Love to Love

Блейз любил любить. Он приветствовал эти чувства так же, как и его мать. У нее всегда было большое сердце и много любви, чтобы предложить людям, которых она хотела. Она любила его, своего сына; она очень любила его, и она позаботилась о том, чтобы он знал, он чувствовал это всю свою жизнь, даже когда она не получала той любви, которую хотела от его отца, от своих любовников. Но она никогда не отказывалась от любви. Она оставила людей позади, но ее сердце продолжало расти, и Блейз не хотел быть похожим ни на кого, кроме нее. Она была его матерью, и она была воплощением любви – и он тоже хотел быть таким. Теплый, гостеприимный, любящий. Он хотел отдавать, отдавать и отдавать, если только тот, кому он хотел бы отдать все, возьмет это. Он не мог удержаться от ослепительной улыбки, когда тот, кому он хотел отдать все, поймал его взгляд, понял, что Блейз смотрит на него, и покраснел до такой степени, что было невозможно понять, где начинаются и заканчиваются его рыжие волосы. Блейз почувствовал покалывание в животе, когда эти голубые глаза попытались посмотреть куда угодно, только не на него, но не смогли скрыть тот факт, что они продолжали смотреть в его сторону. Это было восхитительно до такой степени, что он посмеивался над неуклюжестью мальчика, когда тот спотыкался о собственные ноги, даже не идя, только чтобы едва удержаться и отчаянно извиняться перед случайными незнакомцами, которые случайно стали свидетелями его неуклюжести. Рону захотелось выкопать яму и утопиться в ней. Кто еще способен унизить себя на людях до такой степени, что случайные незнакомцы начинают смотреть на него с жалостью? Кто падает сам, потому что другой человек посмотрел на них? Да что с ним такое? И если этот другой человек оказывается самым привлекательным мужчиной среди мужчин и женщин во всем университете – это делает ситуацию еще хуже. ‘Эй, Рон! - пара рук обвилась вокруг шеи Рона сзади, и он точно знал, кто это был, что только заставило его щеки покраснеть еще больше, чем они уже были. Он попытался погладить свое сердце, чтобы успокоиться, надеясь, что Блейз не почувствует этого. Прочистив горло, Рон наконец - то признал своего друга. - Привет... - он не осмеливался повернуть голову, опасаясь, что может коснуться руки или лица Блейза и еще больше опозориться, упав в обморок или что-то в этом роде. Блейз хихикнул ему в ухо, отчего у Рона по спине побежали мурашки, и он не смог их остановить, все его тело слегка дрожало. - Я скучал по тебе, Рон! Как прошли твои каникулы? - Блейз продолжал говорить, не обращая внимания ни на их близость, ни на веселые взгляды, которые бросали на них случайные прохожие. Рону хотелось застонать от отчаяния и убежать, но также повернуться и почувствовать это горячее дыхание, которое в данный момент щекотало его шею , почувствовать эти пухлые губы, дерзкий язык и зубы – и, черт возьми, ему действительно нужно было сделать шаг назад. Так он и сделал. Медленно. Наслаждаясь скольжением рук по его руке, когда он отодвигался. Он натянул на лицо неловкую улыбку, стараясь скрыть радость и волнение от встречи с этим мальчиком после нескольких дней, проведенных дома, и заставил себя играть как можно непринужденнее. - Каникулы были хорошие. Много еды, семейные визиты и тому подобное. А как насчет тебя? Глаза Блейза сияли, и Рон не мог понять, то ли он выдавал желаемое за действительное, то ли забавлялся, глядя на Блейза с таким блеском в глазах. Забини снова небрежно обнял Рона за плечи и пошел с ним к чайной за углом, заставив бедного рыжеволосого нервно сглотнуть, снова ощутив окружающий его жар. - Дома было здорово. Я скучал по маме, поэтому видеть ее и проводить с ней время было очень приятно. Мы пару раз ходили в театр и ужинали в том месте, о котором я тебе рассказывал в прошлый раз. Мы должны сходить туда один раз. Рон старался не принимать это слишком всерьез, но приглашения Блейза на ужин всегда заставляли его сердце слегка подпрыгивать. - Это хорошо. Блейз отпустил его, когда они вошли в чайную, и Рон, который привык просто брать чай на вынос, был немного удивлен, когда Блейз подвел его к одному из настенных столов с высокими стульями и выдвинул один из стульев, чтобы Рон мог сесть. Прежде чем Рон успел отреагировать, Блейз улыбнулся ему своей ослепительной улыбкой и спросил, какой чай он хочет. Спотыкаясь на словах, Рон успел попросить свой обычный чай, прежде чем Блейз, подмигнув ему, ушел, чтобы заказать чай. Рон медленно опустился на высокий стул, его мозг был не в состоянии понять, что происходит. - Это не свидание. - говорил он себе, и руки его слегка дрожали. Блейз был его другом. Его ужасно привлекательный друг, у которого есть фантастическая личность, которая заставила Рона прыгать через горы. Он даже не подозревал, что мальчик может заставить его чувствовать себя так, пока он не подружился с Блейзом Забини , и хотя это само по себе не было проблемой вообще, это был тот факт, что Рон оказался полной противоположностью холодного, утонченного, хорошо говорящего, превосходных манер, образцово привлекательного Блейза. Он просто не мог понять, почему этот парень вообще общается с ним. Почему Блейз Забини так с ним обращается?… например, он - - Держи, - тяжелая чашка была поставлена перед ним, заставляя его подпрыгнуть, и Рону нужно было снова начать дышать, если он хотел пережить этот день. - Спасибо.- он что-то пробормотал и сделал глоток, но тут же вздрогнул и обжег язык все еще кипящим чаем. - Осторожнее там. Я должен был предупредить тебя, что он горячий ,- Блейз похлопал его по плечу и снова устроил Рону небольшой сердечный приступ, когда его рука просто осталась там. Рон чуть не задохнулся, не имея возможности спрятаться за чашкой чая, вынужденный ждать, пока она остынет или отодвинется, учитывая, что они сидели на табуретах рядом друг с другом. Он судорожно вздохнул, решив прояснить ситуацию – что бы это ни было. Ему нужно было вернуть свое сердцебиение , а с Блейзом – что бы он там ни делал – этого не произойдет. Он выпрямился и повернулся к другу, его имя слетело с его губ, когда лицо другого мальчика появилось прямо перед ним. Рон подпрыгнул и чуть не потерял равновесие, но рука Блейза убедилась, что он остался на месте невредимым. Глаза Рона были широко раскрыты и удивлены, и Блейз почувствовал тепло во всем теле, обожание и немного сердечной боли от неуверенности и страха в выражении лица Рона. Он смотрел в его глаза, открытые и говорящие, надеясь, что другой мальчик поймет. Рон снова покраснел, и Блейз увидел, как быстро поднимается и опускается его грудь, почувствовал под ладонью бешеное сердцебиение. Этот мальчик был так очарователен. Так очаровательно. Его растрепанные рыжие волосы соответствовали цвету его лица, веснушки почти исчезли; его мускулистый торс дрожал так же, как и его руки, от неуверенности, смущения и, надеюсь, эмоций, которые испытывал Блейз. Этот сильный, но нежный мальчик был прямо здесь, ожидая, позволяя ему увидеть все. Сердце Забини сжалось, и он полюбил это чувство. - Рон, - он скользнул взглядом по покрасневшему лицу мальчика, окидывая его внимательным взглядом. Он положил свободную руку на руки Рона, лежащие на столе, и накрыл их своим теплом. Он притянул его чуть ближе, обняв рукой, и услышал, как слегка приоткрылся рот Рона, влажные губы блестели, дыхание было прерывистым. Он не мог больше ждать. - Можно я поцелую тебя, Рон? - спросил он, глядя в его широко раскрытые глаза и наклоняясь ближе. Он не целовал его до тех пор, пока Рон не сглотнул и, наконец, кивнул, поймав его мягкий рот, проглотив еще одну заминку и тихий стон. Рон был теплым и мягким рядом с ним, открывая рот немного шире, позволяя ему скользнуть языком внутрь, и углубляя поцелуй, пока они не прижались друг к другу настолько, насколько позволяло положение на табуретах. Сердце Блейза воспарило во взрыве тепла, бабочек и любви, и он никогда не чувствовал ничего подобного раньше, потому что всегда хотел отдавать и отдавать, а теперь еще и брать. Он отстранился, горячее дыхание щекотало кожу. - Ты мне действительно очень нравишься, Рон, - наконец признался он и почувствовал, как Рон дрожит рядом с ним. Их губы снова встретились на мгновение, и Рон отстранился, его лицо выражало благоговение и удивление. - Правда? Почему?-прошептал Рон, облизывая губы. Обе руки Блейза нашли его, и он держал их, лаская большим пальцем теплую кожу. Он не торопился с ответом, глядя на их руки, но потом, наконец, снова поднял глаза, чувствуя себя так же, как и тот мальчик, который ждал. - Даже не знаю. Ты меня завораживаешь, - сказал он ему. - Ты веселый и умный, и все свои чувства носишь в рукаве. И ты очень красивый. - признался, Забини, его рот растянулся в мягкой улыбке, когда Рон покраснел сильнее, брызгая слюной от смущения. - Я, я не...я имею в виду, что это- - Рон. - Блейз прервал его, наклонившись так, чтобы он мог потереться носом о его нос, наблюдая, как Рон закрывает глаза. - Что ты чувствуешь ко мне ? Блейз не закрыл глаза. Он хотел видеть все реакции, все эмоции, играющие на лице Рона. Рон сглотнул, зажмурив глаза, как будто в отчаянии, но затем его плечи опустились, и он наклонился, крепко держа руки Блейза. -Я… ты мне тоже... ты мне нравишься. Сильно. Но я не знаю, как я должен...ммхм Его губы были слишком манящими, решил Забини, поэтому он погрузился в них, снова пробуя эту мягкость, влажное давление рта Рона на его, и он заставил замолчать другого мальчика . Он поцеловал его и прикусил губу, а потом рука Рыжика поднялась, нежно коснулась его щеки, положила туда свою дрожащую ладонь и притянула его ближе – и Блейз пропал. Он облизал губы Рона и крепко поцеловал его, притянув к себе так близко, как только мог, чтобы не упасть со стула, и он не мог дышать, и не мог пошевелиться, и снова он понял, почему его мать так любила любить. Это был рай, и он падал, и когда он медленно отстранился, чтобы дышать, их губы нежно клевали друг друга, дыхание согревало их щеки, руки сплетались вокруг друг друга – он чувствовал себя так, словно был на седьмом небе от счастья, и ему хотелось сжать Рона и быть прижатым к нему, он не хотел никакого пространства между ними, хотел этого тепла, и он хотел его. Им мешали шарфы и пальто – они забыли снять их, когда садились, и только теперь Блейз вспомнил, где они находятся. Он почувствовал жар на своих щеках, когда отстранился, Рон смущенно улыбнулся ему. Они хихикали, наклоняясь друг к другу, оглядывая чайную и краснея еще сильнее, когда на их лицах появлялись улыбки веселья и обожания. Их забытый чай больше не был горячим, и они пили его маленькими глотками, перехватив взгляды друг друга и держась за руки. - Ты самый красивый человек, которого я когда-либо встречал ,- Блейз продолжал шептать, а Рон улыбался и смотрел на него так, словно никогда не видел ничего более очаровательного. - Я чувствовал, что не должен ни на что надеяться. - признался Рон, глядя вниз. Забини подождал, пока он уточнит. - Ты так откровенен со своими чувствами, и ты всегда в центре внимания, и я чувствовал, что не могу конкурировать с этим. Я никогда не думал... - он посмотрел в его сторону и густо покраснел. - Никогда не думал, что ты посмотришь в мою сторону,- тогда он посмотрел на Блейза, открыто и честно, и тому показалось, что он вот-вот умрет. - Я не знаю, как выразить то, что я ... я имею в виду, что ты значишь для меня. - он прижал кулак к груди, и сердце Блейза екнуло. - Для меня ты самый красивый парень. И мне бы очень хотелось, чтобы ты был со мной. Как ... - он на мгновение отвел взгляд, сглотнул и снова посмотрел на него. - Ты будешь моим парнем?- прошептал он, и Блейз улыбнулся ему, как будто подарил ему солнце и луну, и он притянул его в еще один неловкий поцелуй, который, вероятно, вызвал несколько закатывающихся глаз вокруг них. - Да,- Блейз наконец выдохнул, когда они отстранились, и Рон обнял его и зарылся лицом в шарф, и они хихикали друг против друга, пока, наконец, не перестали смущаться и не решили покинуть чайную. Рука Блейза неуверенно нашла руку Рона, и они пошли гулять по городу рука об руку, наслаждаясь моментом, наслаждаясь ощущением.