнув горячего чая. - А отражение всех этих ламп создаёт в твоих глазах..... похожий эффект, - ужасное оправдание. - Астроном значит, - усмехнулся стоящий напротив Донхек. - Вообще, я изучаю физику элементарных частиц и космологию, так что астрофизик. - Частицы и космос, ага, - он с интересом рассматривал лицо Марка, его большие блестящие глаза и брови-чайки: 'не хватает только очков в чёрной оправе'. - Звёзды - источники информации о различных веществах и частицах, потому что большинство из них появились во время рождения Вселенной, изучая их, мы больше узнаем о ее происхождении и о том, из чего она состоит. - Теория большого взрыва, все дела? - дьявольские огоньки снова загорелись в его глазах. - Да, все дела, - Марк не мог не улыбаться. - Так с этим понятно. А почему Марк? - Когда мне было 12, мы с родителями переехали в Канаду, и там для удобства использовал это имя. - Мои друзья иногда называют меня Хэчан, особенно, когда я их достаю. Марк смеётся: - 'Хекки' тебе идёт больше, - настала очередь Донхека скрывать смущение. - Канада - классное место, почему решил вернуться? - пытается спросить максимально непринужденно, не выдавая радость в голосе. - Корея роднее, я здесь провел детство и очень скучал, живя в Ванкувере. Пришлось оставить школу, друзей, заводить новых. А когда ты подросток это довольно трудно, правда? Но мои родители там счастливы, и я рад за них. - Переехать жить сюда - дорогое удовольствие, особенно, если ты бедный студент. Уж я знаю, - Хек немного грустно усмехнулся, - приехал с Чеджу в поисках счастья в Сеуле. - Как успехи? - улыбнулся Марк. 'Тебя вот встретил'. - Пока неплохо, но я ещё в процессе. - Сегодня играют day6, хотя обычно какой-нибудь Майкл Джексон, - заметил Минхен. - Это все дождь. - А я всегда думал, что в дождь надо слушать Тэмина. Они пристально смотрели друг другу в глаза, начиная чувствовать себя комфортнее наедине. - Ну, вообще, в такую погоду лучше послушать грустные песни Троя Сивана. Так с разговоров о музыке обычно все и начинается, потом вы уже не помните, как перешли к другим темам и почему сейчас обсуждаете тот нелепый случай из вашего детства или проделки своих домашних животных, которых вы давно не видели и очень скучаете. Это как погрузится в приятный сон: проснувшись, мы никогда не помним, как заснули. Дождь продолжает тихо стучать по окнам, подпевая тихо играющей 'letting go'. Эти двое были так увлечены друг другом, что, кажется, совсем не замечали ход времени. Теплая атмосфера кафе, в которое, к счастью, больше никто не пришел, обволакивала их, и казалось, что вокруг больше ничего не существует. Донхеку это особенно нравилось. Его жизнь неслась с огромным темпом, бесконечный поток шума и звуков не давал покоя. Университет с его лекциями, болтающие посетители на подработке, вечно громкие соседи по квартире. Ему просто хотелось тишины. И, кажется, он ее нашёл. Тихий бархатистый голос Минхена успокаивал. Вообще рядом с ним можно было расслабиться и никуда не спешить. Хотя, конечно, Марк смеялся тоже громко и ещё забавно хлопал по колену, но его смех Хек был готов слушать вечно. К сожалению, как это обычно случается, сон заканчивается, и пора просыпаться. Марк понимает, что засиделся дольше обычного, а завтра так-то тест по матстату и заметно грустнеет: - Черт, мне пора. Завтра дурацкий тест, надо ещё раз все повторить. Насколько я знаю, у тебя завтра выходной, - он неловко улыбается, - может... сходим погулять после пар? Донхек тяжело вздыхает, жалея о том почему этот вечер не может длиться вечно: - Мне нужно готовится к контрольной, а я не вполне представляю, как это сделать в том хаосе, что будет завтра дома. - Тогда... Что если ты придёшь ко мне в гости просто подготовится к контрольной? У меня очень тихо, по сравнению с твоими друзьями, - это смущает его ещё больше, чем прогулка, но он правда хочет помочь. - Я живу здесь недалеко. Марк слишком булочка, и Хек действительно рад этому предложению. Тэна он, скорее всего, все равно застанет завтра дома, но хотя бы сможет позаниматься спокойно. Они обменялись телефонами. - Я напишу, как буду подходить к твоему дому. - Тогда... до завтра, - прощается Марк, надевая худи. - До завтра, Минхен, - улыбается Донхек, ему совсем не хочется расставаться. Но вот вновь звучат колокольчики, как-то особенно грустно в этот раз. Уже пора закрываться и тоже идти домой. Он надеется, что дождь закончился, не то Марк опять промокнет, и, не дай бог, заболеет. Хек вообще-то переживает. Погасив свет в кафе, он закрывает входную дверь. Капает только с крыш, а в лужах отражается уже чистое небо, усыпанное звёздами. Они напоминают ему о том, что рассказывал Марк, и от этого становится так хорошо на душе. /// Для Марка это был ужасный и прекрасный день одновременно. Он почти не спал, повторяя выученные уже сто раз формулы для теста. Дома прибрался, хотя особо убирать было нечего, разве что пустые упаковки от рамена выбросить. Но все это время и даже на дурацком матстате Марк думал о Донхеке. О том, насколько тот на самом деле милый и смешной. О том, как легко оказалось разговаривать с ним, потому что они оба любили те же местечки в Сеуле и музыку. Казалось, Донхек заранее знал ответы на все свои вопросы и специально задавал их, чтобы потешить себя. - Марк, какая твоя любимая группа? - Coldplay - Так и знал, а певица должно быть Бьйонсе? - с лёгкой насмешкой. - Угадал, - и он улыбался, потому что такому нахальному, но предательски обворожительному Хеку, был готов простить все его интонации. Марк гадал над вопросом стоит ли покупать что-то к чаю, потому что в холодильнике ну совсем пусто, выбирая между 'а' и 'с' в тесте. И только выйдя из аудитории, он понял, что совершенно не помнит, правильные ли ответы отмечал. Захватив по дороге домой в кондитерской два воздушных пирожных с клубничным кремом, Минхен проверил телефон на наличие сообщений. Там было пусто, и он нервно вздохнул. Щеки Донхека покраснели, а дыхание немного сбилось, когда он, наконец, оказался в квартире: - Семь этажей без лифта, ты издеваешься? - он плюхнулся на стул, с сильным стуком бросив на пол рюкзак. - И тебе привет, Хёкки, - усмехнулся Марк, он-то привык каждый день к таким нагрузкам. Шумно отдышавшись, гость начинает раскладывать учебники на столе. А хозяину квартиры осталось лишь покорно устроиться на кровати с горой графиков и конспектов. В комнате повисла мягкая тишина, лишь изредка прерываемая шелестом перебираемых листов и скрежетом пишущего карандаша. Марк никак не мог сконцентрироваться на своих заданиях и все поглядывал на Донхека, который в отличие от него спокойно сидел, уткнувшись в тетрадь, и решал задачи. Его волосы немного растрепались от ветра на улице, и поэтому ну очень хотелось заправить за ушко выбившуюся прядь. А серый пушийстый оверсайз свитер с высоким горлом был очень кстати, в квартире было довольно прохладно, ведь в начале октября отопление ещё не включили. Минхен поднимал на него глаза каждую минуту и был безжалостно пойман, когда Хек слегка посмотрел на него боковым зрением, не отрываясь от письма. Стушевавшись, он опустил глаза на лист с конспектом, который читает уже двадцать минут. Как вдруг прозвучал сигнал таймера, система помодоро очень эффективна, Донхек отложил карандаш, немного отодвигаясь из-за стола. - А ты не похож на того, кто хорошо занимается. Тогда в кафе я был сильно удивлен, но теперь все встало на свои места, - сказал Марк тоже отложив бумаги в сторону. - Зато по тебе видно, что ты тот самый ботаник из подростковых фильмов, - ехидным голосом сообщает Хек. - А вот и очки, - и тянется к его лицу, чтобы их стащить. - Что- что ты делаешь, эй, - улыбаясь, он пытается вырвать их, но не успевает: Донхек уже напялил очки на себя. Что ж, круглая оправа ему определенно шла, а Минхен опять завис. Смеясь и пользуясь моментом, Хек хватает его за запястья, перекрывая любую возможность вернуть очки. Совершенно случайно оказавшись так близко друг к другу, они замерли в немом смущении. Пока Марк обдумывает причинно-следственные связи того, что происходит, Донхек, кажется, сейчас задохнётся, потому что его сердце бьётся прямо в горле, и он не знает, что с этим делать. Это длилось всего мгновение, пока снова не сработал таймер, спасая их из неловкого положения. Отдых закончился. Отпустив марковы руки и снова пододвинувшись к столу, Хек начал молча работать. Только теперь и ему сфокусироваться было сложнее. Удары сердца отдавались дрожью в руках, а смотреть даже просто в сторону было страшно. Выдыхал он тоже через раз. Что вообще на него нашло? Разве он пришел сюда не заниматься? Пугающе приятное чувство внутри от такого близкого Марка не давало покоя. Тот в своем красном свитере и синих джинсах с очками - и пазл в голове окончательно сложился. Марк - милый неловкий отличник, приехавший из Канады. Его хотелось дразнить, а ещё обнимать и не отпускать приблизительно никогда. Кстати надо бы проверить наличие кленового сиропа в холодильнике. Что-то жарковато стало в своем сером свитере. Теперь Хеку казалось, что перспектива подготовки к контрольной в окружении шумных китайцев была не такой уж плохой. Хотя, как там в физике говорится, все относительно, верно? Поэтому пока есть возможность, нужно максимально сосредоточиться на математике, игнорируя более привлекательного Минхена. - Хекки, может ты отдашь мне очки? - вывело его из своих мыслей. - А, да, конечно, - и он почувствовал себя маленьким, пойманным в ловушку оленёнком. Марку от такого загнанного взгляда будто по сердцу тупым ножом прошлись, что аж выть хотелось. "Ааааааидиот!" - бесконечной строкой приносилось в голове у Донхека. Ну уж нет, он так просто не сдастся. Надо успокоиться для начала, а потом действовать. Во время большого перерыва, примерно через полтора часа, Донхек решил взять реванш (о последствиях он, конечно, не подумал), поэтому, совершенно не стесняясь (так казалось Марку), пошел исследовать квартиру, а если быть точнее учебники, разбросанные в самых неожиданных местах. Книги были везде, на столе, на полу, связанная стопка на шкафу, поставленные в ряд на подоконнике, несколько около кровати. Он бы не удивился, если бы одна нашлась в холодильнике. Среди всего этого разнообразия скучной литературы он искал лишь одну книжку, ту, что с картинками. Она нашлась возле окна в той части комнаты, где предполагалась кухонная зона. "Телескоп "Хаббл". Самые удивительные фотографии вселенной" "То, что нужно" - решил Хек и захватил сразу две книги, предполагая, что все они с иллюстрациями. Он уселся на кровать к Минхену, чуть не помяв случайно его конспекты. - Дай угадаю, ты взял книгу с фотографиями "Хаббла"? - медленно протянул Марк, не отрываясь от графика и делая какие-то пометки в небольшом блокноте. - Это так красиво, - восхищается Донхек, рассматривая цветные снимки звезд и галактик, краешком глаза смотря на реакцию хён,. - ваа, что это такое, расскажи, а? - Там все написано, читай подписи, - без особого участия отвечает Марк. - Ну, расскажи ты, ну пожааалуйстаа, - пододвигаясь ближе и устраиваясь под его боком, хнычет Хек. Внутри накрывает цунами смущения, но любопытство сильнее, поэтому он продолжает. Улетевший мыслями в физику, Марк, который сначала не придал внимание развалившемуся рядом с ним телу, лишь расположился поудобнее. - Подожди, почему вместе со всей этой научной ерундой лежат "Мифы и легенды звёздного неба"? Совершенно не ожидав такого поворота событий, Минхен встречается с невинным донхековым взглядом, в глубине которого отплясывают демоны свои танцы. Он облизывает пересохшие губы: - Это долгая история, может чаю? Я пирожных купил.., - не дожидаясь ответа, поднимается и идёт ставить чайник, чтобы скрыть приступ смущения и покрасневшие щеки. Хек, заметно повеселев от упоминания сладостей, а ещё от ужасно милой реакции Марка, не церемонясь, направляется к холодильнику. - Три банки кленового сиропа - единственное, что есть у тебя в холодильнике, ну, не считая пирожных. Видимо, в кафе ты действительно приходишь только поесть, - нотка грусти прозвучала в его голосе. - Я даже яичницу нормально приготовить не могу, а раменом вечно сыт не будешь, - оперевшись спиной о столешницу, признается Марк. - Тогда, думаю, ты не будешь против, если в качестве благодарности за сегодня я приготовлю тебе что-нибудь. Какое твое любимое блюдо? - Кимчичиге, мне нравилось, как моя мама его готовила раньше. - И спасибо тебе, Хекки. Проглотив ком смущения, как ложку горького лекарства, когда болеешь, Донхек спросил: - У тебя здесь нет нормального стола, куда их поставить? - Обычно я ем на полу, потому что рабочий стол завален книгами, но если хочешь, можешь поставить туда, - извиняющимся тоном ответил Марк, разливая кипяток по чашкам. - Что ж, я не ожидал другого, - лёгкая усмешка расплылась на его губах. Аккуратно поставив на пол чашки, Минхен садится напротив Хека, который снова взялся рассматривать книги. - Ах, осторожней перелистывай, там где-то..... - Сушёный кленовый лист? - раскрывая книгу, демонстративно показывает его. - Помнится мне, ты говорил: "Корея мне ближе", ну-ну. Теперь только флага канадского не хватает, хотя не удивлюсь, если у тебя будут с ним носки. - Только не смейся, но такие правда есть. - Так ладно, хорошо, но причем тут мифы Древней Греции? - сдавливая смех, Донхек думает, как же ему повезло, что он нашел такое 'чудо' в очках. - Эту книгу я очень любил в детстве, видишь, там к каждому рассказу есть созвездия, и в них отмечены самые крупные звёзды. Было так интересно представлять, как там на небе живут планеты-боги со своими спутниками-возлюбленными. Так красиво. У меня был детский телескоп, и я пытался даже разглядеть их на небе. - Ты такой милый, Марк, космический романтик, - заключил он, уплетая пирожное. - А ту с фотографиями, я купил в средней школе. Она очень дорого стоила, так что мне пришлось копить несколько месяцев карманные деньги. Иногда, когда мне становится грустно, я перелистываю эти книги, чтобы вспомнить, зачем я все это делаю. Они смотрели друг на друга несколько секунд, продолжая есть в приятной тишине. За окном завывал ветер, и изредка слышался шум проезжающих мимо машин. Донхек по наитию взялся убирать "со стола", когда чай был допит, а пирожные съедены. - Знаешь, думаю, на Олимпе ты был бы Ганимедом, одним из любимцев Зевса. Это был парень необыкновенной красоты, который прислуживал богам, наполняя их стаканы вином. - Это ты меня сейчас официантом красиво назвал, да? Нет, Марк, ты не умеешь делать комплименты. - Прости, - с немного виноватой улыбкой он снова забирается на кровать, зарываясь в конспектах. Проработав ещё почти два часа, Хек понимает, что засиделся. В целом, самое важное он уже повторил, значит можно идти домой. На часах был двенадцатый час, на улице давно стемнело. - Может тебя проводить? - Не стоит, я тут недалеко живу. Но спасибо тебе, спасибо за сегодня! Не зная, что следует сделать, они несколько секунд смотрят друг другу в глаза. И когда Хек уже хотел было развернуться к выходу, Минхен решается, делая шаг ближе, крепко обнимая. Прижимая его к себе ближе и утыкаясь носом в красный свитер, Донхек вдыхает запах ели и кленового сиропа. Ему стоит огромного усилия воли отпустить Марка. - До завтра! - Да, до завтра! С меня кимчичиге, ещё раз, спасибо!! /// Свет в окнах квартиры Донхека горел, значит праздник ещё не кончился. Подходя к двери, он уже слышал шум музыки и крики, а ещё, кажется, смех Ченле. Ему хотелось просто тихо и незаметно пробраться в свою комнату, и чтобы никто не донимал вопросами о его личной жизни. Получилось ли у него? Почти. Он уже открыл дверь в свою комнату, когда Ченле с бутылками газировки в руках из прихожей закричал: - О, Хек, как свиданка? Все разом затихло, из зала вышел Кун, взял колу у брата и сказал: - Привет, Хекки. Все хорошо? Как позанимался? Донхек почувствовал что-то неладное и насторожился. - Все хорошо, но мне нужно ещё кое-что прочитать, так что я пойду, - медленно проговорил он, прищурившись, смотря то на одного, то на другого. - Да, ну замечательно. Пойдем, Леле. Их взаимодействие было очень странным. Как-то слишком легко он отделался. Где Тэн, которому уже точно все рассказали, с его гейскими вопросами? Где Сяо и Хендери, которые теперь ходят и вечно шутят шуточки про влюбленность Хека? Но музыка снова включилась, кажется, они ещё играли в какую-то видеоигру. Через некоторое время в комнату постучали. Это Ченле принес несколько кусочков пиццы и лимонад. Устроившись на краешке кровати, он смотрел на работающего хозяина комнаты и спросил: - Как там твой постоянный посетитель? Донхек развернулся на стуле и внимательно посмотрел на него. Ченле будто на иголках сидел, в его движениях была скованность, и улыбка шире, чем обычно. Старшие что-то задумали и послали ребенка на разведку, как им не стыдно? Последовало несколько скрипов за дверью. - Или вы так салфетками и общаетесь? - быстрый взгляд Леле на дверь выдал их с поличным. Вставая и подходя ближе к концу комнаты, Хек недовольно, но отчётливо проговорил: - Ничего. Не было. Мы просто готовились к парам и съели пирожных. Все. Из-за двери послышался голос Тэна: - И что даже не целовались? Донхек открыл дверь, вся толпа чуть не повалилась на него. Особенно Хендери, который сидел на полу с пластиковым стаканчиком, подслушивая. - Что даже в щёчку? Донхек закатил глаза, уходя за свое рабочее место. - Нет, ну я так не играю. Хек, обещай, что когда в следующий раз ты придёшь заниматься танцами, ты расскажешь мне что-нибудь интересное. Янсяодери набросились с щекоткой на Ченле, мстя ему за то, что не прикрыл их и не смог вытянуть из Хека все самое интересное. Тот в ответ громко смеялся и звал Куна на помощь, который в свою очередь стоял с маминым извиняющимся выражением лица мол "прости своих братьев, ты же знаешь, какие они идиоты". Тэн же, драматично вздохнув, удалился, сказав лишь: "мне нужно ещё колы". Так все они и ушли ни с чем. Позанимавшись ещё немного, уже ложась спать, Донхек получает сообщение. От: звездный львенок♥️ "Спокойной ночи ✨💛" Бегло напечатав ответное пожелание, он в смущении зарывается носом в подушку и, обнимая ее, засыпает. /// В кафе как обычно шумно. Но рядом Марк. Он сидит за барной стойкой, читая ту самую книгу про греческих богов и созвездия, кажется, делая это только для вида, потому что как только Хек отворачивается, то чувствует на себе его взгляд. Вечер проходит удивительно быстро: множество заказов, посетителей, блюд мелькают перед глазами под звон колокольчиков. Они так и не успели поговорить за все это время, и Минхен собирается домой. - Уходишь? Всего 7:12 вечера, так рано? - Уже 21:07, - разблокировав экран смартфона, грустно отвечает он, - Мне пора. - Как время пролетело, - вздыхает Донхек, притягивая Марка к себе. Находясь в теплых объятьях, он снова чувствует этот лёгкий запах еловой смолы с привкусом чего-то сладкого. Его взгляд падает на зелёные цифры настенных часов. 7:21 Донхек открывает глаза, первым делом проверяя время на телефоне. Семь часов двадцать одна минута. До пары ровно тридцать девять минут, он проспал и ужасно опаздывает. Марк тоже проспал в этот день. На улице было жутко ветрено, поэтому половина его лица была замотана длинным полосатым шарфом. Ноги сами несли в кафе. Из окна он заметил, что посетителей не так много. Это придавало немного уверенности. Ему хотелось сесть за барную стойку около кассы, чтобы поговорить с Донхеком, но почти все места были заняты компанией его друзей. - Хей, Марк? Садись сюда, - говорит розоволосый парень, хлопая ладонью по стулу, приглашая. - Я - Джемин, а это мои парни Джено и Ренджуни, мы учимся вместе с Хеком. И ещё Джисон, мой брат, и Ченле, они тоже встречаются, - он указывает рукой на двух мальчишек, лица которых тут же краснеют. - Мы не встречаемся! - выпаливают они хором, на что все пускают презрительные взгляды. - В общем, я хотел сказать, что мы очень рады, что Хек наконец нашел кого-то себе, - его губы буквально расплывались в широчайшей улыбке, - потому что нас он уже достал, и мы просто невероятно счастливы передать его тебе. На этих словах Донхек громко треснул тряпкой, которой протирал один из столиков. - Меня зовут Минхен, можно Марк. Мне тоже приятно познакомиться, - представляется он, присаживаясь на стул. Это все было так неожиданно, что даже не понятно как лучше себя вести. - Кстати, для вас я хён, - неловкий смешок. - Я учусь на втором курсе физико-космологического факультета. - Об этом мы уже знаем, любитель салфеточных посланий, - хихикает Ренджун. - Хек убьет вас двоих, если так продолжите, - вздыхает Джено, - жизнь ничему не учит, да? Марк смутился больше от того, что кто-то ещё узнал о послании на той салфетке. В ней не было ничего такого, просто милый комплимент, но чувство некой интимности пропало. И стало совсем чуть-чуть обидно. Хотя увидев разъяренный взгляд Донхека, он понял, что, скорее всего, его друзья сделали это без разрешения. Как оказалось, они все любят задавать много самых разных вопросов, особенно глупых и каверзных. Пропорционально их количеству, уровень неловкости падал. Ченле даже спросил, сможет ли Минхен сделать за него домашку по физике, если тот заплатит. А Джисона интересовало существует ли жизнь на других планетах. Донхека окружали хорошие люди, и с ними было действительно приятно общаться. Судя по их рассказам, Хек был отличником и любимцем преподавателей. Все удивлялись, как он может все сдавать во время и ещё подрабатывать практически каждый день. Хотя профессия экономиста его не интересовала, а в этот университет поступил только потому, что хотел переехать. Это показалось Марку странным, как можно заставлять себя делать то, что не любишь, так хорошо? Должно быть это очень сложно, и он решил, что спросит об этом как-нибудь. Прямо как в том сне, им было не до разговоров: Донхек был занят обслуживанием гостей, а Марка донимали вопросами. Немного нервное напряжение в ожидании ответного взгляда. Было так тяжело находиться рядом и не владеть внимаем друг друга. Хотя иногда Хек врывался в рассказ Джемина, подходя со словами "все было вообще не так!", ведь не смотря на отличную успеваемость, он умудрялся попадать в самые разные истории. И тогда его рука как бы незаметно касалась руки Минхена. Первыми из кафе ушли Ченле с Джисоном, они ещё хотели успеть зайти в музыкальный магазин. Потом, долго прощаясь, ушли Ренджун с Джемином и Джено. Марк очень терпеливый, но это был тот случай, когда он чуть не вытолкнул их за дверь, особенно Джемина. Да и ему самому была пора идти, но так не хотелось. - Я.... Я тоже пойду домой, - сердце больно сжимается от такого грустного взгляда донхековых глаз. - Стой, подойди к служебному выходу с другой стороны улицы, - и глаза вновь заблестели надеждой. Холодный воздух ударил в лицо, стоило лишь выйти на улицу. Обежав здание, Минхен буквально врезается в объятья Хека, который даже не накинул куртку. Тяжело выдыхая, он восстанавливает сбитое дыхание. - Марк, ты не занят в следующий четверг? - таким жалобным голосом, перед которым совершенно невозможно устоять. - Для тебя я всегда свободен, Хекки. Донхек прыскает смешок: - Отлично, тогда я приду к тебе готовить кимчичиге, - и, оставляя быстрый чмок на минхеновой щеке, убегает обратно в кафе. Простояв в немом удивлении несколько секунд, счастливый, Марк идёт домой. От: звездный львенок ♥️ [Прикреплённая фотография] "Это фото эмиссионных галактик "душа и сердце". Обычно они имеют очень высокую температуру и собственное свечение. Кажется, будто на месте твоего поцелуя образовалась такая же." У Донхека сердце чуть из груди не выпрыгнуло. Он прыскает в кулак и улыбается наиглупейшей улыбкой. Минхен такой чудак, но это делает его только милее. /// Стоило только Марку вдохнуть теплый воздух собственной квартиры, как звонит телефон: это Хек уже ждёт его на улице. Все предметы первой необходимости всегда покупались в небольшом магазинчике, который находится прямо на первом этаже его дома. Поэтому за время проживания на новом месте Марк ни разу не ходил в большой супермаркет, и, честно говоря, даже не знает, где он находится. Как оказалось это совсем не далеко, буквально в соседнем дворе. Однако сильный ветер пробирает прямо до костей, и Донхек ежится. Пытаясь выкроить больше времени для свидания (это же свидание, да?), в спешке оставив дома шарф, он почти бежал до марковой квартиры. Теперь жалеет об этом: его тонкое чёрное пальто было практически бесполезно, свитер без горла тоже не помогал. Для октября в этом году было неестественно холодно. - Хекки, постой, - стараясь говорить громче порывов ветра, Минхен тянет за рукав, после чего аккуратно завязывая ему свой полосатый шарф на шее. - А то совсем замёрзнешь. - Сам же затягивает капюшон на худи. - Спасибо, - робко ответил Хек, шарф пахнул цитрусовым парфюмом и прикрывал покрасневшие не от холода щеки. Они взяли тележку, и Донхек, как истинный знаток всех скидок, вел их мимо стеллажей с продуктами, следуя списку покупок в телефоне. У Марка глаза на лоб полезли, когда он увидел, что рамен здесь дешевле: - Почему я только сейчас узнаю об этом?! - Иногда, Марки, надо смотреть дальше своего учебника по физике, понимаешь? Кстати я возьму ещё муку, сделаем панкейки - зря что ли у тебя в холодильнике кленовый сироп стоит? Все это было настолько естественным, как будто они уже давно встречаются и вообще. Теплый ком в груди разрастался, словно скатываясь с крутой вершины. - Эй, не витай в облаках, расплачивайся, - смеётся Хек. Уже дома, в тепле, разбирая покупки, Марк обнаруживает помимо продуктов для кимчичиге, для которого в принципе кроме мяса, кимчи (которую Донхек принес из дома) и тофу было больше ничего не нужно, в пакете оказались яйца, мука, масло и даже какао. Купленное еле умещалось на небольшой столешнице между раковиной и плитой, собственно, это и было единственное место для готовки. Донхек прекрасно готовит: идеальные кусочки мяса жарятся на сковородке. Ему не нужно отмерять ни соевую пасту, ни количество кимчи, ни специй - все делает на глаз, а выходит ровно столько сколько нужно. "Чистая магия", - заключает Марк, любуясь и следя за каждым его движением. - Ты так и будешь стоять без дела? - Я просто ужасен в приготовлении пищи, что даже яичницу пожарить не могу. Ты уверен, что доверишь мне что-нибудь? - Думаю, промыть рис будет не так уж сложно. Вздохнув, Марк принимается за работу. Получилось неплохо, хотя несколько раз весь рис чуть не вывалился в раковину. Они вместе ставят его вариться и решают заняться панкейками. Донхеку самому приходиться разбираться с яйцами и перемешивать тесто. Минхену же, примостившему свой подбородок на хековом плече, кажется, что это густая масса газа и звёздной пыли, которая под действием вселенских сил - его рук, волшебным образом превращается в планеты-блинчики в пространстве кухонного хаоса. - Хочешь попробовать перевернуть один? - чуть поворачивая голову к лицу Марка. Сердце бьётся так быстро, становится так жарко. Ой, кажется, блинчик подгорает. - Ты уверен, что это хорошая идея? - Давай, я тебе помогу, - пропуская его немного вперед, обнимая за плечо и взяв правую руку в свою ладонь. - Вот этот вот подрумянился, нужно аккуратно поддеть и так раз - перевернуть. За те счастливые огромные глаза и детскую радость Минхена, когда у него самого, наконец, получилось перевернуть блинчик, Хек был готов отдать все на свете. Они опять кушали на полу, рассказывая друг другу о том, какими были маленькими. Марк не завидовал друзьям пятилетнего Хека, потому что тот был настоящим дьяволёнком. А еда была в тысячу раз лучше, чем в кафе, но это объяснимо, ведь младший готовил только для него. Кленовый сироп был приторно сладкий и идеально сочетался с шоколадными блинчиками. Кимчичиге сталось довольно много, так что хватит ещё на несколько дней, можно даже в универ на обед брать. - Ну вот, теперь ты можешь до конца недели не приходить в кафе, - надевая пальто, наигранно грустит Донхек. - Знаешь, там работает один очень красивый официант, думаю, можно сходить пару раз только ради него. И шарф надень, там все ещё холодно. Я провожу тебя, а то уже - - Только пару раз??? - настолько возмущенным голосом, что Марку стало неловко. Хек буквально висит на его руке всю дорогу. Они останавливаются прямо под козырьком подъезда. Он хочет снять шарф, чтобы вернуть, но: - Оставь себе, этот полосатый мой любимый. А у меня есть ещё. - Спасибо.... - Это тебе спасибо, Хекки. Сжимая Марка в объятьях ещё сильнее, он опять оставляет быстрый поцелуй на щеке и убегает. /// - Бро, это что контейнер с едой??? - Лукас чуть не выронил столовскую булочку из рук, - Чону, наш сын наконец научился гото- - О, ты всё-таки заговорил с тем официантом? Если он уже готов варить еду лично тебе, значит, то он точно без ума от тебя. - ЧТО??? Бро, это правда?? - его огромные глаза стали ещё больше и еще удивлённее. Марку ничего больше не оставалось, кроме смущенного смешка. Улыбаясь, он достал палочки и начал есть кимчичиге. /// За следующие две недели постоянных встреч в кафе и объятий у заднего входа, Марк почувствовал как из эфемерного газового облака его чувства превратились в большую яркую звезду с именем "Донхек", которая занимает все место в его сердце. Но приближалась середина семестра - неделя контрольных и тестов. Погода, как бы сочувствуя студентам, решила, что лучший выход - это плакать, поэтому дождь шел не переставая. Набрав рамена, Минхен брёл в супермаркете, грустно размышляя о том, что на всю следующую неделю придется отложить походы в кафе. Да и Хека отвлекать не хотелось, у него тоже, наверное, полно работы. Дома его окружала холодная тишина. Мелкие капли стучали по окну, предупреждая, что выходить никуда не стоит. Медленно перелистывая страницы учебника, он увидел, как загорается экран телефона, уведомляя о новых сообщениях: От: Хекки~ 💛✨ "Ченджи опять сегодня спрашивали про тебя, я им больше не нужен ㅠㅠ" "Надеюсь, ты ешь хотя бы фрукты, а не только один рамен." "Файтин, Марк Ли!" Внутри все сжимается до лёгкой дрожи, отчего неприятная давящая темнота в груди начинает немного рассеиваться. - Только понедельник, а я уже так скучаю по тебе, Хекки, - вздыхая, он укладывает голову на стол, не зная, что лучше написать в ответ. Донхек сидит, укутавшись в плед и забравшись с ногами на стул. Тяжело вздыхая, он смотрит на стопку бумаг у себя на столе. Работающий рядом обогреватель лишь зря тратит энергию, ведь все тепло выходит в открытое окно, откуда редкие капли залетают в комнату. Свет настольной лампы еле достает до его лица. Хмуря брови, снова вздыхает: шум голосов на фоне, доносящийся из соседних комнат, не дает ему сосредоточиться. Все чего сейчас хочется – это сбежать куда-нибудь подальше. Оборачиваясь, он взглянул на полосатый шарф, который теперь на постоянной основе лежит возле подушки, и опять вздохнул. От: звездный львенок ♥️ "Мне кажется, что от тоски по тебе, я скоро взорвусь как сверхновая. Тогда от меня останется только крошечная нейтронная звезда, передающая на своей частоте только один сигнал – твое имя". Донхек запрокидывает голову назад, до боли зажмуриваясь и прикусывая нижнюю губу. Усталая кривая улыбка появляется на лице, а глаза блестят от подступивших слез в свете лампы. - Мне тебя так не хватает, Марк Ли. Ливень на улице такой же, как и ровно месяц назад. В «Kick It» так же пусто, Хек так же моет посуду. Только сегодня Минхен точно не придет, и вместо «You were beautiful» играет «I need somebody». На полке за стойкой лежит та же стопка листов, только уже немного помятых с подчеркнутыми оранжевым текстовыделителем словами. Свет уличных фонарей отражается в лужах на асфальте. И никаких звезд - темное ночное небо покрыто тучами. Вечер четверга кажется самым ужасным. У Марка ноет в висках, по пути от метро до дома он изрядно промок, что было точно не на руку уставшему организму. Бесконечные тесты крошат мозг в порошок, к счастью, оставшиеся два дня обещают быть не такими тяжелыми. Он берет в руки книгу с мифами и аккуратно достает оттуда кленовый лист. Легко усмехаясь своим мыслям, ставит книгу обратно на подоконник и решает заварить рамен. Джемин приходит в кафе в пятницу, поздно вечером, чтобы захватить еды - они с Ренджуном идут на ночевку к Джено. - Хреново выглядишь, Хек. - Да и ты не лучше, - не оборачиваясь, стоя спиной, он грустно усмехается, - отстойная неделька выдалась, да? - Ты все-таки решил участвовать? – спрашивает Джемин, заглядывая за стойку, где разбросаны листы. - Я пока не уверен, но, думаю, скорее да, чем нет. - Ты уже рассказал ему? Донхек остановился, взял бумажные пакеты с едой и передал их другу, не поднимая глаз. - Нет еще, я расскажу ему позже. Я сам пока ничего не знаю. - Понятно, - он пристально вглядывался в лицо Хека, пытаясь понять, о чем он думает. - Спасибо за еду, я пойду, мне еще Ренджуни надо встретить. И ты давай не грусти, скоро встретишься со своим Марком. Хлопнув дверью, он впустил холодный воздух внутрь, от чего Донхек поежился. Иногда он завидовал Джемину и всем остальным, кто в полной мере наслаждался студенческой жизнью. Работа и учеба отнимали так много времени и сил, что ни о чем другом можно было даже не задумываться. Ни о какой любви и мечтах. Но Донхек верил, что если очень сильно постарается, то все обязательно получится. Его взгляд скользнул по бумагам, он шмыгнул носом, чтобы сдержать подступившие слезы. Единственное чего сейчас хотелось – это обнять Минхена и не отпускать. /// От: Хекки~ 💛✨ "Ты там жив после адской недели?" Вместо ответа Марк отсылает фото градусника, который показывает тридцать семь и девять, рядом с большой чашкой чая с лимоном, после чего заходясь в сильном кашле. Он чувствует себя откровенно дерьмово, так еще и не может из-за этого сходить в кафе и увидеться с Хеком. Этот факт его неимоверно злит, так что в бессилии он падает на кровать. Через несколько минут приходит новое сообщение: От: Хекки~ 💛✨ "Даже не думай идти завтра на пары! Доживи до четверга, я приду тебя навестить ❤️" Марк и не думал. В таком состоянии невозможно было ничего делать, поэтому, укрывшись пледом, сдерживая кашель, он старался скорее заснуть. Посуда в "kick it" сверкала: Донхек весь испереживался и на нервах натер все до блеска. Некоторые покупатели просили поменять заказ, потому что еда на подносе оказывалась не той, что заказывали. Ренджун сказал, что Хек окончательно и бесповоротно влюбился, а Джисон посоветовал пойти к Марку вместо пар. Донхек и сам понял, что что-то не так, когда поймал себя на прокручивании самых страшных сценариев развития простуды Минхена. Но тот писал, что ему становится лучше и что может к четвергу температура спадет. Когда четверг, наконец, настал, Хек, купив апельсинов и взяв еды из кафе, со всех ног бежал в гости. Даже семь этажей ощущались всего лишь разминкой. Марк выглядел потрёпанным: лицо казалось бледнее, чем обычно, волосы спутались, а еще красные даже без очков глаза. Он нетерпеливо переминался с ноги на ногу, ждал, пока Донхек снимет пальто, чтобы обнять. Не прошло и полминуты, как их прервал хриплый кашель. - Я принес сироп от кашля, выпьешь его, а потом покушаешь нормально. - Хекки, ты просто невероятный, спасибо. В груди Донхека что-то больно щелкнуло, и отлетел замочек. Мысли путались, в последние дни он какой-то рассеянный. Ему казалось, что когда они встретятся, то тяжесть, которая скопилась, как сажа на сердце, уйдет, но стало только хуже. Марк заметил его рассредоточенный пустой взгляд: - Как дела? – он спрашивает неуверенно, поставив уже пустую тарелку на стол. Хек опускает глаза – не может смотреть ему в лицо. - Все в порядке? Практически не притронувшись к еде, Донхек чуть не роняет палочки. Он сидит, цепляясь ногами за ножки стула. Еще один щелчок внутри. Марк, присев на край кровати, убирает его тарелку, потом, аккуратно и нежно взяв за руки, пытается заглянуть в глаза. Хек с силой цепляется за его пальцы, словно за единственный спасательный круг. - Знаешь, я давно хотел спросить, это должно быть тяжело, учиться и работать одновременно. На первом курсе я подрабатывал где-то месяца два, но не на таких условиях. Ты, наверное, да нет, ты точно ужасно устаешь, зачем ты так себя изводишь? - Я...... – третий замочек отлетел особенно больно, сдерживаемые чувства вырвались, разбив преграду. Тихий всхлип, потом еще один, и еще. Марк осторожно вытирает слезы со щек Донхека, тот обнимает его за шею, утыкаясь носом в грудь, начиная плакать еще сильнее. - Ты…. Ты прав это трудно, но я не хочу жаловаться, – он всхлипывает, шумно вдыхая. - Этот дурацкий универ, - голос дрожит и становится немного хриплым, - родители настояли, чтобы я все-таки поступил. Хотя куда мне без стипендии, на одном кафе я бы не вывез, а возвращаться не хотелось, - прикусывая нижнюю губу, он замолкает, сдерживая еще один порыв слез, - У меня есть мечта и я не хочу ее отпускать, понимаешь? А тут еще тыыы.... И я, я не знаю.... - снова заливаясь слезами - держать в все в себе у него больше не было сил. - Да, я здесь, Хекки, и я всегда буду рядом, чтобы поддержать тебя, - Минхен осторожно перебирал пряди его волос. Глубокое чувство душевной близости, когда человек открывает вам скрытую сторону своей личности, и перед вами открывается его внутренняя борьба с самим собой, его боль и страдания. И пусть чаще всего вы ничего не можете с этим поделать, иногда просто высказаться бывает достаточно. - Я верю в тебя и твою мечту. Продолжая тихо плакать, Донхек свернулся клубочком на коленях у Марка. - Расскажи, - шмыг, - расскажи что-нибудь о звёздах. - Звезды - это ты, Хекки, - он слабо улыбнулся и медленно продолжил, - мы все - это звездная пыль, крошечные песчинки обломков взорвавшихся звезд. Все атомы в наших телах это продукт горения звезд, - его бархатистый, немного хрипловатый голос убаюкивал. - Один ученый сказал: "Звезды умирали, чтобы мы могли находиться здесь и сейчас". Но мне кажется особенно поэтичным то, что этим можно объяснить теорию соулмейтов. Когда двух людей тянет к друг другу, быть может это потому, что на самом деле они дети одной звезды, и сила притяжения настолько сильна, что они оказываются вместе, не смотря ни на что. Всхлипы перешли в ровное сопение, Марк осторожно поцеловал хеков затылок - не хотелось тревожить его в столь хрупкий момент спокойствия. Домой Донхек шел настроенный попытать удачу еще один раз. /// - Может в этот раз посмотрим "человека-паука"? - как бы прощупывая лед, начинает Марк, доставая попкорн из микроволновки, - пожалуйста.. - Но я уже включил "Будку поцелуев" и поставил грузиться, - в бесстыдных глазах милейшая просьба уже наравне с радостью победы, потому что Марк не будет сопротивляться. Да и к тому же разве не такие фильмы смотрят все парочки с последних рядов. - Это звучит даже хуже чем "Дневник памяти", - вздыхая он заваливается к Донхеку на кровать, удобно устроившись под теплым пледом. Фильм затягивает Хека с первых минут, и он счастливо визжит на первом поцелуе главных героев. Минхену, крепче сжимавшему чужую ладонь, интереснее наблюдать за такой красивой сменой эмоций на любимом лице. После того дня настроение Донхека заметно улучшилось, хотя было видно, что он еще сильнее устает и где-то в глубине его взгляда таится неуверенность. Они больше не разговаривали об этом, но Марк старается просто поддерживать и быть рядом по возможности. А такие вечера, как этот, стали их особенным временем, когда они могли расслабиться и не думать ни о каких занятиях, тестах и прочем. Фильм идет почти два часа, а ярый фанат романтических комедий не обращал на Марка совершенно никакого внимания, так что ему пришлось тоже вникнуть в сюжет и даже запомнить имена главных героев. Когда начинаются титры, Донхек внезапно осознает себя в тёплых объятьях, да еще и с переплетенными ногами под пледом. Фильм оставляет после себя непонятное неловкое послевкусие, и он не знает что с этим делать. Приподнимаясь, чтобы закрыть вкладку с фильмом, спрашивает: - Это что гитара в углу? - Я - да, меня научил играть папа, когда я был в средней школе, - неяркий румянец появляется на его щеках, пока он берет инструмент в руки. - Я скорее любитель, чем профи, - усмехнувшись, сдувает пыль с грифа. - И мое лучшее произведение это... Минхен начинает играть "You are my sunshine", на что Хек лишь хихикает и подпевает с первых же строк. Где-то на середине третьего куплета они забывают остальные слова и вновь смеются. - У тебя такой красивый и удивительно мягкий голос. - Спасибо, - совсем немного смущаясь и краснея. - Мне Кун, старший брат Ченле, помогает с вокалом. И, возможно, стоило бы обратить внимание на эту фразу, но Марк почти всю песню смотрел на донхековы губы и сейчас оторваться не может. Он опускает гитару на пол рядом с кроватью и, двигаясь ближе, целует сначала куда-то в щеку. Хек улыбается, а затем сдвигает очки ему на лоб, спутав челку, и, приблизившись, нежно целует в губы. - На вкус как горячий шоколад с какао, корицей и острыми специями, - озвучивает свои ощущения Минхен, облизывая свои губы. Как вы можете догадаться, прощаться сегодня было еще труднее, чем обычно. /// Первое воскресенье декабря, а снега все не было. Несколько дней стоял жуткий ветер, но сегодня все успокоилось, что ощущалось, будто затишье перед бурей. Метеорологи прогнозировали метели на следующей неделе. Было немного за полночь, Марк в пустой тишине дочитывал очередную книгу с каким-то сложным названием. Звук уведомлений на телефоне возвращает его в реальность. От: Хекки~ 💛✨ "Ничего не спрашивай, просто одевайся теплее и выходи, я жду тебя у подъезда" Не на шутку удивленный и даже в небольшой панике он надевает теплую куртку и повязывает шарф, сбегая по ступенькам. - Донхек? Что ты здесь делаешь? - холодный воздух бьет по носу, от чего на секунду перехватывает дыхание. - Это буквально мое первое свободное время за всю неделю, так что я пришел погулять с тобой, дурачок. Я вообще-то соскучился, - оставив быстрый поцелуй в губы, он хватает Марка за руку и тащит в непонятном направлении. На улице стояла морозная тишина, такая, что Минхен слышал свое быстрое сердцебиение и рваные выдохи Хека, тревожность которого тоже витала в воздухе. Они шли молча вдоль пустых освещенных неоновыми вывесками улочек рядом с одним из спальных кварталов. Быстрый шаг утомлял, хотя гуляли они без цели и времени. Завернув в небольшой закуток, в котором пространство между домами было меньше метра, Донхек заговорил: - Знаешь, я ведь на театральное поступаю, - он опять боится смотреть в глаза, стоя оперевшись спиной о стену одного из домов. - Ох, это.... Необычно. Хотя теперь понятно, как тебе удается считаться примерным учеником, с таким-то характером, ты просто играешь для них роль. - Хах, да уж, - грустная улыбка. - Я ведь уехал ради этого. И не поступил. Мои родители были против, они поставили ультиматум: либо я поступаю на экономический, либо возвращаюсь домой. А я со средней школы жил театром, поэтому бросать все было так обидно. Марк стоял напротив, поднеся донхековы руки к своему лицу, растирая кончики его пальцев и выдыхая на них тёплый воздух, стараясь согреть. - Сначала я был зол на них, на универ, на себя, на все вообще. И решил, что буду готовиться и поступлю на следующий год. Старался учесть ошибки с прошлого экзамена, к тому же Кун с Тэном помогали мне с вокалом и танцами. Я рассказывал вроде. Но чем ближе становится время вступительных, тем менее уверенно я себя чувствую. А еще появился ты со своими звездами и галактиками, просто "да, здравствуйте, я займу место в вашем сердечке, спасибо". Если честно, я уже хотел не подавать заявку, но передумал, после нашего того разговора. Я так благодарен тебе, за то, что ты рядом, даже представить не могу, что было бы не появись ты в моей жизни. Я люблю тебя, Минхен. - И я тебя, Хекки. Их холодные губы слегка дрожат в долгом поцелуе. Стоять на одном месте означало замерзнуть, поэтому они решили продолжить свой путь. Пешеходный мост, по которому они шли, уже начали украшать новогодними гирляндами. - Когда вступительные? - 17 декабря. Извини, наверное, мне стоило рассказать обо всем раньше. - Нет, все нормально, я понимаю, - чуть сильнее сжимая чужую руку в знак убеждения. - Семнадцатого значит. Нам в этот день объявят результаты конкурса курсовых проектов. Веселый денек будет. - У тебя-то точно все получится, Марк Ли. - Надеюсь. - Скорее бы этот день настал, уже надоело переживать каждый раз из-за этого, или, может, это я начал учить свои отрывки слишком рано. Не знаю. Прошатавшись так по городу до самого утра им ничего не оставалось, кроме как сразу пойти на пары. И если Донхеку удалось поспать на физре и английском, то Марк вырубился прямо в столовке на обеде. /// Три стука в дверь. Был уже поздний вечер, и единственная тусклая настольная лампа слабо освещала комнату. За окном весь день мела метель. Даже не пытаясь снять свое мокрое от снега пальто, Донхек обнимает Марка за шею. - Как твой проект? - Так себе, - он тяжело вздыхает, стягивая с Хека пальто и вешая его на вешалку, затем снова обнимая. - У тебя как? Слышится тихий всхлип. - Я просидел там почти до ночи, чтобы узнать результаты. И представляешь, - Марк пятится к кровати, чтобы они не стояли так посреди комнаты. - Одного балла, одного, - голос срывается на этом слове, - не хватило. Хек тихо плакал, а Минхен вытирал его горячие слезы. Он и сам был готов расплакаться от обиды. Так они и уснули, обнимаясь лежа на кровати. Часа через два Марк проснется выключить светильник и закрыть окно, потому что стало холодно, и Донхек перетянул все одеяло на себя.