Латте с сиропом

      Последние минуты до конца смены Ева отсчитывала с трудом; двенадцать часов на ногах — не шутки, но коллега ну очень упрашивала её подменить, оставшись на вечер. После того, как они прямо у станции метро выпили тёмного пива на брудершафт, их отношения точно можно было назвать приятельскими, так что отказать девушка была не в силах, да и переработки оплачиваются дороже. Смену пришлось закрывать одной; она пересчитала кассу, убрала длинный пакет с бумажными стаканчиками и совсем слегка прибралась перед уходом — совесть, конечно, есть, но и она после полусуток работы на ногах сил в себе совершенно не ощущала. Она пригладила пятернёй, как обычно, растрёпанные волосы, по привычке попыталась заправить их за ухо — до сих пор не свыклась, что обрезала — и выключила свет в помещении.       Запирая дверь, Ева через стеклянные двери кофейни заметила, как тот самый пакет со стаканами падает из приоткрывшегося ящика, но лень её переборола — кто-нибудь уберёт завтра с утра, ничего страшного. Что-то внутри хотело ей подсказать, что это не лучший знак и вечер пройдёт далеко не так спокойно, как ей хотелось бы, но девушка напомнила себе, что суеверия и приметы не для неё, так что спустя два этажа на эскалаторе она вышла из торгового центра, решив прогуляться до метро вместо привычного автобуса.       Рассыпавшиеся всего десятью минутами ранее стаканчики не обманули — её внимание привлёк косплеер, так спокойно разгуливающий по улице, будто рядом намечалась какая-то сходка или фестиваль (но Ева точно знала, что ничего подобного не будет ещё минимум месяц). Ей хватило несколько секунд пристального взгляда, чтобы понять, что парень (или девушка в очень хорошем косплее?) вовсе не так спокоен, как показалось: его (её?) походка больше походила на нервную, да и оглядывался незнакомец с опаской. Потерялся? Ева решила не упускать шанс — и дорогу подскажет, и фото сделает, пока не нашлись тут такие же фанаты и не выстроились в очередь. Она перебежала дорогу на красный и остановилась перед ним, сразу доставая из кармана телефон. — Извините, можно селфи? Очень крутой образ.       Парень — вблизи это стало понятно по чертам лица, по которым, кажется, не прошлась косметика — явно насторожился, отскочив от неё на шаг, и запустил руку в карман, уже через секунду растерянно смотря туда. Ева нахмурилась; ей, кажется, попался косплеер-социопат. — Всё норм? — Что такое селфи? Сразиться хочешь? — без какого-либо вызова спросил тот, окончательно введя девушку в ступор. «Это что вообще нахер такое», — так и хотелось прокомментировать, но она сдержалась. — Ладно, я, наверное, пойду, — пробормотала Ева растерянно, отбрасывая идею о совместной фотке (наверное, совсем свихнулся паренёк; может, день был тяжёлый) и направляясь к остановке — какая тут уже прогулка. Но спустя несколько секунд что-то прилетело ей в спину, и обернувшись, она заметила на асфальте бумажную птичку — маленькую и аккуратную. Прохожие уже начинали на них поглядывать, так что она недовольно цыкнула и знаками показала завернуть ему во двор; спасибо, что послушал и действительно последовал за ней в кирпичную арку. — Ты чё бумагой разбрасываешься? Совсем заняться нечем?       Ева увидела, как по пути сюда он подобрал помятую птичку и уставился на неё сосредоточенно. — Она должна была к тебе прицепиться. Я ничего не понимаю, у меня есть руки, нет ртов, глина не работает.       А, так это не бумага. — Рот у тебя есть, и лучше бы ты держал его закрытым, — она вздохнула, думая, что, может, у человека был сумасшедший день, а она язвит так сразу. — Ладно, забей. Зовут тебя как? Отвести куда? — Дейдара.       Ева нервно усмехнулась и выудила из кармана пачку сигарет, цепляя одну из них зубами и сразу щёлкая зажигалкой — видимо, разговор будет непростым. — Я уже поняла, что ты охуенно в образ влился. Обращаться к тебе как? — Ну, если не нравится, можешь сокращать, — с заметным уже раздражением пробурчал парень; одной рукой он продолжал копошиться в поясной сумке, рассматривая свободную ладонь, то и дело сжимая-разжимая кулак. Ну точно поехал. — Допустим. Ты зачем так вырядился? Фестивалей сейчас нет, на тебя люди смотрят, ведёшь себя странно, а я совсем не понимаю, почему трачу на тебя время, — она затянулась, выигрывая себе небольшую паузу. — Хотя нет, понимаю, мне просто интересно. — Бред какой-то несёшь, если честно. — Я? — Ева была готова поклясться, что сейчас у неё такой ошарашенный взгляд, какого не было за последние несколько лет. — Ты кем себя считаешь? Может, в дурку позвонить?       «Дейдара» посмотрел на неё недоумевающе; Ева начала сомневаться, что это он тут сумасшедший. — В душе не ебу, о чём ты, но я эту деревню и так впервые вижу.       В голове начали всплывать самые популярные сюжеты фиков, которые она читала ещё на беоне, будучи олдфагом фандомного интернета. Это он из себя попаданца состроить пытается?.. Сначала появился соблазн показать ему гордый средний палец (но там лак чёрный слезать уже начал, некрасиво как-то) и уйти, запомнив этот день, как эмоциональную встряску, но куда интереснее — подумала она — было бы подыграть. Хотя бы на ближайшие минут десять. — Окей, что последнее ты помнишь в… эм, знакомой деревне? — Ева с трудом сдерживала смех. Боже, чем она занимается. Но «Дейдара» только нахмурился неожиданно для неё, так и не разжав кулак, и заметно напрягся, упираясь ногами в землю, будто готовясь к чему-то. — Это тебе зачем? — Чего?.. — Я, по-твоему, буду рассказывать тебе что-то?       Ева застыла, не замечая, как сигарета дотлевает в её пальцах; это с каждой секундой всё более походило на какой-то цирк. Может, это сон? Она на пробу согнула пальцы, оставляя ожог и песчинки пепла на ладони, и боль оказалась вполне реальной — она даже зашипела коротко. Ну не может же быть такого, чтобы этот идиот вырядился в члена Акацуки и пошёл на улицы вечером пугать людей своими рассказами? Раскололся бы уже, поржали бы, сфоткались. Девушка даже оглянулась в поисках камеры, подумав, что, может, в скором времени она найдёт себя в тиктоке и соберёт миллион лайков, но они тут были совершенно одни за исключением прохожих, которых всё ещё можно было заметить со стороны проезжей части. Во дворе же, ближе к которому они стояли в арке, не было ни души.       Когда Ева вернулась взглядом к парню, тот уже направлял на неё припасённый кунай, однако оставался на месте. Либо он сошёл с ума, либо она, либо это и правда что-то за гранью понимания. Она не придумала ничего лучше, чем поднять руки, выбрасывая окурок куда-то к стене. — Эй, спокойно, я безоружна, — и хоть она и старалась выглядеть спокойной, взгляд всё равно на автомате предательски бегал по окружению, пытаясь придумать срочные пути отступления на всякий случай. Мало ли, что в голову взбредёт этому… Дейдаре. — У меня, кроме зажигалки, нет ничего, хочешь проверить?       Тот помедлил несколько секунд, прежде чем убрать оружие — явно не косплеерское — и позволить Еве выдохнуть, опуская руки. — Ладно, — всё ещё выглядя настороженно, начал он, — но если ты шпионка, я с тобой разделаюсь и не моргну, — парень нервно и широко усмехнулся, заставив собеседницу вздрогнуть. — Это всё копирующий ниндзя. У него какая-то странная техника, сначала он забрал мою руку, а потом атаковал меня. Не понял, чем. Но я оказался здесь, среди этих бетонных домов, и пока что пытаюсь понять, как выбраться и что это за страна.       Возможно, Еве просто не хватало приключений.       Возможно, она слишком устала искать причины завершить разговор прямо сейчас и свалить, пока ни во что не влипла.       А может, к двадцати годам в ней ещё не умерло по-детски наивное желание поверить в невозможное, поэтому она лишь сосредоточенно кивнула, вспоминая примерную сюжетную арку и серии. Погоня за ним и телом Гаары, да? Что ж, даже если он нагло (врал) пиздел, он делал это слишком искусно, прекрасно вписываясь в роль, почему бы и не развлечь себя на третьем десятке лет. — То есть ты здесь недолго, — подвела она итог, — ты не можешь использовать чакру, а твои рты на ладонях пропали.       Дейдара в этот момент смотрел на неё так, будто подозревал во всех смертных грехах, и в первую очередь о шпионаже; девушка пообещала себе, что если всё это правда, позже она познакомит его с аниме. Ему точно понравится. — Не знаю даже, что предложить, — Ева пожала плечами, — тебе нужно где-то жить, пока ситуация не разрешится, для этого нужны деньги, для этого работа, для этого документы. Есть у тебя русский паспорт? — Есть что- — А, кстати, ты в России, поздравляю с одним из самых неудачных исходов, — Ева почти сочувствующе ему подмигнула, — хуже могла быть, наверное, только Чечня. Но план есть. Знаешь, где достать где-то лям? Желательно сразу в рублях? — Слушай, это какой-то непонятный язык, я не въезжаю, — парень даже выглядел растерянным, признавая это. — Ну, если хочешь, помогу потом разобраться. В общем, начать тебе надо с документов, их можно сделать нелегально, это единственный выход в твоём случае, потому что без этого ты останешься ночевать на скамейках парков и вокзалов, зато бесплатно. Ну, пока не помрёшь от голода, — закончила она с такой позитивной улыбкой, будто наобещала новому знакомому только что радужное будущее. — Это деньги? Лям рублей — много? — Поверь, много.       Дейдара тихо выругался, опустив взгляд в землю. Он наверняка мало что понял, кроме того, что ситуация у него не из лучших — Ева даже ему посочувствовала в этот момент. Не хотела бы она оказаться без жилья, денег и документов в абсолютно незнакомом мире, где ещё не факт, что кто-то так же попробует объяснить систему.       Девушка осеклась мысленно, когда осознала: она начала ему верить. Как-то от неё скрылся миг, когда она переставала придавать каждое его слово сомнению и начала серьёзно думать, как выбраться из всей этой ерунды, в которую он влип; и это она называет своим аналитическим мышлением и умением смотреть реалистично? Да в жопу эту реалистичность, конечно же, тут аниме-персонаж ожил, счастье-то какое. На её голову, похоже, счастье, потому что совесть всё-таки взыграла: она тут единственная, кто ему смогла хоть что-то объяснить, парню жить негде, об этом мире он ничего не знает, кроме того, что теперь ему нужен лям.       Она об этом пожалеет. — Можешь пока у меня переночевать, — вздохнула Ева, отворачиваясь в сторону; ей и смотреть не нужно было, чтобы знать, что на лице Дейдары в этот момент расплылась довольная улыбка. — Но неделю максимум! — тут же поправилась она. — Ты же сильный, крутой весь из себя ниндзя, да? Не будет же проблемой насобирать денег? — Сделаем, — кивнул он с полной уверенностью.       Так и хотелось вставить какую-нибудь колкость; сначала угрожает, потом на внезапный приступ альтруизма даже «спасибо» не говорит. Но девушка сдержалась каким-то усилием воли. — Ладно, погнали тогда до дома. Так и быть, заплачу тебе за метро, — уже коротко засмеялась Ева, явно на нервах, выруливая из арки обратно к оживлённой улице.