На связи

Нещадно болит голова. Цитрамон не помог. Хочется есть. И спать. До конца рабочего дня полтора часа. Джин наскоро заполняет маску звонка и принимает новый. — Здравствуйте, меня зовут Сокджин, слушаю Вас. И так каждый божий день. Джин не жалуется, его устраивает его работа. Но это, конечно же, не относится к таким дням, как сегодня.       Женщина долго орёт на него за то, что у них в доме выключили свет. Джин объясняет ей, что они предоставляют ведомственные услуги, но не отвечают за подачу электричества в дом, говорит, что ей нужно обратиться не к ним на сайт, но она все равно истерично верещит и требует составить жалобу. Джин на долю секунды выключает микрофон, чтобы тяжело вздохнуть. Да, такие пользователи бывают постоянно, но сегодня агрессоров чересчур много. И это очень странно, ближе к пятнице нагрузка обычно падает, но сегодня, видимо, что-то пошло не так. Вот бы выпить кофе. После того, как Джин всё-таки успокаивает женщину, рекомендует ей, куда можно позвонить, он ставит перерыв и выходит перекурить. — Жесть какая! — Чонгук сидит на заборчике, без спроса выдергивает у него из пачки сигарету и засовывает её в зубы. — Вообще не говори, — соглашается Джин, щелкая зажигалкой себе и младшему, — Как с цепи сорвались. — Так ещё и четверг. Как же я хочу домой! Там Тэхён меня ждёт, наверняка с подгорелой яичницей. — Хорошо, когда дома ждут, — усмехается Джин, — Я хочу есть, кофе и в ванну. — А я пошёл. Перерыв кончается. — Удачи!       Джин остаётся один со своими мыслями, сигаретой и шестью минутами перерыва. Как же он заебался. Когда-нибудь эти люди перестанут быть агрессивными, думать только о себе, винить в том, что у них что-то не получается, других и у них отвалится жопа. Джин ждёт этого с того самого момента, как устроился в колл-центр сайта по предоставлению ведомственных услуг.       Он сидит на кованом заборчике, катая в зубах сигарету и в голове мысль о том, что осталось всего полтора часа, и он будет свободен. Он как всегда зайдёт в свое любимое круглосуточное кафе, возьмёт поесть, потому что дома ночью готовить уже нет сил, пойдет домой и будет долго отмокать в ванной. А завтра пятница — последний рабочий день, и выходные. Замечтавшись, Джин чуть не опаздывает с перерыва, но успев выставить рабочий статус, все же натягивает наушники и уже слышит трель звонка, готовясь выслушивать снова то, какой их сайт дерьмовый. — Здравствуйте, меня зовут Сокджин, слушаю Вас. — О! Быстро вы ответили! Неожиданно. Здравствуйте. У меня тут проблема, вернее, много проблем, не знаю, как их порешать, — тянет как-то растерянно голос, — Меня зовут Намджун. — Постараюсь Вам помочь, Намджун. Расскажите, пожалуйста, подробнее, какие у Вас затруднения? — Ну… с чего бы начать… Мне надо поменять паспорт. Я его испортил, вернее, это моя собака, его зовут Мони, он его пожевал. — Секунду, я открою услугу. «Замена паспорта в связи с непригодностью». Какие затруднения у Вас возникают? — Я не знаю, чем отличаются типы обращения в предпоследнем пункте. Место жительства – это же место постоянной регистрации? Ну типа прописки? — Да, верно. — А остальное? — Место пребывания – это временная регистрация, а место обращения – это место фактического проживания, без регистрации. — Ааа, окей, понял. Так, а следующий, последний пункт? Я ввожу местоположение, как и просят, а мне пишет, что не найдено. — Укажите только название города, без лишних букв и слов. — Так, секунду. Джин слышит, как его собеседник бубнит «Сеул» и брякают пальцы по клавишам. — А, точно. Спасибо. Список появился. Получается, то подразделение, которое я выберу, туда я и пойду с документами? — Да, верно. — Ох, спасибо, Сокджин, вы мне очень помогли. Кто б мои жизненные проблемы также разгребал, как вы косяки в заявлении.       Джин про себя смеётся. Парень очень милый и тараторит так забавно своим глубоким голосом. А ещё он очень любезен, если бы все пользователи были такими добрыми как он, и не искали в своих ошибках чужой вины. — Я могу Вам ещё чем-то помочь? — Ну только если посоветуете, как лучше быть в одной ситуации. — Слушаю.       И тут на Джина обвешивается шквал информации. Он сидит в ступоре, выслушивая то, как человек жалуется ему на личную жизнь. Джин ведь даже прервать его не может, потому что ему не положено перебивать, а Намджун говорит так быстро, что Джин просто не успевает вставит свое жалкое: «Извините, но я могу консультировать Вас только по работе сайта».       Намджун жалуется на то, что какой-то «мудак» (по другому Джин его назвать не может) не оплатил намджунов труд, хотя обещал, и из-за этого Намджун не может вовремя оплатить ипотеку, а поручителем у него является какой-то Юнги, который с него шкуру сдерет, если ему придётся выплачивать за Намджуна долг. Помимо этого, у Мони начались боли из-за того, что собака что-то не то съела, и её надо вести в клинику, а это дорого, а денег ему не заплатили. Потом Джин узнает, что отец Намджуна категорически против того, чем он занимается. Судя по тому, как Намджун описывает это все, складывается впечатление, что он работает на себя. И вот вчера его отец снова звонил ему и пилил, закатывая истерики. А Намджун и так устал от жизни и несправедливости этого мира. Джину в какой-то момент становится очень жалко его, и в то же время очень приятно слушать. У Намджуна голос глубокий, мягкий, сексуальный какой-то даже, Джин бы слушал и слушал, тем более что работать вообще не хочется, не хочется возвращаться к тупым агрессивным людям. Намджун же жалуется, будто накипело сильно, а высказаться некому.       В итоге Джин понимает, что если этот звонок прилетит на прослушивание, его уволят нахер, если он не попытается хоть как то подтолкнуть диалог к концу, поэтому Джин всё-таки умудряется влезть в чужую речь со своим жалким «простите». — К сожалению, я не могу консультировать Вас по вопросам, не связанным с сайтом, у Вас есть ещё вопросы? — Ох, да, простите, не подумал, что вам, наверное, влетит из-за меня, — парень начинает быстро и как-то взволнованно извиняться, — Спасибо огромное, Сокджин, что выслушали, мне этого не хватало. Вопросов нет. — Спасибо за обращение. При появлении дополнительных вопросов вы можете обратиться к нам в любое время. Был рад Вам помочь, всего доброго. Джин ждёт, когда Намджун положит трубку и быстро заполняет маску звонка, отмечая вопросы, которые задавал пользователь.

* * *

      Выходя из офиса, Джин тут же закуривает, направляясь в сторону дома. Как же он заебался. На часах 8 вечера, на улице начинает темнеть, но ещё достаточно светло, чтобы не зажигать фонари. Джин мечтает о том, как залезает в тёплую ванну, поставит перед собой ноут и будет смотреть какой-нибудь сериал или аниме, поедая свою любимую лапшу из кафе, находящегося по дороге домой. Джин заходит в него почти каждый день. Вот и в этот раз он доходит до кафе, быстро заказывает вок на вынос и ждёт, пока его приготовят, пытаясь не уснуть, сидя у барной стойки и оглядывая посетителей. Народу немного, что всегда радовало Джина, если он решал поесть здесь. В уголке парочка, в другом углу парень, спрятавшийся за ноутбук, далее молодая семья с маленьким ребёнком и одинокая девушка в телефоне. Джин отмечает, что на половине столов есть кофе. Как обычно. Это его маленький ритуал, который всегда работает — посчитать, сколько столов заняты людьми, пьющими кофе. Ровно половина, снова.       Джин думает о Намджуне, который звонил, судя по звукам, из какого-то кафе. Мог бы быть Намджун таким же сеульским студентом, как и сам Джин? Мог бы сидеть где-нибудь в кафе, писать курсовую, попивая кофе? Мог бы заходить за кофе в кафе, когда гулял с собакой? Хотелось бы в это верить, почему-то. Иногда сокджиново сердце приятно сжимается, когда он встречает на работе пользователей из родного города. И этот случай похож. Джину, почему-то хочется верить, что Намджун не так уж и далеко от него. Что они могли бы столкнуться просто так в толпе и даже не понять этого. Намджун приятный. Очень. Очень честный, открытый и… какой-то свой что ли. Джин так хочет, чтобы его проблемы были решены. Джин забирает свою лапшу и, попрощавшись с лучезарно улыбающимся ему бариста Хосоком, отправляется домой, пытаясь выкинуть из головы все мысли.

* * *

— Оу, а вот и ты? Признавайся, что ты такого сделал, что он от тебя отлипнуть не может? — Чонгук ехидно улыбается, выскакивая в курилку. Джин вопросительно ведёт бровью, смотря на довольную морду младшего. — Ты о чем? — Джин выдыхает дым, качая ногами на бордюре. — В смысле? Ты не в курсе? Да весь офис об этом говорит, — Чонгук закуривает. — Да о чем? Это как-то связанно с тем, что на меня все пялятся сегодня? — Весь день названивает какой-то парень. Имя не помню. Звонит, спрашивает тебя, огорчается, что это не ты, и говорит, мол ладно, перезвоню, может, попаду. Говорил, что попал на тебя вчера и ты ему помог. Старшие специалисты говорят, что в отделении в Пусане тоже все об этом говорят. Он уже на половину, наверное, специалистов обоих отделов попадал, а все спрашивает тебя. Джин только смотрит на него, хлопая ресницами. — Что? Не говори, что ты не знаешь, кто это? — Без понятия. Я вчера сотку с лишним звонков принял. — Что, даже без предположений? Джин задумывается. Навязчивая мысль бьёт в голову, и он не может от неё избавится. А может всё-таки он? — Намджун? — бубнит себе под нос. — Во, да. Точно. Так он и представился. Джин вскидывает голову, смотря неверяще. — Так что ты сделал-то? — Да ничего особенного. У него собака сожрала паспорт, задавал типичные вопросы по заполнению заявления. — И все? Джин вздыхает, затягивается в последний раз и тушит бычок об урну. — Он жаловался на жизнь. — В смысле? — В прямом. Начал рассказывать, как его все заколебало. Что ему кто-то не выплатил деньги за работу, что собаку надо везти в ветеринарку, что его поручитель по ипотеке открутит ему голову, что отец скандалит и т.д. — А ты что? — спрашивает Чонгук с таким видом, будто ему сказку на ночь рассказывают. — А я слушал. Он так быстро рассказывал, на одном дыхании, что я даже не мог вставить свое жалкое «простите». Потом еле как смог, объяснил, что не могу его по этой теме консультировать, ну он извинился и все. Странно все это. С чего бы ему вдруг меня искать? — Хз. Может он снова хочет кому-нибудь высказаться? Ну, знаешь, чтобы его выслушали. Ты вчера с этой задачей справился. — Разве это не похоже на бред? — Почему бы и нет.

* * *

— Я ещё раз повторяю! Если вы не снимите с меня этот долг, я пойду в полицию! Я записала наш весь разговор, чтобы знали. Я пойду на ТВ, вот вся страна-то посмеется с вас. Джин вздыхает про себя и трёт пальцами виски. — Как я Вам уже сказал, все начисления выставляет ведомство. В вашем случае это налоговая. Вам нужно у них узнавать, почему у вас висит задолженность, которая была оплачена. Она не оплачена в платёжной системе, и я этого никак не могу поменять. Только работники ведомства. Я предоставил Вам все рекомендации, ваше право, использовать их или нет. Если у вас нет больше вопросов, я вынужден закончить наш диалог. Был рад вам помочь. Всего доброго! Джин выдыхает и начинает заполнять маску, тут же принимая новый звонок. — Здравствуйте, меня зовут Сокджин, слушаю Вас! — Что, Вы так устали? По голосу слышно, — смеётся в трубку Намджун. Джин стопорится в шоке, не зная, что ответить. Он не ожидал, что Намджун всё-таки дозвонится до него, тем более не ожидал подобного вопроса. — Это Намджун, не знаю, помните ли Вы, я вчера звонил. — Да, я помню, — отвечает Джин и про себя выдыхает, потому то Намджун сам продолжил, не заставляя Джина молчать в трубку, — У вас появились вопросы? — Да. Я тут… посмотрел список подразделений. Дело в том, что я нахожусь в одном районе города, в Каннаме, а ведомства раскиданы по всем районам, и в списке нет подразделения в Каннаме. Я хотел уточнить, так и должно быть? Мне нужно ехать в ближайший район? Или может это ошибка какая, или я что-то не так делаю.       Джин в восторге. Начиная с того, что они с Намджуном находятся в одном районе, а заканчивая тем, что это один из немногих пользователей, который не обвиняет сайт в ошибке, которой нет, а спрашивает, не ошибся ли он сам. — Список подразделений составляется ведомством. Если там отсутствует какое-либо ведомство, то оно либо не предоставило информацию на сайт, либо не работает с электронной подачей заявлений. — Ааа, понял. Хорошо, тогда я съезжу. — У Вас есть ещё вопросы по работе сайта?       И тут Джину хочется и смеяться и плакать одновременно, потому что Намджун говорит «Да», говорит «Есть» и снова начинает жаловаться на жизнь. История повторяется точь-в-точь как вчера, Намджун говорит, что связывался с тем мудаком, который ему должен, а тот начал качать права и брать его на понт (вот пидорас). Говорит о том, что всё-таки свозил Мони (да что за имя-то такое?) в ветклинику, и оказалось, что пёс просто переел яблок, на которые у него аллергия, но которые он обожает (стоп, собаки едят яблоки?). Джин слушает с упоением, позволяя себе отдохнуть, но не расслабляется сильно, ожидая ближайшей паузы, чтобы вставить свои пять копеек. Когда это выходит, Намджун снова извиняется, благодарит, опять извиняется, опять благодарит, желает хорошо закончить рабочий день и отключается. Джин уходит на перерыв, и, пока курит, переваривает всю полученную информацию, думает, почему это происходит с ним.

* * *

      Рабочий день заканчивается в тот момент, когда Джин понимает, что не может больше терпеть. Он с облегчением выдыхает, выходит на улицу, смотрит на небо и орёт «Наконец-то,» направляясь привычно в свое любимое кафе. Самый кайф получает от осознания того, что впереди выходные, и он может лежать тюленюшкой или встретиться с младшими.       Хосок как всегда салютует ему от кофе-аппарата бутылкой со сливками. Джин понимает, что сил ползти домой нет, и решает остаться ужинать тут, поэтому ползёт медленно вдоль столиков, выбирая место. — Здравствуйте. Эмф… Я пытаюсь попасть на Сокджина. Я… наверное, перезвоню.       Джин останавливается, смотря на парня в углу. Это тот самый парень, которого Джин видел вчера, за ноутбуком на этом же самом месте. Парень не выпускает телефон из рук, сидит и ждёт гудков, а потом снова повторяет, что перезвонит. Джину смешно. Смешно от того, как тесен мир и как он в этом в очередной раз убеждается. Он внимательно разглядывает парня. Тот его не видит, сидит перед ноутбуком, звонит. В огромной толстовке и с зачесанными назад блондинистыми волосами. Намджун собирает губы в тонкую полоску, от чего на щеках проступают ямочки. Такой красивый, боже!       Джин понимает, что не может упустить такой шанс, хотя даже не знает, шанс на что? Он поправляет волосы и ворот свитера, и шагает уверенно к чужому столу. — Ты не дозвонишься, — говорит, опираясь на спинку стула с противоположной от Намджуна стороны стола. Намджун поднимает на него голову, чуть отводя от лица руку с телефоном, и смотрит непонимающе. — Почему? — отвечает низким красивым голосом. — Потому что моя рабочая смена кончается в восемь. Намджун таращится на него, будто переваривает услышанное, может, сопоставляет голоса. — Сокджин? — Джин уверен, Намджун выглядит, как самый охуевший человек на свете. — Можно просто Джин. Я присяду? Намджун заторможено кивает, и Джин падает на стул, за который держался. Намджун закрывает ноутбук. — Ты в курсе, что если продолжишь так названивать и сбрасывать, то твой номер просто заблокируют, и ты вообще не сможешь дозвониться? — И что мне делать? — Может, перестать пытаться вызвонить одного конкретного оператора? У нас два отдела: в Сеуле и в Пусане, в каждом операторов человек по сто плюс-минус. А ты ищешь одного. — Но нашёл же. — Один раз. Второй раз можешь не успеть. Чимини, свет моих очей, зефирка в моем кофе, принеси, пожалуйста, пожрать! — Уточняй, иначе принесу салат, — отвечает ему официант с другого конца помещения. — Куриный чаудер, омлет с сыром и карбонадом, и сэндвич с лососем. И пива. У меня выходной, и я заебался. — Можно мне тогда тоже пива? — повышает голос Намджун, чтобы его услышали. — Сейчас будет.       Джин возвращает свое внимание Намджуну, а тот глаза отводит смущённо, утыкается взглядом в свой кофе, мешает его ложечкой, еле касаясь дна чашки, а потом берет её и залпом допивает. — А я ведь думал, возможна ли наша встреча с учетом того, что мы живем в одном районе? А ты вот он, сидишь. Я ведь и вчера тебя тут видел, но не знал, что это ты. — Вот как… — тянет задумчиво Намджун. — Как там с деньгами? — Ну… вроде все не так плохо, как могло быть. Я пригрозил этому уроду, что пойду в суд, если он не выплатит мне обещанную сумму. Он начал брать меня на понт, мол мы не составляли договор и нигде официально не указано, что он мне должен. Я указал ему на то, что есть скриншоты переписок в какао и по почте, он засомневался, и, вроде как, сказал, что сегодня переведет деньги ближе к ночи. Вот жду. — Ну значит все не так уж и плохо. Как Мони? — Купил лекарств, заплатил медсестре, или как там называются медсестры для животных? Приехала сегодня, поставила укол, показала, как правильно кормить собак таблетками и уехала. Ему уже лучше, сегодня он, по крайней мере, не лежит тюленем, а бегает. И… ты серьезно запомнил все то, что я тебе наговорил? — Намджун пораженно вскидывает брови и смотрит внимательно, пока им приносят еду и пиво. — Ну да, знаешь, когда тебе каждую минуту ебут мозг тем, какой наш сайт хуевый, какие мы все долбоебы и далее по списку, приятно слышать нормальное к тебе отношение от пользователя, приятно, что он ищет проблемы в своих действиях, а не в сайте, — Джин с огромным наслаждением вскрывает бутылку пива. — Вот как. Что ж, приятно, что я нахожусь в числе адекватных людей, — Намджун вторит его действию. — А мне-то как приятно. — Давай выпьем за это, — Намджун салютует ему бутылкой, а потом протягивает ее, чтобы чокнуться, — За адекватных людей. Джин с удовольствием ударяет стеклом о стекло и прикладывается к горлышку. — А второй тост будет за начало моих выходных, — сообщает он. — А третий за то, что мне, я надеюсь, вернули деньги. — А четвертый за здоровье Мони. — Да. За здоровье Мони нужно выпить обязательно, — смеётся Намджун.       Джин с удовольствием пережёвывает свой омлет и наблюдает за Намджуном. Тот выглядит уставшим, но такой красивый, что пиздец. Именно таким Джин его и представлял, опираясь на чужой голос в наушнике. Интересно, что он предпочитает, вагины или члены? — А что там твой отец? — Джин отодвигает тарелку из-под омлета и придвигает к себе супницу. — Да все так же. Настаивает, чтобы я взялся за ум и шел в юридический. Мол, ты же не тупой, нахера тебе эта твоя музыка. Доебывается, что я не беру трубку, когда мать звонит. — А что так? — Да она заколебала меня со своими невестами и внуками. Джин заливисто смеётся, закинув голову. — Понимаю. Моя тоже ебала мне этим мозг, пока я не сказал ей, что люблю сосать хуи. В прямом смысле. Намджун зеркалит чужой смех. — Аналогично. Только на мою это не подействовало. Она часто спрашивает «а ты пытался не быть геем?». Джин смеётся ещё громче и вытирает слезы. — Пытался не быть? Лол. — Вот и я о том же. Но она уверена, что невелика разница, куда пихать член, в вагину или в мужской зад. Джин снова гогочет, вытирает глаза рукавом и протягивает собеседнику бутылку. — За хуи и задницы! Намджун с удовольствием звякает бутылкой и пьет.

* * *

— Так зачем ты решил позвонить мне в третий раз, да ещё и в этот же день?       Джин сильнее кутается в кофту, застегивая молнию. На улице темно, кафе закрывается, поэтому им пришлось уйти. Они сидели и болтали о жизни несколько часов без остановки, попивая пиво, поэтому сейчас Джин чувствует легкую эйфорию и головокружение. Особенно когда рядом Намджун. Он потрясающе добрый, немного неуклюжий, очень умный и начитанный. У него охуенное чувство юмора, и Джин готов поклясться, если бы не его чувство собственного достоинства, ну или будь он ещё немного пьянее, то готов был бы раздвинуть ноги перед ним прямо сегодня. Но он себя не на помойке нашел.       Они не обговаривают куда идут, но получается так, что медленно движутся в сторону его дома, позволяя себе покурить, пока на улицах никого нет. Джин бы даже сказал, что это похоже на то, что Намджун его провожает, и от этого в груди что-то приятно щемит. Он задает ему этот вопрос, когда они уже подходят к его подъезду. — Хотел поделиться тем, что вроде с деньгами и Мони все хорошо. Я уже успел почувствовать твою вовлеченность в эту историю. — Тебя могут забанить, если ты продолжишь так названивать. Да и у меня будут проблемы, знаешь? — Джин останавливается у двери в подъезд под козырьком. — А что тогда делать? — Намджун растерянно чешет затылок. — Ну… — Джин подходит ближе, опускает ладони на чужие плечи и склоняет голову над чужим ухом, — Ты можешь позвонить мне лично.       С этими словами его рука соскальзывает по чужой груди и запихивает записку в грудной карман джинсовки. Намджун неожиданно резко поворачивает голову и уже сталкивается с Джином носами в попытке поцеловать, но Джин успевает подставить под чужие губы указательный палец. — Чшшш. Я не целуюсь на первом свидании. Но у тебя есть возможность пригласить меня на второе.       Джин отстраняется и, обворожительно улыбнувшись, быстро исчезает за дверью подъезда. Намджун растерянно и как-то по дебильному улыбается, достает из кармана клочок салфетки из кафе, на котором под номером телефона красуется озорное «позвони мне, красавчик ;)». Джин, в коридоре своей квартиры, упирается спиной в дверь и счастливо улыбается.