Приют или же бордель

В это же время в Литл Уингинг, Графство Сурей, Тисовая Улица, дом номер4.

Петунья Дурслей проснулась от нехорошего причувствия. На улице лил дождь, как из ведра и точно не даст снова уснуть. "Надо забрать газету", подумала Петунья, выйдя на улицу, она наткнулась на камочек в одеяле, когда она присмотрелась это был… ребёнок?! — Вернон! — истеричный, визгливый крик разбудил мужа. — Что случилось? — Вернон, треся жиром, выбежал в одних трусах и с ружьём. Занеся ребёнка в дом, они вытащив его из корзинки и мокрого одеяла. Петунья нашла в одеяле сыроватое письмо. Дорогая Петунья, Я вынужден сообщить тебе ужасную новость: Лили и Джеймс умерли, спасая жизнь своего сына, твоего племянника Гарри. Я надеюсь, ты не будешь вспоминать прошлое и обижаться, что не попала в волшебный мир. Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, Директор школы волшебства ,,Хогвартс", Верховный чародейки Визенгомота (суд волшебников), кавалер ордена Мерлина первой степени. — Здесь ребёнок и это ребёнок Ли..ли. Она умерла, спасая его. Вернон, мы должны взять его себе и воспитать, — с дрожащими губами и слёзами на глазах сказала тощая блондинка. Вернон долго пытался успокоить свою супругу, которая корила маленького зеленоглазого малыша. * ШЕСТЬ ЛЕТ СПУСТЯ* Удивительно, но Дурсли со временем полюбили младшего Поттера. Завтра день рождение Гарри. Уложив мальчиков спать, Петунья и её муж обсуждали, что подарить племяннику. И тут, в дверь ворвался седовласый старик, с длинной бородой и очками половинками. Это был Дамблдор. Обездвижив магглов ступефаем и делая с помощью легилиментиции закладки на жестокость к Гарри, ненависть магии и ещё одну закладку на сдерживание, чтобы не убили мальчика, ведь это для всеобщего блага. Завтра маленький Гарри не получит подарков, а ночью, ему присниться сон, о том как смерть по имени Хель и король демон Люцифер спорили (см. Пролог) и дарили ему дары, также ему приснится всё, что он слышал когда ему был один год, он вспомнит то, что про него говорили: про то, что его родители живы, про крёстного, который никогда и не попадал в Азкабан, про то, что у его родителей, Лили и Джеймса Поттеров, будет ещё ребёнок, а они бросили его . Гарри будет ждать следующего месяца, чтобы обрести то, что так желанно — силу и память демона, который был другом и верным последователей нынешнего короля ада, пока не отдал свою жизнь на защиты своего короля. *ДВЕ НЕДЕЛИ СПУСТЯ* Кто же мог подумать, что закладка на сдерживание слетит к чертям всего через один день, вот что значит в спешке в мозгах копаться. Все две недели Гарри заставляли работать в саду, убираться во всём доме, помогать готовить еду, запирали в чулане без еды. Но ночью Гарри снились жизни своих предков и каждое их движение, заклинание, умение, талант. Например: у одного из Слизиринцев был талант к танцам. Но на следующий день, Дурсли после слёта закладки сдерживания, решили испортить жизнь своему племяннику окончательно, они решили отправить мальчишку в бордель под прикрытием приюта. Следующим утром Вернон отвёз Гарри в бордель под прикрытием, вот только Гарри этого не знал. Так как маленький Гарри был красив: волосы по плечи цвета вороньего крыла, от Блэков, глаза цвета как у его матери* и бледная аристократическая кожа, его приняли сразу. За неделю его никто не трогал, хорошо кормили, у каждого из детей отдельная маленькая комнатка. Но мы же все знаем Поттеровскую тягу к исканию приключений на одно мягкое место. Обычно на смотр ставят детей больше девяти лет. Но Гарри не знал о смотре, ведь ему никто не сказал, здесь каждый сам за себя. Спустившись вниз, Гарри выглянул из-за двери, в комнате стояли множество воспитанников от девяти лет, между ними ходил мужчина с необычной внешностью, всё что смог разглядеть Гарри это: золотистую кожу, белые волосы, голубые, словно стеклянные глаза смотрели прямо на него, поняв это, Гарри попытался уйти, но его прервал окрик. — Стоять! — испугавшись громкого голоса, маленький Гарри резко остановился, а на его плечо легла тяжёлая рука. — Беру на один день. — Куд..да? — Маленькому Гарри было страшно: Куда его берут? Зачем? Почему именно его? — Н-но ему всего семь, — тихо сказала директриса приюта, а точнее притона. — Я заплачу в три раза больше. — Дальше Гарри ничего не слышал, ему было страшно, очень страшно. Мужчина потащил Гарольда за собой, пытаясь вырваться из стальной хватки, Мисстор Лайт (как он представился) ударил Гарри со всей силы, по скуле расползалась боль. Выходя из приюта, Гарри вертел головой, ведь воспитанников приюта выпускали только во двор на прогулку раз в день или на субботник. — Ну что, малыш, пойдём, у нас есть одна ночь, а уже почти вечер. БЫСТРЕЕ! — У маленького Гарри сердце пропустило пару ударов после этих слов. Страх заползал в самое сердце. Он не знал, что делать, да каждые 3 ночи, Гарри проживает жизнь одного из предков, но как же он мог знать, что в этом приюте продают или снимают детей для секса. Он ведь даже о магии мало знал! — Вот мы и приехали, — слова мистера Лайта вывели Гарри из задумчивости. Он даже не заметил, как сел в машину и видимо приехал. Расплатившись с водителем и выйдя за углом улицы, что состояла из десяти одинаковых домов, Гарри повели к самому последнему зданию, которое ничем от других не отличалось, и стояло на окраине леса. Всё время, что они шли, мистер Лайт смотрел на него как-то странно, словно ждал чего-то. Дойдя до здания, Гарри просто выбросили в дверь, как бы он не сопротивлялся, всё было бесполезно — взрослый человек намного сильнее семилетнего ребёнка. — В комнату, — повелительным тоном сказал мистер Лайт. — Конечно, мистер Лайт, как прикажете, держите, последний этаж комната 35. — Мужчина, что стоял на стойке и очень волновался. Быстро беря ключ от комнаты из рук мужчины, мистер Лайт потянул его к лифту. Зайдя в лифт, нажимается кнопка 12. Гарри затащили в комнату и бросили на кровать. — Сиди здесь и даже не рыпайся, — сказав это холодным и повелительным тоном, мужчина вышел, но Гарри даже не услышал предупреждение. Страх за себя сковывал всё тело. Дёргать ручку оказалось бесполезно, дверь была заперта на ключ. — Логично, я бы тоже не захотел, чтобы товар сбежал и тоже бы запер дверь, — прошептал Гарри мысли в слух, ведь он слышал обрывки разговоров, и теперь всё стало на свои места. Хождение по комнате не приносило никакого спокойствия. За хождением по комнате его и застал мистер Лайт. — Нервничаешь, не бойся, я сделаю очень больно, — сказал собеседник ледяным голосом, с ухмылкой пялясь на тело уже не плохо сложенного семилетнего ребёнка. Выхватив из-за пояса палку, странно не естественной прямой формы и отреставрированная без единого сучка. — Инкарциос*, — указав палкой на руки Гарри, произнёс мистер Лайт. Руки связала очень тугая верёвка, не позволяющая двигать ими. Взмахнув палкой ещё раз, с Гарри исчезла белая рубашка. Тонкие бледные руки провели по груди, рёбрам, торсу, словно лаская. Испугавшись, Гарри задёргался, пытаясь сделать так, чтобы тонкие бледные руки перестали оглаживать его. Мисстер Лайт поднял Гарри на ноги и привязал к кольцам, специально висящих на стене. Подойдя и открыв шкаф, он что-то взял, повернулся, и Гарри увидел в руках своего мучителя плеть, длинную чёрную кожаную плеть, с круглым плетением, сужающегося к хвосту. — Считай, — сказал мужчина, занеся хлыст. Ударив им, мужчина услышал стон боли и улыбнулся сумашедшей улыбкой. На коже проступила красная полоса. — Считай, а то будет хуже, — рявкнул мужчина, занося хлыст и снова ударив чуть выше прежнего удара. — О..один, — Гарри всё же не смог сдержать крик и получил сразу три удара. Было больно, очень больно. Каждый раз, когда Гарри запинался или вскрикивал, получал несколько ударов сразу. Каждый раз удар в новый участок кожи. Когда Гарри досчитал до десяти, не запинаясь и не вскрикивая, Лайт сжёг плеть, а с Гарри небольшим ручейком текла кровь, а на некоторых участках тела кожа свисала. Взяв со стола графин с водой и вылив воду на Гарри, он отстранился. Раны дико жгло от воды, и всё же Гарри застонал и по щекам полились несколько горьких слезинок. Взяв подбородок и подняв голову, Лайт поцеловал его, от шока Гарри приоткрыл рот, язык мистера Лайта начал проникать в рот молодого мальчишки. Укусив до крови язык, Гарри получил в челюсть и в живот, из разжатых зубов тут же выскочил окровавленый язык. Во рту был неприятный привкус крови, из разбитой губы лилась кровь по подбородку. По часам, которые висели над дверью, наступила полночь, заветный день. Мистер Лайт вышел куда-то, как он сказал, не надолго. Гарри вспомнил разговор родителей и ещё какого-то старика, зовущимся Дамблдором. Вспомнил свою жизнь демона, и смерть в этом обличии, как подставился под заклинание, чтобы уберечь своего короля и лучшего друга. Вспомнил разговор вечной невесты Хель и Люцифера про дары. Гарри теперь нет, его зовут Лайро.. Лайро Певерелл. Обратившись в демона, он выглядел как и в прошлой жизни: тонкий хвост с треугольником на конце, весьма большие крылья цвета вороньего крыла с оперением, а перья были острей кинжала. На руках выросли когти. И, конечно, рога, кстати, весьма острые. Глаза, которые раньше были как и у его матери, цвета весенней травы, стали цветом одного из трёх непростительных, цветом Авады. Волосы при свете немного отдавали кроваво-красным, стали длиной чуть ниже лопаток. Верёвки вспыхнули огнём, не причинив вреда. При превращение раны почти затянулись, одежда была изорвана в клочья. Мисстер Лайт вернулся и держал в руке ошейник с верёвкой. Он явно не ожидал увидеть демона. Растерявшись, он выронил из рук ошейник. — Авада Кедавра, — Лайро вспомнил как говорил тёмный лорд и махнул когтистой рукой. Глаза мучителя потемнели и замерли навсегда. Подойдя к трупу, Лайро нашёл в карманах около тысячи фунтов, какие-то непонятные золотые монетки. Также Лайро забрал палочку, которая колдует, и книгу про какие-то артефакты. Подойдя к шкафу и выбрав более-менее нормальных рубашек и две пары штанов, засунул в сумку украденную у трупа мисстера Лайта. Выпрыгнув в окно с двенадцатого этажа и не почувствовав ничего, Лайро побежал в лес как можно дальше и глубже. Всё только начинается!Это лишь начало его истории!