The flavor of love

Они сами виноваты

в своей погибели

Затруднённое дыхание, непрекращающаяся боль в ногах от слишком долгого бега; сердце, казалось, вот-вот выскочит из груди, закончив все мучения разом. Кайла заставляла себя не останавливаться, подгоняла собственное тело, ругала чересчур быструю усталость, которая неприятной жидкостью разливалась по организму. Сзади не отставалисирены ФБР, был слышен грозный лай собак и звуки раций, по которым переговаривались те, кто разыскивал преступников. Лёгкие пылали всепожирающим огнём, казалось, ещё чуть-чуть, и на землю повалится бездыханное тело девушки, но каким-то чудом она продолжала бежать и наконец смогла догнать своего напарника. Широкая мужская фигура, облачённая в лёгкую рубашку, футболку и бриджи, неподвижно стояла на краю каменного обрыва. Послышался шум волн, Кайла выругалась про себя, еле дыша. – Какого… чёрта? – девушка сперва остановилась, согнувшись и обхватив руками колени. Затем, когда она почувствовала себя более-менее восстановившейся, подошла ближе, чтобы заглянуть мужчине в лицо. Тот стоял с закрытыми глазами, словно наслаждаясь шумом леса. – Что ты творишь? Почему остановился? Нам нужно бежать дальше, что-то придумать… Поток речи Алек прервал одним жестом руки. Он сделал глубокий вдох и выдох и открыл глаза, с миролюбивой улыбкой осматривая девушку. – Зачем? Зачем куда-то бежать? Ты разве не понимаешь? Всё кончено. Вот он, – мужчина провёл рукой по воздуху, указывая на всё, что их окружало, – наш конец. Выхода нет. Мы сядем, Кайла. Так что, будь добра, не мешай мне. Лицо Кайлы вытянулось от удивления. Её руки обессиленно опустились и повисли вдоль туловища, будто бы тряпичные. Она смотрела на Алека, словно пытаясь разглядеть что-то. Ей была непонятна причина такой странной перемены в его поведении и отношении к их ситуации. Да чёрт возьми, если они прямо сейчас не предпримут что-то, проведут остаток жизни за решёткой! – Алек, твою ж мать, мы сейчас же убираемся отсюда! Ты меня понял? – девушка схватила его за руку и попыталась сдвинуть с места. Внезапно сзади раздались громкие голоса. Кайла испуганно обернулась и поняла, что федералы уже совсем рядом. И если бы только она успела нырнуть в тот огромный куст, а затем проползти в сторону… Нет, она не могла бросить своего Алека на съедение волкам. – Да чёрт тебя побери, неужели ты хочешь сгнить в тюрьме? – девушка предприняла последние попытки сдвинуть мужчину с места, а уже через минуту за её спиной раздался голос, от которого кровь в жилах застыла. Кайла поняла: это действительно конец. – Всем оставаться на своих местах, вы арестованы! – слова мужчины проходили словно сквозь туман, до девушки не сразу дошёл их смысл. Лишь когда к ним с Алеком начали приближаться агенты, она вдруг вскрикнула. – Не подходите! Или я… Я сброшусь с этого чёртового обрыва! И его с собой заберу! Вы ни черта не узнаете о наших поставщиках! Кайла двинулась в сторону отвеса, останавливаясь на самом краю. Одна нога едва не соскользнула, оступившись о камни, и сердце пропустило один удар, прежде чем девушка восстановила равновесие. Она тяжело дышала, тело покрылось крупной дрожью, а взгляд, испуганный и отчаянный, устремился в толпу людей, от которых зависела их с Алеком жизнь. Под ногами – влажная земля, ещё утром шёл мелкий дождь. Кайла его не застала, зато сейчас она могла в полной мере прочувствовать последствия. Стопа то и дело скользила, девушка едва могла удерживать равновесие. Она со злостью смотрела в лицо Алека, который стоял совсем расслабленно. – Я же говорил, – прошептал он едва слышно, так, что его услышала только она, – это конец, Кайла. Всё к этому и шло. – Да чёрт бы тебя побрал, – так же тихо проговорила девушка. В её глазах застыли слёзы, губы предательски дрожали. Она всё ещё стояла в угрожающей позе, схватив Алека за локоть и приблизившись к краю обрыва так, что дыхание ужасной смерти било в спину, пробиралось в мозг мелкими мурашками. Кайла понимала: выхода у неё два. И ни один из них не был лучше, чем другой. Она на секунду прикрыла глаза, пытаясь унять волнение. Сейчас нужно было сделать выбор. С одной стороны – посмертная свобода, с другой – унизительная жизнь. Кайла любила жизнь, любила чувствовать все её прелести на себе, любила любить, плакать, пить, отрываться, брать от жизни всё, что могла. Но ещё больше она любила Алека. Мужчину, который поставил её на путь, что привёл их сюда. И сейчас он стоял преспокойно, словно бы ни о чём не тревожась, словно его всё устраивало. Но Кайла хотела жить. Свободной птицей. Она готова была отказаться от всего, что делала до этого и что привело её к этому исходу. Только бы не погибнуть. Только бы не сорваться в пропасть. Ни физически, ни морально. – Сделаешь хотя бы одну попытку, мы пристрелим его! – прозвучал громогласный выкрик. Кайла резко остановилась, дёрнулась, перевела взгляд на мужчину, который впервые за всё время посмотрел ей в глаза. – Ты боишься… – одними губами проговорила девушка, удивлённо осматривая лицо Алека. В его взгляде соединилось хлёсткое отчаяние, пьянящий страх, страх перед смертью. Его напускное спокойствие было не более чем игрой. И в тот момент Кайла поняла, что выхода больше нет. Времени было мало. Действовать нужно было быстро. В одно мгновение девушка приблизилась к Алеку, схватила его за руку, заглядывая в чистые глаза, которые в один миг наполнились болью. Ноги мужчины подкосились, а сам он осел на землю, оглушённый выстрелом. – Нет! – Кайла кричала, опустившись на колени. Слабость вмиг накрыла всё её тело, она не помнила, как её оттащили от Алека, в ушах – отчаянный крик. Перед глазами – пелена крови, крови, которая лужицей растекалась по груди Алека. Мужчина возвёл глаза к небу, словно прося помощи, но так и не получил её. Кайла вырывалась, не желая стать пленницей своих же необдуманных поступков, она кричала, что убьёт их всех, клялась, что сбежит, что никого не выдаст, но на её безумные слова никто не обращал внимания. В какой-то момент девушка почувствовала покалывание на правой руке, а затем – тьма, беспросветная и пустая, как и будущее, которое её ожидает. Кайла повиновалась ей в надежде, что если подчинится, то умрёт. Пропадёт, сгинет, так же, как и мужчина, который был ей дороже любой драгоценности на свете.

***

Кайла сощурилась от яркого света. Возмущённым голосом она спросила: «Какого хрена, Алек, который час?» Мужчина ослепил её искренней улыбкой и ответил. Было раннее утро, то самое, когда сонная толпа отправляется на работу, медленно блуждая по улицам в надежде дойти до остановки. Кайле не нужно было куда-то идти. По крайней мере сегодня. И она так надеялась на хороший и долгий сон в этот день, что тут же разозлилась, поняв, сколько ещё она могла спать. Но мужчина не унимался, и уже через несколько минут они сидели на кухне, попивая кофе из парных кружек. Кайла никогда не любила подобные «милые» мелочи в отношениях, но, когда увидела этот набор, устоять не смогла даже она. – Почему ты так рано разбудил меня? – недовольно спрашивала девушка, откусывая часть хрустящего сэндвича, тёплого и невероятно вкусного. Алек редко готовил, но, когда брал на себя такую ответственность, от его кулинарного творения было не оторваться. – Потому что сегодня особенный день, – довольно произнёс мужчина, доедая свою часть завтрака и, встав из-за стола, направился к раковине. Девушка удивлённо посмотрела на него, никак не могла вспомнить, что же сегодня за дата. Ей стало стыдно, так что в конце концов она беспомощно посмотрела на Алека, выпрашивая ответа на её немой вопрос. – Сегодня ты станешь моей невестой, – невзначай проговорил мужчина, подмигивая. Глаза Кайлы расширились, сердце затрепетало, не в силах осознать, что происходит. Мужчина тем временем опустился перед любимой на одно колено и, достав бархатную коробочку из кармана штанов, открыл её и преподнёс девушке. – Ты же станешь моей женой? Кайла оторопело переводила взгляд с Алека на кольцо и обратно. В уголках её глаз застыли слёзы, готовые упасть на щёки. Она быстро закивала, смахивая ненужную влагу с ресниц, а затем всё так же ошарашенно наблюдала, как на её безымянный палец надевается чудесной красоты кольцо. – Я люблю тебя больше жизни, – прошептал мужчина. Он поцеловал её в нежные губы, утопая в этой девушке без остатка. Всё, чего он когда-либо хотел, сейчас принадлежало ему. Осталась лишь она.

***

– Я ничего вам не скажу, – Кайла оскалилась, с ненавистью смотря на одного из федералов, который битый час пытался выудить из неё информацию о поставщиках запрещённых веществ. Девушка сидела понуро, уставив взгляд в белый стол, начинавший вызывать у неё тошноту. Где-то в груди образовался тугой комок, который мучил её. Около года назад она согласилась на эту авантюру, которую предложил ей Алек. Он пообещал предоставить надёжного человека, который будет поставлять им товар. Их задачей было – доносить этот товар до всех желающих через третьи лица. И хотя сначала Кайла сомневалась, через считанные недели она поверила в то, что это действительно надёжно и безопасно для неё. Деньги были нужны как никогда, а профессии как таковой ни у неё, ни у него не было. Работать за гроши официанткой? Нет, Кайлу уже тошнило от вечных и бессмысленных подработок. Она хотела свободы, хотела лёгких денег, выходов было несколько, но она выбрала самый опасный из них. И проиграла. Перед глазами снова бездыханное тело Алека. Она переводила взгляд на кольцо, подаренное им неделю назад, слёзы застревали где-то в горле, и девушка не давала выйти им наружу. Только, чёрт возьми, не расплакаться перед людьми, которые её арестовали. Только не перед ними давать слабину. – Вы ничего от меня не узнаете, – усмехалась она, насмешливо поглядывая на измученного сотрудника. – Я сгнию в вашей поганой тюрьме, но никого не сдам, вы меня слышите? – последние слова она прокричала на всё маленькое помещение, стукнув кулаком по столу. Они убили его. Убили безжалостно, хладнокровным выстрелом прямо в сердце. И она никогда им этого не простит. И себе тоже. Со вздохом мужчина вышел из комнаты допроса, не зная, что делать дальше. Кайла язвительно усмехается ему вслед и шепчет тихо-тихо, чтобы услышал только он: –Ты никогда ничего не узнаешь от меня, Джейки. Спина его дрогнула, выдавая беспокойство, но он не обернулся, не захотел в последний раз взглянуть на бывшую подругу, которая, по его мнению, угробила не только себя, но и человека, которого он любил и уважал всем сердцем. Кайла послушно подставила руки, чтобы на неё могли нацепить наручники, податливо пошла за сотрудниками ФБР и, в конце концов, оказалась там, где и ей было предначертано оказаться. В одиночной камере тюрьмы Майами. – Прости меня, – шептала она в беспамятстве, сжимая руки в кулаки и беззвучно плача. Она ни за что не простит себе смерть самого дорого человека. Она будет желать, чтобы её мучения прекратились, умолять о смерти. Но её голос так и останется неуслышанным.