Не говори Гону

Глава 4

— Например... Сейчас? — на его лице читалось возбуждение и некая заинтересованность, вперемешку с лукавством: «Что же ответит и как поступит Киллуа?» — Ха, ни за что! Давай другое! — Киллуа испугался, но не подал виду. Он думал о том, что если он и согласится, то это будет слишком рискованно. Тем более Киллуа больше не хотел иметь ничего общего с Хисокой. — Другое? Похоже ты не понял, но я тебе объясню. У тебя с самого начала не было выбора, — Хисока взял парня за подбородок и притянул к себе, отчего тот удивился, но не отвёл взгляд, — тебе ведь нравится Гон? Я не могу ошибаться. Отвечай. — Киллуа уже не смотрел в глаза Хисоке, а лишь краснел. Хисока уже всё знал и понимал. Ему не нужен ответ — реакции Киллуа вполне достаточно. Их губы слились в поцелуе. Парень не отвечал, упирался и пытался вырваться. Это злило Хисоку. Он остановился и отстранился. — Пожалуйста, всё что угодно, но не это.. — жалостливо и почти плача продолжал Киллуа. — Если ты знаешь о моих чувствах, то прошу… Хисоке Гон был интересен как противник. Его конечно возбуждало, когда противник знает, что проиграет, но всё равно продолжает с ним сражаться. Но его ничего так сильно не возбуждало, как видеть их отчаяние. Их мольбы о помиловании. Их пустые, уже ни во что не верящие, глаза. Ему нравилось заставлять их быть беспомощными. Хисока не собирался отступать и Киллуа это видел. — Я не буду сегодня в тебя входить, но и отпустить не могу. — пытался быть мягким Хисока. — Поцелуй меня. — Фу! Нет! — Тогда отсосёшь мне. Характер Хисоки был невыносимо ужасен, но почему-то при виде этого мальчишки он становился другим — неизвестным для себя Хисокой. Ему хотелось прижать Киллуа к груди. Обнимать его, целовать и жалеть. И в то же время ему хотелось присвоить его, насадить на член и трахать до тех пор, пока тот не отключится от усталости или возбуждения и не проспит несколько дней. Киллуа нахмурил брови. Он пытался придумать способ «отмазаться». Хисока схватил его за запястье и потащил к берегу. Швырнув его на берег, Хисока стал прямо перед упавшим Киллуа. Затем он сел рядом с парнишей так, как он обычно любит сидеть, одно колено лежало на траве, а другое было поднято, руки заведены назад, чтобы не упасть. Член его стоял налитый кровью. Багровая головка ждала прикосновения, чтобы потечь. Подтянув Киллуа к себе, он нагнул голову парня к члену. Посмотрев исподлобья сначала на агрегат, а затем и на Хисоку, Киллуа осознал, что это уже не шутки, а упертость только всё усугубит. Он приоткрыл рот и горячим языком дотронулся до головки члена. Обхватив член рукой у основания, пока рука Хисоки всё ещё была на голове парня, Киллуа облизывал только головку. Он не хотел брать в рот. — Почему ты только лижешь? — смотря на парня сверху вниз, с возбуждением спросил Хисока. Киллуа, не думая ни о чём, взял член в рот. Рот его был таким же горячим, как и язык. Продолжение следует…