Людоед

Человечность и душа, которой наделил меня Бог, существовали, но, к сожалению, разбились со временем. Теодор Банди

***

Теперь всё кажется другим: более мрачным, серым, грязным, запятнанным. Тени от света падают на нежную кожу лица, делая её грубее, чем та есть на самом деле. Тэхён медлит и понимает, что Чимин догадывается, зачем они сейчас сидят друг напротив друга в комнате допроса. Это заставляет Тэхёна ощутить чувство дежавю, потому что когда-то они уже так же враждебно смотрели друг на друга при самой первой их беседе. Чимин молчит, выжидая, что Тэхён первым раскроет карты. Тэхён никогда раньше не замечал этот хитрый прищур у Чимина, не видел, что тот чаще ухмыляется, а не улыбается. Чимин выглядит спокойным, но носок его стопы чуть слышно постукивает по бетонному полу. — Были ли среди жертв Людоеда твои знакомые? — всё же спрашивает Тэхён, нарушая тишину. Он не понимает, почему так напряжен. Это ведь Чимин, и то, что он дружил когда-то с Кан Ынбёль, не делает из него убийцу. На Чимина указывают лишь логические догадки, а знакомство с Как Ынбёль может оказаться случайным совпадением. Всё-таки Осан маленький город. — Нет, — отвечает Чимин, уверено встречаясь взглядом с Кимом. — Ты же перебирал всю информацию из этого дела. Ты должен помнить жертв. Неужели ни одна из них не показалась тебе знакомой? — К чему ты клонишь? — Чимин за одно мгновение снимает с себя маску безразличия и становится тем самым хорошим товарищем, которого Тэхён знал. — Кого я должен, мать его, знать? Мне страшно, Тэхён... К чему вдруг этот допрос? Намджун напрямую называет меня убийцей его жены, а сейчас и ты смотришь на меня так, будто я что-то сделал. Тэхён видит ту неподдельную обиду в глаза напротив, но берет себя в руки и протягивает Чимину телефон: — Это Кан Ынбёль. Людоед убил её первой. Тогда поднялась такая шумиха... Как ты не мог знать, что твою знакомую убили? Объявления об её пропаже висели даже в Сеуле. Неужели ты не запоминаешь тех, с кем проводишь время? Чимин меняется в лице, когда видит на фотографии себя и ту самую Кан Ынбёль. Он вглядывается в экран телефона, а потом откидывается спиной назад, неопределённо хмыкая. — Зачем ты соврал, Чимин? — спрашивает Тэхён, пытаясь поймать взгляд своего коллеги, но тот отводит глаза. — Я и так по уши в дерьме, Тэхён. Я знаю, что чем больше Сокджин прикладывает свои силы, чтобы оправдать Хосока в убийстве Пак Мины, то тем глубже он закапывает меня. Это палка о двух концах. Я знаю, что я стал главным подозреваемым в убийстве Ким Чеён и Пак Мины. Почти все в нашем отделе думают, что я соучастник, что я убивал вместе со своим парнем. Да, ни у кого нет доказательств, но это не мешает вешать людям на меня ярлык убийцы. Теперь ещё эта фотография... — Так откуда ты её знаешь, Чимин? — Она бегала за мной. На тот момент я уже был с Хосоком, но долго не мог принять себя и свою любовь к... мужчинам. Иногда... когда я ругался с Хосоком, я тусил с ней, но ничего более. Она меня достала со своими чувствами, но не настолько, чтобы я её убил. — Хосок знал о ней? — Тэхён верит почему-то каждому слову Чимина, не думая о том, что тот спокойно может сорвать. — Знал. Она часто становилась причиной наших ссор, — Чимин кидает потерянный взгляд на Тэхёна. — Хосок ревновал меня к ней. Говорил, что она змея. — Может это и послужило мотивом для первого убийства? — риторически спрашивает Тэхён. — Чимин, Сокджин очень дотошный адвокат. Он найдёт всё, что ты пытался скрыть. Поэтому лучше расскажи мне сейчас то, что ещё нам стоит знать заранее. — Больше ничего, Тэхён, — глаза Чимина блестят в тусклом свете, и Киму неприятно ощущать это напряжение, что теперь поселилось между ними. — Я никого не убивал. «Я никого не убивал», — Тэхён слышал это фразу десятки раз от самых разных людей. Некоторые из них звучали более искренне, некоторые менее правдоподобно, но было как-то не по себе слышать эту фразу высоким голосом Чимина. Чимин встаёт со стула, не желая больше ничего доказывать, и кидает на Тэхёна взгляд, который наполнен некой обидой. Чимин остался один на один со всеми теми слухами, в которых он Людоед под номером два. Конечно, всё остаётся на уровне домыслов и догадок, но это оставляет неприятный осадок, который отдаляет двух молодых следователей друг от друга.

***

Знакомый автомобиль сигналит Тэхёну, когда тот выходит с работы. Уже поздний вечер, но в потёмках он без труда узнает машину Сокджина. Он быстро запрыгивает в салон, успев замерзнуть за короткое пребывание на улице. Сокджин выглядит безупречно, как и всегда. Дорогой салон автомобиля подходит ему, придавая шарм обеспеченного мужчины, у которого есть уверенность в завтрашнем дне. В прошлый раз Тэхён так и не рассказал Сокджину о Чонгуке. Они слишком увлеклись разговором о Чимине, что даже не стали говорить о чем-то личном. — Ты почему здесь? — спрашивает Тэхён, привычно подставляя щеку для поцелуя. — Тебя ждал, — улыбается Сокджин. — Хотелось бы украсть тебя для ужина. Приглашение на ужин звучит весьма безобидно, только вот следователю известно, что лишь одним рестораном они не обойдутся. Настало время всё рассказать, откладывать и тянуть это дело больше нельзя. — Сокджин, — мягко зовет старшего Тэхён, встречаясь с тёплой улыбкой на лице напротив. — Как ты? — Тэхён старается вложить в этот вопрос гораздо больше смысла, желая узнать, чем и как сейчас живет адвокат. — Стало лучше, когда появилась возможность работать с тобой в одном городе. Правда приходится часто мотаться в Сеул, там тоже работы много, — Сокджин отвечает беззаботно, не замечая на лице Тэхёна лёгкое сожаление. — Мне нужно тебе кое-что сказать, — выдыхает младший, всем корпусом поворачиваясь к Сокджину. — Тсс, — пальцы Сокджина оказываются на губах следователя. — Пока ничего не говори. Не хочу ни о чем думать. Я ужасно скучал. Тэхён не успевает среагировать и отстраниться, когда губы Сокджина требовательно накрывают его. Его «ужасно скучал» чувствуется в каждом движении губ и рук, что уже плавно перекочевали на шею. Тэхён отталкивает Сокджина уже через несколько секунд, и тот растерянно смотрит в ответ, не понимая, почему его вдруг отвергают. — Кажется, я знаю, что ты хочешь сказать, — первым неловкую тишину нарушает Сокджин, отворачиваясь так, что Тэхён может видеть лишь его профиль. — Я понял, что потерял тебя, как только ты сюда уехал. Ты же хочешь поговорить именно об этом? Тэхён наблюдает за тем, как обречённо смотрит Сокджин вдаль через лобовое стекло. Ему действительно жаль, что он причиняет боль такому замечательному человеку. Тэхёну всегда казалось, что он не заслуживал Сокджина. Такого, как Сокджин, нужно любить и пылинки с него сдувать, а не разбивать ему сердце. — Да, — тихо отвечает Тэхён. Он думал, что будет легче, но он буквально физически ощущает боль Сокджина, чьё лицо стало совсем поникшим. — У меня кое-кто появился, и я бы не хотел ему изменять. Я... кажется... люблю его. Прости... Тэхён не знает, стоит ли ему выйти из машины, ведь он сказал то, что хотел. Но бросить так Сокджина ему не позволяет совесть, поэтому он остаётся сидеть на месте, ожидая, что тот скажет что-нибудь в ответ. — Я рад, Тэхён, — Сокджин внезапно поворачивает голову к Тэхёну с улыбкой на лице, только вот в глазах отчётливо блеснули застывшие слезы. — Иногда я думал, что ты просто не способен на любовь. Но оказывается это просто я был не тем. Я рад, что ты нашёл того, кого смог полюбить. Постарайся быть с ним счастливым, ладно? Тэхён не знает, почему эти слова делают ему ещё больнее. Лучше бы Сокджин устроил истерику и назвал бы Тэхёна последними словами. Неужели даже сейчас Сокджин не может не быть таким хорошим? — Ты... ты тоже, — выдыхает Тэхён и буквально выскакивает из машины. Это слишком даже для него. Тэхён бежит в сторону своего дома, чувствуя необходимость срочно позвонить Чонгуку, чтобы голос младшего смог его немного успокоить. По дороге он задевает плечом Чимина, который, видимо, тоже возвращается домой. — Хей, ты в порядке? — спрашивает Чимин, останавливаясь. — Да, — отмахивается Тэхён и ускоряет шаг, не желая сейчас делить с ним дорогу до дома.

***

Чонгук приходит поздно ночью, не стучась, зная наизусть давно все пароли. Тэхён просыпается от того, что кто-то нежно обнимает его со спины, и невольно улыбается. — Ты поздно, — с притворным недовольством говорит Тэхён. — Прости, завалили работой, — шепчет Чонгук, оставляя лёгкий поцелуй на мочке уха. — Ты голоден? — Тэхён знает, как Чонгук иногда устаёт на работе, и не хочет позволять тому засыпать голодным. — Я поужинал на работе. Хочу просто спать, — Чонгук прижимается ближе, и Тэхёну невероятно нравится ощущать, как его горячая спина соприкасается с прохладной грудью младшего. Тэхён больше не думает о Сокджине, о той боли, что причинил ему. Он лишь ощущает безмерное счастье, понимая, что впервые к нему пришло осознание того, что он больше не один. Теперь их двое... И пусть будет так всегда...

***

Для многих слова лишь пустой звук, незначащий ровным счётом ничего. Они дают обещания налево и направо, не особо давая себе отчёт в том, что для кого-то это может значить слишком много. И пока они спокойно спят в своей тёплой постели, ни о чём не переживая, кто-то не смыкает глаз, ожидая того, что обещанное исполнится. Тэхён же никогда не был таким. Он привык отвечать за свои слова и старался сдерживать все данные им обещания. Тэхён прекрасно помнил, что кроме того, что он вплотную занимается делом Людоеда, ему ещё нужно продолжать копать под Ким Намджуна. Вряд ли дело по убийству сына чиновника было единственным случаем, когда Намджун пошёл на радикальные меры, чтобы предоставить несчастному отцу виновного. Тэхён просматривает все архивы с самого утра в поисках хотя бы немного похожих дел. Таких, где осуждённые сами признали вину, но против них не было никаких улик, а уж тем более вещественных доказательств. Тэхён с трудом находит немного похожее дело. Там тоже совсем юный парень написал чистосердечное признание. Кроме этого признания не было больше никаких доказательств его вины. Тэхён думает, что на днях нужно будет его навестить и попытаться хоть немного разговорить. Конечно, шанс того, что Намджун тоже был к этому причастен очень мал, но всё же есть. Ближе к вечеру Тэхён находит ещё несколько таких дел, которые были закрыты Ким Намджуном. Слишком много схожести и один следователь, что Тэхён уже практически уверен, что хоть с одним из них ему повезёт. — Ты не собираешься идти домой? — Тэхёна внезапно отвлекает от раздумий незаметно подошедший Чимин. Тэхён смотрит на время и понимает, что задержался на работе на целых два часа. — Скоро пойду. Остальные ушли? — спрашивает Тэхён, чувствуя неловкость от того, что Чимин слишком близко и буквально нарушает его личное пространство. — Да, — отвечает Чимин, и странная улыбка вдруг появляется на его губах. — Смотри, что у меня есть. На столе перед Тэхёном внезапно появляются несколько фотографий, на которых он с лёгкостью узнает себя и... Сокджина. Фотографии сделаны в тот самый момент, когда Сокджин вчера его поцеловал. Хоть они были сделаны в тёмное время суток на телефон через лобовое стекло, без труда можно понять, кто именно запечатлён на них. — Что за? Откуда это у тебя? Кто их сделал? — хмурится Тэхён, поднимая взгляд на нависшего над ним Чимина. — Я. — Ты? — Тэхён немного возмущённо хмыкает. — Но зачем? Ты не знаешь всей ситуации, чтобы сейчас судить меня. — Ты знаешь, что связывает всех жертв Людоеда? — Чимин складывает руки на груди, чуть отойдя в сторону. Вопрос заставляет Тэхёна напрячься, сам Чимин заставляет его чувствовать себя неуютно. — Что? — Тэхён чуть не выдал глупое «женский пол», но всё же посчитал, что будет лучше спросить у Чимина. Тому, кажется, есть что ему рассказать. — Они все были изменщиками, — уверенным тоном произносит Чимин, и Тэхён удивлённо приоткрывает рот. — Все, кто был убит Людоедом, изменяли своим парням или мужьям. Даже жена Намджуна. — Откуда ты это знаешь? — Несложно было догадаться, — Чимин вновь подходит к столу и берет одну из фотографий, внимательно её разглядывая. — Как ты думаешь, Чонгуку это понравится? — Я сам объясню ему, что случилось тогда и почему на этой фотографии я целую другого парня, — Тэхён резко встаёт со стула и вырывает фотографию из рук Чимина. Чимин издаёт немного истеричный смех, а потом натягивает на себя притворно милую улыбку: — Надеюсь, ты понимаешь, что Людоед не любит изменщиков. Будь то женщины или... мужчины. — Ты мне сейчас угрожаешь? — Тэхён хмурится, абсолютно не узнавая Чимина. — Нет, что ты, — очередной истерический смех. — Всего лишь предупреждаю. — Ты слишком много знаешь, Чимин. Тебе даже известны мотивы убийств. Если ты Людоед, то я сам лично выбью для тебя пожизненное, — цедит Тэхён сквозь зубы. — Доказательства! Найди доказательства, следователь Ким, — Чимин подходит к вешалке, чтобы забрать своё пальто. — А пока твои угрозы для меня лишь пустой звук. Спи сладко. Дверь за Чимином закрывается, и Тэхён устало падает обратно на стул. Что это только что было?