Связь

Лёжа на кровати и раздумывая о предстоящей битве с Итачи, утомленный Саске задремал. Ему было уже начал сниться сон, но вдруг он проснулся от ощущения того, что лежит на чём-то мокром. "Странно",- подумал он, - Я же только что поменял простыни". Он сонно поднял одеяло и, заглянув под него, увидел, что лежит в луже собственной крови, которая с каждой секундой расползалась всё больше, словно весеннее наводнение. - Чёрт бы тебя побрал, старый извращенец, - Саске злобно чертыхнулся, отбрасывая в сторону одеяло, - Вот блин, опять придётся к очкастому идти... У Саске в очередной раз открылась его хроническая анальная трещина. Хотя Кабуто и лечил его своими первоклассными медицинскими техниками, каждодневные неоднократные изнасилования не давали ей закрыться окончательно. Орочимару был самым настоящим, можно даже сказать образцовым сексуальным маньяком. Во время своих шизанутых "развлечений" он совершенно не знал тормозов, и зачастую очень сильно калечил Саске. Несколько раз парнишка даже был на грани смерти от асфиксии и болевого шока, но, к счастью, его вовремя удавалось реанимировать. И, хотя Кабуто с легкостью мог вызволить его из лап костлявой или залечить физические травмы любого уровня сложности, боль от этого никуда не уходила - такова была особенность этих медицинских техник. Саске хоть и казался физически здоровым, это было не совсем так. Его раны и раздолбанные в кашу внутренние органы после заживления тканей продолжали болеть с той же силой, что и до лечения. Это сродни фантомным болям в конечностях, которых уже давно нет. Обычные обезболивающие здесь были совершенно бессильны. Но нельзя сказать, что от этой боли не было никакого спасения. От неё можно было избавиться с помощью особого лекарства, которое в изобилии водилось в аптечке у Кабуто. Он изготавливал его самостоятельно из каких-то особых лесных растений, сбор которых никому не доверял. Это вещество могло избавить от боли любого вида, будь она хоть фантомная или даже душевная. Но, как не существует вечного двигателя, так и не существует идеального эликсира от всех болезней. У этого лекарства был побочный эффект - после нескольких приёмов оно вызывало страшнейшее привыкание, причём не физиологическое, а психологическое. В период действия вещества боль полностью проходила на короткий промежуток времени, словно её никогда и не было. Но, когда эффект сходил на нет, она возвращалась, причём после короткого "отдыха" от неё казалась ещё мучительнее, чем была раньше. Помимо этого, вещество так же вызывало изменения в структуре клеток головного мозга, нарушая связи между ними. Человек переставал быть похожим на самого себя, мог забыть своё имя, случались приступы агрессии, аутоагресии или неконтролируемого страха. Поскольку это лекарство было относительно лёгким в производстве, его давали пленникам в больших количествах во время проведения экспериментов. Саске не раз приходилось видеть несчастных жертв за решётками, которые в приступах абстиненции (то есть "ломки") могли с лёгкостью выпустить друг другу кишки голыми руками, или же перегрызть самим себе вены на запястьях. Чем дольше они принимали это лекарство, тем меньше походили на людей. Саске прекрасно понимал, что не может позволить себе лишиться разума раньше, чем свершится его возмездие, поэтому терпел боль и жил с ней, хоть это было и не просто. Трёхлетнее пребывание рука об руку с Орочимару научило его многому, не только лишь новым техникам. Например тому, что за всё приходится платить. Хочешь отомстить своему всесильному брату? Плати своим телом. Хочешь излечить раны? Плати своим телом (каждый раз после лечения Кабуто, Саске приходилось отплачивать ему... минетом). Хочешь избавиться от боли? Плати своим психическим здоровьем. И так далее. Пожалуй, только мысли о мести и о любимом Наруто не давали ему окончательно свихнуться в этом аду. Каждый раз, когда Орочимару насиловал его, чуть ли не выворачивая наизнанку его внутренние органы, Саске думал лишь о том, что ему нужно выжить и отомстить. Когда после этого Кабуто собирал его по кусочкам, и Саске приходилось отплачивать ему, он закрывал глаза и представлял на его месте своего возлюбленного. Он так глубоко погружался в фантазии, что становилось даже совсем не противно от того, чем он занимается. Иногда, во время долгих раздумий, у Саске в голове мелькала одна неприятнейшая мысль: "А зачем вообще мстить? Неужели все эти мучения того стоят? Я бы мог сейчас жить счастливо рядом со своей любовью, вместо того, чтобы терпеть всю эту боль и унижение". Но как только эта мысль появлялась, Саске тут же отгонял её прочь, иначе бы точно слетел с катушек, продолжая развивать эту мысль. "Я должен отомстить", - эту мантру он повторял себе миллионы раз, да так, что она въелась ему в подкорку, пропитала насквозь его тело и душу, вместе с болью. "По-другому и быть не может, и не могло, на этом точка". -Надо поспешить, иначе снова потеряю слишком много крови и какое-то время не смогу нормально тренироваться!, - с этими словами раздосадованный Саске принялся быстро накидывать на себя одежду, собираясь отправиться к своему единственному и неповторимому лекарю.