Вражда?

Удар. Еще удар. Увернуться. Еще раз. Улыбка. Насмешка. Между ними в первую секунду пробежала кошка, заставив люто ненавидеть друг друга. – Сука, ты выйди со мной один на один, – кричала Белла, выходя с автобуса. – Так я не прячусь,– хохотав, отвечала Т\И, дразня Кузнецову. Испытание за испытанием они соревновались между собой. Истерили, кричали, дрались. – Белла, успокойся, – удерживала подругу Анжелика. – Т\И, перестань, – держа Т\Ф, говорила Настя. – Кузнецова, если ты приблизишься ко мне больше чем на два метра, я лично тебя придушу, – кричала Т\И, вырываясь из рук Насти. – Т\Ф, ты труп! Ты слышишь меня?! – доносилось из другой комнаты. Но время шло и расставляло всё на свои места, заставляя двух заядлых врагов терпеть друг друга, улыбаться и сдерживать свою злость. – Девушки, мы рады, что на этой неделе вы ни разу не применили физическую силу по отношению друг к другу, – парировала Лаура. – Я даже смотреть на неё не хочу, – фыркнула Белла. – Это взаимно, – прыснула в ответ Т\И, заметив краем глаза, как скулы блондинки напряглись. В своей голове она, как минимум, затолкала ей в глотку бандану. Но процесс изменения заставлял девушек отвлечься от окружающих и обратить внимание на собственные черные пятна. Т\И вновь и вновь ловила по ночам тревожные синдромы, чувствуя как содрогаются мышцы, а в груди перехватывало дыхание. После очередного такого пробуждения Т\И вышла на улицу, спустившись вниз. Глубоко вдохнув свежего воздуха, она услышала легкий шумок справа, и тут же заприметила белую макушку. – Белла? А ты что тут делаешь? – готовясь к очередной наладке, съязвила Т\И. – Цветочки нюхаю, блять, – шмыгнув носом, ответила она. Эти нотки оставшейся истерики зацепили т\ц\г-ую за живое, она медленно спустилась к Белле на ступеньки, присев рядом. – Мы как-то не с того начали наше общение, – несмело улыбнулась Т\И. Рядом с ней сейчас сидел уставший маленький волчонок, который до смерти напуган всем происходящим. Волчонок, который просто устал от того, как круто меняется он внутри. – Думаешь? – усмехнулась Кузнецова, вытирая глаза. Она взглянула на Т\И таким взглядом, от которого холодеет всё нутро. Черт, она только что взглядом пригласила Т\Ф в свою волчью душу. В ответ на это, девушка лишь несмело накрыла ладонь Беллы, что лежала на согнутых коленях блондинки, и уверенно улыбнулась. Что изменилось в ту ночь? Почему они стали скрывать от всего мира свою дружбу? Для окружающих вообще ничего не изменилось. Они также ругались, кидали друг на друга злые взгляды. И лишь под покровом ночи маски слетали, и они, сидя на холодном кафеле ванной комнаты, раскрывали друг другу самые важные секреты собственных душ. Побои в детских домах. Уходы из дома. Нервные срывы. РПП. Травля. Ожесточение. Бывало и такое, что одна из них засыпала на ногах у другой, а вторая лишь нежно поглаживала растрепанные волосы, согревая ладонью спину. Но одна ночь изменила всё. Белла с жаром рассказывала, как у неё произошла первая ночь с парнем, в красках рассказывая о том, что чувствовала и как хотелось летать от любви. В очередной раз, закрыв глаза, почувствовала мягкие, слегка влажные, губы Т\И на своих. Секунда. Шок. Кузнецова отпрянула от Т\И, во все глаза смотря на подругу, у обоих сердце билось так, что слышно было на два этажа выше. Тишина. Пронзительная тишина. И блондинка со свистом вылетела из ванной, оставив Т\И в гордом одиночестве, задыхаться слезами. Зачем? Почему сейчас? Почему этот порыв был вызван в эту секунду и в эту минуту? Могла ведь сделать все это аккуратнее и осторожнее. Но любовь к этому новосибирскому волчонку переполнила её настолько, что сдержаться сил уже не было. Было только желание. Безумное желание поцеловать, почувствовать, понять. – Т\И? – послышался голос Наташи. – Ты чего тут? – Мне плохо стало, вот пришла, тут по прохладнее. Помоги, пожалуйста, – слегка улыбнулась Т\И, протянув девушке руку. Испытание сменяли друг друга, уроки занимали всё время, но Белла стала еще агрессивней в сторону Т\И. Приближение к ней больше чем на два метра тут же сопровождалось уходом Беллы. Её горящие глаза при танце с парнем убивали Т\И. Она единственная, кто не хлопал им. Белла была так нежна, так красива, как в их ночи. Её истерика убивала Т\И, ведь она не могла пойти к ней. Она не могла поддержать свое сердце, оставалось только наблюдать и надеяться на Лику. Наблюдать, как она уезжает, покидая школу Леди. Т\И проснулась посреди ночи от какого-то толчка, словно её кто-то разбудил. Прислушавшись, она услышала звук воды из ванной. Что-то родное и близкое защемило в её груди, но Т\И нашла в себе силы встать и дойти до ванны и тихо туда заглянуть. На лице девушки расширились не только глаза, но и зрачки. К ней спиной стояла Белла. Обмотанная полотенцем, с растрепанными волосами и что-то бубнила себе под нос. Когда она выключила воду, текст стало легче распознать. – Т\И, я понимаю, что я там, ну не самая адекватная была эту неделю, но короче это из-за тебя срыв был. Тот парень, ну он ничего не значил, – тараторила она, отчего её картавость звучала еще милее. – Черт, да она мне не поверит. Арр, – тихо прокричала она, ерша волосы. – Поверю, малышка, – также тихо прошептала Т\И, смотря на Беллу. Всё её тело лихорадило, от одной мысли, что Кузнецову вернули и она была первая, кто её увидела. И от мысли, что Белла только что репетировала извинения перед Т\И. – Т\И, – широко открыв глаза, обернулась Кузнецова, и Т\И приблизилась к той, проведя прохладной ладонью по разгоряченной щеке Беллы. – Я так рада, – шептала она, смотря в голубые глаза блондинки, из которых градом лились слезы. – Я так рада, что ты снова здесь. – Я люблю тебя, – прошептала Белла, прикасаясь ко лбу Т\И и прикрывая глаза. – А я люблю тебя, – также прошептала Т\И, нервно улыбаясь. Поддавшись чувствам, та жарко поцеловала губы девушки, крепко обнимая всё ещё мокрое тело Беллы. Это только начало. Только начало.