Пыль и смог

Резкая, пронизывающая боль в ребрах. Он открыл глаза и ничего не увидел. Вокруг было темно. Он хотел протереть сонные глаза, но обнаружил, что с рук свисают какие-то провода. Удивленно уставившись на них он обнаружил, что в его правой руке стоит катетер. Благодаря своему зрению он хорошо видел в темноте. Он немного приподнялся на локте и огляделся. Он был в достаточно просторной комнате. Рядом с ним тихо пищали какие-то приборы. Он с ужасом понял, что находится точно не в трущобах. Больница (если ее вообще можно так назвать) в трущобах - это захудалое здание, с дырами в крыше. Все больные лежат на полу, кому-то достается подстилка, или даже матрас, набитый клопами. Однажды Фенрис попал туда. После этого, если он и болел, то лечился дома.        Следующим потрясением было то, что он полностью обнажен. На нем только просторная рубашка, которая велика ему размеров на пять. Впервые в жизни он пожалел, что не носит нижнее белье. Хотя, он не был уверен, что ему оставили бы его.        Дверь в комнату открылась и внутрь вошел гном. Ни одна другая раса не была такой низкорослой. За дверью Фенрис увидел длинный, хорошо освященный коридор. Гном включил небольшой напольный светильник и смотрел на Фенриса:        - Доброй ночи, сер Фенрис. Я рад, что Вы пришли в сознание. Как Вы себя чувствуете? Боль, недомогание, головокружение? - Я...кхм... - Фенрис попытался прочистить горло, но слегка закашлялся.        Гном подошел ближе, взял со столика рядом с ним бутылку воды, налил в идеально чистый прозрачный стакан и протянул Фенрису. Фенрис принял воду и за три глотка выпил все. Он уставился на пустой стакан в своих руках.        - Еще воды? - спросил явно не желающий долго ждать гном. - Нет. С... Спасибо. Не нужно. - Тогда вернемся к Вашему состоянию. - Я даже не знаю... Боль в ребрах. Слева. Когда я смогу уйти? - он вдруг резко посмотрел на гнома. - Сер, шутки - это признак выздоровления. - гном коротко улыбнулся и принялся что-то делать со странными приборами, к которым был подключен Фенрис. - Я серьезно. Я хочу уйти! - тон Фенриса стал раздраженным. - Сер, Вы, конечно, вправе отказаться от лечения. Но разумно ли это? Пуля, которая угодила Вам в левый бок, задела два ребра. Если оставить их без должного лечения они будут всю жизнь напоминать об этой травме. Поверьте, с должным лечением Вы уже через пару недель забудете об этом. У Вашего организма, вдобавок, отличный показатель регенерации. Восстановление пройдет быстро. Утром Вам сменят повязки, а пока я настоятельно рекомендую Вам еще поспать. - Который сейчас час? - Фенрис почувствовал, что слабость одолевает его. "Что этот гном там сделал?" подумал он. Но в слух больше ничего не сказал.        Гном молча указал на часы, которые стояли у изголовья его кровати с другой стороны. Они показывали три часа ночи. Гном развернулся, выключил свет и направился к выходу. Фенрис смотрел ему вслед и, когда дверь приоткрылась чуть шире, ему показалось, что он увидел чьи-то ноги в знакомых кроссовках. Но дверь закрылась, боль вновь уколола в ребрах и он решил, что ему просто показалось. Он лег на спину и постарался заснуть.        Яркий солнечный свет заливал всю палату. Фенрис сидел на краю кровати. Глаза приятно успокаивала многочисленная зелень, которая стояла на окне. Его ноги касались прохладного больничного пола. И он просто наслаждался тем, что мог ступать на него босиком. Это невозможно было позволить себе в трущобах. Пыль и грязь там по всюду. И даже дома, сколько бы он не отмывал пол, он никогда не был настолько чистым.        С утра ему уже сменили повязки. Шустрая медсестра эльф быстро справилась со своей задачей и, не проронив ни слова, покинула его.        В его голове крутилось много мыслей и еще больше вопросов. Он знал, что городские больницы редко принимают жителей трущоб. Почему же он был здесь? Кто его сюда привез? Почему его не забрали в трущобы?        Он хотел уйти. Он спрашивал у врача-гнома где его вещи. Тот заверил его, что все они в полном порядке и он получит их при выписке. Фенрис опять заговорил о том, чтобы покинуть больницу. Однако суровый, хоть и на редкость милый гном, вновь прочитал ему лекцию и Фенрис сдался. Он не мог отрицать, что слабость все еще одолевает его. И так же он не отрицал, что больничные условия гораздо лучше, чем все, что могут предложить родные трущобы. А еда здесь... которую еще и приносят прямиков в постель... Он откинулся на подушку, положил руки под голову и его живот слегка заурчал от сытного и вкусного обеда.        Он уже хотел провалиться в послеобеденный сон, но шум за дверью привлек его внимание. Женский голос спорил с мужским. Он не стал прислушиваться. Он достал свой телефон, который любезно принесла ему медсестра. Попытался разблокировать, но тот не реагировал. Попытка включения тоже провалилась. Батарея была на нуле, а зарядить его возможности не было.        - Черт возьми! - выругался Фенрис себе под нос. - Как же сообщить своим, что я в порядке?        Он знал, что у них есть указания на случай его исчезновения. Он так же знал, что у них уже есть деньги. Предоплату за экскурсию он разделил между ними.        В дверь постучали.        Он резко повернул голову и в растерянности смотрел на дверь. Никто из медицинского персонала еще ни разу не стучал. Они входили бесшумно и, если он не спал, сразу привлекали к себе его внимание.        Стук повторился. На этот раз еще тише и скромнее.        - Да. Эм... Войдите? - он сам не знал, что говорить и кто мог к нему прийти. - Хоук... - его глаза расширились от удивления, когда она аккуратно вошла к нему и с явным смущением закрыла за собой дверь. - Я... Добрый день. - она ласково улыбнулась и на ее щеках все еще был небольшой румянец от легкого смущения. - Добрый день. - рассеянно повторил он.        Осознание, что он лежит в одной рубашке, которая лишь слегка прикрывает его бедра, настигло его. Он судорожно начал натягивать простынь на свое тело. Он прикрыл торс, по самую шею, и бедра, но поздно осознал, что простынь лежит не так и его ноги забавно торчат обнаженные. Он уставился на них. Белые узоры его татуировок змеились причудливыми линиями по смуглой коже.        - Они что-то значат для тебя? - на выдохе, шепотом, спросила Хоук.        Он посмотрел на нее и увидел, что она завороженно смотрит на его ноги. Ее взгляд скользил вверх и в итоге ее синие глаза встретились с его зелеными. Она облизнула пересохшие губы, а он тяжело сглотнул. Ему показалось, что на него обрушилась кирпичная стена. Дышать стало почти невозможно. Она двинулась к нему и присела у его ног. Ее рука замерла в паре сантиметрах от его лодыжки. Синие глаза вновь смотрели на него:        - Можно мне? - она сказала это одними губами, почти беззвучно.        Он не мог говорить. Коротко кивнув, он втянул воздух сквозь зубы, когда ее горячие пальцы коснулись его ледяной кожи. Она легким, едва ощутимым движением провела пальцем по одной из его линий. Ему показалось, что след от ее прикосновений горит огнем. Он даже не заметил, что ему было так холодно. Но под ее прикосновениями его плоть согревалась как никогда. Она провела пальцами выше, задевая его икру, и остановилась у колена. Дальше лежала простыня, часть которой Фенрис сжимал в кулаках.        - Я... Я хочу увидеть все... - сдавленным голосом произнесла она.        Он не знал почему, не знал зачем, но он откинул простыню. А затем приподнялся, неловко снимая рубашку, и отбросил ее на пол. Он остался лежать полностью обнаженный. Он даже не помнил, видел ли его кто-то таким. Даже Изабела, с которой они провели много ночей, казалось, никогда не видела его. И уж тем более не смотрела на него так.        Глаза Хоук излучали удивление и восторг. Ее руки все так же лежали на его коленях, но ее взгляд был везде. Она пересела ближе к нему и выше по кровати. Ее ягодицы были наравне с его. Ее горячие руки легли ему на пресс. Он в очередной раз шумно вдохнул и задержал дыхание. Ее правая рука двинулась к его левым ребрам. Остановившись у начала повязки, она погладила плоть перед ней.        - Ты спас мою жизнь. Ты мог умереть... - ее глаза вновь смотрели прямо в его и он увидел, что она боится. - Я был в ответе за тебя. - хриплым голосом выдавил из себя он.        Он поднял торс и сел, оказавшись с Хоук почти нос к носу. Он чувствовал, как ее дыхание задевает его губы. Чувствовал ее руки на своем животе. Он слегка наклонил свое лицо к ее и нежно, едва-едва касаясь, прижал свои губы к ее. Задержавшись лишь на секунду, он отпрянул от нее и смотрел, как она тяжело дышит. Никогда в жизни он не был нежным или робким. Но сейчас он просто не знал что делать. В нем кипела буря эмоций. Новых, неизведанных. Он боялся даже дышать.        Она встала к нему спиной. Он думал, что она сейчас уйдет. Или вообще исчезнет. Он начал всерьез подозревать, что это иллюзия. Игра его обессиленного разума. Иначе почему она до сих пор одета так же, как и в тот день на экскурсии. Не хватало лишь кофты на ее плечах.        К его удивлению она стянула топ, сбросила кроссовки и сняла штаны. Он увидел ее гладкую спину, красивый изгиб талии, подтянутые ягодицы и стройные ноги. Теперь она была обнажена так же, как и он.        Он спустил ноги на пол и встал. Оказавшись прямо за ее спиной. Она издала тихий стон, когда он провел своими ладонями вверх по ее рукам. Ее голова откинулась ему на плечо. Она слегка выгнулась и ее ягодицы прижались к его быстро набухающему члену. Он накрыл руками ее грудь, заработав еще один сладкий стон. Он не мог устоять и позволил своим губам исследовать ее шею, покусывая и посасывая нежную плоть. Его левая рука наслаждалась идеальным размером ее груди. А правая медленно скользила вниз. По ее твердому животу. По ее идеально гладкому лобку. Прямо к ее центру. Она ахнула, когда он легко собрал пальцами скопившуюся влагу у ее лона и легкими движениями принялся ласкать ее клитор. Ее ягодицы начали тереться о его возбужденный ствол мягкими движениями.        Она мяукала и ахала, а затем, резко повернувшись к нему лицом, начала целовать его с такой жадностью, что он опешил. Взяв себя в руки он ответил на поцелуй. Их языки сплетались и боролись. Казалось, что каждый хочет получить все, что только сможет. Его руки вновь ласкали ее тело. Теперь уже правая рука ласкала грудь, перекатывала ее сосок между пальцами. А левая с жадностью разминала ее ягодицы, впиваясь в ее плоть с такой силой, что оставляла синяки.        Она не уступала в силе ответных ласк. Запустив пальцы правой руки в его волосы, она сжимала их и дергала. За что зарабатывала одобрительное рычание из его горла. Правой рукой она накачивала его ствол, с трудом обхватывая его пальцами.        - Фен... - вырвалось из ее горла. - Пожалуйста        Он сделал полшага назад и сел, увлекая ее за собой. Она устроилась на нем сверху. Он направил свой член к ее входу и замешкался.        - Я... Ты не должна этого делать. - вдруг произнес он. - Я этого хочу. - она одобрительно закивала головой и смотрела на него со странной нежностью и надеждой.        Он решил, что отказывать своему воображению в любом случае глупо. Мягко надавив на ее вход головкой, он мучительно медленно начал входить в нее. Она застонала от растяжения. К его размерам действительно нужно привыкнуть. Устроившись в ней полностью, он смотрел, как небольшая искорка боли сменяется удовлетворением на ее лице. Она слегка пошевелилась, все еще привыкая к растяжению, которое теперь стало приятным. Затем приподняла бедра, почти полностью обнажив его ствол, и вновь опустилась. Она тоже не торопилась. Она ездила на нем медленно и нежно. Лелея его лицо в ладонях и даря сладкие поцелуи. Он наслаждался мягкостью ее грудей, лаская их обеими руками.        Полностью погрузившись в этот момент он почувствовал, что ее стенки сжимают его с новой силой. Она застонала громче и с ее губ вновь сорвалось его имя. Он наслаждался ее лицом. Восторг читался в ее довольной ухмылке. И он вновь завладел ее ртом в жадном поцелуе. Она отвечала такой же страстью, продолжая свою неспешную езду на его коленях. Она осторожно коснулась своим языком его уха и, почувствовав его реакцию, стала смелее в своей ласке. Он застонал громче и крепче сжал ее в объятьях, подгоняя ее ускорить темп своих бедер. Она с легкостью ускорилась и он чувствовал, что она опять близка к оргазму. Он сомкнул свои губы вокруг ее соска и слегка прикусил его. Она вскрикнула и кончила, вновь произнося его имя. Он понял, что и его край близко, пара толчков и волна безумного удовольствия накрыла его. Он впился губами в ее грудь, зная, что оставит там след. Он так же сжал ее ягодицы, оставляя и там следы пальцев.        Переводя дыхание они оставались сплетены друг с другом. Ее руки были в его волосах. Он крепко обнимал ее за талию, уткнувшись носом в изгиб шеи.        - Ты бы хотел продолжать? - чуть громче шепота проговорила она. - Боюсь, я сейчас не способен на второй раунд... - он почувствовал новую вспышку боли в ребрах. - Я... не о том... Хотел бы ты... - она увидела, как он зажмурился от боли. - Боже. Прости пожалуйста! Какая же я дура!        Она аккуратно слезла с его коленей и принялась осматривать повязку. Увидев выступившие на ней пятна крови она посмотрела на него с тревогой:        - Тебе нужно уходить. Рана открылась! - Чего? Я вообще-то итак в больнице... - Сейчас же! Давай! ..... - ее голос отдалялся и он уже не слышал последних слов...